Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Экономика > Публикация
Экономика

[26.06.2019]

НА ЭКОНОМИЧЕСКОМ ФОРУМЕ

Сергей АЛЕКСАШЕНКО: экономист, старший научный сотрудник Института Брукингса (The Brookings Institution), первый зампред правления Центробанка в 1995-1998 гг.


Сергей АЛЕКСАШЕНКО:


Практически весь блок министров-экономистов на экономическом форуме достаточно дружно выступил с позицией, что административное и силовое давление превышает все разумные пределы. И советник президента по экономике Андрей Белоусов даже сказал, что это национальное бедствие. В общем, это достаточно сильное заявление, зная его обычную сдержанность.

В ответ на что, мне кажется, достаточно внятно Владимир Путин отвеил на вопрос по делу Калви: «Ну, следствие разберётся». То есть, это означает, что с точки зрения Путина арест любого предпринимателя по представлению следователя — это нормально, в рамках экономического спора. Что следователь имеет право работать с обвиняемым, находящимся в камере СИЗО, и это тоже нормально. Что в этом отношении у Путина нет никакого желания вмешиваться в работу силовиков, и ничего менять он не будет. Типа, пусть посидят… Калви выпустят под домашний арест, его подельники сидят в СИЗО, вот пусть посидят, пока следствие разбирается.

Андрей Костин, председатель Внешторгбанка государственного, сказал, что это Мюнхенская речь 2 Путина в экономике, где Путин обрушился на все механизмы глобализации, что всё это плохо, что нужно переписывать правила игры, что роль Америки преувеличена, что доверие к доллару снижается… Мне кажется, что если Костин прав, и это действительно Мюнхенская речь 2, то российской экономике нужно готовиться к новым… Не санкциям, конечно, но новым серьёзным политическим испытаниям.


Е. Бунтман ― Ольга Бычкова, Евгений Бунтман и Сергей Алексашенко как всегда персонально наш по вторникам. Добрый день. Главная тема, конечно, история Ивана Голунова, как на неё реагируют в США? Не знают, конгрессмены, деловые круги.

С. Алексашенко ― Ну, мне кажется, что конгрессмены, деловые круги, местную прессу очень тяжело чем-то удивить. Собственно говоря, все чаты и заметки сообщили о том, что арестован российский журналист-расследователь, о том, что обстоятельства дела более чем сомнительные. Но вот такого детального исследования ситуации, конечно, здесь нет. Потому что мало кого можно удивить тем, что Россия является страной, где отсутствует независимый суд и верховенство права. Собственно говоря, к этому настолько все привыкли, что пока больше комментариев нет.

Е. Бунтман ― В пятницу, когда всё это произошло, был последний день Экономического форума…

О. Бычкова ― Последний день был в субботу официально, но в пятницу уже основные события, конечно, завершались.

Е. Бунтман ― Там была прекрасная статистика, что упоминаний Ивана Голунова гораздо больше, чем упоминаний Путина, несмотря на большую пространную речь на экономическом форуме. Вообще, на форуме было что-то важное, по вашему мнению?

С. Алексашенко ― С моей точки зрения — нет. Понимаете, Евгений, вот сказать, что вообще ничего не важно… Тысячи участников, прекрасные завтраки, не знаю, ночные торжества, конечно…

О. Бычкова ― Светская жизнь.

С. Алексашенко ― Сказать, что там вообще ничего не было, было бы неправдой. Сказать, что кому-то чем-то этот форум запомнился… Ничего такого яркого не было. Единственное, что если пытаться какие-то заметки делать, то, скажем так, практически весь блок министров-экономистов достаточно дружно выступил с позицией, что административное и силовое давление, самое главное — силовое давление превышает все разумные пределы. И советник президента по экономике Андрей Белоусов сказал, что это национальное бедствие. В общем, это достаточно сильное заявление, зная сдержанность Андрея Рэмовича, понимая, что он ничего лишнего не скажет, и у него красивое слово клещами не выцепишь, это, конечно, многого стоит.

И я считаю, что в какой-то мере Белоусов нам транслировал цитату от Путина. Ну, это одна сторона медали, одна сторона монеты.

О. Бычкова ― Я добавлю… Вы совершенно правы. Буквально в первый день была очень интересная дискуссия между такими важными людьми как Набиуллина и Силуанов, Кудрин и кто-то ещё, и они все говорили про резервы экономического роста. И начали говорить про какие-то деньги, ставки, курсы, инвестиции, пока Алексей Леонидович не сказал, что самая большая проблема, самый главный резерв — это, как раз, судебная система и вот это силовое воздействие на бизнес и, в конечном счёте, на экономику государства. И дальше весь разговор плавно перешёл в эту сторону, потому что его все поддержали.

Но это выглядело тоже… Не хочу обижать Кудрина и говорить как заготовка какая-то специальная, но это выглядело, конечно, тоже не случайно.

С. Алексашенко ― Нет, ну послушайте. Кудрин в этом отношении, надо отдать ему должное, проявляет достаточно последовательную позицию, он об этом говорит часто, много, он об этом говорил ещё до назначения в Счётную палату. Но другое дело, что ещё один шаг, следующий шаг, что всё это изменение в судебной системе, в работе правоохранительных органов невозможно без такой настоящей, реальной политической реформы, без политических свобод — вот об этом он молчит. То есть, ещё два шага ему предстоит сделать.

Все министры-экономисты выступили с этой позиции. В ответ на что, мне кажется, достаточно внятно Владимир Путин, отвечая на вопрос Софико Шеварнадзе по делу Калви сказал: «Ну, следствие разберётся». То есть, это означает, что с точки зрения Путина арест любого предпринимателя по представлению следователя — это нормально, в рамках экономического спора. Что следователь имеет право работать с обвиняемым, находящимся в камере СИЗО, и это тоже нормально. Что в этом отношении у Путина нет никакого желания вмешиваться в работу силовиков, и ничего менять он не будет. Типа, пусть посидят… Калви выпустят под домашний арест, его подельники сидят в СИЗО, вот пусть посидят, пока следствие разбирается.

То есть, Путин в этом отношении ничего внятного не сказал. Я считаю, что для него такие действия силовиков являются абсолютно нормальными. И, соответственно, надежд на лучшее питать не приходится. Но это вот один такой крупный момент на форуме, который, с моей точки зрения, нужно подчеркнуть.

Второй момент — это сама речь Путина. Андрей Костин, председатель Внешторгбанка государственного, сказал, что это Мюнхенская речь 2 — Мюнхенская речь Путина в экономике, где Путин обрушился на все механизмы глобализации, что всё это плохо, что нужно переписывать правила игры, что роль Америки преувеличена, что доверие к доллару снижается… Как-то у него получилось всё в кучу. С одной стороны, роль Америки слишком высока, с другой стороны — доверие к доллару снижается. Как это совмещается в одной голове — я не понимаю.

И здесь также прозвучал очень внятный ответ в следующем выступлении председателя КНР Си Цзиньпина, который сказал… Я пересказываю уже свою интерпретацию с дипломатического китайского языка. Что, извините, Владимир Владимирович, мы с вами против Америки воевать не пойдём, Китай от глобализации выиграл, Китай глобализации рад. И мы выступаем за то, чтобы глобализация продолжалась. Если в процессе глобализации есть страны, которые проиграли — ну, извините. Это ваши проблемы, а мы не видим в глобализации ничего плохого.

И я не знаю, по каким причинам, но государственные информационные каналы как-то не разъяснили рядовому слушателю, рядовому гражданину России, в чём состоял смысл речи Путина. То есть, на мой взгляд, она была действительно такая конфронтационная. Правда, после выступления Си Цзиньпина дальше в ответах на вопросы Путин как-то от этой темы ушёл. Но посмотрим, что будет дальше. Мне кажется, что если Костин прав, и это действительно Мюнхенская речь 2, то российской экономике нужно готовиться к новым… Не санкциям, конечно, но новым серьёзным политическим испытаниям.

О. Бычкова ― Как раз складывалось впечатление, что китайский лидер прямо дорогой гость на этом форуме. И все делают всё возможное, включая Путина, чтобы он максимально комфортно и прекрасно себя чувствовал.

Е. Бунтман ― А кто там будет дорогим гостем? Председатель правительства Южной Осетии?

С. Алексашенко ― Нет, Оль, всё правильно. Действительно, китайский президент был самым, что называется, вторым человеком, первым гостем на этом форуме. Китайская делегация была самая внушительная, самая большая. Но именно поэтому мне казалось, что Путин и хотел, что называется, в Питере объявить о создании нового антиамериканского блока. Но теперь уже в экономических правилах игры. И, кончено, Китай там получил многочисленные контракты, многочисленные подачки от российских властей. Но китайцы свою позицию не продают.

Е. Бунтман ― Ещё про форум, к Китаю ещё вернемся. Вся история с Калви, его приезд, не приезд. Зачем это было? У вас есть какая-то версия?

С. Алексашенко ― У меня нет никакой версии кроме той, что Дмитрий Песков, когда он сказал, что Кремль не против, видимо, проявил инициативу, не проконсультировавшись или неправильно поняв хмыкание Владимира Владимировича. Собственно говоря, из-за этого всё и началось. Если бы Песков не сказал, что мы будем рады видеть Калви на форуме… Ну, как-то все мы посмеялись над желанием бизнесмена, находящегося под домашним арестом, приехать на форум. А так Песков произнёс эту фразу… И ФСИН заявил, что готов его транспортировать. А выяснилось, что никакой команды под отчёт не прошло. Более того, я так понимаю, что никто… По крайней мере, я не нашёл сообщения, что адвокаты Калви, он сам или кто-то другой обратился в суд с просьбой изменить меру пресечения хотя бы на время. Потому что в конечном итоге мера пресечения определяется судом.

Е. Бунтман ― Это как фантазиями было, так фантазиями и осталось. И очень странно, что это обсуждали все дни. И я так понимаю, что иностранные журналисты всё время спрашивали, где Калви, где его французские партнёры.

О. Бычкова ― Да, потому что после того как вот Песков так странно высказался, все сразу стали представлять, что вот сейчас открываются двери и на Петербургский экономический форум входит человек в кандалах, обросший бородой…

С. Алексашенко ― Ну, не в кандалах, но хотя бы с двумя огромными судебными приставами, с собаками, которые его сопровождают.

О. Бычкова ― Да. И с браслетом на ноге, например. Как-то казалось, что в отсутствие событий, в отсутствие политической жизни, в отсутствие вообще всего вот эта тема была в какой-то момент такой самой главной. И при этом иностранные коллеги все занимались в основном этим. И все спрашивали, что будет с Калви, а вот этот француз, который сидит под домашним арестом…. И все занимались этим, потому что там чем ещё было заниматься. Это казалось важным.

С. Алексашенко ― Чем запомнился форум? Форум запомнился тем, что там ничего не произошло.

О. Бычкова ― Форум запомнился, как ни странно, Голуновым, которого там точно не было. Ещё больше чем Калви его там не было.

С. Алексашенко ― Оль, давайте говорить честно, что на форуме про Голунова не говорили. Не форум запомнился Голуновым, а вот эти три дня, четыре дня. Пятница-суббота-воскресенье-понедельник. Нам вот эти дни запомнились не форумом, а Иваном Голуновым. На форуме я не слышал ни разу фамилии Голунова. Может быть, конечно, я не всё слышал.

Е. Бунтман ― Вернёмся к китайской теме. Этот Хуавей, который Путин тоже защищал в своём выступлении. Говорил, что это недобросовестная конкуренция. Ну, не в первый раз, впрочем. Говорят, что Хуавей может поставить себе российскую операционную систему. Мы уже говорили об этом с вами в предыдущих эфирах, может ли Россия что-то выиграть от всех этих взаимных санкций. Вот Китай ещё обещает наехать на Самсунг, на американские компании за то, что те неуважительно относятся к Хуавей.

С. Алексашенко ― Ну, я не исключаю, что какие-то российские компании, конечно, могут выиграть. Ведь, собственно говоря, Хуавей — одна из крупнейших телекоммуникационных компаний мира по производству телефонного оборудования. Понятно, что у неё очень сильное присутствие в России. И, видимо, оно будет усиливаться, потому что Хуавей не скрывая идёт на сотрудничество с российскими спецслужбами. По крайней мере, собирается учитывать их интересы.

Соответственно, если у российских спецслужб есть какие-то интересы, то эти интересы материализуются либо в железке, которая туда вставляется, либо в программные фишки, патчи, приставочки, которые будут встраиваться в софт Хуавея. Соответственно, для этого появятся компании, которые будут финансироваться либо за счёт бюджетных денег, либо за счёт благ потребителей, то есть, нас с вами. Конечно, кто-то выиграет… Собственно говоря, странно, потому что весь бизнес состоит в том, что кто-то получает деньги, а кто-то их теряет.

Е. Бунтман ― Давайте про потерянные деньги и репутацию. Ещё одна тема, это дружба: Сечин, Транснефть… Роснефть просит правительство заставить Роснефть уже сейчас компенсировать потери потребителей от загрязнения, которые проводит Транснефть. Вот эта история, что здесь интересного в развитии происходит?

С. Алексашенко ― Для меня интересно два сюжета. Первое — это в целом каким образом российское правительство сколько будет компенсировать и в какой форме? Российское правительство является 100% акционером Транснефти, поэтому, конечно, господин Токарев, несмотря на всю его историческую дружбу с Путиным, ещё со времён службы в ГДР, понятно, не один будет решать, кому и сколько. И очевидна позиция российского правительства о признании убытков, о признании потерь, о компенсации добровольной, недобровольной, одинаковой всем по одному принципу — Германии, Польше, Беларуси… То есть, каким образом — это технологически сложная проблема, и какую-то внятную юридическую позицию российским властям нужно будет выработать, это будет интересно.

А второй сюжет, безусловно, связан с Игорем Ивановичем Сечиным, который, безусловно, один из сильнейших таких лоббистов российской экономики, который очень талантливо умеет выбивать деньги из российского бюджета. Мне кажется, что он в полном смысле выполняет функцию такого хорошего менеджера в российской компании, у которой есть две функции — GR и PR. То есть, он пиарит компанию, даже выступал с такой замечательной речью на питерском форуме, хотя читал её по бумажке. Но там даже умные какие-то слова произносил, под которыми я готов был подписаться.

А второе — он непосредственно и очень внятно, мне кажется, это часть его работы — раз в неделю или раз в десять дней отправляет в правительство очередной запрос либо на получение денег, либо на получение налоговой льготы, либо на получение какого-то месторождения.

Е. Бунтман ― Такой коллектор всесоюзного масштаба.

С. Алексашенко ― Ну, он правильно делает. Этим и должен заниматься руководитель крупной компании в России — выбивать себе всякие поблажки, возможности, льготы. Если система позволяет это делать. И вот Сечин выкатил Транснефти огромный счёт, который включает не только прямые потери, но и косвенные потери, упущенную выгоду. Проси больше — дадут меньше, вот… Игорь Иванович начинает торпедировать правительство, говорить, что они задерживают, ухудшают его позиции.

Это очень интересно. И интересно, насколько сильно министерство финансов, у которого как всегда денег нет, прогнётся под требования Сечина, и сколько Сечин получит за эту технологическую аварию, случившуюся у другой компании.

Е. Бунтман ― Надо, наверное, пояснить, по какой схеме это все происходит. Потому что Белнефтехим, белорусская компания, требует возместить им потери, и поляки требуют возместить им потери. Они требуют от Роснефти, а Роснефть — от Транснефти. Я правильно понимаю?

С. Алексашенко ― Смотрите: и белорусские компании, и потребители белорусских компаний требуют компенсацию не с Транснефти за то, что они поставили нефть испорченную, а за задержки поставок. Когда были прекращены поставки нефти по нефтепроводу «Дружба», то Роснефть не смогла выполнять свои контрактные обязательства. То есть, претензии Роснефти идут от потребителей за не поставленную нефть. Штрафы за плохую нефть, которая пришла на нефтеперерабатывающее предприятие в Беларуси — это проблема Транснефти. А Роснефть говорит, что вот, ко мне потребители предъявили претензии, что я не поставила нефть. А ещё я как компания могла бы поставить нефти в два раза больше, и вот я не получила все эти деньги, типа, платите мне за всё это.

Е. Бунтман ― Ну. Ещё из прекрасных речей мы сегодня отметим чудесное выступление Медведева.

О. Бычкова ― Потому что это какая-то неожиданная история.

Е. Бунтман ― Ключевые слова: «Генри Форд, четырёхдневная рабочая неделя, эффективность труда» и так далее. Это выступление Дмитрия Медведева. Это что, тоже какие-то мечты Дмитрия Медведева? Это вообще имеет отношение к реальности?

О. Бычкова ― Сделать Новую Зеландию…

С. Алексашенко ― Ну, это тема, которую озвучивал Дмитрий Медведев, о том, в какой-то перспективе роботы-машины будут работать больше, производительность труда будет намного выше, и люди должны будут работать меньше… Ну, мы это слышим со времён Маркса. И как у Маркса было о тенденции к сокращению рабочего времени. В принципе, в мировой экономике эта тенденция присутствует. Но сказать, что действительно вся мировая общественность и все страны обсуждают всерьёз переход с пятидневной рабочей недели на четырёхдневную, было бы сильным преувеличением. И мне кажется, что, естественно, это не будет каким-то решением всемирного правительства, что соберутся умные дяди, примут решение: «А теперь мы считаем, что с нынешнего дня все страны должны везде работать четыре дня в неделю». Где-то и сегодня работают 6 дней в неделю, а где-то работают 7 дней в неделю. У кого-то 80-часовая рабочая неделя.

Поэтому здесь не может быть никакого единого стандарта, эту проблему все страны будут решать самостоятельно. Во Франции уже достаточно давно перешли на 35-часовую рабочую неделю. Сказать, что это привело к какому-то резкому всплеску производительности труда во Франции невозможно…

Е. Бунтман ― Ну, это было требование профсоюзов…

С. Алексашенко ― Вот мы сейчас обсуждаем Медведева. Медведев говорит, что Генри Форд сократил рабочую неделю с 48 до 40 часов, и после этого производительность труда резко выросла. Вот во Франции производительность труда не выросла. И сказать, что положение дел во французской экономике как-то сильно улучшилось тоже невозможно. Поэтому мне кажется, что совсем какую-то глупость сказал наш премьер-министр, неправильно. Но сказать, что он внёс какую-то конструктивную идею, тоже невозможно.

Е. Бунтман ― Какие-то предпосылки к этому есть. Вот почему это возникает? Вот возникло ощущение у меня, не экономиста, что это немножко с бухты-барахты было.

С. Алексашенко ― Это действительно, если анализировать российскую действительность, то к России это не имеет никакого отношения, потому что производительность труда в России растёт крайне медленно. А в условиях санкций, в условиях фактического замораживания притока иностранных инвестиций, новых технологий в Россию, говорить о росте производительности труда в России совсем невозможно.

Поэтому говорить, что российская экономика растёт так бурно, что мы живём так замечательно и с каждым годом всё лучше, и у нас избыток трудовых ресурсов, поэтому нам нужно сокращать рабочую неделю, чтобы все желающие могли поработать, при этом зарплата у них не понизится… Очевидно, что к российским реалиям это не имеет никакого отношения.

С другой стороны, весь мир… Неправильно говорить — весь мир. Экономические издания во всём мире обсуждают тему искусственного интеллекта, внедрения роботов. Как всё это дело будет происходить, как люди будут вытесняться из процесса производства?..

О. Бычкова ― Теперь про еду поговорим. Это наша любимая тема. Роспотребнадзор предложил законодательно запретить уничтожать пригодные к употреблению продукты питания, закапывать их в землю. Это я по публикации в газете «Ведомости», в частности, цитирую.

Е. Бунтман ― Предлагают определить порядок использования пищевых отходов и продуктов (видимо, хамона, пармезана и других устриц) в качестве источников биоэнергетики. Повисла тяжелая пауза…

С. Алексашенко ― Я даже не знаю, плакать или смеяться надо, вот если честно. Кажется, вот люди, сидящие в российских чиновничьих правительственных кабинетах окончательно потеряли чувство реальности и не понимают, что иногда лучше промолчать, чем сказать глупость. Потому что для рядового россиянина, для 38% российского населения, у которого денег хватает только на еду и минимальные потребительские товары типа одежды и обуви, говорить о том, что пригодные к употреблению продукты использовать как биотопливо… Это точно совершенно выходит за рамки фантазии.

С одной стороны, хорошо, что их решили не просто закапывать в яму. Но с другой стороны… В конце концов, этой еды за пять лет санкций, если я правильно помню цитату из Роспотребнадзора, было уничтожено 26 тысяч тонн. Не бог весть сколько, можно поделить на всё население России, по чуть-чуть достанется каждому. Очевидно, никакого кризиса в российской экономике после этого не наступит.

Но мне кажется, что здесь тема более глубокая. Мне кажется, некоторые товарищи из Роспотребнадзора параллельно с этим выпустили письмо в Минфин или министерство промышленности, которые выделяет у нас всякие промышленные субсидии с тем, чтобы получить дотации на создании тех самых мощностей, которые будут работать на биотопливе. Собственно говоря, если Роспотребнадзор будет продолжать активно собирать по всей стране санкционные продукты, а ещё и таможню подключит, которая будет чемоданы открывать и хамон оттуда доставать, то, соответственно, где-то нужно будет это всё перерабатывать и генерировать электроэнергию.

Собственно говоря, я думаю, в этом — основной замысел Роспотребнадзора: создать свою собственную компанию, которая будет работать на таком бесплатном топливе. Его же конфисковали, оно уже ничьё! И представляете, какая экономика! У вас есть мощности, а топливо будет бесплатное!.. Это покруче, чем солнечная энергетика!

О. Бычкова ― Не нужно организовывать и столовые на этом производстве, всё будет своё…

Е. Бунтман ― Нельзя есть! Нужно использовать как биотопливо!

С. Алексашенко ― Автоматчики будут стоять и отгонять голодных людей.

Е. Бунтман ― Вообще, конечно, есть повод гордиться страной, где электростанции работают на пармезане, например. Это же… Или трактор ездит на хамоне!.. Где такое ещё увидишь?!

С. Алексашенко ― Правда, я не знаю, смеяться надо или плакать…

О. Бычкова ― Мы же занимаемся конспирологией всегда, что нам остаётся. Может быть, это сигнал для нас…

Е. Бунтман ― К тому, что стало неловко давить еду?

О. Бычкова ― Может, они решили, что хватит заниматься этой ерундой. Еда и еда, ладно, давайте придём к тому, что мы еду будем есть?

Е. Бунтман ― Хотя бы не давить трактором. Сейчас всё меньше и меньше этих репортажей. Раньше показывали: тут мы проехали бронетранспортёром каким-то по яблокам польским, тут трактор давит сыры бри и камамберы… А сейчас меньше увидишь такого. Я работаю в службе информации, там показывают по телевизорам…

С. Алексашенко ― Заставляют смотреть.

Е. Бунтман ― И глотать слюну.

С. Алексашенко ― Я думаю, что с такой скоростью лет через 20 конфискованную еду разрешат населению есть.

О. Бычкова ― Я об этом и говорю.

С. Алексашенко ― Ждать очень долго придётся…

Е. Бунтман ― Значит, поговорили мы про голодных, поговорим про бедных. Всемирный банк выявил проблемы с выплатой кредитов у 60% заёмщиков в России. Тоже уже обсуждали с вами не раз это… Вы говорили, что пока кризиса не видно, но есть проблемы… Действительно, пока какого-то кризиса с перекредитованием населения нет. Мне кажется, там есть несколько любопытных цифр. Во-первых, количество просроченных задолженностей достигло 9%, а в общей сложности проблемы с выплатой кредитов наблюдаются у 60% заемщиков. И то, что мне больше всего понравилось… точнее, привлекло внимание, что это не ипотечные кредиты. Больше всего кредитов потребительских. Не знаю, диван или холодильник купить? О чём это может говорить?

С. Алексашенко ― Мне кажется, что это говорит только об одном… С одной стороны, выдача кредитов, а с другой стороны, получение кредитов являются рискованными операциями. И кредитор, и заёмщик рискует столкнуться с ситуацией, когда заёмщик деньги взял, а вернуть не может. Мы же всегда знаем, что берёшь чужие и на время, а возвращаешь свои и навсегда!..

Поэтому в этом таком экзистенциальном конфликте, я бы сказал, российские обыватели постоянно находятся. Если бы все заёмщики во всём мире, которые берут деньги взаймы у банков, всегда возвращали кредиты, то у банков, наверное, не было бы потерь, и банковский бизнес был бы машиной по печатанию денег. С другой стороны, если бы все заёмщики всегда не возвращали полученные займы, то банки бы просто не существовали. И в принципе есть какой-то усредненный показатель, что 5% заемщиков, 5% кредитов не возвращаются. Это вот историческая середина.

Поэтому сказать, что в России складывается какая-то особая ситуация, я не могу. Вы абсолютно правильно отметили, что в отношении ипотечных кредитов у российских заёмщиков просто какая-то совершенно уникальная платёжная дисциплина. Там, по-моему, меньше 2% кредитов задерживается с обслуживанием, не говоря уже о том, что вообще, что называется, у заёмщиков забирают квартиру. Но это связано с тем, что вообще объём предоставленных ипотечных кредитов в России по отношению к масштабам экономики не очень велик. И ипотечные кредиты берут люди, которые достаточно хорошо понимают риски, с которыми они сталкиваются. И жиль в России — это такая супер-ценность, рисковать которой недопустимо… Можно есть меньше, одеваться меньше, можно машину продать, чтобы точно расплатиться по ипотечному кредиту!

С автомобильными кредитами примерно то же самое, по ним тоже платёжная дисциплина достаточно хорошая. А вот потребительские кредиты, они маленькие… Естественно, люди берут их на короткие сроки. Но, судя по статистике, которую публикует Центральный банк, доля кредитов с просроченной задолженностью уменьшается.

И вообще все крики… То у нас Центральный банк начнёт говорить, что потребительское кредитование растёт слишком бурно, то министерство экономики заявляет о том, что вместо того, чтобы кредитовать потребителей, лучше кредитовать предприятия.

Можно подумать, у предприятий возвраты кредитов обстоят лучше. Посмотрите на все эти крупные банки, начиная с «Открытия», «Траст» и дальше по списку. Они все погорели либо на том, что собственники воровали, либо на том, что предприятия кредиты не возвращают.

Но, в принципе, статистика показывает, что после кризиса 2014-2015 года, когда потребительская задолженность стала плохой из-за девальвации рубля, после этого платёжная дисциплина населения улучшается. И никакого нарастания рисков… Индикатором нарастания рисков является не то, что кредитов стали давать больше, а то, что население их плохо обслуживает, растёт количество не возвращаемых кредитов. В России пока это не так.

Поэтому то, что 60% заёмщиков сталкивается с проблемами, это следствие обнищания населения… Это социологический опрос. Как сформулировать его? «Вы хотите вернуть кредит вовремя или, если бы у вас была возможность, вы бы его вернули попозже?». Ну, конечно, я бы хотел вернуть его попозже. Значит, я сталкиваюсь с проблемой?

Е. Бунтман ― Это не совсем социологический опрос, это Всемирный банк и Роспотребнадзор вместе делали исследования, я так понимаю.

С. Алексашенко ― А исследование — это разве не опрос? А как ещё? Что значит — испытывают проблемы? Ответ на этот вопрос нельзя измерить…

Е. Бунтман ― Там перечислены проблемы. «Имеют просроченную задолженность — 9%. 10% вынуждены реструктурировать или продлевать кредит. 14% не могут выплатить проценты. 26% тратят на кредиты, ЖКХ и повседневные нужды более 70% семейных доходов»…

С. Алексашенко ― А вы уверены, что в эти категории не входят одни и те же люди? Не уверены? Условно говоря, люди, которые не заплатили вовремя и люди, которые реструктурировали кредит — это одни и те же люди или нет? А те, которые не заплатили проценты и реструктурировали долг, а проценты перевели в основное тело кредита, это одни и те же или нет?..

Разговор о том, что люди тратят 70% текущих доходов на оплату обязательных услуг и платежи по потребительским кредитам… Скажем, есть огромное количество людей в западных странах, разных странах, которые живут на том, что имеют 5-6-7 кредитных карточек и всю жизнь живут в долг. Они получают один свой ежемесячный доход. В какой-то момент вы живёте на свою зарплату, а потом вам открывается возможность получить кредитную карточку. Вам дают её на 20% вашего дохода. И вот вы раз, потратили и просто на следующий месяц возвращаете 20%. Через год вы получаете вторую карточку, у вас уже 40%.

И вот так вы проедаете свою зарплату… Можно получать, формально, банковские кредиты на 100% своего дохода и, немедленно получая свою зарплату, вы всё отправляете на погашение кредитов…

Е. Бунтман ― Это ненормально, это называется плохая кредитная история, и ответственные банки могут не выдать кредит.

С. Алексашенко ― Неправда, Евгений. Если вы выплачиваете задолженность, если вы оплачиваете все свои кредиты вовремя, если у вас нет просроченной задолженности, если вы не опаздываете, то, у вас, что называется, очень хорошая кредитная история. То есть, если вы вовремя платите все кредиты, то это никак не влияет на ваше качество как заёмщика.

Поэтому говорить, что 70% — это плохо или мало, хорошо или плохо… Вот мне, честно говоря, вот эта цифра, что 60% испытывает проблемы при погашении кредитов, ни о чём не говорит. У меня есть знакомые, которые говорят: «Слушай, опять месяц заканчивается, надо платить по кредиту». Испытывает человек проблему или не испытывает?

Е. Бунтман ― Вообще это проблема.

С. Алексашенко ― Конечно, возвращаешь свои навсегда. Конечно, это проблема.

О. Бычкова ― Вот вы согласны, например, возвращаясь к тому же Петербургскому форуму, я читаю публикацию Bell на эту тему. Здесь вспоминают заявление министра экономразвития Максима Орешкина, который сказал, что риск рецессии связан именно с потребительским кредитованием. По его данным 2% ВВП страны создано не обеспеченным потребительским кредитом.

С. Алексашенко ― Ну, меня часто слушатели наши критикуют, что я ругаю российских министров, дескать, я им завидую, поскольку меня отправили восвояси.

Максиму Орешкину на эти его измышлизмы у меня просто нет другого слова, кроме как ответила ему Эльвира Набиуллина в той же самой дискуссии. Она сказала: «Максим Станиславович, прекратите нести ерунду. Это ваши больные фантазии, что, если не выдать потребительский кредит, то его можно будет выдать какой-то компании. Такого не бывает. И говорить о том, что потребительские кредиты двигают экономику вперёд, знаете, что же хорошего можно сказать о российской экономике, если вся надежда только на то, что потребитель придёт и попросит кредит на утюг. Это какая-то такая неимоверная устойчивость и стабильное развитие, которые превышают все фантазии»...

Е. Бунтман ― Ещё одна тема, которая мне очень нравится. Это пенсии трудовым мигрантам из стран Евразийского экономического союза. На РБК об этом пишут. Россия будет выплачивать пенсии трудовым мигрантам из Армении, Беларуси и Казахстана, если они работали в России. Это правильно?

С. Алексашенко ― Евгений, это же вопрос законодательства на самом деле и взаимных экономических соглашений. Если трудовые мигранты из Киргизии, Беларуси, Армении работали в России на протяжении 30-40 лет и делали взносы в российскую пенсионную систему в соответствии с российским законодательством, то я не вижу причины, почему они не должны получать российскую пенсию.

Е. Бунтман ― То есть, если они официально оформлены на рабочем месте, то они автоматически делают отчисления.

С. Алексашенко ― Да. Поэтому по соглашению о ЕврАзЭс, все граждане ЕврАзЭс пользуются равными правами при приёме на работу в других странах. То есть, жители Беларуси, Казахстана, Киргизии и Армении при приёме на работу в России пользуются теми же самыми правами, что и российские граждане. Соответственно, если его взяли на работу, если ему платится официальная зарплата, если с этой зарплаты делаются официальные отчисления, почему ему не должны платить пенсию в таком случае? Я, честно говоря, не вижу здесь причины отказа…

Опять ведь речь не о том, что он приехал, один день поработал в России, получил нелегальную зарплату в конверте, всё отправил к себе в страну, но потом пришёл и оформил себе пенсию. Я думаю, что не об этом речь.

Е. Бунтман ― Речь идёт о равных правах, насколько я понимаю. Мне очень нравится, когда речь идёт о равных правах тех, кто работает на территории страны.

О. Бычкова ― Или это призыв… Я даже не знаю, попытка вывести большое количество мигрантных денег из тени, сделать белыми и открытыми для российской экономики в первую очередь?

С. Алексашенко ― Нет, всё-таки скорее гипотетически другая ситуация. Думаю, что это давление стран-партнёров России по ЕврАзЭс, у которых большая часть населения работает в России как трудовые мигранты. А потом все начинают смотреть вперёд, понимают, что эти люди рано или поздно выйдут на пенсию. Представьте, 10 млн. трудовых мигрантов вернётся на свою родину, достигнув пенсионного возраста, и эти страны должны будут им платить пенсию. И тут они говорят: «Нет, Россия, они у тебя работали? Работали. Взносы платили? Платили. Давай договоримся, что ты будешь платить им пенсию». Поэтому я думаю, что с этой стороны ноги растут.

Е. Бунтман ― Ну, наверное, соглашусь, что тут не надо искать особенной конспирологии и ждать народного гнева народа, которому повысили пенсионный возраст. Такие же люди здесь работают, такие же трудящиеся.

С. Алексашенко ― Да, и пенсионный возраст у них точно такой же, как у российских граждан.

О. Бычкова ― Да, там примерно всё то же самое. Но другой вопрос, каким образом это осуществить в условиях большого количество серых зарплат?

С. Алексашенко ― Я не думаю, что это будет касаться темы зарплат в конвертах. Ведь ни одна страна, ни Киргизия, ни Армения, ни Казахстан, ни Америка, ни Франция не назначат вам пенсию, если нет доказательств, что вы официально работали, получали официальную зарплату и делали соответствующие взносы в пенсионную систему. Просто практически все страны выплачивают социальную пенсию, если у вас нет других источников к существованию. Но из того, что я услышал, это не связано с выплатой социальных пенсий для граждан других государств.

Е. Бунтман ― Сергей Алексашенко, персонально наш всегда по вторникам, до встречи через неделю с Сергеем Алексашенко. Мы с вами прощаемся до следующего часа, Ольга Бычкова, Евгений Бунтман.






ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Согласен с уважаемым экономистом-эскайпистом С. Алексашенко: лет через двадцать эти горе-клоуны могут милостиво разрешить, если соизволят, не только не давить бульдозерами-асфальтоукладчиками нормальный продовольственный доброкачественный конфискат, но даже и кушать его позволят особенным особям. Хотя бы сиротам и обездоленным бомжам, нищим пенсионерам и самоотверженным бюджетникам, получающим зарплату, существенно не дотягивающую даже до оплаты задолженностей по ЖКХ.

Всё равно надо неуклонно наращивать давление по всем фронтам. Боится горе-система или не боится, выпустит или не выпустит, а давить надо. Только в давлении вся сила…
________________________________________

Медведев предсказал сокращение рабочей недели до четырёх дней. «Технологический прогресс приводит к сокращению не только рабочих мест, но и рабочего времени, к расширению досуга. Весьма вероятно, что будущее — за четырёхдневной рабочей неделей как новой основой социально-трудового контракта», — сказал он, выступая на 108-й сессии Международной организации труда.

В лохматые годы два матроса и три солдата заменяли экскаватор. Так в России будет и в будущем…
________________________________________

Современной экономике люди не нужны… Во всяком случае в таком количестве. Не 4 дня работать, а вообще отдыхать всё время придётся… Желающим работать надо будет стараться её получить. Но проще будет не работать. В любом случае на производстве людей заменят роботы. Люди не эффективны…
________________________________________




ИСТОЧНИК

Евгений Бунтман, Ольга Бычкова

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие материалы  другие материалы   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Беспредел (0) > Противозаконные преследования (0)
  • Власть (0) > Стратегии и Прогнозы (0)
  • Международные события (0) > Китай (0)
  • Экономика (0) > Кризис (0)
  • Экономика (0) > Санкции (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 08.09.2019 - КОГДА ЛЮДИ ПОНИМАЮТ, ЧТО ПРАВОСУДИЯ НЕТ
  • 06.09.2019 - ИНТЕРВЬЮ ГРИГОРИЯ ЯВЛИНСКОГО
  • 05.09.2019 - ПРЕДСЕДАТЕЛЬ «ЯБЛОКА» НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ
  • 05.09.2019 - МЫ ЖИВЁМ В РОССИИ
  • 04.09.2019 - О ПОЛЬЗЕ МАССОВЫХ ПРОТЕСТОВ
  • 04.09.2019 - ТЕАТР ЖЕСТОКОСТИ
  • 03.09.2019 - «ЯБЛОКО» ПРОТИВ МУСОРНЫХ ПОЛИГОНОВ
  • 03.09.2019 - ПОЛИЦЕЙСКИЕ ПРЕСТУПНИКИ
  • 02.09.2019 - НИКАКОЙ УГРОЗЫ ЗДОРОВЬЮ
  • 01.09.2019 - КАК ЖИТЬ В ТОТАЛИТАРНЫХ РЕЖИМАХ
  • 31.08.2019 - ЗАЧЕМ ПУТИНУ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ЗАКЛЮЧЁННЫЕ?
  • 31.08.2019 - НЕЛЕГИТИМНАЯ ВЛАСТЬ
  • 30.08.2019 - КАРАТЕЛИ ВСЕГДА В МАСКАХ
  • 29.08.2019 - НИКАКОЙ «ЕДИНОЙ РОССИИ» НЕТ
  • 29.08.2019 - ПЕРВЫЙ ОПЫТ ЖИВОГО ОБЩЕНИЯ С СУДОМ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru