Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Ваше доверие - наша победа

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Проблемы образования > Публикация
Проблемы образования

[12.03.2016]

ИНТЕРВЬЮ ЕВГЕНИЯ БУНИМОВИЧА «СОБЕСЕДНИКУ»


Евгений Бунимович рассказал Sobesednik.ru о том, как времена в стране влияют на политику, искусство и новое поколение. Слышит ли государство негромкий язык поэта? Чего он может добиться, уйдя в политику? Ценна ли демократическая партия, за которую всё хуже голосуют? Даёт ли новое поколение надежду на новую оттепель? Об этом в преддверии новых выборов мы беседуем с детским омбудсменом Москвы, писателем и учителем, членом Федерального политкомитета партии «ЯБЛОКО» Евгением Бунимовичем.


Вы — явление три в одном: поэт, учитель, чиновник. Кто доминирует?

— Идти в школу и преподавать — для меня было естественно, я умею это делать и люблю. Да и время, когда я сам учился в школе, быть может, самое счастливое в моей жизни. Об этом — в недавней моей книге «Вкратце жизнь» (повесть «Девятый класс, Вторая школа»). Так же естественно было для меня преподавать именно математику, писать учебники и задачники по математике, ведь я вырос в семье математиков, учёных и учителей. Это для меня родной язык, на котором я говорил всегда, потому без акцента. Но уже на мехмате МГУ я осознал, что учёным не буду, это не моё. Просто потому что когда мы с братом возвращались из университета домой, он в автобусе решал какую-нибудь задачу, а я смотрел в окно.

Стихи — это было так же естественно. Ещё в университете я оказался в теперь уже легендарной литературной студии Игоря Волгина — вместе с Александром Сопровским, Сергеем Гандлевским, Кенжеевым, Цветковым...


А что касается чиновника?

— Всё-таки в привычном смысле я не совсем чиновник. Да и строгой иерархии, начальников у меня никогда толком не было. То есть в школе был, конечно, директор, и довольно строгий. Но очереди из желающих на учительское моё место никогда не было — с учётом размера зарплаты. Директор был заинтересован во мне, работающем в специальных математических классах, больше, чем я в нём. Да и будучи потом депутатом, омбудсменом, я всегда сохранял некую автономию. Другое дело, что, занимаясь проблемами и защитой детей, образованием, воспитанием, я веду непростой диалог с государственными структурами, с властью. А как иначе?


Вам приходится пользоваться двумя видами высказываний — политическим и поэтическим. В первом случае вы говорите об общем, универсальном, во втором — о частном, уникальном. Как удаётся их сочетать, не мешает ли одно другому?

— Этот вопрос реально встал передо мной, когда меня избрали депутатом. Если говорить о поэзии, то мой язык — это и есть я. А вот если выступать на Правительстве Москвы, на заседании Думы — на каком языке говорить? Конечно, можно было перейти на бюрократический канцелярит, как называл его Корней Чуковский. Но я был уже взрослым сформировавшимся человеком, со своими взглядами, своим представлением о жизни. И если переходить на другой язык, акцент неизбежен... Да и зачем?

Конечно, удивлялись, не все и не всегда понимали. Но когда звучит иная интонация, другие слова, это по крайней мере привлекает внимание, заставляет вслушиваться. Какие-то вещи, кстати, получались. Привычное обращение зачастую спускают для ответа по чиновной лестнице. Но если текст непривычный, аппаратные чиновники не берут на себя ответственность сами отвечать, вынуждены обращаться к тем, кому они и были адресованы, кто может и должен принимать решение, нести ответственность. Между прочим, в одной из моих книг есть раздел «Депутатские запросы» — похоже, впервые в русской литературе депутатские запросы представлены там как литературный жанр.


А ответы тоже публикуете?

— Если они того заслуживают. Сравнительно недавний пример — ответ главы Департамента образования по вопросу слияния московских школ.


Вы же, насколько я знаю, выступали против необдуманного расширения, отмены специализации?

— Всё не так однозначно... В лучшие московские школы, как известно, всегда была большая очередь желающих поступить — родители в ночь перед записью у костров грелись. И я задавал тогда вопрос ещё предыдущим столичным властям: почему директор школы — это директор одного здания? Почему у него должно быть только два первых класса, если все рвутся в эту школу, а в соседнюю никто не идёт? Может, дать возможность тому, кто хочет и умеет работать с детьми, открыть, например, пять первых классов? Тогда известные московские школы — 57-я, школа Рачевского, другие — стали естественным образом расширяться.

Но, во-первых, это было расширение не до бесконечности. А во-вторых, естественное объединение — это не то же, что насильственное слияние. Знаете, один и тот же физический акт слияния, как известно, иногда является высшим проявлением любви, а иногда может быть квалифицирован по статье УК. Так и здесь. Когда естественным образом выстраивается большой образовательный центр — это одно, когда насильно сгоняют — другое. В таком случае мы старались защитить. И в том числе договорились, что без согласия управляющих советов такие преобразования начинать нельзя. Этот ответ я и напечатал тогда в газете, чтоб все знали.


Это правило всех устроило?

— Знаете, потом стали приходить люди и говорить: а у нас карманный управляющий совет. Но это уже другой вопрос. Если вы не можете в своей родной школе — не в многомиллионном городе, не в стране в целом, а в школе, где учится ваш ребёнок, организовать честную прозрачную процедуру выборов управляющего совета, это вопрос уже к вам.


Вопрос о выборах актуален: начинается парламентская кампания, где снова демократов будет представлять ваша партия «ЯБЛОКО». Когда-то она была намного популярней, особенно в Москве. В чём дело? В партии? В москвичах?

— «Приедается всё, лишь тебе не дано приедаться» — писал Пастернак, обращаясь к морю. А вот в море общественной жизни есть, наверное, эффект привыкания. Тут-то политические фокусники и вынимают из рукава каждый раз новые партии, новые имена, одновременно из кармана извлекают карманные партии, неискушенному избирателю морочат голову... Политическая культура, как и любая культура, формируется не один день.

Вообще-то я думаю, что и в этом процессе самое важное — образование, воспитание. Навешать лапшу на уши человеку образованному уже не так просто... Знаете, мои стихи выходили в разных журналах — тиражом и в 4 миллиона, и в 4 тысячи. Не в том дело. Важнее, с кем ты рядом, кто и что вокруг, в каком контексте твои стихи находятся. Чтоб не было стыдно, чтоб потом не краснеть.

Возвращаясь к политике, к выборам. Не надо ни морочить голову, ни лебезить перед избирателем. Просто уважать надо и его, и себя. Вот в советской школе очень ругали учителей за двоечников, заставляли бесконечно с ними возиться. Я вообще-то готов был тоже после уроков заниматься с тем, кто не понял, не тянет, не разобрался. Но никогда не терпел наглых бездельников, говорил такому: знаешь, дорогой, если хочешь что-то понять, разобраться — охотно помогу, буду с тобой работать, а не хочешь — вали.


Вы и ваши собратья по перу начинали писать в глухие 70-е, в период зажима. Сейчас для поэта куда больше средств обрести известность. Тем не менее, до славы вашего поколения — Гандлевского, Пригова, Рубинштейна — нынешнему далеко. Как вы это объясняете?

— Не согласен, что сейчас легче обрести известность. Мандельштам говорил, что поэзия — это власть. Раз за стихи убивают... Ну а нас-то не убивали, всего лишь не печатали. Но всё-таки было это ощущение сопротивления материала. И было ещё другое. В той же книге «Вкратце жизнь» есть рассказ — воспоминание о том, как в начале перестройки, когда ещё практически ничего не было опубликовано, мы с [Дмитрием] Приговым и [Владимиром] Друком выступали в Новосибирске, фестиваль там был поэтический. А это был период горбачёвского сухого закона. Поэтому везде, куда мы приходили, был чистый едва разбавленный подпольный спирт, который производили тут же, в Академгородке, в химической лаборатории. Мы выступали по нескольку раз в день, и... ну в общем, были в непростом состоянии, забывали какие-то строчки. Так вот — нам из зала подсказывали. Строчки стихов, нигде не напечатанных! И нам это казалось естественным...

Сегодня такое трудно представить. Но тогда существовала ощутимая параллельная культура. Помню, вернувшись в Москву, мы тогда встретились с европейскими поэтами, и они рассказывали про свои реалии: книжку выпустить легко, но её трудно продать, а на выступлении трёх поэтов будут сидеть десять слушателей... Для нас это было удивительно. Но у меня почему-то мелькнула тогда мысль, что это наше светлое будущее. И вот оно наступило! Сегодня поэту труднее. Нет такого, что тебя не печатают — наоборот, печатайся сколько хочешь, есть интернет, в конце концов, а вот что дальше...


То есть для внутренней свободы полезней внешняя несвобода?

— Я не сказал, что полезнее, я сказал, что было так. Не думаю, что внутренняя свобода так уж зависит от внешней — она или есть, или нет. И я, разумеется, не призываю репрессии или хотя бы цензуру для того, чтобы процветала запретная поэзия. Поэзия и без того найдёт свой путь. Она была всегда и будет всегда.


О репрессиях. Идёт новая волна романтизации эпохи Сталина, что неизбежно ведёт к оправданию репрессий. Как вы относитесь к таким попыткам?

— Плохо отношусь. Ничем невозможно оправдать такие жертвы. И сам спор о том, сколько было уничтожено, замучено людей — пять миллионов или двадцать миллионов, по-моему, чудовищен, оскорбителен. Тут не нужна математика. Тут речь о человеческих жизнях. Я потому и являюсь уполномоченным по правам ребёнка, что не считаю, что такой ценой можно что-либо оплачивать. Какими словами это ни забалтывай (как там? — «эффективный менеджмент»?) — я такой платы не приемлю!


Верите ли вы в наступление новой оттепели? И способствует ли этому поколение, которое родилось в свободной стране?

— Знаете, я бы не работал, наверное, с детьми, если бы думал иначе. Новые поколения — они не лучше и не хуже, они другие. Нынешние в чём-то, возможно, рациональнее. Работая с подростками, я знаю, что они способны меняться, учиться, постигать, развиваться — всё это гораздо хуже получается у взрослых.

Когда я затевал биеннале поэтов в Москве, мы помимо основной программы — в вечерних залах и литературных клубах — решили организовывать чтения для школьников, программу «Поэты в школе». Если сегодня не будет этой аудитории, завтра не будет никакой! Ведь это возраст наиболее восприимчивый ко всему, в том числе к поэзии. Возраст, когда ещё чувствуют остро и думают о главном — о любви и предательстве, о жизни и смерти...


ИСТОЧНИК

«Собеседник», Сара Гликина

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие материалы  другие материалы   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Манипуляции (0)
  • Власть (0) > Образование (0)
  • Общество (0) > Гражданское общество (0)
  • Общество (0) > Культура (0)
  • Общество (0) > Молодёжь (0)
  • Яблоко (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 15.01.2018 - НАШИ ДРУЗЬЯ И ВРАГИ
  • 14.01.2018 - СБОР ПОДПИСЕЙ
  • 14.01.2018 - ИНТЕРВЬЮ ИГОРЯ ГУБЕРМАНА
  • 13.01.2018 - «КРУГОМ ВРАГИ»?
  • 12.01.2018 - ЗАДАЧА ОППОЗИЦИИ
  • 12.01.2018 - «ВОЛОНТЁРЫ ПОБЕДЫ»
  • 11.01.2018 - ПОСТКРЫМСКАЯ ЭЙФОРИЯ
  • 10.01.2018 - ЗАБЫТЬ УЛЮКАЕВА
  • 10.01.2018 - НЕЗАВИСИМОСТЬ НАКАЗУЕМА
  • 09.01.2018 - РАСТЁТ ЧИСЛО БАНКРОТСТВ В РОССИИ
  • 09.01.2018 - НА ЧТО БУДУТ ПОВЫШЕНЫ ЦЕНЫ В НОВОМ ГОДУ
  • 08.01.2018 - СТОЛЕТНИЕ ПАРАЛЛЕЛИ
  • 08.01.2018 - ОБРАЩЕНИЕ НАРОДА РОССИИ
  • 07.01.2018 - ВЛАСТЬ КАК ТРАВМА МОЗГА
  • 07.01.2018 - СЛОВА НЕНАВИСТИ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru