Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Экономика > Публикация
Экономика

[24.03.2020]

НЕФТЯНЫЕ ИСТОРИИ

Михаил КРУТИХИН: российский экономический аналитик, специалист по нефтегазовому рынку, историк и востоковед, партнёр информационно-консталингового агентства RusEnergy

(ТЕКСТ, ВИДЕО, КОММЕНТАРИИ)

Михаил КРУТИХИН:


Нефти — ну, залейся! А спрос будет отставать, это уже совершенно определённо на годы вперёд. Мы уже видим эту картину. То есть будет фундаментальное соотношение спроса и предложения в пользу предложения. Предложения будет много.

Поэтому нужно ожидать, что, несмотря то, что с одного конца давление на цены излишним предложением, да ещё и война, когда каждый экспортёр нефти будет сражаться за рыночную нишу за какую-то и выпихивать конкурентов рыночными и нерыночными методами. И я не вижу даже конца этому периоду…

Уже два солидных банка, включая Сити-банк, прогнозируют, что цена может опуститься до 20 долларов за баррель нефти. Последние два прогноза — то, что я видел.

Ну, а Россия должна быть великой. И она должна задавить своим величием, стоимостью нефти американских производителей. И тогда мы будем играть решающую роль на этом рынке. Это же соблазнительно принять такое решение в интересах энергетического величия России. Ну, приняли такое решение…

Всё к этому шло. Мало кто на это обращает внимание. Но у нас же другое правительство. Правительство господина Медведева ограничивало нефтяников. Оно было в плохих отношениях с тем же товарищем Сечиным, который руководит самой крупной нашей, тем более, государственной компанией «Роснефть», да ещё и является ответственным секретарём президентской комиссии по ТЭК, то есть это фактически главный барон этой нефтяной отрасли. И вдруг он требует больших льгот налоговых — 2,6 триллиона рублей для своего абсолютно безумного и нерентабельного проекта Vostok Oil — а ему отказывает правительство! Нет, у нас нет денег на это. Я не исключаю, что это было одним из поводов, что правительство поменялось…

А поменялось как? Приходит господин Мишустин. А у него прекрасные личные отношения с Сечиным. Они входят в совет футбольного спортивного клуба ЦСКА, в хоккей вместе играют. И вместо профессионально относившегося к делу Козака вдруг приходит человек — я даже фамилию его не могу вспомнить, — он никакого отношения вообще к нефти и газу не имеет, который должен за этим вместо Козака следить.

Министра финансов Силуанова, который денег не давал, понижают, он теперь больше не вице-премьер, а просто министр финансов. Ну, а министр Новак, ему что скажут, то он и будет говорить. Он фактически своей воли никогда не имел. Это лоббист нефтяных компаний. То, что ему говорят, то он на заседаниях ОПЕК и будет повторять.

И вот правительство решило изменить парадигму подхода к нефтяной отрасли, и теперь тон в этом задаёт Сечин. А Сечин убеждён в том, что нужно американцев прижать путём падения цен на нефть. Но это не удастся, конечно.

Нефтяники говорят, что есть какой-то коридор цен. Есть нижняя цена, когда радикально нужно будет перестраивать всю отрасль. И верхняя цена (когда-то, я помню, считалось 130–140 долларов), когда все потребители начинают переключаться на альтернативные источники энергии.

Венесуэла ушла с рынка. И есть сейчас первые сообщения из Америки, что они готовы принять дополнительные санкции против Венесуэлы. То есть уже владельцы танкеров отказываются перевозить нефть из Венесуэлы, купленную какими-то другими компаниями, в частности, одной из торговых компаний, принадлежащих «Роснефти». Против одной из них уже введены санкции, против второй ещё санкции не ввели, но, я думаю, что это дело времени.

И ОПЕК уже импотент, он не может регулировать рынок, даже когда сокращают свою добычу. Уже все поняли, что с ОПЕК, в общем, покончено. Забудьте про ОПЕК. Там сейчас каждый за себя. А ситуация-то останется прежней. То есть этот навес предложения над спросом, что никуда не денется несмотря ни на какие соглашения, встречи, договорённости…

Я думаю, что в ближайшей перспективе в выигрыше могут остаться США. У них будет дешёвый бензин на дешёвой нефти, а это Трампу перед выборами даже очень хорошо. То есть он всегда хотел, чтобы была недорогая нефть. И своего он как бы добился, тут ему Россия помогла уходом из ОПЕК.

                    *   *   *

С. Крючков ― Здесь Марина Максимова и Станислав Крючков. С нами и с вами — Михаил Иванович Крутихин, партнёр информационно-консалтингового агентства RusEnergy. Здравствуйте! Тема сегодня вполне очевидная — это падение рынков, нефтяных, валютных. И о предпосылках, я думаю, нужно с этого начать.

М. Максимова ― У нас коротенько два вопроса. Первые полчаса: кто виноват? А вторые полчаса: Что делать?

С. Крючков ― С чьей подачи началось? Наверное, так.

М. Крутихин ― Началось-то не сегодня, не вчера и даже не в пятницу, а началось намного раньше. Вдруг эксперты где-то года три тому назад стали предсказывать конец нефтяной эры и предсказывать так: «Знаете, нефти-то ещё много будет, а будет иссякать спрос». Вот начало снижения этого спроса они запланировали где-то на 2035 года, даже 2040 год был в одном из прогнозов. Потом вдруг, я смотрю, стало год за годом это приближаться: 2030 год пошёл, 2025-й недавно видел.

То есть публика ориентировалась на что? Переход на альтернативные источники, энергосбережение, энергоэффективность повышается. А тут ещё развитые страны в Европе во главе с Германией заявили: «К 2050-му году мы полностью отказываемся от углеводородного сырья, от ископаемых источников, от нефти, от газа, от угля, от всего. И вся электроэнергия у нас в 2050-ом году будет на 100% из зелёных, альтернативных и прочих источников. Вообще, сейчас вот мы сидим и выбираем, какой нам выбрать водород: то ли из природного газа — вот вчера, позавчера у них были такие заседания — делать (будет называться «голубой водород»), то ли его делать путём электролиза воды (это будет «зелёный водород»). Вот они сейчас решили, что даже природный газ им не нужен, а нужен будет зелёный водород, и экономика туда перейдёт.

И когда это всё бурно вдруг начало обсуждаться, принимаются программы, то публика решила — да, скоро оно будет. И некоторые многие компании начали свои программы досрочно переключать на альтернативные источники. Много всего было, ладно, плавно будем переходить.

М. Максимова ― Ощущение было, что это будет не сейчас.

М. Крутихин ― Да, ну 2025-й, 2030-й год, что-то там начнётся. Все думали: «Вот давайте на Китай смотреть по поводу потребления и на США по поводу предложения на рынке нефти — вот две реперные точки будем смотреть». И вдруг по этой реперной точке, по Китаю ударяет вирус. И Китай как-то отключается, начинает объявлять форс-мажор: «Не могу принять сжиженный природный газ. Нарушаю то-то, нарушаю это… Накапливаю нефть в хранилищах, а дальше будем с ней что-то делать»…

И публика не просто заволновалась, а цена уже поползла вниз. Публика не знала, что делать, какие принимать в связи с этим решения. Поскольку Китай связан экономическими связями со всем миром, то везде всё началось сыпаться. Предприятия стали останавливаться, связи торговые стали нарушаться. И это был ускоритель огромной мощности.

И вдруг, когда собирается ОПЕК на своё заседание и не просто ОПЕК, а ОПЕК+ с союзниками, до этого за пару месяцев Россия вдруг начинает намекать: «А вы знаете, а мы можем даже не продолжить сотрудничество с ОПЕК, а уйдём оттуда. Чего нам сокращать добычу-то?»

И, действительно, в минувшую пятницу на этом заседании в Вене наш министр долго там совещался со всеми, потом с Саудовской Аравией по отдельности и объявил, что да, мы не согласны и с 1 марта мы не участвуем в этой программе. Не только Россия, но ещё и Казахстан туда присоединился. То есть эти люди, которые в ОПЕК не входили, они решили, что больше и присоединяться не будут.

И вот это второй ускоритель этого процесса и ускоритель настолько мощный, что в тот же день пошёл сигнал, что цены начнут падать, и цены на нефть пошли вниз, и цены на многие акции пошли вниз. Это было уже начало панической реакции. И все ждали понедельника.

И когда открылась Азия, то первое, что пошло вниз, это даже не нефть — пошли вниз акции многих компаний — энергетических компаний… А некоторый биржи были вынуждены закрыться, когда всё это достигло минус 5%, значит, надо было продажи прекратить. Покупки-то возможны были. И предотвратили крах, когда летело всё…

И с открытием торгов по нефти она тоже скакнула вниз, дошла до 32 долларов за баррель марки Brent. Потом немного отыграла. Видимо, какие-то игроки нефти в эти фьючерсы решили, что «дошли до дна, можно тут покупки делать, мы тут сбросили пока дорогие, а сейчас дешёвенькие приобретём». И пошли покупки. То есть отыграли часть до 36, 37… Немножко всё это пошло вверх.

Ещё надо посмотреть вечером, что будет твориться, когда американские откроются торги. Ну, мы поглядим, что будет. Но смысл уже такой. Вот вслед за этим — может быть, не после этого, не в результате российского шага, а после него — Саудовская Аравия первая даёт сигнал: «Мы будем увеличивать, наращивать добычу нефти». Ага, раз наращивать, а не сокращать добычу нефти — это выброс дополнительный на рынки, Саудовская Аравия говорит: «А вы знаете, что мы тут в феврале приняли решение совместно с Кувейтом начать добычу нефти на так называемой нейтральной территории, нейтральной зоне между двумя государствами?» А там нефти много. И если они вдруг принимают такое решение — а там давно уже ничего не делали…

М. Максимова ― А это как-то входило в это соглашение, которое действовало до сих пор?

М. Крутихин ― Нет, это между ними. Просто две страны решили пока там ничего не трогать: «Нам всего достаточно». У них две было такие зоны. С одной зоной они решили поработать, а вторая зона ещё осталась нейтральной. А теперь она не нейтральная, там тоже нефть могут добывать эти две страны.

И потом вдруг Саудовская Аравия говорит: «Я много раз, даже когда сдерживали добычу, давала скидки потребителям в Азии, в Европе. Давайте-ка я опять скидочку такую хо хорошую — 6–8 в Европе на баррель, 4–5 долларов в Азии дам». По разным контрактам там всё будет по-разному. Но это оказало ещё дополнительное давление на нефтяные цены.

Сейчас, я думаю, ситуация будет определяться такими красивыми двумя явлениями. Первое явление это: надолго нефти будет больше, чем её могут потребить.

М. Максимова ― Даже когда Китай обратно подключится после коронавируса?

М. Крутихин ― Даже тогда… А уже и раньше было: Китай работает, а предложений всё равно больше, чем могут съесть. У нас вполне рентабельная нефть добывается сейчас на глубоководных участках у берегов Бразилии, в Мексиканском заливе. Там глубина 3 километра, там бурят скважину и добывают. И экономично получается, что самое удивительное, то есть научились это делать. И нефти — ну, залейся! Это первое.

А спрос будет отставать. Это вот уже совершенно определённо на годы вперёд мы уже видим эту картину. То есть будет фундаментальное соотношение спроса и предложения в пользу предложения. Предложения будет много.

А второе: поскольку цена у нас сейчас очень часто не определяется этим соотношением… Ну, посмотрите, ушла с рынка Венесуэла фактически, ушёл Иран, ушла Ливия, а рыночек-то мало-мало прореагировал на такой уход предложения. Предложения достаточно даже без них. И поэтому и ОПЕК тут не может ничего. Ну, сократят там они на 1,5 миллиона баррелей в сутки, а с рынка ушло уже 3 с лишним миллиона баррелей, и всё равно эффекта никакого нет.

То есть те игроки в бумажки — фьючерсы, форварды, спреды — во все эти деривативы, им выгодна, как всегда была выгодна волатильность на этом рынке. Как прыжок цены вверх — они зарабатывают, прыжок вниз — они зарабатывают. Они зарабатывают на каких-то слухах, когда дёргаются цены. Они сами запускают эти слухи. У них много приёмов, чтобы зарабатывать …

Поэтому нужно ожидать, что, несмотря то, что с одного конца давление на цены излишним предложением, да ещё и война, когда каждый экспортёр нефти будет сражаться за рыночную нишу за какую-то и выпихивать конкурентов рыночными и нерыночными методами.

Там примерно крупных 50 игроков, которые, действительно, хорошо на этом играют. Иногда даже приходит один игрок, начинает что-то продавать — цена скачет. То есть там игра идёт, согласованная, несогласованная… Вот эти два явления: волатильность бумажной нефти и абсолютное давление предложения над спросом. Нам сейчас с этим жить…

М. Максимова ― Уточняющий сначала вопрос: Примерно можете сказать, как долго будет этот период, когда спрос будет значительно ниже, чем предложение?

М. Крутихин ― Я не вижу даже конца этому периоду…

М. Максимова ― То есть это 10 лет…

М. Крутихин ― Я не вижу конца! Может что это затормозить? Пока я не слышал, чтобы кто-то обсуждал возможный эффект от низких нефтяных цен. Уже два солидных банка, включая Сити-банк, прогнозируют, что цена может опуститься до 20 долларов за баррель нефти. Последние два прогноза — то, что я видел. Давайте предположим, что так оно и будет. И мы видим потребителей энергии в развитых странах, которые сейчас нацелены на энергоэффективность, на альтернативные источники, декарбонизацию, много программ таких. И вдруг они видят: дешёвая нефть, дешёвый газ. Да чёрт бы с ним, с климатом этим! Да пошлём куда подальше девочку эту, которая школу прогуливают в Швеции…

М. Максимова ― Да, Грету.

М. Крутихин ― И давайте потихонечку, пока такая дешёвка, воспользуемся этим моментом для подъёма своей экономики на этих ископаемых видах топлива. Есть такой соблазн. Это опять по Марксу, который процитировал другого мудрого человека, что нет такой гадости, на которую не пойдёт капитал за 300% прибыли. Вот когда увидят, что это выгодно, затормозятся программы энергоэффективности, энергозамещения. Этот сценарий я вижу совершенно реалистичным.

М. Максимова ― То есть это даёт некоторые надежды в плане нефти. Мы начали с того, кто виноват, потом передали эстафету Стасу. В данной ситуации сложно говорить, если бы, да кабы. А это решение России, которая не захотела не только заключать новый, а вообще продлевать старый контракт, оно, если бы мы договорились, ситуацию поменяло или бы просто не столь лавинообразно развивалось?

М. Крутихин ― Да, это было бы замедление этого процесса, не было бы такого резкого толчка резкого ускорения, что происходит сейчас. Ну, видимо, просчитали, что всё равно ОПЕК импотент, он не может регулировать рынок, даже когда сокращают свою добычу. Чего мы будем тут сокращать? Ну да, Россия на самом деле не сокращала добычу. Нет у Минфина, у Минэнерго никаких рычагов, чтобы воздействовать на добычу нефтяных компаний, на потребление внутри страны и экспорт. Ну, нет, ни формально, ни неформально никаких рычагов, поэтому компании делали свои дела. Там притворялись некоторые, некоторые выдавали желаемое за действительное, но на самом деле добыча идёт по максимуму сейчас.

Когда говорят: «Мы быстренько нарастим добычу», это не соответствует действительности. Может быть, на какой-то момент нарастят, но дальше-то неоткуда будет брать эту нефть. И так, что есть, высасывают последнее из действующих промыслов. То есть Россия на это не готова — ни на какое ускорение, движение вперёд.

С. Крючков ― Скажите, тем не менее, отыграть к этому соглашению возможно? Имеет это смысл какой-нибудь?

М. Крутихин ― Я уже не вижу возможности такой. Нет, уже все поняли, что с ОПЕК, в общем, покончено. Уже давно это была организация, которая не могла, во-первых, играть роль картеля, потому что цену определяли вот эти игроки на финансовом рынке, а не она.

А второе: они боятся играть роль картеля, потому что в Америке на них шикнули и сказали: «Вы знаете, у нас тут планы даже появлялись на введение NOPEC». А что такое NOPEC? Как американцы мне объяснили, чтобы попугать, говорили: «Введём такое законодательство против картелей. Если обнаружим картельный сговор по цене на энергоносители где-то за пределами, то вот участники этого сговора будут подлежать санкциям США».

Мгновенно Катар выскочил из ОПЕК, сказал: «Ой, у меня столько инвестиций в США! Я не буду рисковать». Они поняли, что, действительно, может такой сценарий развиться. Но это маловероятный сценарий. Однако в Вашингтоне шикнули: «ОПЕК, вы там особенно роль картеля-то не играйте». И всё, ОПЕК кончился.

С. Крючков ― А предполагаемое партнёрство ОПЕК с Россией? Это не усиливало ОПЕК?

М. Крутихин ― Какое было партнёрство? Выходил наш министр энергетики и говорил: «Мы солидарны и мы планируем вот на столько уменьшить добычу».

С. Крючков ― Но не уменьшали?

М. Крутихин ― Стали считать — а Россия увеличивает добычу. В общем, практика эта продолжалась, как ни странно, с 2000 года, когда начались контакты России и ОПЕК. Тогда серьёзные были контракты и первые обещания: «Вот на такую-то величину мы сокращаем добычу в России». Каждый месяц докладывали, что мы сокращаем добычу, в конце года выяснилось, что ровно на эту величину Россия увеличила добычу нефти. То есть кидали ОПЕК постоянно. Это была традиция уже. И сейчас делалось абсолютно то же самое.

Вот есть такой один из руководителей ЛУКОЙЛа Федун. Вот он недавно тоже засветился, когда сказал, что ему очень не нравится резкий уход России из этой сделки, что это будут такие-то и такие потери. Вот я задал вопрос Федуну. Он тут делал презентацию каких-то прогнозов своей компании. Я говорю: «Скажите, как лично ваша компания участвует в обеспечении этой договорённости с ОПКЕ+?». Он говорит: «Мы принимаем меры. Мы бурим скважины, потом их затыкаем и откладываем эти скважины на будущее, когда обстановка изменится».

Я когда другим нефтяникам в других компаниях рассказывал, как Федун на это дело реагирует, они мне говорят: «Пусть он своим футболом занимается, а не нефтью, потому что это немыслимый совершенно подход к бурению скважин». ЛУКОЙЛ — разумная компания. Она очень сильно пострадает от низких цен, знаете, почему? Потому что в этой компании есть корпоративный принцип не браться за проекты, если внутренние нормы доходности или рентабельности (по-разному говорят) меньше 16%. Они, когда увидят, что цены нефти низкие и ту нефть, которую они добывают, себестоимость её не покрывает эти 16%, они должны по принципу компании бросать этот проект, вообще ничего не делать.

И недаром Федун не так давно, по-моему, даже вчера, он сказал: «Вы знаете, в будущем наша компания будет вообще от углеводородов отходить, это уже будет не нефтяная и не газовая компания». Потому что при таких ценах очень многие проекты в России совершенно нерентабельны. Поглядите, тот же самый Лукойл говорил лет 6 или 7 тому назад, что трудноизвлекаемые запасы нефти в России можно разрабатывать, только если цена нефти будет длительный период больше 80 долларов за баррель. Мы такой период уже забыли, когда он был.

М. Максимова ― Да, и не будет.

М. Крутихин ― Я боюсь, что и не дождёмся. Это у нас президент сказал когда-то, что если нефть обрушится ниже 80, то у мировой экономики будет полный коллапс. Ну, ляпунл и ляпнул. А Федун тогда совершенно серьёзно сказал: 80 долларов. А если на шельф арктический идти, то там 150 долларов цена должна быть, чтобы там нефть добывать. Это правда, это верно.

Но когда мы смотрим на официальную статистику Минприроды и Минэнерго, выясняется, что из всей оставшейся нефти в России 70% — это трудноизвлекаемая, а вот только 30% можно извлечь. А если цена сократится, вместо 40 это будет, условно, то эти 30%, которые ещё рентабельно добывать — это уже не 30%, это будет 20%, 15%... Это будет скорейшее исчерпание наших оставшихся нефтяных запасов.

Уже два года назад министр энергетики, докладывая в думе о состоянии нашего ТЭКа, он говорил: «Ребята, при нынешних налоговых условиях и так далее мы к 2035 году сократим добычу нефти в России на 40%, потому что мы будем вычерпывать эти возможные реальные запасы. Что, Россия выйдет из числа экспортеров нефти вообще?

М. Максимова ― Тут как раз наш слушатель спрашивает, сравнивает Саудовскую Аравию и Россию: какой процент легко и труднодобываемой нефти?

М. Крутихин ― А в Саудовской Аравии, в принципе, вся нефть легкодобываемая. Там себестоимость крайне низкая. Потом, им, действительно, нужно, чтобы бюджет сводить 70–75 долларов за баррель, но население там маленькое. Там неграждане из других стран работают, а вы знаете. саудовцы, их не так уж много — понятно, члены королевской семьи несколько сотен есть и ещё какие-то граждане — они выкрутятся за счёт малого населения. Также они будут сейчас добывать больше нефти и продавать её дешевле, но стоимость будет та же самая. У них всё равно будет даже больше доход, чем от более дорогой нефти на малых объёмах. Всё уже просчитано.

М. Максимова ― А запасов много?

М. Крутихин ― А запасов у них очень много.

С. Крючков ― Мотивация — это, действительно, попытка выкинуть сланец с мировых рынков? Можно об этом говорить?

М. Крутихин ― Насколько есть информация о мотивации этого решения, судя по всему, да. Я думаю, что руководителю страны были представлены некие выводы аналитические о том, что более-менее длительный период низких цен на нефть, который Россия спокойно переживёт, выпихнет с рынка американскую сланцевую нефть. Это абсолютно не соответствует действительности!

М. Максимова ― Почему?

М. Крутихин ― Во-первых, эта отрасль уже несколько раз доказала свою гибкость. Там очень легко сократить добычу и так же легко за две недели возобновить те же темпы бурения скважин, гидроразрыва пласта, то есть восстановить всё, что они утратили за время вынужденного простоя. Затем эти компании научились новым схемам хеджирования своих возможных убытков, научились новым финансовым схемам инвестирования, туда пришли крупные игроки, которые консолидируют эту отрасль. Действительно, мирового класса игроки туда пришли и стали работать. Они вложили большие деньги, и эти деньги изъять уже невозможно из этой отрасли, то есть работа будет продолжаться. Эту отрасль так просто не погубить. Я могу довольно долго аргументировать этот тезис, но я считаю, что руководство страны было поставлено…

М. Максимова ― Неправильно было информировано.

М. Крутихин ― Неправильно было информировано по этому поводу. Ну, как же, Россия должна быть великой, и она должна задавить своим величием, стоимостью американских производителей нефти, и мы будем играть решающую роль на этом рынке. Это же соблазнительно принять такое решение в интересах энергетического величия России. Ну, приняли такое решение…

Всё к этому шло. Мало кто на это обращает внимание. Это же другое правительство. У нас же было правительство господина Медведева. И то правительство ограничивало даже в чём-то нефтяников. Оно было в плохих отношениях с тем же товарищем Сечиным, который руководит самой крупной нашей, тем более, государственной компанией «Роснефть», да ещё и является ответственным секретарём президентской комиссии по ТЭК, то есть это фактически главный барон этой нефтяной отрасли. И вдруг он требует больших льгот налоговых — 2,6 триллиона рублей для своего абсолютно безумного и нерентабельного проекта Vostok Oil — а ему отказывает правительство!

Там другие компании нефтяные, газовые говорят: «А чего же нам правительство не построит порт в Арктике за государственные деньги? Это же дело правительства строить порты». Нет, у нас нет денег на это. Я не исключаю, что это было одним из поводов, что правительство поменялось…

А поменялось как? Ну, ладно оставим Медведева, он уже больше не премьер-министр. Приходит господин Мишустин. Это прекрасные личные отношения с Сечиным. Они входят в совет футбольного спортивного клуба ЦСКА, в хоккей вместе играют — это раз. Вместо профессионально относившегося к делу Козака вдруг приходит человек — я даже фамилию его не могу вспомнить, — он никакого отношения вообще к нефти и газу не имеет, который должен за этим вместо Козака следить.

Министр финансов, которые денег не давал, Силуанов, его понижают, он теперь больше не вице-премьер, а просто министр финансов. Ну, а министр Новак, ему что скажут, то он и будет говорить. Он фактически своей воли никогда не имел. Это лоббист нефтяных компаний. То, что ему говорят, то он на заседаниях ОПЕК и будет повторять.

Теперь это совсем другое правительство. И вот правительство решило изменить парадигмы подхода к нефтяной компании, и теперь тон в этом задаёт Сечин. А Сечин убеждён в том, что нужно американцев прижать путём падения цен на нефть.

С. Крючков ― Но не удастся?

М. Крутихин ― Но не удастся, конечно.

М. Максимова ― А он не понимал, что это палка о двух концах?

М. Крутихин ― А я не знаю, что он понимал, что не понимал.

М. Максимова ― По «Роснефти» это же тоже ударит.

М. Крутихин ― Кто-то так хорошо пошутил в Фейсбуке: об аналитических способностях Сечина говорит один простой факт: он вступил в члены КПСС в 1990-ом году, когда народ уже бросился выходить оттуда. Вот так его аналитика сработала. И потом, ну чего говорить, он так же, как я и как руководительница Газпром экспорта, мы — все филологи по образованию, мы не нефтяники. То есть ну, как можно такие решения принимать?..

С. Крючков ― Михаил Иванович, а поиграть на этих сланцевых рынках Россия сама не может?

М. Крутихин ― Нет. Это специфика Америки. Они могут это делать. Это другая страна. Ну, может быть, Китай может играть на добыче сланцевой нефти, сланцевого газа. Отчасти есть возможности, может быть, в Аргентине. Отчасти маленькие возможности на Британских островах. Но ни Польша, ни Украина, ни Беларусь, ни другие страны в сланцевом бизнесе никакой роли сыграть не в состоянии. Это большая тема, я могу довольно долго про это говорить, но, поверьте мне, что они не игроки тут.

М. Максимова ― Про цифры тогда немного, может быть, уже завершая со сланцевой нефтью. Вот читаем заявление Фатиха Бирола, главы МЭА: «Падение добычи сланцевой нефти в США может произойти при цене нефти ниже 25 долларов».

М. Крутихин ― Ну, очень красиво. Я сегодня называл в одном из интервью 28 долларов. Но нельзя вообще про сланцевую нефть говорить как о чём-то среднем, как о средней температуре по больнице. Потому что часть проектов — им и 80 долларов мало, потому что они дорогие, а другие и при 14 долларов совершенно спокойно себя чувствуют. Они разные. И приравнивать все эти сланцевые проекты друг к другу совершенно невозможно. Да, многие останутся. Часть будет заморожена. Но мгновенно возобновят работу, если цены повысятся. А отрасль никуда не денется. И добыча нефти и добыча газа в США будет продолжать расти.

С. Крючков ― Основные игроки, которые сейчас остаются и которые сейчас ушли с рынка. Венесуэла остаётся?

М. Крутихин ― Венесуэла ушла с рынка. И есть сейчас первые сообщения из Америки, что они готовы принять дополнительные санкции против Венесуэлы. То есть уже компании, владельцы танкеров отказываются перевозить нефть из Венесуэлы, купленную какими-то другими компаниями, в частности, одной из торговых компаний, принадлежащих «Роснефти». Против одной из них уже введены санкции, против второй ещё санкции не ввели, но, я думаю, что это дело времени. А владельцы танкеров уже отказываются их обслуживать. И Венесуэла, скорей всего, с рынка исчезнет совсем.

С. Крючков ― То есть мы в партнёрстве с Каракасом теряем тоже?

М. Крутихин ― Очень скоро у Chevron’а заканчивается контракт по работе с Венесуэлой. И я думаю, что Chevron, не будет возобновлять контракт. И кроме «Роснефти» там никто не останется. А у «Роснефти» некому будет нефть вывозить.

М. Максимова ― Спрашивают про Россию. Говорят, что если у нас с ценами на нефть будет такая беда, то мы можем использовать свои фонды, запасы. Вот у нас один из слушателей спрашивает, на какой срок хватит наших фондов при среднегодовой цене при 30 долларов за баррель?

М. Крутихин ― Кто говорит на 6 лет. Было недавно заявление министра финансов Силуанова, что на 3 года совершенно спокойно при 30 долларах за баррель мы без всякой проблемы переживём этот период. Но давайте посмотрим. Я специально 48-ю страницу распечатал. Есть такой документ, принятый в апреле прошлого года. Это бюджетный минфиновский прогноз Российской Федерации на период до 2036-го года. И вот тут написано, что если цена барреля 30 долларов продержится всего 1 год, мы потеряем 1,5% ВВП. Если она продержится 3 года — 5% ВВП мы теряем, а если она продержится 5 лет, то 9% ВВП мы теряем. Это огромная цифра. А если цена свалится на 20 долларов за баррель?..

М. Максимова ― Это реалистичный прогноз?

М. Крутихин ― Я думаю, что это сценарий, который не надо исключать, — вот так мы будем, аккуратно… Но если 20 долларов за баррель — за 5 лет потеря составит 20% ВВП, то есть пятую часть всего нашего заработанного и сделанного мы теряем, потому что нефть и газ у нас — это становой хребет и финансов и чего угодно. Это Министерство финансов. Оно даже, по-моему, слишком оптимистично к этому подошло. Потому что, возможно, не учли, что дешёвая нефть — это сокращение рентабельно добываемой нефти.

С. Крючков ― Помним же времена, когда нефть стоила по 12 долларов. Это не реалистично?

М. Крутихин ― И 9 долларов стоила. И я помню, был такой нефтяник Семён Кукес, который говорил: «Да и 7 долларов — мы совершенно спокойно продолжим». Но я не делаю сейчас таких предсказаний… Наверное, мы ушли всё-таки от такой цены в 7, 9… и так далее. Но 20 — уже страшно смотреть в ту сторону. Но как минимум два банка предсказывают 20 долларов…

С. Крючков ― А вверх смотреть уже не стоит? Потому что 100 помним…

М. Крутихин ― Всегда нефтяники говорят, что есть какой-то коридор. Есть коридор нижней цены, когда радикально нужно будет перестраивать всю отрасль, весь подход к этому. И верхний коридор — когда-то, я помню, считал — 130–140 долларов, если нефть туда выходит, то все потребители начинают переключаться на альтернативные источники энергии, от нефти отходить, и опять нефть пойдёт вниз. То есть она должна в этом коридоре колебаться.

Но всё равно, когда шли такие оценки коридора, то исходили от баланса спроса и предложения, не учитывали рынок этой бумажной нефти, всех эти деривативов, где ребята сидят и торгуют бумажками, а они сейчас задают тон на рынке со своей волатильностью. Так что вот, сколько им надо, столько они нарисуют.

М. Максимова ― А прогноз Минфина учитывает, что мы будем залезать в эти фонды золотовалютные?

М. Крутихин ― Да. Потому что уже мы видим заявления как минимум сегодня о том, что поскольку цена ниже цены отсечения 42 доллара 40 центов для того, чтобы бюджет был без дефицита, придётся пополнять его из ФНБ на эту разницу. Это есть бюджетное правило, как закон. На сколько хватит, уже тут тяжело считать. Мы когда-то считали… Был такой период, что нам там на 6 лет хватит, а хватило на 2 года. Помните, был ещё Резервный фонд, который был Фондом национального благосостояния?.. Но его на дольше хватило, чем предсказывали, на полгода дольше…

С. Крючков ― Коль скоро уже сейчас ниже цены отсечения, будет черпаться оттуда ресурс, но пополнятся-то он не будет, и этот период истечёт. Что тогда будет?

М. Крутихин ― Это, в общем, расходный материал такой в этом фонде. Я думаю, что единственный вариант — это девальвация внутренней валюты. Больше напечатаем денег. К чему может привести эта девальвация? Выиграют компании экспортёры. Они здесь дешёвые рубли будут тратить, а там получать более дорогую валюту, то есть плату за экспортные товары.

Но в России, вы посмотрите, сколько всего зависит от импорта — от технологий до продовольствия, от фруктов до техники, до чего угодно… 65% — это минимальная оценка импорта. То есть за него придётся платить и платить дороже, применяя его здесь в стране. Во-первых, это инфляция, это девальвация, потеря стоимости наших рублей. То есть та же квартира, которая стоила 5 миллионов рублей, она и дальше будет стоить 5 миллионов рублей, но это уже будет понятно, что стоимость этой квартиры уменьшится на разницу.

М. Максимова ― Тут спрашивают наши водители: «Падают цены на нефть, растут цены на нефть — цены на бензин только растут. Почему?»

М. Крутихин ― Вам ещё в 2008 году президент Владимир Владимирович Путин ответил на этот вопрос, что нам нужно поощрять нефтяные компании внутри, поскольку эти лишние деньги, они идут у нас на финансирование военнослужащих, учителей и так далее.

Ну, вы посмотрите, из чего складывается цена на бензин. 65%, сейчас почти 70% — это налоги. Не вините вы, пожалуйста, нефтяные компании, стоимость нефти. Это налоги. Мы не одиноки здесь. Посмотрите, какие цены во многих европейских странах. Норвегия, которая добывает нефть и газ, а у неё цена, которая почти в двое больше, чем у нас на бензоколонке. Почему? Потому что налоги.

М. Максимова ― Цена вырастет сейчас на бензин?

М. Крутихин ― Вырастет. Почему — потому что будут повышены акцизы. У нас же два раза в год должны повышаться акцизы на топливо. Вот они и вырастут. Нефтяным компаниям — уже договорились — это будут компенсировать. Компенсировать как? Вот у них отрицательная маржа, прибыли нет никакой на перерабатывающем заводе. И чтобы они работали, им надо это компенсировать. Там такой демпфирующий антиналог как бы. Он откуда берётся? Он из бюджета, в бюджете — деньги налогоплательщиков.

То есть все мы будем расплачиваться с нефтяными компаниями за то, что бензин дорогой. Во-первых, будут платить те, кто на бензоколонке платит, и ещё будет всё население страны, которое должно из бюджета деньги получать. И они ещё будут приплачивать нефтяным компаниям, потому что те теряют деньги из-за жадности правительства.

М. Максимова ― Это же ещё повышение цен на транспортировку всего от продуктов питания до чего угодно!

М. Крутихин ― Конечно. Вот как повышается акциз два раза в году…

М. Максимова ― Это значит, что и продукты и всё вырастет в цене!

С. Крючков ― Экономические последствия если просчитываем. А вот политические возьмётесь просмотреть на какой-то горизонт?

М. Крутихин ― Я-то до сих пор думаю, что подушка безопасности для нашего политического строя далеко не лопнула. И всё-таки терпение населения, мне кажется, пока… На улицы выходить публика, мне кажется, из-за этого пока не готова.

М. Максимова ― В любой ситуации пытаются найти плюсы. И я видела комментарий того, что высокая цена на нефть приводила к определённой стагнации в России, потому что не развиваются технологии. Вот мы получаем деньги, пресловутая нефтяная игла. Вот сейчас всё рухнет. Не заставит ли это нас… Потому что в самом начале эфира вы говорили, что западные компании закладывают уже через 10–15 лет переход на зелёный, синий, фиолетовый какой там цвет топлива… и я слышала, читала. Но вот про российское что-то подобное я ничего не слышала. Не может ли это заставить нас перейти на голубое, зелёное?..

М. Крутихин ― Ну как же? Последнее сообщение о том, что «Роснефть» во главе с Сечиным будет генетикой заниматься, не слышали?

М. Максимова ― Это не анекдот?

М. Крутихин ― Нет, не анекдот. Действительно, поручили компании заниматься таким перспективным направлением. Я могу сказать по этому поводу лишь одно. Я недавно принимал участие в Катаре в международной конференции, которая обсуждала пути продвижения к экономике, основанной на знаниях в противовес экономике, основанной на эксплуатации ресурсов. Вот как у нас ресурсы эксплуатируем, на этом деньги какие-то проедаем.

А они уже задумались. У них ресурсов тоже очень-очень много, того же газа, нефти у них вполне достаточно. Но они всё это обсуждают, как им продвигаться. И мне было очень стыдно выступать на этой конференции, потому что все статистические примеры, начиная со школьного образования и кончая финансированием научных исследований показывало, что всё в России нацелено в противоположную сторону — продвигаться к экономике не основанной на знаниях…

С. Крючков ― Хотя на словах речь шла об этом.

М. Крутихин ― На словах да. А цифры — куда вы денетесь с этими цифрами? То есть всё в другую сторону. Государственная политика смотрит на то, чтобы сохранить… Почитайте документ, который подписал Путин не так давно. Это доктрина энергетической безопасности. Вот всё, что в технологиях современного, передового, перехода на новую энергетику, это там называется «вызовы, которые бросают России». Россия нацелена продвигать нефть, газ, уголь и так далее. Эта доктрина так сформулирована. Она не знания будет продвигать, не знаниями торговать, ни технологиями, а сырьём.

С. Крючков ― Кризис наступил. Равновесное состояние внутри этого кризиса когда наступит?

М. Крутихин ― Не знаю. Никакого представления нет, будем сидеть, наблюдать.

М. Максимова ― При какой цене на нефть у нас рухнет всё в стране, и после чего мы перейдём к голубому, зелёному и к тому, чтобы использовать…?

М. Крутихин ― Не могу сказать.

С. Крючков ― Хорошо. Что может спасти эту ситуацию? Какое-то новое соглашение, новая международная конституция…

М. Крутихин ― Забудьте про ОПЕК. Нет никакого ОПЕК. Там сейчас каждый за себя.

М. Максимова ― Я видела, у них на следующей неделе новая встреча. Что-то ждать от неё?

М. Крутихин ― Нет. Этим воспользуются те, кто играет на рынке бумажной нефти. При малейшем заявлении любых из членов этого заседания нефть будет прыгать вверх-вниз, потому что там ещё работают роботы или алгоритмы так называемые, они реагируют на новостные заголовки и в миллисекунды дают команды продавать или покупать. Вот на этой волатильности будут выезжать… А ситуация-то останется прежней. То есть этот навес предложения над спросом никуда не денется несмотря ни на какие соглашения, встречи, договорённости…

С. Крючков ― А кроме таких локальных игроков, о которых, вы говорите, больше 50, из государств кто-то остался в выигрыше в этой ситуации?

М. Крутихин ― Если по крупному, я думаю, что в ближайшей перспективе в выигрыше США могут остаться. У них будет дешёвый бензин на дешёвой нефти, а это Трампу перед выборами даже очень хорошо. То есть он всегда хотел, чтобы была недорогая нефть. И своего он как бы добился, тут ему Россия помогла уходом из ОПЕК.

М. Максимова ― Такие у нас пока пессимистичные прогнозы. Персонально ваш был Михаил Крутихин, партнёр информационно-консалтингового агентства RusEnergy. Завтра ещё будем следить за открытием наших бирж и смотреть на новости.

С. Крючков ― Марина Максимова и Станислав Крючков провели эту программу. Спасибо вам большое.






ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Снижение цен на нефть Saudi Aramco направлено на ослабление позиций России. На такой шаг саудовская компания пошла после провала переговоров о дополнительном сокращении добычи нефти странами ОПЕК+, отмечает газета The Wall Street Journal. По данным издания, такой ход со стороны саудовской корпорации «является элементом агрессивной кампании по захвату доли российского сегмента рынка».

The Wall Street Journal указывает, что в субботу вечером руководство Saudi Aramco уведомило покупателей о том, что с апреля компания снижает стоимость на поставки сырья в США — на $7 за баррель, в страны Северной Европы — на $8, в страны Восточной и Юго-Восточной Азии — на $6.
________________________________________

Ну вот… Саудовские корпорации воткнули нож самому Игорю Сечину, а ведь он не ожидал от них такой подлянки.
________________________________________

Пятый Король Саудовской Аравии своими ценами на нефть угробил СССР. Теперешний Король ‎ уже пролил масло, теперь поскользнётся и лишится головы Россия. Следующий Король Аравии в 2025 году подпишет Договор с Главой Биробиджано-Манджурского Автономного Округа…
________________________________________

Послушав Михаила Крутихина, обнаружила, что это, оказывается, обычный филололог, о чём он и сам со смехом сообщил. И к России он относится соответственно, плевал он на Россию. Весело ему, видите ли, стало, попкорном запасся. Тьфу!

И учился он, представьте себе, при ЦК КПСС. "Эксперт"… понахватался разных словечек про биржи и нефтяной рынок и выдаёт себя за нефтяного аналитика.
________________________________________

Крутихин в области нефти и газа считается одним из лучших экспертов в Мире. Он консультировал нефтяные компании, которым сечены и прочие в подмётки не годятся. На всех мировых форумах Крутихин всегда желанный гость. И он ещё несколько лет назад, в отличие от многих, предсказал такой сценарий для России. Так что не надо про ЦК КПСС, к тому же образования тогда в СССР и даже в экономических школах ЦК КПСС было довольно приличное, если отбросить всю шелуху про коммунизм и прочую дребедень.
________________________________________

Сейчас нравственности в России — ноль! При сильном кризисе тут такая бойня будет: богачи будут давить бедных, бедные — грабить богатей. Это хорошая перспектива. Жалко, что в такой помойке приходиться жить.
________________________________________



ИСТОЧНИК

Марина Максимова, Станислав Крючков

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие материалы  другие материалы   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Манипуляции (0)
  • Власть (0) > Показуха (0)
  • Проблемы энергетики (0) > Нефтянка (0)
  • Экономика (0) > Кризис (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 01.04.2020 - КАК УКРЕПИТЬ ИММУНИТЕТ
  • 29.03.2020 - КАК ЗАЩИТИТЬ ЭКОНОМИКУ И ЛЮДЕЙ?
  • 29.03.2020 - РОССИЯ НЕ ХОЧЕТ НИКАКИХ ПЕРЕМЕН
  • 28.03.2020 - ОБНУЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИИ — ОБНУЛЕНИЕ ПРАВА
  • 28.03.2020 - ЗАКЛЮЧЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ
  • 28.03.2020 - АРАБЫ УВЕРЕНЫ: ПУТИН ПРОИГРАЕТ НЕФТЯНУЮ ВОЙНУ
  • 27.03.2020 - ИНТЕРВЬЮ НИКОЛАЯ РЫБАКОВА НА РАДИО «КП»
  • 26.03.2020 - О ЧЁМ ГЛАВНОМ НЕ СКАЗАЛ ПУТИН
  • 26.03.2020 - ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРОНАВИРУСУ
  • 25.03.2020 - СРЕДНИЙ КЛАСС В РОССИИ
  • 25.03.2020 - КОПИТСЯ ВОТ ЭТО ПОНИМАНИЕ У НАРОДА
  • 25.03.2020 - ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ШТОРМ ПРИБЛИЖАЕТСЯ
  • 24.03.2020 - ОТЧЁТ ГЛАВНОГО УПРАВЛЕНИЯ МВД ПО ГОРОДУ МОСКВЕ
  • 24.03.2020 - ЖИТЬ КАК ВО ФРАНЦИИ?
  • 23.03.2020 - ВЫСТУПЛЕНИЕ ЛЬВА ШЛОСБЕРГА В ПСКОВСКОМ ОБЛАСТНОМ СОБРАНИИ ДЕПУТАТОВ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru