Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Ваше доверие - наша победа

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Проблемы образования > Публикация
Проблемы образования

[15.07.2018]

СОВРЕМЕННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ И РАЗВИТИЕ РЕБЁНКА

Сергей САВЕЛЬЕВ: российский учёный, эволюционист, палеоневролог, доктор биологических наук, профессор, заведующий лабораторией развития нервной системы Института морфологии человека РАН


Сергей САВЕЛЬЕВ:


Но если всерьёз говорить, то ситуация весьма плохая, потому что у современных людей, погрязших в компьютерах, весь интеллект как раз там. Когда им надо ответить на вопрос, они задают этот вопрос своему компьютеру. А вот вся их система энергии и репродукции у них внутри. То есть на выходе мы получаем абсолютно управляемых бабуинов, которые могут хорошо питаться, прекрасно размножаться, хорошо одеваться, особенно при здоровом образе жизни и занятиях спортом. Но вот интеллекта там нет.


Алексей Голубев: В эфире «Эхо Москвы». Передача «Родительское собрание». Я не знаю, что может быть важнее. Все родители, непременно прильните к приёмникам, пользуйтесь случаем. В нашей студии два крайне полезных человека. Сегодня у нас есть возможность поговорить о том, как сделать так, чтобы наши дети стали умнее. У нас сегодня в гостях:

• Сергей Савельев, доктор биологических наук, профессор;

• Алексей Андреев, специалист лаборатории Касперского.

Сегодня тема нашей программы называется «Современные технологии и развитие ребёнка». Мы будем говорить о развитии мозга ребёнка. Что делать с мозгами детей и с родительскими мозгами тоже? С одной стороны умные люди нам рассказывают, как плохо не читать книжки. С другой стороны многие эксперты предсказывают, что уже вот-вот наступит время, когда нам и читать ничего не надо будет — компьютер включать не надо будет, книжку открывать не надо будет — уже всё будет в мозге, когда мозг соединится с компьютером и интернетом.

Алексей Андреев: Я считаю, что, как это не банально, развитие мозга сильно связано с физическим здоровьем. И с тем, насколько хорошо ребёнок в детстве двигается, насколько хорошо он задействует свою сенсорную систему. И это влияет не только на развитие мозга, но и на развитие сознания. Базовые категории мышления связаны с нашими базовыми чувствами. Если технология позволяет ребёнку обучаться в конкретной предметно-целевой деятельности, где задействованы все сенсорные системы, тогда это хорошо. Если технология приводит к тому, что ребёнок как какой-то коматозник сидит перед экраном, то это не то, что я назвал бы развитием.

Алексей Голубев: Передовые умы на планете по-разному оценивают ситуацию и говорят, что к 2030-му году наступит эта пресловутая сингулярность. Это означает, что человек и компьютер, по сути, станут одним целым. И весь массив данных у нас будет в голове.

Сергей Савельев: То, что вы говорите, это нелепость совершеннейшая! Она нужна, наверное, только министрам финансов. Что мы хотим получить в финале? У нас ребёнок развивается поэтапно: гормональная регуляция, поведение в соответствии с основными инстинктами. Ни о каком интеллекте в раннем возрасте нет и речи. Мозг завершает своё основное формирование только к 7-8 годам. Поэтому бесконечные попытки пригласить беременную маму на концерт симфонического оркестра для формирования музыкального вкуса будущего ребёнка — это чистый идиотизм. Мозг эмбриона не слышит ничего, ведь отсутствуют необходимые для этого области мозга, не сформирован слуховой аппарат. Это нелепость и надувательство в чистом виде. Даже у родившегося ребёнка самая главная из сенсорных систем — зрение сформировано только на 20 %. У него угол зрения 20° — что там с игрушками скакать вокруг него, когда он не видит почти ничего.

Новорожденный ребёнок почти ничего и не слышит. Первые рефлексы — это запах маминой груди и положение на руках. Поэтому когда бабушка простодушная его берёт, он начинает орать. Поэтому когда прогрессивные американцы в интересах гигиены начали мыть у мамы грудь перед кормлением, новорожденные стали отказываться от кормления. А когда перестали мыть, стало всё хорошо, правда, целое поколение детей пришлось отправить на синтетическое откармливание.

Поэтому человеческий мозг ни к какому компьютеру отношения иметь не будет, потому что он работает на совершенно других принципах. Но есть одна тонкость: уже сейчас человеческий интеллект является вынесенным, то есть не определяющим выживание. Цель-то какая? У всех людей, как у плоских червей на этой планете цель одна — добыть еды, размножиться, а для социальных животных — ещё выпендриться. Поэтому чтобы дальше оправдать, почему ничего не делаешь, некоторые говорят, что у них мозги перестают работать в 30 лет.

Но если всерьёз говорить, то ситуация весьма плохая, потому что у современных людей, погрязших в компьютерах, весь интеллект как раз там. Когда им надо ответить на вопрос, они задают этот вопрос своему компьютеру. А вот вся их система энергии и репродукции у них внутри. То есть на выходе мы получаем абсолютно управляемых бабуинов, которые могут хорошо питаться, прекрасно размножаться, хорошо одеваться, особенно при здоровом образе жизни и занятиях спортом. Но вот интеллекта там нет. Это очень выгодно с точки зрения эволюции человечества. Потому что, как я уже не раз проверял, что ты запустишь в интернет, то они и будут делать, у них своих мозгов нет.

Причём они делают это совершенно одинаково. Что это? Это интеграция человеческого сознания помимо человеческой воли. На чём это построено? На очень простом принципе. Дело в том, что человеческий мозг работать никогда не хотел, не хочет и не будет. Потому что энергетический обмен человеческого мозга консервативен. Он потребляет 25 % всей энергии человека, если мы активно чем-то занимаемся, и 9 %, если мы ничего не делаем — смотрим телевизор или воткнулись в свой компьютер. Всю нашу эволюционную историю нашему организму не хватало энергии, поэтому он привык экономить. Результат: наш замечательный мозг пытается всеми силами сэкономить. То есть если можно не работать он не будет работать. И это имеет внутренние механизмы регулирования. В ответ на то, что ты не думаешь, а быстро находишь ответ в Интернете, организм вырабатывает апиоиды, каннабиноиды, окситоцин, эндорфины.

Алексей Голубев: Вы сейчас всю индустрию наркоманов развернули.

Сергей Савельев: А это и есть наркотики, только естественные, органичные. Этот способ используют уже тысячи лет разные религии, занимаясь ровно тем же самым — предлагая готовые алгоритмы решения любого поведения. Результат — бесконечные военные конфликты, душегубство, резня. То, что кончится компьютеризация тем же, я вам обещаю. Религиозные войны уничтожили такое количество носителей интеллекта, что возможно сейчас было бы решено большинство проблем.

Алексей Голубев: Мы знаем, что внутривидовая агрессия — вполне естественная вещь, которая позволяет людям расселяться, размножаться…

Сергей Савельев: Но планета конечна.

Алексей Андреев: Но Илон Маск обещает запустить нас куда-нибудь… Потом и на планете ещё есть места, куда можно добраться.

Сергей Савельев: Может быть, просто не надо друг друга убивать?

Алексей Голубев: Однако мировые тенденции показывают, что это не прекратится, по всей видимости.

Сергей Савельев: Я не против отбора. Просто я за избирательность. Почему те, у кого мозгов нет, должны убивать тех, кто думает своей головой? Я считаю, что надо делать наоборот. И в этом отношении вынос своего интеллекта в компьютер очень хорош, потому что такими людьми очень легко управлять, очень легко внушать всё, что угодно. Мы это видим вокруг. Таким образом, из них очень легко делать пушечное мясо

Алексей Андреев: Пожалуй, я не соглашусь, потому что это уж совсем мрачная картина. Мне кажется, что среди них тоже идёт некоторый отбор. То есть, грубо говоря, если ты идёшь и всё время пялишься в свой iPhone, ты попадаешь под машину. Тебя тоже немножко Дарвин подпирает. Так или иначе, невозможно всё время сидеть в этом прекрасном компьютерном мозге. Вокруг настолько активная реальность, что я боюсь, очень много людей будет просто отсеяно тем, что они просто пересидели за компьютером. Вот я смотрю сейчас, как иностранцы ходят там и смотрят подсказки Гугла, как пройти, допустим, к Лужникам. Бедняги мучаются, не могут слова сказать, просто поговорить. И они идут в другую сторону! То есть видно, к чему это приводит в целом. И это будет такой же дарвинизм.

Я к тому, что в принципе, наверное, какое-то количество людей в этом процессе не дойдут до полного отупления, а дойдут до некого гармоничного решения, когда можно немножко пользоваться компьютером, а детям, например, осваивать карту…

Сергей Савельев: Знаете, для детей много чего придумано. У меня вот с собой книжечка очень забавная, которая как раз объединяет мышление и мелкую моторику. Это последнее 31-е издание 1913 года прописей, по которым дети учатся писать. Это очень важное упражнение. Дело в том, что у нас нет никаких других способов заставить двигательно-моторные области мозга, которые нуждаются всё время в притоке информации. Это очень полезное занятие для развития ребёнка. Это занятие должно быть интересно и оно должно иметь цель.

А. Андреев: А можно бруснику собирать.

С. Савельев: Но это, к сожалению, не может быть физкультурное упражнение. Когда вы занимаетесь физкультурой, ваш мозг не задействован весь целиком. А всё остальное впадает в маразм. Поэтому старые физкультурники, как известно, особым интеллектом не отличаются, хотя мышечно и соматически они прекрасные образцы человеческой породы.

Так вот у нас нет, в особенности, что касается детей, других способов более эффективных, чем, например, чистописание или, как сейчас у нас это носит название «каллиграфия». В чём дело? Человек должен очень точно координировать движение руки. Это 5 полей сагиттальной части лобной области человеческого мозга. Это очень важно для детей. То есть тонкая двигательно-моторная координация. Причём нужно предполагать проект, то есть какое слово он напишет. Это сразу меняет дело. А самое-то главное — подключаются и речевые, и слуховые области. Эти же слова надо выложить во что? В целую цепочку, предложение, чтоб был смысл. То есть ему надо двигательно-моторно координированно писать аккуратно мысль некоторую, которую надо ещё держать в голове и придумать. Другого способа, например, тонкой настройки человеческого мозга в процессе развития вообще не существует!

А. Андреев: Как? А музыка? А занятия музыкой? Разве не из той же серии?

С. Савельев: Двигательно-моторная координация, ну, в данном случае от разучивания нот до создания музыки проходит гигантское расстояние. Человеку надо внести тот исторический опыт, музыкальные знания, понимаете, дать ему сначала. То есть заполнить ему мозги, чтобы он начал что-то синтезировать. А здесь Вы выучили буквы алфавита, слоги, научили его писать, и он сразу начинает синтезировать речь.

А. Андреев: Ну, я бы не сказал, что он сразу начинает… И по своим детям вижу, что им не сильно хочется писать просто так. Вот.

С. Савельев: А им совсем не хочется. Потому что это же напряжение мозга. Но если мозг не заставлять, он ничего делать не будет.

А. Андреев: Да. Но ему нужна целевая всё-таки какая-то установка. Вот я когда вижу человека, который хочет научиться, например, играть на гитаре, это я понимаю, чего он хочет: там девочку впечатлить. Да? Допустим.

С. Савельев: Понятно. Гормональная стимуляция…

А. Андреев: Да. Но зато… через это можно совершенно здорово научиться на музыкальных инструментах играть. Вот у меня сейчас там ребёнок с прошлого года просит спиннинг, потому что он видел, как сестра вытаскиваю рыбу. Рыбу-то доставать — тоже мелкая моторика.

С. Савельев: Всё понятно. Смыслового плана нет. План-то, простите меня, времён австралопитеков — четыре с половиной миллиона лет назад — поймать еду… А человеческое-то здесь что? Понимаете, спиннинг — это не человеческое, это обезьянье.

А. Андреев: Ну, обезьяна не умеет спиннинг забрасывать. Я бы даже поспорил.

С. Савельев: Обезьяна умеет даже из «Калашникова» стрелять и включить интернет. Очень просто!

А. Голубев: Обезьяна даже в «Су-е-фа» выигрывает у человека, вот…

С. Савельев: На счёт обезьян сильно преувеличивать не надо. Но знаменитая Како, которая умерла 2 недели назад, прожив 46 лет. Это горилла, которую научили языку глухонемых. Такие опыты делали во многих лабораториях, но потом перестали. Я был, кстати говоря, в том центре, где их обучали. Почему они перестали их учить языку? Ну, кажется, интересно же. Но вот как обезьяна начала разговаривать, представляете, вдруг выяснилось, что она просит у исследовательницы: «Дайте мне там предмет из вашей сумочки, я намажу губы и буду красивая»… Ну, это же, понимаете!..

А. Андреев: То есть они боялись, что у них эта «Планета обезьян» начнётся?

С. Савельев: Хуже намного. Выяснилось, что обезьяна всё понимает, адекватно комментирует мультфильмы, сочувствует их героям. Понимает, кому их них больно. Когда у неё котик там любимый умер, она дико переживала. Как только Како научилась разговаривать этим американским языком глухонемых, она стала ругаться. И она рассказала много того, что она думает об окружающих людях. Там, например, она ненавидела одного уборщика. То есть стала ругаться последними словами на американский манер. Вот сразу это почему-то у американцев отшибло охоту учить обезьян…

А. Голубев: Ну, вот знаете, нам уже тут пишут сообщения. Вот нас критикуют, пишут, что, значит, собрался кружок таких мракобесов, которые говорят, что надо телефоны и компьютеры выбросить, вообще забыть о них, взять прописи, телевизор выключить и вообще куда-то уйти в тайгу…

С. Савельев: Ну, это они сами придумали за нас.

А. Голубев: Но вас спрашивают про прописи. Где-то был вопрос. С какого возраста нужно этими прописями, значит, мучить детей, чтобы был толк?

С. Савельев ― Чтобы был толк, как только у них созреет мозг. А мозг у детей, скажем, для такой деятельности созревает довольно рано. Но начинают им сначала давать карандашики, дают им возможность порисовать, почертить. И когда только созревает мозг для того, чтобы вообще последовательную мысль какую-то сказать, тогда примерно в это время и созревает собственно двигательно-моторная координация. Это 7-8 лет. Это достаточно индивидуально для детей разных этнических групп, но примерно так. И как только появляется возможность такие сложные составные предложения запоминать, надо этим пользоваться, но давать очень осмысленно и очень дозированно. Здесь нужны профессиональные педагоги, как любом деле.

У нас как-то с помощью засилья большого количества психологов посредством возрастной психологии отменили возрастную физиологию. Знаменитый Ухтомский с помощью возрастной антропологии разбирал, что ребёнок может воспринять, и что ему можно дать. Вот его вырезали из системы образования, оставив от него только словоблудие. А суть состоит в том, что ребёнок очень медленно созревает.

Есть такой феномен гетерохронии, то есть неравномерности развития. Ребёнок сначала, например, начинает вдруг петь. Ну, когда созревают соответствующие центры мозга. Речевые центры, кстати говоря, окончательно созревают в два с половиной — три года. Речь-то возникает раньше, а речевые центры окончательно поспевают только к этому времени… Поэтому что нужно? Конечно, тренировать. Стишки должен учить, петь, разговаривать, потому что в этот момент идёт закрепление тех речевых навыков до трёх лет, которые навсегда останутся в его жизни. То есть структурная память, которую мы называем долговременной или пожизненной, или её ещё называют социальными инстинктами. Ты потом не выбьешь уже его эту манеру. Посмотрите, вот люди южнорусского происхождения. Они выучивают набор слов, произношение и возникает определённый акцент. Потом они сюда приезжают в театральные училища и годами исправляют свой акцент.

Дальше начинает созревать зрительная система. Я говорил, с рождения поле зрения всего 20 градусов. Только к 8 там месяцам возникает поле зрения в 70-80%. До этого можете покупать свои игрушки и трясти ими до посинения перед ребёнком. Он их половину не видит, а то, что видит, не понимает. Но потом, созревая, он вдруг начинает рисовать. Обратите внимание все родители, кто нас слушает. Сначала дети что рисуют? Вы даёте им большой лист бумаги. И они, значит, или мажут или пытаются осмысленно что-то нарисовать — такие маленькие козюльки по углам или в середине. Вот такой большой лист, а в середине козюлька. С чего бы это они такое?

Да дело в том, что не надо его ругать, бедного, у него поле-то зрительное, осмысленное созрело только в центральной ямке там небольшое, 5 градусов. Вот он в 5 градусов эту козюльку и вписывает. Для него это и есть весь мир. И таких особенностей у маленьких детей очень много. То есть нужно очень согласовано и продуманно давать детям… и компьютер, тоже. Математике той же самой надо учить. Кстати говоря, уровень преподавания математики сейчас и в недалёком прошлом я сейчас продемонстрирую на простом примере.

А. Голубев: Сергей Вячеславович ещё что-то принёс.

С. Савельев: У меня здесь ежемесячный педагогический журнал издания училищного совета при Святейшем Синоде, называется «Народное образование». То есть очень всё благонадежно тут. Ну а в чём дело-то? Зачем я его притащил? А здесь очень интересно как раз для любителей математики и компьютерного программирования. Значит, здесь речь идёт о том, как преподавали, вдумайтесь, различные системы исчисления. Вот здесь разработка учителя, который заканчивает свою замечательную статью рекомендованную для детей, ну, чтобы они смогли получше усвоить математику, тем, что он делает действия в 15-ричной системе, а потом переводит в десятеричную. Милейшая статья говорит об уровне 1910-го года преподавания математики.

А. Голубев: Да!..

С. Савельев: У нас про двоичный-то код ничего не знают дети. А здесь разбирались десятеричная, восьмеричная, шестеричная, 15-ричная системы исчисления для игры ума… Это не же не для того, чтобы компьютер было легче осваивать… Не было тогда никаких компьютеров.

А. Андреев: Тогда ещё нет.

С. Савельев: То есть они действовали в соответствии с ещё одним новейшим достижением педагогики следующего рода. Я сейчас зачту, буквально потрачу минуту: «Когда пройдут годы, в которые дитя живёт почти только одной плотью, когда разум, хотя слабо и медленно, но уже начнёт развиваться, когда явятся следы чувствований, склонностей, помышлений, особливо когда пробудится совесть, тогда должно уже стараться возвысить душу дитя над чувственном миром». То есть давать те знания, который он в состоянии усвоить. Это свеженькое совершенно, а в «Педагогическом журнале» 1833 года. Александр Сергеевич ещё был жив. А проблемы остались…

А. Голубев: Актуально.

С. Савельев: Абсолютно актуальные проблемы! Просто не надо детей разрушать, то есть не надо им давать то, что они усвоить в принципе не могут. Я всегда всячески за это ратую. Нужно делать это своевременно. И тогда и компьютеры осмысленно пойдут, и тогда не будет вот этих компьютерных зависимостей. Потому, что ведь компьютер чем страшен? Ребёнок как биологический объект развивается. Он в компьютере что видит? Почему они все стрелялки любят и гонялки всякие? И да потому, что пойти морду набить соседу страшно. Соседский мальчик может дать в глаз в ответ. И это будет педагогический процесс. А тут получается биологическая безопасность, ненаказуемость и прочее. И у того, у кого голова послабее, тот потом берёт папино ружьё, как в Америке, идёт отстреливать школьников.

А. Голубев: Да. А вот такой вопрос. Социальные сети — это же, казалось бы, ну, хорошая полезная штука. Вообще учёные говорят, что мощность нашего мышления зависит от того, насколько сложно мы научились строить наши социальные отношения. А это идёт от того, как мы научились в детстве. И здесь у нас открываются такие возможности! Социальной сети — столько людей, столько друзей! Общайся!..

А. Андреев: Вообще-то возможности есть всегда. Я сказал бы так, что возможности вообще и возможность отдельного человеческого мозга — это разные вещи. Вот собственно говоря, сейчас шла речь что дети просто недоразвиты до определённого возраста, и сколько вы туда не пихайте, не влезет. И я опять же продолжу тему нашего мракобесия. Как раз про компьютеры была несколько лет назад статья в «New York Times» такая замечательная, которая называлась «Лучшая школа Кремниевой долины…». «В лучшей школе Кремниевой долины нет компьютеров». Там рассказывалось о том, что топ-менеджеры крупных компаний таких как «Google», «Microsoft» отдают своих детей в вальдорфскую школу, где компьютеры вообще запрещены. Зато там много глины, рисования, лепки, шитья и так далее. Так вот, значит они это там понимают. Они прямо в интервью говорят: «А мы не хотим своих детей отдавать вот туда, где мы сделали очень такие примитивные интерфейсы, настолько тупые, что мы понимаем, что не надо…

А. Голубев: Это на фоне того, что у нас-то школы переходят постепенно на полную компьютеризацию.

А. Андреев: Да. Я вот всегда был сторонником такой простой аналогии с автомобилем. Ну, автомобиль тоже, можно сказать, хорошая вещь, позволяет тебе контактировать, видеть мир. Но никто же в здравом уме не сажает своего пятилетнего или десятилетнего ребёнка за руль автомобиля. То есть процесс воспитания я делю на 3 части. То есть до 10 лет вообще пользоваться компьютером и соцсетями не нужно, там для ребёнка ничего нет. При этом родители могут начать совместное использование с детьми интернета и компьютеров. То есть, ну, как опять же в автомобиле папа ведёт, но ребёнку говорит: «Смотри, вот… это знаки, это дорога такая. Это дорога сякая». То есть речь идёт о совместном обучении.

Точно также можно заниматься Интернетом. Когда ребёнку в школе сказали найти что-нибудь и сделать доклад, родители могут показать ему, как пользоваться там «Википедией», как почтой пользуются. Это совместное использование. Лет примерно до 12-13. После этого можно начинать самостоятельно, но опять же давайте вернёмся к автомобилю. Папа, который хочет научить своего сына водить машину, он не посадит его на High Way, так сказать, сразу. То есть, может быть, они где-то будут на какой-то просёлочной дороге тренироваться. Понимаете? То же самое и здесь. То есть должно быть, ну, некоторые использование интернета под некоторым родительским контролем. Это может контроль технической как, например, вот у Касперского есть такой продукт «Safe Kid». Но значительная часть контроля — это когда просто Вы нормально с ребёнком общаетесь и обсуждаете, что вы там делаете. Он вам рассказывает, что он делает. То есть, ну, нормальные человеческие отношения.

Кстати, вот этот наш продукт «Safe Kid» позиционируется не как, скажем, средство надзора, а как средство совместного общения, совместного исследования интернета. То есть и ребёнок видит, что эта штука стоит, что она что-то делает, что она подсказывает, что вот на этот сайт не надо ходить, он может это с родителями обсудить. Вот такой процесс из трёх частей. И, кстати, про соцсети. На самом деле во всех соцсетях сейчас до 13 лет ребёнок по правилам соцсети не может участвовать. Более того, я Вам скажу, сейчас вышел этот самый GDPR — европейская директива по персональным данным, там возраст самостоятельного использования соцсетей и сервисов поднят до 16 лет. И сейчас у многих соцсетей и мессенджеров проблема. То есть им нужно либо поднять возраст до 16, либо если ребёнок там с 13 до 16, то получать согласие родителей на передачу персональных данных детей. И «WhatsApp» уже заявил, что они в некоторых странах будут до 16 поднимать. Другое дело, что это сложно проконтролировать.

Но вы все должны понимать, что когда я говорю эти цифры — 13 лет или там 16 лет, — это совершенно не ассоциируется с тем, что в реальности происходит. У нас по данным, как раз которые собираются с этих сервисов родительского контроля, выясняется, что дети в начальной школе, то есть 3-4 класса до 10 лет в 40% уже участвуют в социальных сетях. Когда до возраста 12 лет доходит, почти 80% детей имеют аккаунты в социальных сетях. Это что значит? Это значит, что, формально говоря, не сам «Facebook» их туда заманил. Там есть ограничение до 13 лет. И не государство, которое принимает эти законы. Это значит, что это просто некая форма массового помешательства. Когда ребёнок приходит в школу, а ему все говорят: «А у меня уже есть iPhone. У меня есть… есть это самое… социальная сеть», поэтому…

А. Голубев: «Инстаграмчик» у каждого ребёнка обязательно!

А. Андреев: Да. Поэтому я, например, своих детей очень просто учил с этим бороться. Я ему говорил, что лучший способ бороться с чужими культами, создавая собственный культ. Принеси в школу свой металлоискатель и покажи, как ты нашёл серебряную монету с помощью металлоискателя. Завтра половина твоих школьников, значит, попросит своих родителей купить металлоискатель. Вот.

А. Голубев: Ну, это, конечно, хорошо! Но представить себе, я не знаю…

А. Андреев: Ну, конечно, одному ребёнку создать такой антикульт трудно. Поэтому должны быть… сподвижники. И лучше всего это реализуется в виде кружков, в виде секций. И это я всем родителям очень рекомендую. Если школа не обучает этому, это, к сожалению, так — школа не обучает ни компьютерной безопасности, ни тому, чему на самом деле нужно обучать. То хотя бы пусть родители пользуются внешкольным обучением. Если ребёнок у вас увлекается химией, ходит, допустим, на айкидо, на рыбалку, у него не останется времени тупить в социальных сетях.

А. Голубев: Логично.

А. Андреев: А после 10 лет или даже там ближе к 12 совместное использование и использование под присмотром. Вот как-то так.

С. Савельев ― Я здесь согласен с Вами, потому что Вы собственно назвали сроки принципиальные по развитию мозга. В возрасте 7 — 10 лет заканчивает формироваться основная конструкция коры головного мозга. До 13 лет идёт развитие, когда созревает половая система, но ещё не начинает дифференцироваться. Опасный возраст с 13 как раз до 16, у девочек чуть пораньше, у мальчиков чуть попозже, когда у них начинаются гормональные стрессы. На фоне гормонального стресса они будут такое в этих сетях вытворять! И в то же время они наиболее уязвимы. Вот эти все самоубийства, всё остальное… Они наиболее подвержены этим рискам в гормональном срыве. Когда у девочки гормоны половые пошли, она с мамой она разговаривать не может, она на неё бросается, кусается, пытается закусать любым способом…

А. Андреев ― Да, скрывают… Они скрывать начинают всё.

С. Савельев ― Да. Договориться невозможно. Потом вот проходит, и она становится нормальной. Мама говорит: «Ну, всё у неё сейчас прошло». Не пройдёт никогда! Забудьте! Пока не выйдет на пенсию, ничего у неё не пройдёт. Вот. И поэтому она начинает имитировать, обманывать. И поэтому с 13 до 16 — это очень скользкий возораст, там есть механизмы мозга, которые отвечают за это, они нехорошо очень известны. В этот момент управление детьми обычно утрачивается. И с этого момента начинается такое раздельное существование, два биологических процесса. А привлекательность, Вы совершенно правы, она и как раз и является биологической, потому что ребёнок приходит и выпендривается.

Я ещё раз повторю, у нас еда, размножение, доминантность и выпендрёж — это как политика, это самая крайняя форма выражения доминантности. Он приходит, говорит: «У меня iPad последней модели». Ну, и всё. Значит, он супер доминант. Значит, он так показывает свой биологический статус. Я ещё раз говорю, с такими детьми нельзя относиться как к детям, с ними надо разговаривать как со взрослыми. Но относиться нужно как к опасным и гормональным животным, особенно в старших классах, потому что они — игрушки в руках своего гормонального фона. И ничего не сделаешь, пока это не пройдёт, и мозг не созреет окончательно, а это происходит к 25-27 годам, когда уже останавливается активный морфогенез отростков нейронов, тогда начинается какая-то человеческая жизнь.

А. Голубев: Алексей, вот Вы в короткой аннотации на Вашу книгу, которая называется «Сядьте на пол», указываете, что можно узнать из этой книги, в частности, что скрывают учителя музыки и математики? Алексей, так что же скрывают учителя музыки и математики?

А. Андреев: Многое, многое. И если говорить кратко, то мне кажется, что музыка стала чем-то вроде такого гетто мелкой моторики. То есть вот то, что мы сегодня обсуждали про прописи, а музыка тоже стала своего рода таким культом. То есть дети ведь раньше очень много руками двигали, например, в крестьянских семьях. Ну, представляете, сколько всего было там — нужно было и ягоды собирать, и лучину щипать там всё время. А, к сожалению, когда мы попали в индустриальную цивилизацию, почти вся мелкая вот эта двигательная активность закончилась. Более того, она даже в каком-то смысле была запрещена. Часто здесь детям говорили: «Убери руки», били их по рукам даже…

А. Голубев: А вот нам пишут: «300 ударов в минуту большими пальцами по смартфону — моторика развивается».

С. Савельев: Да, да. Но в очень ограниченной области мозга.

А. Андреев: Так вот и возник из-за этого ещё культ музыки, который частично он оправдан, то есть, там развиваются определённые области мозга. Но уж слишком перегрет этот культ. То есть были истории даже про то, что якобы если ты слушаешь музыку, там эмбрион слушает музыку и развивается. Вот про это есть целая глава, которая называется «Мифы о музыке».

Математика тоже немножко неправильно, скажем так, преподаётся. Это очень такая идеальная наука, особенно когда в школе её учат немножко не с того конца. Есть очень много и в математике, и в других науках вещей, которым стоило бы учить. Зачастую складывается такое ощущение, что учителю математики просто так комфортно в своём этом мире идеальном, что он не хочет даже оттуда выходить. Он видит, что не сходится с реальным миром, но он говорит про это упущение. Уберём эти данные. Да? Или, может, это была ошибка эксперимента. Вот. Поэтому, ну, тоже отдельная глава. Я не буду её пересказывать. Посмотрите сами.

А. Голубев: Замечу, что Алексей закончил всё-таки мехмат питерский.

А. Андреев: Да, я математик по образованию. И я, кстати, скажу, что самые интересные вещи в математике я нашёл за пределами математического факультета. То есть, например, функцию Мандельброта с его фракталами я открыл позже и совершенно случайно просто в библиотечном журнале. А сама по себе математика у нас была совсем другая. А школьная, так она вообще… На самом деле, наверное, это производная старой системы. Очень, например, был в своё время моден устный счёт, вот и школьников учили… Была такая книжка Рачинского по устному счёту в прошлом веке. Но сейчас-то всё изменилось. Сейчас устному счёту уже не так учат. И он, главное, не так используется, понимаете. То есть математика немножко зависла, мне кажется, и школьная в этой своей абстрактности, когда вместо того, чтобы ребёнку сказать: «А давай вот мы посчитаем что-то, что в реальности там, ну, на улице с тобой происходит. Давай нарисуем карту твоего района, и определим, как тебе пройти по маршруту быстрее или медленнее». Вместо этого ему говорят: «Мы будем каких-то там фантастических рыцарей подсчитывать» или ещё что-то. В школе нет теории вероятности, например, совершенно, которая в жизни активно используются людьми. Очень многих разделов математики простых и важных нет. Но это отдельно надо читать и смотреть.

А. Голубев: «Стерлигова забыли позвать», — нам пишут. А вот что касается книг: бумажные, электронные. Есть разница, какие читать книги бумажные, электронные?

С. Савельев: К сожалению, есть. Это все уже знают. Все, кто читает электронные книги, там усваиваемость намного ниже, чем у бумажной книжки, ну, потому что там очень простые приёмы. Дело в том, что органолептически, что называется, книжку когда берёшь в руки, странички переворачиваешь, там начинают включаться механизмы. Известно, что человеческая память устроена так, что чем больше зацепок ты себе выстраиваешь по поводу какого-то текста, тем лучше запоминаешь. А переворачивание страниц, её номер, расположение текста — это всё зацепки на самом деле. Поэтому вот эти электронные носители, это чтобы упростить для учителей и для издательства «Просвещение» жизнь. Это да. А вот чтобы о детях позаботиться нужно, наоборот, брать не просто книжки…

Обратите внимание: для маленьких детей дорогие издательства почему-то издают книжки какие-то забавные с вырезами, с какими-то сложными конструкциями. Для чего это делается? Да чтоб дети запомнили, потому что к работе зрения нужно подключать и двигательно-моторную координацию, и всё остальное. А если можно было, чтоб это ещё и звучало, и пахло, было б вообще прекрасно. Понимаете, потому что мы слишком животные для того, чтобы с помощью одного органа чувств запоминать, особенно сложныйе тексты…

А. Голубев: Опять шарик в корзинку мракобесов, понимаете…

А. Андреев: Я, кстати, продолжу про книги. Я в своё время, когда стал интернетом пользоваться, это было достаточно давно, наверное, давнее, чем многие наши из слушателей, то есть в начале 90-х, у меня было такое очень романтическое отношение, например, к гипертекстам. Мне казалось, что вот, если ты построишь гипертекст и туда знание в виде гипертекста изложишь — это будет очень удобно. Ну, и действительно на каждое определение ты можешь щёлкнуть и легко переходить с статьи на другую. Но вот сейчас я с большим скепсисом отношусь к гипертекстовым материалам.

Мне даже попалась книжка «Shallows of the Mind» Алана Ка, который написал, что когда читаешь гипертекст, каждая ссылка, которая там есть, немножечко цепляет твою оперативную память. Даже если ты по ней не пошёл, она тебя задерживает. А вот когда ты скачешь по ссылкам, оперативная память перегружается. То есть в итоге текст, написанный классическим способом, когда текст и внизу все ссылки, воспринимается лучше, чем гипертекст…

А. Голубев: Кстати, по статистике мы возвращаемся к 4% отложенных ссылок. Вот мы себе оставляем: ага, это прочитать потом, это что-то большое, длинное сложное. Потом. В 4% случаях мы возвращаемся…

А. Андреев: Да. Но представь при этом ты про каждую из них подумал. Это, значит, ты отвлёкся от основного чтения текста. То есть такие вот механизмы существуют. Они неоднозначные очень. Я бы не сказал, что они всё просто все плохие, но неоднозначные.

С. Савельев ― Вы очень затронули такой очень важный аспект, как перевод из временной памяти в долговременную. Проблема-то заключается в том, что у нас всё запоминание, как и мышление, происходит не по законам переключения потенциалов, а морфогенетически. То есть каждый Нейрон образует синаптическую связь с другим нейроном и через неё начинает бежать сигнал. Поэтому перевод в долговременную память — это морфогенетический процесс, а он медленный. А из быстрой памяти информация вылетает быстро, это очень энергетически дорого стоит, и расходится очень много энергии. И как только ты не обращаешься, всё соскочило…

А. Голубев: У нас огромное количество вопросов. Пишут и спрашивают про книги. Книга Алексея называется «Сядьте на пол». «Скажите книгу Савельева».

С. Савельев: Пожалуйста. Книга Савельева «Нищета мозга». На свой счёт не принимайте. Вторая книжка «Церебральный сортинг». И в этом году как раз выйдет книжка про созревание мозга детей. Она будет называться «Морфология сознания».

А. Голубев: «После какого возраста бесполезно развивать мозг?» — спрашивают.

С. Савельев: Ну, бесполезно после 26-27. Это полностью конченные люди. Можно только реализовывать.

А. Андреев: На кладбище сразу прям? А что делать-то, чтобы как-то, ну, всё-таки…

С. Савельев: Надо всё время решать те задачи, на которые нет ответа в «Айпадах». То есть творческие, которые мозг решать не хочет. Надо всё время заниматься тем, что противно и сильно не хочется, тогда вы сохраните кровеносную систему, а с возрастом будет новый морфогенез отростков нейронов, но это отдельная передача.

А. Голубев: Как развивать мозг эмбриона? Ну, видимо, только маме есть мяса побольше и не играть вот в это вегетарианство…

С. Савельев: Маме обязательно есть и мясо, и жир, и углеводы, иначе мозг не из чего строить будет.

А. Голубев: Вот. У нас, к сожалению, кончилось время. Друзья, спасибо… Спасибо за вопросы. Спасибо нашим экспертам: Сергею Савельеву и Алексею Андрееву. Я Алексей Голубев. Всем до встречи!



ПРИЛОЖЕНИЕ: ИНТЕРВЮ СЕРГЕЯ САВЕЛЬЕВА






ИСТОЧНИК

Алексей Голубев

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие материалы  другие материалы   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Образование (0)
  • Интересное (0)
  • Общество (0) > Молодёжь (0)
  • Общество (0) > Культура (0)
  • Экология (0) > Защита здоровья (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 21.10.2018 - ВСТРЕЧАЙТЕ ТАТЬЯНУ ЛАЗАРЕВУ
  • 13.10.2018 - КОНСЕРВАТИВНО-АВТОРИТАРНАЯ…
  • 13.10.2018 - О НОСТАЛЬГИИ ПО ДОНЕЦКУ
  • 06.10.2018 - КУЛЬТУРА И ВЛАСТЬ
  • 03.10.2018 - ЗАДАЧА ГОСУДАРСТВЕННОЙ МАШИНЫ
  • 19.09.2018 - ИТОГИ СЕНТЯБРЬСКИХ ВЫБОРОВ
  • 18.09.2018 - ЗАМПРЕД «ЯБЛОКА» НИКОЛАЙ РЫБАКОВ НА «РАДИО СВОБОДА»
  • 15.09.2018 - ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ
  • 14.09.2018 - КТО ВИНОВАТ В НАШЕЙ ДЕМОГРАФИЧЕСКОЙ ЯМЕ
  • 13.09.2018 - ВЕНСКИЙ МЕХАНИЗМ ОБСЕ
  • 06.09.2018 - ПОЧЕМУ МИД ВЫБРАЛ СИГАЛА
  • 19.08.2018 - ПЕРСОНАЛЬНО ВАШ ВАСИЛИЙ ОБЛОМОВ
  • 15.08.2018 - НУЖНА ЛИ НАМ ЖУРНАЛИСТИКА, ВЫБОРЫ?
  • 12.08.2018 - ЗА ДРУЖБУ С АМЕРИКОЙ
  • 07.08.2018 - ФРАКЦИЯ "ЗЕЛЁНАЯ РОССИЯ" ПАРТИИ «ЯБЛОКО» ПОЗДРАВЛЯЕТ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru