Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Проблемы образования > Публикация
Проблемы образования

[04.01.2020]

РОССИЯ МЕНЯ НЕ ОТПУСКАЕТ

Артемий ТРОИЦКИЙ: советский и российский рок-журналист, музыкальный критик, один из первых пропагандистов рок-музыки в СССР, независимой и электронной музыки в России, член жюри и организатор многочисленных концертов и фестивалей, ведущий этих концертов

(ТЕКСТ, ВИДЕО, КОММЕНТАРИИ)

Артемий ТРОИЦКИЙ:


Изменились времена. И соответствующим образом сдвинулись приоритеты. Одно время, когда всё мило и беспечно. А другое дело, когда, в общем-то, идёт холодная гражданская война, причём такая достаточно интенсивная.

Я не экстремальный феминист. Я всегда буду пропускать женщин вперёд, я им буду подавать руку, я буду за них платить и прочее. Для меня это просто правила хорошего тона. И я жил в соответствии с этими правилами с тех самых пор, когда травка была зеленее. И в этом смысле вот всю эту уже такую маразматическую политкорректность я, конечно же, не признаю.

Но я стопроцентный феминист в том смысле, что я действительно считаю, что мужчины и женщины, при том, что это, в общем, разные совершенно существа, но они абсолютно равны в своих правах. И все они заслуживают одинакового уважения, одинакового почитания. И никакого вот этого мужского патерналистского отношения типа я петух и давлю всех курочек — вот этого быть не должно.

С одной стороны, да, я живу очень комфортабельной, уютной и, не побоюсь этого слова, счастливой семейной североевропейской жизнью. С другой стороны, да, Россия меня не отпускает. Почему не отпускает? Потому что я Россию люблю. Я люблю страну Россию, я люблю русских людей, за исключением отдельных типов. Я имею в виду вот этих самых грязных пьяных.

Притом что, как поётся в известном хите группы «Люмен», люблю свою страну, но ненавижу государство. Государство ненавижу — это факт. И поскольку я не могу выработать в себе такое академическое равнодушие или такой вот стоицизм, или просто наплевательство к тому, что в России происходит. Да, меня это дело мучает, я продолжаю на эту тему высказываться и переживать. В общем, эта боль меня не отпускает. Притом что жизнь я свою наладил вовне. Это такая история.

Может быть, было бы гораздо лучше, если бы я переключился на какие-то чисто академические теми или чисто музыкальные. Кстати, все вот эти мои политические выступления — это вообще моё хобби. Я этим не занимаюсь профессионально. Мне за это деньги не платят.

                    *   *   *

А. Нарышкин ― Всем добрый вечер! В эфире «Эха Москвы» программа «A-Team». Здесь сегодня Алексей Соломин, Алексей Голубев и Алексей Нарышкин. Приветствую вас, друзья, коллеги. Наш гость сегодня Артемий Троицкий, музыкальный критик. Наконец-то Артемий Кивович без вот этих вот ваших, простите, приблуд и всяких заковырных представлялок. Вот вы же когда приходите к нам в «Особое мнение»… Добрый вечер, во-первых. Как-то вы напряглись. Я боюсь уже.

А. Троицкий ― Всем Алексеям добрый вечер. Нет, я расслаблен максимально.

А. Нарышкин ― Замечательно. Вот вы когда к нам приходите в «Особое мнение», вы себя любите представлять — легендарный ди-джей, легендарный, не знаю, шахтёр. Это зачем? Вам скучно?

А. Троицкий ― Народ меня так представляет. А «легендарный ди-джей» появилось вот каким образом. Я и моя семья (актуальная семья, скажем так) — мы живём в Таллине. И моя дочь Лидия, которой сейчас уже 9,5 лет, ходит в экспериментальную такую эстонско-русско-английскую школу. Ну и там очень симпатичные ребята, интересные родители, проходят всяческие праздники многочисленные. Кстати, вы знаете, что по только что опубликованным результатам тестов глобальных, эстонская школа оказалась на первом месте в Европе и на пятом месте в мире?

А. Нарышкин ― Вы хотите, чтобы я как отец, и Голубев как отец вам как отцу завидовали, что вы смотались отсюда, а мы здесь торчим?

А. Троицкий ― Я хочу, чтобы все прониклись уважением к эстонской школе. У меня двое младших детей как раз в эстонских школах учатся. Но это всё по поводу ди-джея. И однажды они меня пригласили там подиджеить на детской вечеринке. И я, естественно, согласился. Подобрал всякую весёлую музыку, в основном из 60-х годов. И меня представляла директриса школы. И она не знала, как меня представить. Думала-думала и сказала: «Артемий Троицкий, легендарный ди-джей». И мне это ужасно понравилось.

А. Нарышкин ― А там русскоязычные были или сборная солянка?

А. Троицкий ― Нет, она сказала это по-эстонски. Но дело в том, что звучит это по-эстонски так, что и русскому человеку понять можно: «Легендарный ди-джей». Звучит? Звучит. И я решил, что вот чем быть каким-нибудь музыкальным критиком, журналистом, публицистом, музыкологом, я не знаю кем, лучше быть легендарным ди-джеем. Это намного веселее.

А. Соломин ― Вы говорите про музыку 60-х, которую вы ставили на детском празднике?

А. Троицкий ― Да, потому что она намного веселее, искреннее и свежее до сих пор звучит, чем музыка, скажем, 2010-х, не говоря уже о чудовищной музыке нулевых.

А. Голубев ― Ой-ё-ёй. Но это потому, что трава раньше была зеленее, Артемий Кивович? Ну, это прям совсем грустно.

А. Троицкий ― Да нет. Я бы сказал, что трава зеленее сейчас. То есть я сейчас проехал по Москве…

А. Соломин ― Как похорошела Москва!

А. Троицкий ― …И наблюдал зеленеющую траву. Это, конечно, настоящая русская зима. Нет, в 60-е годы были все эти Битлз пресловутые и так далее.

А. Соломин ― Была хорошая, замечательная музыка. А сейчас дети слушают Фэйса, Фараона. Дети помладше слушают… Вам лучше знать, родители малолетних детей.

А. Нарышкин ― «Литтл Биг» слушают.

А. Соломин ― Вот эта пляшущая акула в Ютюбе — безумно популярный ролик.

А. Троицкий ― Ну не только это. Они слушают некоторую довольно симпатичную свежую музыку.

А. Нарышкин ― Артемий Кивович, я заключу, что не смог сделать Соломин. Вы отстали от современных трендов.

А. Соломин ― Я не это хотел сказать.

А. Троицкий ― Я уже давно отстал, естественно.

А. Нарышкин ― Зачем? Ну, зачем? Ну, вы крутой были. Вы про музыку вообще забыли.

А. Троицкий ― Затем, что есть музыка, которая мне близка. А есть музыка, которая мне не близка, но которую мне надо как-то более или менее переваривать, исходя из каких-то профессиональных соображений. Есть музыка, которую я вообще не понимаю. Вот, в частности, вы упомянули, Алексей, рэпера Фараона. Вот я слушал записи рэпера Фараона. Я вообще не понимаю, о чём он поёт. Там дикое количество каких-то даже не энглизмов, а каких-то рэпизмов, какого-то безумного сленга. К тому же у него плохая дикция.

А. Нарышкин ― Это фишка.

А. Троицкий ― Да, да, да. Ну, у Хаски тоже дикция не очень хорошая.

А. Нарышкин ― Это бич нашего времени.

А. Троицкий ― Но у него, по крайней мере, это забавно звучит.

А. Голубев ― Но вы не в тренде.

А. Соломин ― Артемий Кивович главное Скриптонита не слушайте, потому что тогда вы расстроитесь совсем вконец.

А. Троицкий ― Нет, и Скриптонита я тоже слышал. Я говорю, я не догоняю эту музыку.

А. Голубев ― А Невзорову со Шнуровым нравится Фараон.

А. Соломин ― И мне нравится.

А. Троицкий ― Это их проблемы, это ваши проблемы и так далее. Мне нравится очень многое из современной музыки, в том числе, кстати, из рэпа и хип-хопа. Вот Noize MC мне очень нравится. Прекрасный парень. Замечательные у него песни.

А. Нарышкин ― Потому что они оппозиционные. Вы вот так теперь делите музыку?

А. Троицкий ― Нет, почему? Ну вот, скажем, рэпер Фэйс тоже сейчас стал оппозиционным. Рэпер на меня не производит такого впечатления. На мой взгляд, он намного зануднее, чем рэпер Иван Алексеев.

А. Нарышкин ― И он в оппозиционном движе недавно, а Noize MC — уже давно.

А. Троицкий ― А он там всегда, да. Потому что у него сердце в правильной стороне расположено.

А. Соломин ― Потому что они вам кажутся более искренними — люди, которые говорят о насущных проблемах?

А. Троицкий ― Нет, они все искренние. Ну, как они могут быть неискренними, если они, во-первых, молоды; во-вторых, совершенно никак не вовлечены во всю эту нашу попсовую музыкальную индустрию; в-третьих, никак не зависят от государства, в отличие какого-нибудь Тимати, какого-нибудь Баскова и прочих? Нет, они искренние ребята. У меня к ним нет претензий. У меня к себе претензии. Претензия в том, что я их не понимаю. Вот и всё.

А. Голубев ― А разве политический такой рэп — это не бизнес-модель?

А. Соломин ― Мне тоже кажется, что это попсовая индустрия теперь.

А. Голубев ― Вот сейчас про молодых. А сейчас вот Каста — старички русского рэпа — выпустили прямо новый альбом суперполитизированный.

А. Троицкий ― Да, прекрасный альбом, хорошая группа. И я успел послушать. Ну, не целиком, а так в режиме «pass forward». Мне понравилось.

А. Соломин ― Я-то, на самом деле, в своём вопросе первом хотел с другой стороны зайти и попробовать вас как-то зацепить.

А. Нарышкин ― Напомню только, у нас Артемий Троицкий, если кто не узнал по голосу.

А. Троицкий ― Легендарный ди-джей.

А. Соломин ― Когда вы говорите о том, что детям веселее слушать музыку из 60-х, вы в каком-то смысле встаёте на одну сторону с условным Петром Толстым, который осуждает все эти новые… Ну, я не знаю, Пётр Толстой про это говорил или нет, но это для меня такой образ вот этого консервативного, скрепоносного депутата, который говорит, что все эти современные рэперы — это угроза нашим детям, их нужно запрещать, их нужно ликвидировать.

А. Нарышкин ― Сейчас, Алексей, обидно очень прозвучало. Он вас назвал депутатом от «Единой России».

А. Соломин ― Нет, я сказал, что вы, получается, как будто на одной стороне с ними.

А. Троицкий ― Я никогда не буду на одной стороне с депутатами Государственной Думы никакого созыва. Вся эта демагогия мне известна наизусть давным-давно, потому что точно то же самое говорили депутаты, только не Государственной Думы, а Верховного Совета, а также ответственные работники Министерства культуры, отдела культуры ЦК КПСС и прочее-прочее в 60-е, в 70-е и в первой половине 80-х годов. Они это говорили про «Битлз», они это говорили потом про «Пинк Флойд», потом — про «Машину времени», «Аквариум» и так далее.

Это старая песня, которая повторяется из одного поколения пузатых демагогов к следующему поколению. Так что когда я говорю о музыке 60-х, я имею в виду такую музыку 60-х, от которой Петра Толстого, я думаю, Кондратий бы хватил. Так что не надо меня вмешивать во все эти демагогические делишки.

А. Нарышкин ― Вы лучше.

А. Троицкий ― Да нет, я просто другой. Причём коренным образом другой.

А. Нарышкин ― Для меня Артемий Троицкий такой же уважаемый дядька, как и Михаил Козырев. Вот, может быть, мои музыкальные вкусы формировались благодаря вам обоим. Почему Козырев занимается музыкой и как раз для современной музыки открыт, а Артемий Троицкий себя для неё закрыл?

А. Соломин ― Музыкальный критик.

А. Троицкий ― Я бы не сказал, что я себя для неё закрыл. Но, во-первых, я живу, как уже было намекнули, не в Российской Федерации, а, в общем-то, я большую часть времени провожу в Эстонии. Там живёт моя семья. Кроме того, я езжу как в восточную сторону, то есть в Россию, иногда в Белоруссию, так и в западную сторону, там тоже провожу много времени за океаном в северной части, в южной части Атлантики и так далее. Поэтому мне сложно, конечно же, выполнять какие-то обязанности вечно дежурного по русской музыке.

Миша Козырев занимается музыкой с конца 90-х годов, я занимаюсь музыкой и нашими ребятами в том числе с начала 70-х годов, то есть начал я это дело практиковать на 25 лет, на четверть века раньше, чем Михаил Козырев. Поэтому естественно, что у Михаила Козырева…

А. Нарышкин ― Запал ещё.

А. Троицкий ― …Силёнок побольше, он посвежее.

А. Нарышкин ― Ну ладно! А вы что, дедушка что ли теперь? Нет, может, вы и дедушка, конечно.

А. Троицкий ― Я многократный дедушка, мне 64,5 года.

А. Нарышкин ― Поздравляю вас с этим.

А. Троицкий ― Так что, конечно же, у меня нет таких возможностей, у меня нет ни времени, ни азарта для того, чтобы пахать это поле с той же интенсивностью, с какой я его пахал в 70-е, в 80-е и даже в 90-е годы. И это совершенно естественно. То есть когда-то музыка у меня была на первом месте. Не знаю, музыка, друзья, девушки и так далее — это всё составляло мои приоритетные интересы. Сейчас мой главный интерес — это семья и дети. И я совершенно не комплексую по этому поводу. Я вовсе не хочу на седьмом десятке, как выражались в советское время, задрав штаны бежать за комсомолом. Нет, это уже не моя тропинка.

А. Нарышкин ― А из популяризаторов музыки кого-то сейчас можно выделить в России?

А. Троицкий ― Нет, сейчас никого нельзя выделить, потому что, вообще, вот это время каких-то просветителей, популяризаторов, музыкальных критиков, авторитетов прошло. Сейчас каждый сам себе музыкальный критик. Имеются сотни, если не тысячи, музыкальных блогов, блогеров. Все пишут рецензии, все дают оценки тем или иным музыкальным событиям. У кого-то из этих блогеров десятки тысяч подписчиков.

А. Нарышкин ― А вы просто устранились?

А. Троицкий ― Иногда я читаю эти блоги. Я в полном ужасе от того, что там существует.

А. Нарышкин ― Почему не прийти, не показать подрастающему поколению, как надо это делать?

А. Троицкий ― Я показывал, как надо это делать на журфаке МГУ с 2001-го по 2014-й год. У меня там был спецкурс «Музыкальная журналистика». Очень популярный спецкурс. Вышла даже книга…

А. Соломин ― Туда нельзя было попасть. Я, просто, один раз там был.

А. Троицкий ― Вот я тогда учил студентов самым таким сертифицированным образом в высшем учебном заведении типа МГУ. Сейчас у меня нет возможности вот эту самую молодую поросль взращивать, к большому сожалению.

А. Соломин ― Я, просто, объясню слушателям. Я тут вас перебил — вставил одну фразу свою. Дело в том, что на этот курс хотели приходить вообще все курсы, в смысле с 1-го по 5-й. И туда нельзя было попасть, потому что там вся аудитория была забита. Раз в месяц, по-моему, вы проводили его.

А. Троицкий ― Да, раз в месяц или даже раз в две недели. Ну, там по-разному бывало.

А. Соломин ― Вот мне удалось попасть только один раз за 5 лет моего обучения.

А. Троицкий ― Я уже тогда много путешествовал, поэтому да, иногда раз в месяц, иногда раз в две недели. Но, в общем, это было очень регулярно. И действительно это был очень популярный спецкурс. И я надеюсь, что какую-то пользу он принёс.

А. Соломин ― Который закрыли.

А. Голубев ― Зачем вы там вот эту крамолу начали нести на лекциях, за которую вас оттуда якобы и выгнали?

А. Троицкий ― Это произошло в 2014-ом году. Ну, вы знаете, что это был такой довольно интересный год, насыщенный весьма противоречивыми событиями. И у меня была такая традиция, что на свои занятия я всё время приглашал каких-то гостей. И вот в сентябре 2014-го года я пригласил не кого-нибудь, а Андрея Вадимовича Макаревича, который тогда находился просто под жесточайшим прессом патриотической прессы. Ну, фактически его просто травили, если вы помните, из-за его высказываний на украинские темы. Ну а я Андрея Вадимовича позвал к себе в самую крупную аудиторию журфака МГУ.

Естественно, народу было очень много. По-видимому, естественно прошёл такой хороший стук на эту тему. У меня состоялся разговор с деканом. Мне было сказано, что, в общем, это нехорошо и чтобы впредь я согласовывал с деканатом, кого это я приглашаю к себе на занятия.

А. Соломин ― Нехорошо что?

А. Троицкий ― Нехорошо, что я пригласил Андрея Макаревича, не согласовав это с факультетским начальством. Ну, до тех пор я, естественно, никогда и ничего не согласовывал. И об этом даже речи не заходило. А были у меня там все, включая наркомана Шаповалова и матершинника Шнурова. Мне это, естественно, не понравилось. Я ничего согласовывать не стал, потому что я считаю это просто нарушением моих прав преподавателя. И на следующее занятие я пригласил Зыгаря и Лобкова с телеканала «Дождь», который тоже тогда находился под огнём.

На это занятие уже пришла дамочка из деканата — я её не знаю — которая демонстративно села в первом ряду, развернула кондуит и что-то там строчила, очень недобро из-под очков на меня поглядывая. После этого снова был я вызван в деканат, где мне сказали: «Артемий Кивович, вот это всё неправильно, что у нас происходит. Мы вас просили. Вы нам навстречу не пошли». И надо сказать, что меня эта ситуация уже настолько достала! Но это усугублялось ещё и тем, что декан факультета журналистики — это Лена Вартанова. В общем-то, очень милая дама.

И, в общем-то, у меня с ней были всегда прекрасные отношения. Она меня, собственно, пригласила в начале нулевых преподавать и так далее. А тут, значит, она вдруг дала такую жёсткую начальницу. В общем, короче говоря, после всех этих неприятных разговоров я, просто, решил, что мне там делать больше нечего. Извинился перед своими студентами и прикрыл эту лавочку.

При этом интересно, что за год или за два года до этого я там практически создал что-то вроде кафедры музыкальной журналистики, которая называлась «направление»: «Музыкальная журналистика». Я туда пригласил нескольких своих приятелей преподавать: Олега Нестерова из группы «Мегаполис», который там Музыкальное продюсерство преподавал; Андрея Бухарина, известного журналиста, который там, по-моему, преподавал Музыкальные медиа или что-то в таком духе. И это направление осталось, и все эти кадры там тоже остались. Насколько мне известно, до сих пор прекрасно себя там на журфаке чувствуют.

А. Соломин ― Только замечание сделаю. Упомянутая вами фамилия Шаповалов — это продюсер группы «Тату» Иван Шаповалов.

А. Троицкий ― Да, Иван Шаповалов. Это было абсолютно феерическое выступление, потому что Иван Шаповалов — очень своеобразный парень. Он пришёл на занятие примерно в том же состоянии, как Джон Травольта в первой части фильма «Криминальное чтиво», когда он заявился не вечеринку с Умой Турман. То есть он был обдолбан просто ну по самые…

А. Соломин ― А он уже прекратил работу в группе? Его уже выгнали тогда?

А. Троицкий ― Нет. Нет, почему…

А. Соломин ― А это какой год?

А. Троицкий ― Ну, это был, я думаю, 2004-й год. На него и на «Тату» же свалилось огромное количество денег. Ну, в основном, на Шаповалова, поскольку он был правообладателем. То есть из ничего вдруг ну если не миллионы долларов, то сотни тысяч точно. И он, надо сказать, как настоящий беспредельщик эти деньги не стал складывать в кубышку, а снял весь пентхаус гостиничного комплекса «Пекин». И это называлось «Тату в Поднебесной». И там возник просто реальный такой, веселейший наркомузыкальный притон. И существовал он довольно долго — где-то полгода примерно.

А. Нарышкин ― Захаживали туда, да?

А. Троицкий ― Да. Да, я там бывал.

А. Нарышкин ― Но вы по музыкальной части исключительно?

А. Троицкий ― Естественно. Мелодии и ритмы отечественной эстрады, да.

А. Голубев ― Насколько педагогично, с вашей точки зрения, было вот в разгар конфликта с Украиной, в самой горячей его фазе звать людей, которые занимают определённую позицию, которые выступали открыто за Украину? Вы же не звали там, я не знаю, Чичерину или Александра Ф. Скляра, которые тоже занимали противоположную позицию. Вы звали людей проукраинских, скажем так.

А. Троицкий ― В первую очередь я звал тех людей, которые мне представляются людьми умными и знающими. Александра Ф. Скляра я знаю очень хорошо. Это был мой близкий друг. Он человек неглупый, но, скажем так, в политике разбирающийся весьма слабо. Чичерина — ну, извините, это просто оглашенная дура. О чём мне с ней там было говорить, непонятно. Андрей Вадимович Макаревич — человек знаменитый, с одной стороны; с другой стороны, очень разумный; с третьей стороны, обладающий весьма сформулированной гражданской позицией. А ребята с «Дождя» у меня были, потому что…

Там, вообще, была другая тема, которая не имела никакого отношения к Украине. Кстати говоря, выступление Макаревича тоже. Я его расспрашивал не про Украину. Мы с ним говорили вообще о другом. Я же не фанатик, я не демшиза какая-нибудь, чтобы вот тупо долбить в одну точку — «Украина! Украина! Кровавая гэбня. Фашистская хунта», и так далее. Я пригласил Макаревича в первую очередь из чувства… Ну, во-первых, мы с ним друзья уже лет 40 примерно, а во-вторых, из чувства солидарности, потому что Макаревича тогда реально гнобили. Сейчас, слава богу, уже у него так более или менее всё в порядке.

Но летом-осенью 2014-го года он был просто врагом народа. И надо сказать, что я с ним тогда проводил довольно много времени. Мы с ним вместе ездили даже в какую-то поездку. Я помню, в Литву и ещё куда-то ездили. И Вадимовичу было просто очень плохо. Ему было очень плохо, потому что его всю жизнь любили. И дело даже не в том, что он был обласкан властями, хотя властями он тоже был обласкан, а дело в том, что к нему приходили ходоки, толпы народу и все говорили: «Андрей, мы выросли на ваших песнях».

И вот на Андрея Вадимовича вместо этой всеобщей народной любви вдруг такое хэйтерство обрушивается. Причём люди как раз говорят: «Мы вас любили, а теперь мы вас ненавидим, потому что вы предатель», и прочее, и прочее.

А. Нарышкин ― Он переживал?

А. Троицкий ― Он страшно переживал. Слава богу, это уже всё позади. Но он очень переживал. И переживал он именно: «Я пел «Пока горит свеча», я учил людей любви, пониманию, миру. И они меня слушали. Я был уверен, что они это всё впитали». А, оказывается, они нифига не впитали. И стоило им послушать Киселёва с Соловьёвым и мифы о распятых мальчиках — и всё, и он уже превратился в их глазах во врага народа. И это его дико деморализовало. И я его пригласил, чтобы сделать ему приятное, чтобы он пообщался в МГУ с молодыми ребятами, с нормальной публикой. На самом деле, ему это было очень всё тепло и душевно.

А. Нарышкин ― Как вы относитесь к гибкости Макаревича? Потому что, с одной стороны, он может сказать что-то в таком оппозиционном духе. С другой стороны, по-моему, Андрей Вадимович никогда не побрезгует возможностью выступить на Красной площади, если там будут высокопоставленные гости, представители власти и так далее.

А. Троицкий ― Макаревич — артист. Надо понимать, что артисты — это люди не такие, как все остальные. Для него важно выступать, для него важно, чтоб была аудитория. Ему очень приятно, когда его любят, когда его понимают и так далее. У меня были разные периоды во взаимоотношениях с Макаревичем. Иногда мы с ним очень надолго и далеко расходились в разные стороны. И это было связано как раз с тем, что он, как мне казалось, как-то слишком задружился с властями, сблизился с ними слишком интимно, скажем так.

Я даже помню, скажем, однажды, когда Медведев был президентом, и Макаревич как раз с ним общался, а Дворкович вообще был чуть ли не его ближайшим другом, ну и я в разговоре с ним на эту тему как-то сыронизировал и так далее. На что мне Макаревич сказал: «Послушай, старик, для тебя, конечно, это всё власть, для тебя это всё вот эти самые противные, скучные, властолюбивые, коррумпированные типы. Но я тебе могу сказать, что это очень узколобая точка зрения. Они, на самом деле хорошие ребята. И вот я, в отличие от тебя, с Дмитрием Медведевым общался, разговаривал. Я могу дать тебе гарантию, что он точно такой же парень, как мы с тобой. Он точно так же мыслит, всё понимает и прочее, и прочее». Ну, на что я сказал: «Ну, не знаю». Ну, теперь-то, естественно, всё с Дмитрием Анатольевичем Медведевым стало понятно.

А. Соломин ― Я всё-таки хочу напомнить о том, что определённый тренд у вас чувствуется в ваших высказываниях, в том, что вы делаете. Когда я посещал ваш спецкурс на журфаке МГУ, вашим гостем был Борис Моисеев, тогда действительно представитель шоу-бизнеса. Вот тот шоу-бизнес, который тогда был — это был Борис Моисеев в том числе и Маша Цигаль. Вы говорите, Иван Шаповалов был в своё время. Это те люди, которые представляли тогда музыкальную индустрию. В 2014-ом году вы целиком переходите в политическую плоскость в большей степени всё-таки (не в музыкальную, а в политическую). Группа, которую вы называете «Последнее время».

Это группы, так или иначе относящиеся к политической повестке или которые слушает оппозиционный слой общества: Барто, Noize MC, Вася Обломов, «Shortparis». Это замечательные группы, но они представляют только часть музыкальной индустрии сейчас и далеко не самые популярные.

А. Троицкий ― Да. Ну и что? Дело в том, что времена меняются. Бывают времена такие спокойные, сытые и беспечные. В частности, такими были нулевые годы по большей части. Поэтому, действительно, я приглашал к себе в гости на журфаке самых разных людей. Это могли быть представители вот этого самого музыкального истеблишмента, это могли быть какие-то тоже такие достаточно мейнстримовые, скажем так, политики — Ирина Хакамада или… ну, в общем, такого типа люди. Но не коммунисты и не оппозиционеры. Я бы, кстати, с удовольствием пригласил бы и коммунистов тоже. Я их просто тогда не знал ни одного. Ну вот, скажем, если в нулевые годы как-то выделялся бы Сергей Удальцов, я бы его с удовольствием позвал, чтобы он рассказал об авангарде красной молодёжи. Ну что, здорово, интересно. Субкультура своего рода — молодая красная поросль.

А. Соломин ― Там и Лимонов был. Просто вам это было неинтересно. А в 2014-ом году вам стало интереснее другое.

А. Троицкий ― Изменились времена. И соответствующим образом сдвинулись приоритеты. Одно время, когда всё мило и беспечно. А другое дело, когда, в общем-то, идёт холодная гражданская война, причём такая достаточно интенсивная.

А. Нарышкин ― То есть вы к тому ведёте, что в наши непростые времена нельзя оставаться аполитичным, ты обязательно должен быть либо за красных, либо за белых, либо за чёрных?

А. Троицкий ― Нет, никто ничего не должен, особенно артисты ничего не должны. Артисты должны быть верны своей музе. И больше, в общем-то, ничего от них не требуется. Но я в данном случае никогда не скрывал своей политической позиции, естественно. И для меня было важно определиться, и для меня было важно выполнить мою повестку. Я совершенно не претендовал на объективность. То есть я был хозяином своего спецкурса. И в качества хозяина, в качестве продюсера этого спецкурса я имел полное право определять репертуар этого самого спецкурса. И в данном случае поскольку, в общем-то, запахло жареным, то я не мог оставаться к этому равнодушным.

И, конечно же, мне было важно проявить солидарность с теми людьми, которые оказались в тяжёлой ситуации из-за всего вот этого самого угарного периода 2014-го года.

А. Голубев ― Позвольте мне вспомнить ваше интервью журналу «Слону». Вы сказали: «Я считаю русских мужчин в массе своей животными, существами даже не второго, а третьего сорта». И далее вы пишете, что они, в принципе, «должны все вымереть».

А. Троицкий ― Это очень популярная цитата, которая, по-моему, имеется даже в «Википедии». Мне её припоминают регулярно всё время. Дело в том, что эта цитата абсолютно вырвана из контекста. В этом интервью «Слон» меня интервьюировал о журнале «Playboy»: вот как я основал журнал «Playboy», стал его главным редактором и так далее, и какие у меня были цели. И я там сказал, что одной из моих целей было развенчание мифа о так называемом «настоящем мужике». То есть вот есть, скажем, в латинских странах такое понятие «мачо». В России как бы параллельное понятие — это понятие «настоящий мужик».

Настоящий мужик в представлении народных масс — это существо агрессивное, грязное, вечно пьяное, драчливое, при этом относящееся к женщинам со смешанным чувством ненависти и боязни. То есть они тёщу ненавидят, жену боятся и так далее. В общем, это действительно очень жалкое существо. И вот вся эта тирада касалась именно этого очень конкретного и действительно ненавистного мне типа русского мужчины.

Дальше я говорил о том, что я в «Playboy» как мог, пытался цивилизовать наших мужчин, заставить их более уважительно и более трепетно относиться к женщинам, нормально одеваться, нормально себя вести и прочее, и прочее. В общем, приблизить их к какому-то галантному, скажем так, европейскому стандарту. Вот о чём я говорил.

А. Нарышкин ― Получилось?

А. Троицкий ― До некоторой степени, да. В общем-то, я знаю, что журнал «Playboy» определённое количество таких вот наших мужланов как-то перековал и заставил немного по-иному взглянуть на жизнь, на секс, а главное — на отношение с женщинами.

А. Соломин ― Но вы не феминист?

А. Троицкий ― Я феминист.

А. Соломин ― Вы феминист?!

А. Троицкий ― Да.

А. Соломин ― Просто, галантный мужчина — это всё равно мужчина, который платит за девушку в кафе, например, в ресторане.

А. Троицкий ― Да. Я не экстремальный феминист. То есть у современного феминизма имеются некоторые, на мой взгляд, абсолютно просто идиотские и довольно уродливые черты. То есть я всегда буду пропускать женщин вперёд, я им буду подавать руку, я буду за них платить и прочее. Для меня это просто правила хорошего тона. И я жил в соответствии с этими правилами с тех самых пор, когда травка была зеленее. И в этом смысле вот всю вот эту уже такую маразматическую политкорректность я, конечно же, не признаю.

Но я стопроцентный феминист в том смысле, что я действительно считаю, что мужчины и женщины, при том, что это, в общем, разные совершенно существа, но они абсолютно равны в своих правах. И все они заслуживают одинакового уважения, одинакового почитания. И никакого вот этого мужского патерналистского отношения типа я петух и давлю всех курочек — вот этого быть не должно.

А. Голубев ― Артемий, вы немножко себе противоречите. Смотрите, вот вы говорите, что посредством «Playboy», в частности, пытались исправить ситуацию с русскими мужчинами. В то же время в интервью «Еврорадио» вас спрашивали: «Какой вам видится Россия сегодня?». Вы говорили: «Эта страна тупиковая, бесперспективная, противная, малоприспособленная для жизни и полностью лишённая элементарных прав, удобств… Я бы хотел, чтобы Россия распалась, чтобы на улицах появились дикие звери».

А. Троицкий ― (Смеётся).

А. Голубев ― Зачем вам заниматься этой страной и что-то пытаться здесь изменить к лучшему, если вот у вас к ней такое отношение?

А. Троицкий ― Я могу говорить всё, что угодно. Во-первых, я очень не люблю повторяться. Во-вторых, я очень люблю давать провокационные ответы на дурацкие вопросы. Я совершенно не собираюсь отвечать за каждое своё высказывание, тем более, что этих высказываний будут миллионы. Я так думаю, что когда я сказал, что я хочу, чтобы на улицах появились дикие звери, естественно, это была цитата из Салтыкова-Щедрина и, естественно, это была шутка. Другое дело, что да, имеется, я так думаю, достаточное количество людей, которые ко мне не очень хорошо относятся. И вот они просто выискивают какие-то мои весёлые, куражные высказывания типа «Вот мужчин ненавидит, страна пусть развалится»…

А. Голубев ― Но это же не Салтыков-Щедрин. Но вы говорите, что это провокация и всё такое. Но, например, в случае с русскими мужчинами вы понимаете, чем бы такая провокация закончилась, подставь туда вместо слова «русские» любое другое — «армянские», «чеченские», «дагестанские» или ещё что-нибудь? Вы понимаете, ваша провокация стоила бы вам гораздо дороже? В этом случае она вам не стоила ничего.

А. Троицкий ― Это аргумент имени певицы Елены Ваенги, которая про «Пусси Райот» сказала: «А я если бы они это сделали в мечети?». Ну, вот это то же самое. При чём тут армянские и чеченские? Про армянских и чеченских мужчин я бы просто сказал что-нибудь другое.

А. Голубев ― Что они классные, да?

А. Троицкий ― Скажем, чеченские мужчины, в отличие от так называемого настоящего русского мужика, насколько мне известно, не пьют.

А. Голубев ― Серьёзно?

А. Троицкий ― То есть у них там мусульманство, сухой закон и так далее. Про чеченских мужчин, если бы я их знал так же хорошо, как и русских… У меня нет друзей чеченцев.

А. Голубев ― А русские — все алкоголики, получается?

А. Троицкий ― Я там пишу о конкретном типе. Алексей, я же уже об этом сказал.

А. Голубев ― Ну, этот тип у вас в голове сидит. А существует он или нет — это неизвестно науке.

А. Троицкий ― То есть вы считаете, что этого типажа не существует?

А. Голубев ― Не знаю. Я — русский мужчина. Я не пью, к женщинам отношусь вполне нормально и считаю себя нормальным человеком, понимаете?

А. Троицкий ― Вы правильный русский мужчина. А есть русские мужчины, которые бухают. И вы знаете прекрасно, что таких мужчин не то, что миллионы, их десятки миллионов! И каждый год порядка 10 тысяч таких мужчин гибнет от алкоголя. Их огромное количество! Они бухают, дерутся, ходят вечно вонючие и грязные. И при этом считают, что они самые крутые.

А. Голубев ― Я думаю, такие мужчины есть и среди американцев, эстонцев.

А. Троицкий ― Мне плевать на американских мужчин. Это опять же вы повторяете какие-то аргументы пропаганды. То есть вам что-то говорят плохое из того, что имеет место в нашей российской действительности, а у вас тут же контраргумент типа — а зато у них в Америке негров линчуют… Я такое слышу с советских времён. То есть ты им про коррупцию, про какого-нибудь там Пригожина, Прилепина и прочих уродцев, а они по поводу геев, толерастов и чего-то там ещё такого нехорошего иностранного!..

А. Голубев ― Понимаете, вы же человек либеральный. Но это всё звучит очень как бы человеконенавистнически, когда вы говорите, что русские мужчины должны вымирать и вас это очень устраивает, когда вы видите всех их, начиная от ментов и заканчивая депутатами. Я понимаю, что у нас многие не любят ментов и депутатов, но вы как человек, как журналист, публичная личность должны понимать свою ответственность за такие слова. Это прямо-таки будит в людях ненависть по отношению и к полицейским, и к депутатам, и вообще к русским мужчинам, понимаете? Ну, это же очевидно.

А. Троицкий ― Я уже всё сказал по этому поводу, что я имел в виду не всех русских мужчин, а один конкретный отвратительный мне тип. Я думаю, что, в общем, это вполне заслуживающий внимания аргумент.

А. Нарышкин ― Объясните, пожалуйста. Вы нам сказали, что вы уехали в Эстонию, там счастливы, сконцентрировались на семье, на детях, на супруге. Правильно всё, да?

А. Троицкий ― Правильно.

А. Нарышкин ― Вот ваш канал в Ютюбе «ARU TV», где вы и ваши коллеги…

А. Троицкий ― Спасибо за рекламу. Отлично.

А. Нарышкин ― Да не за что. Нет проблем.

А. Соломин ― Ссылочка будет в описании.

А. Нарышкин ― Конечно. Смотрите, вы и ваши коллеги говорят там практически всегда о каких-то политических вопросах, связанных с Россией. Вот я смотрю конкретно блоги Артемия Троицкого. Тут, кстати, «Музыкальные итоги десятилетия», неожиданно; «Иностранный агент — это звучит гордо»… Это про Россию.

А. Троицкий ― Это про меня. Ну ладно, да. Это про новопринятый российский закон.

А. Нарышкин ― Да. Вы объясняете, как закон работает? Потом дальше у вас про съезд «Единой России». Где-то тут у вас я видел про Медведева. Есть противоречие, мне кажется, с тем, что вы как раз сказали про Эстонию и вашу счастливую семейную жизнь. Почему вы, уехав туда в 2014-ом году — ладно вы приезжаете, вам никто не запрещает, слава богу — почему вы Россию не можете отпустить вот с этими проблемами? Живите счастливо эстонской реальностью.

А. Троицкий ― Ну, вот это, на самом деле, серьёзный вопрос. И я готов признать, что в этой ситуации имеет место какая-то доля шизофреничности бесспорно. Потому что, с одной стороны, да, я живу очень комфортабельной, уютной и, не побоюсь этого слова, счастливой семейной североевропейской жизнью. С другой стороны, да, Россия меня не отпускает. Почему не отпускает? Потому что я Россию люблю. Я люблю страну Россию, я люблю русских людей, за исключением отдельных типов. Нет, я имею в виду не вас, я имею в виду вот этих самых грязных пьяных.

А. Соломин ― И показал на меня…

А. Троицкий ― (Смеётся). Я люблю страну. Притом что, как поётся в известном хите группы «Люмен», люблю свою страну, но ненавижу государство. Государство ненавижу — это факт. И поскольку я не могу выработать в себе такое академическое равнодушие или такой вот стоицизм, или просто наплевательство к тому, что в России происходит. Да, меня это дело мучает, я продолжаю на эту тему высказываться и переживать. В общем, эта боль меня не отпускает. Притом что жизнь я свою наладил вовне. Это такая история.

Может быть, было бы гораздо лучше, если бы я переключился на какие-то чисто академические теми или чисто музыкальные. Кстати, все вот эти мои политические выступления — это вообще моё хобби. Я этим не занимаюсь профессионально. Мне за это деньги не платят.

А. Соломин ― Это делает вас блогером.

А. Троицкий ― Вот на Радио «Свобода» выходит моя музыкальная еженедельная часовая программа. Вот за это я получаю зарплату от иностранного агента под названием Радио «Свобода». А вот за все эти свои политические всхлипы и выкрики я денег не получаю. Это то, что называется «labor of love». То есть я это делаю по любви, точнее, по неравнодушию.

А. Голубев ― «ARU TV» существует на какие деньги? Кто его спонсирует?

А. Троицкий ― Никто его не спонсирует. Это самодеятельный канал. Студия у нас находится в спальной комнате одной квартиры разваливающегося дома. Вообще, это некоммерческое предприятие, это немедийное предприятие. У нас нет никаких спонсоров, у нас нет никаких рекламодателей. Это, на самом деле, я всегда говорю, что ребята, наше партизанское телевидение, земляночное телевидение. Да, мы партизаны.

А. Нарышкин ― Я у Голубева следующий вопрос украду. А за счёт чего вы живёте?

А. Троицкий ― У меня есть другие источники дохода. Я же говорю, у меня есть музыкальная радиопрограмма. Потом, я постоянно читаю лекции. Лекции я читаю в Соединённых Штатах, в Англии, в Европе, где угодно, в самых разных странах.

А. Нарышкин ― Там про музыку или всё-таки про политику?

А. Троицкий ― Там только музыка и культурология. Моё отношение к политике сугубо любительское, эмоциональное, совершенно непрофессиональное и так далее. Я думаю, что, может быть, поэтому меня кто-то и слушает, потому что я не занимаюсь таким типичным политологическим занудством, а высказываю мнение просто простого человека, неравнодушного к ситуации; человека, которого достало вообще то, что происходит. То есть я сугубый дилетант в этом смысле. Лекции о политике я бы никогда в жизни не стал читать, потому что у меня для этого нет никакой политологической, а также экономической, социопсихологической и так далее подготовки.

Я читаю лекции о музыке, причём исключительно о советской и о русской музыке, а также лекции на культурологические темы, то есть это субкультуры в России, молодёжные движения и организации в России. Ну вот, скажем, там такая есть популярная у меня тема: «100 лет музыкальной цензуры в России». Это находится где-то на стыке с политикой, но, тем не менее, речь там идёт исключительно о музыке, песнях и так далее, а не о съездах партии.

А. Нарышкин ― Сколько стоит Артемия Троицкого позвать выступить с лекцией? Я просто хочу понять, насколько нам всем троим и нашим радиослушателям повезло, что вы сегодня с нами.

А. Троицкий ― Ну, дело в том, я же visiting professor, то есть посещающий профессор. Я не состою в штате каких бы то ни было университетов.

А. Соломин ― Он поэтому и спрашивает.

А. Нарышкин ― Вот я и спрашиваю. Коридор такой назовите.

А. Троицкий ― Но я читаю лекции и в Гарварде, и в Принстоне, и в Йеле, и в Коламбии, и в NYU, и так далее.

А. Нарышкин ― Супер! В деньгах это сколько?

А. Троицкий ― Я не уверен, что это тот вопрос, на который я готов дать ответ, потому что это такая достаточно профессиональная что ли тема. Я, конечно, не давал подписки деканатам американских университетов о неразглашении своих гонораров, но могу одно сказать, что это небольшие деньги.

А. Нарышкин ― Одна лекция больше 2 тысяч долларов?

А. Троицкий ― Какие-то приличные деньги скапливаются уже тогда, когда этих лекций становится много.

А. Нарышкин ― Артемий Кивович, больше 2 тысяч за одну лекцию?

А. Троицкий ― Меньше 2 тысяч.

А. Соломин ― А вы предпринимали попытку вернуться на телевидение?

А. Троицкий ― Нет.

А. Соломин ― В «Википедии» об этом написано, что весной этого года…

А. Нарышкин ― Мы хорошо готовились по «Википедии», да.

А. Троицкий ― Да, да, да.

А. Соломин ― Да, да, да. «Википедия» не всегда врёт.

А. Троицкий ― Вы правы. Точно, была такая история.

А. Соломин ― А почему не получилось, и в чём была ваша мысль, ваш месседж? Это «Кафе «Обломов»», насколько я знаю.

А. Троицкий ― Да, да, да. У меня была популярная программа на канале «НТВ», потом она ещё один год выходила на «России» с 1994-го по 1997-й год. Называлась «Кафе «Обломов»». И мне просто финский продюсер предложил возобновить эту самую программу «Кафе «Обломов»». Мы записали 5 программ в качестве, в общем-то, можно сказать даже демо-программ. Продюсер послал это на канал «RTVI». И эти программы понравились. И «RTVI» эти программы показал.

А потом что-то у них не срослось с продюсером. К тому же с «RTVI» ушёл Леша Пивоваров, который, собственно, был главным инициатором того, чтобы «Кафе «Обломов»» версия 2.0 стала выходить на канале «RTVI». Ну и вот дальше этих первых 5 программ дело не пошло.

А. Соломин ― То есть это не разочарование ваше в камбэке?

А. Троицкий ― Нет, нет, нет. И программы имели очень хороший резонанс, массу всяких тёплых отзывов и так далее. Но что-то там… Я думаю, может быть, тут дело в деньгах; может быть, дело в правах. Мне трудно сказать.

А. Соломин ― В правах, потому что вы демонстрировали видеоклипы?

А. Троицкий ― Ну, там были какие-то видеозаписи. Честно говоря, всё это было уже более полугода тому назад. А жизнь моя настолько интенсивна, что уже плохо помню, что там было. Во всяком случае, я был бы рад вернуться к этой самой истории, потому что мне понравились вот эти задушевные долгие, неторопливые разговоры с интересными ребятами. У меня там в гостях, кстати, был Андрей Макаревич, был Вася Обломов, был Олег Нестеров, был Александр Невзоров. И там был сооснователь группы «Кино» Алексей Рыбин. Очень симпатичные разговоры. И я был бы рад это дело возобновить. Так что если кто-то предложит, то я скажу: «Рад стараться».

А. Голубев ― Артемий Кивович, наверное, уже последний вопрос. Вы не так давно на Ютюбе рассказывали, что причиной вашего отъезда из России стали школа и детский сад, где ваших детей учили патриотизму.

А. Троицкий ― Ага.

А. Голубев ― Неужели действительно стало главной причиной? Можно было поменять учебное заведение.

А. Троицкий ― Значит, смотрите. Это тоже очень серьёзный вопрос. Дело в том, что я человек тёртый, привычный и пожилой. Я прожил большую часть своей жизни в Советском Союзе. У меня там были самые разные приключения, в том числе и малоприятные. И я в России могу жить совершенно спокойно при любом режиме, пока меня не арестуют и не расстреляют. В принципе, поскольку страну я люблю и друзей у меня тут много, и человек я по складу ума авантюрный, я мог бы тут жить при любых условиях. Но детишек жалко, потому что, в отличие от меня, они только начинают жить.

И мне хотелось, чтобы они жили, в общем-то, в нормальной ситуации. Конкретно, что меня вынудило? Сын Иван учился в либеральнейшем лицее «Подмосковный», основанном Михаилом Ходорковским. Это такой boarding school, интернат. И он нам начинает по телефону рассказывать, что «у нас сегодня вместо урока русской литературы был урок патриотизма».

А. Нарышкин ― Путиноведение?

А. Троицкий ― Что бы это ни значило. В следующий раз: «Нас сегодня силком заставили идти смотреть фильм «Сталинград»». «Ну и что за фильм «Сталинград»?», — спрашивает мама. — «Ужасный фильм. Там через слово ругаются матом». А у нас парнишка такой…

А. Нарышкин ― В общем, спасли детей от кровавого режима.

А. Троицкий ― Дочь, 3 года, в Звенигороде — ну, мы жили на даче — ходит в ДДТ (Дом детского творчества). Там рисование, лепка и так далее. Забираем её из ДДТ, и она нам начинает травить про каких-то фашистов, которые нас хотят захватить, про каких-то зловредных украинцев и так далее…

А. Нарышкин ― В 3 года!

А. Троицкий ― Да. Это была весна 2014-го года. Спрашиваем: «Откуда у тебя это?». — «А нам воспитательница в Доме детского творчества сказала». Мы не могли контролировать жизнь наших детей. И вот от этого стало очень зябко…

А. Нарышкин ― Спасибо огромное!

А. Соломин ― Спасибо!

А. Нарышкин ― Артемий Троицкий. Это была программа «A-Team». Алексей Нарышкин, Алексей Соломин, Алексей Голубев её провели.







ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

В центре столицы устроили очередные праздничные резервации со шмоналами. Кругом только одни вялые сотрудники и тупые агенты с красными корочками. Да вот только никакого здравоохранения с безопасностью нет и в помине! Одна резервация кругом с тупой шмоналовкой. Реальной борьбы с террором и террористами вовсе не ведётся.
________________________________________

Уничтожение любых доброкачественных продуктов в измученной голодоморами, блокадами, войнами, геноцидами, массовыми репрессиями вечно голодающей нищей отсталой забитой раздираемой злобой и ненавистью агрессивной стране, населённой десятками миллионов обездоленных истощённых нищих мрущих от недоедания пачками доходяг-дистрофанов — Чудовищное преступление и Полная Катастрофа! Идиоты!..
________________________________________

Настоящее возрождение, увы, начнётся только после невнятного переходного периода, грядущего сразу же по прошествии очередных неминуемых гонок на лафетах, грызни преемников мафий с постепенным их устранением-самоустранением, серьёзного приструнения мафий силовиков, палачей и карателей с их попытками дальнейшего насаждения своих господств.

Да и то только лишь с крайне маловероятным захватом власти настоящими демократами и деятелями народно-освободительного движения, а не тщательно замаскированными и спешно мимикрировавшими перекрасившимися хамелеонами-агентами охранки и государственной тайной политической полиции гостапо…
________________________________________

Надо признать, всё, что говорит Троицкий об эстонской школе — это правда! Но это только малая часть того, что на самом деле в Эстонии. Самое главное, что царит в Эстонии — это ПОРЯДОК! Порядок во всём! Здесь замечательная полиция, которую не боятся, но уважают! Например, преступления против детей в Эстонии сведены практически к нулю!

В Эстонии первоклассная медицина! В Эстонии все водители трепещут от проблесковых маячков и сирены Скорой Помощи и делают всё возможное, чтобы не помешать спасательным службам и по возможности помочь им.

Ужасно читать, когда в России "крутые пацаны" не уступают дорогу Скорой Помощи и идут на принцип. В Эстонии в таких случаях тут же появляется полиция (по сигналу экипажа скорой) и этих уродов тут же арестовывают и надевают им на запястья "браслеты".

Многое мне не нравится в политике эстонских властей, но порядок, который царит в Эстонии, меня просто восхищает!
________________________________________

Суть конечно не в том, что в Эстонии порядок, а в том, что Акела Владимирович Путин всегда привык срать на другие народы, особенно малые. Вспомните поросячий визг Киселёва о том, как Эстония загнётся и Латвия сдохнет без российского газа. А, оказывается, живут хорошо, даже лучше, чем мы. Вот и в образовании достигли хороших результатов. А у нас всё на уровне 1970-х, не лучше — на улице Ленин и старые коммунистические лозунги и новые губернаторы-миллиардеры. Такое впечатление, что прошла Орда и Гитлер сразу в одно и то же время…
________________________________________

Если бы Эстония выдала нахально всем жителям Печоры и Ивангорода паспорта, уверяю, большинство бы жило в Эстонии, ибо особый срач под названием путинский режим не устраивает никого кроме ворья и бандитов.

По поводу границ могу сказать что Путин лукавит даже в малом, претензий не должно было быть по Беловежскому соглашению. Ну, вот никто не требует от Путина отдать Калининград, хотя если бы поляки провели спецоперацию «Кенинсберг — путь домой», ввели зелёных человеков, то Путин мог только всплакнуть, и ничё более.

Насчёт продуктов, вы, конечно, лжете, в Эстонии проблем нет, сама Эстония себя обеспечивает. Путинские реалии намного жёстче, на Печоре нет больниц, нет врачей, нет дорог и чиновники-путинцы — ворьё да лихоимцы.
________________________________________

В Эстонии проблемы с продуктами совсем нет. В магазинах выдают продукты в долг. В Таллине, я — свидетель. Что это значит? Что у людей не хватает доходов (зарплат, пенсий) даже на покупку продуктов, и они просят продавцов отпустить их в долг, то есть оплатить покупку не сейчас, а когда деньги будут, позднее. Одна продавщица мне такой длинный список должников из местных жителей, выписанный в тетрадке и показала.

Был там весной прошлого года. Повсюду русские, либо русскоговорящие. В гостинице, где я остановился, процентов на 90 были русские/русскоговорящие. Из Латвии была там юношеская спортивная команда. Так и те тоже по-русски говорили.

В центре ничо так, особенно старый город. Мне понравилось. Но я и на окраину Таллина съездил, посмотрел р-н, где русских много проживает. Прискорбно, что в магазинах там до сих пор продают продукты в долг. Вот вам и европейская Эстония!
________________________________________

Троицкий критикует и высмеивает мужланов, похвально!
________________________________________

Шикарный человек. Какая потеря для России.
________________________________________

Троицкий всегда интересен.
________________________________________

Спасибо, Артемий, за очередное интересное интервью! И молодец, что спас от российского фашиствующего быдла своё потомство.
________________________________________

Такой знаменитый человек пришёл, могли бы и подготовится.
________________________________________

Молодец! Спас своих детей от "русскаго мира".
________________________________________

Троицкий — это круто! А то, что мальчики ведут себя как мальчики — это принципиальная позиция? Может их уже на опыты сдать в какой-нибудь инкубатор хороших журналистов?
________________________________________

Отъезд Артемия понятен и именно в Эстонию, такой современный "Остров Крым", где ещё понимают русский, где в общем и целом Европа, но цены пока не европейские и можно нормально жить даже за небольшие гонорары из университетов Америки. Фишка в том, что маленькая Эстония своих объятий не раскрывает, это не США, Канада, Австралия или Германия. В России многие готовы отчалить, у тысяч вполне записных патриотов давно готовы запасные аэродромы, и держит их только страх перед одним мстительным человечком, похожим на комиссара Жюва в своём ЦКовском плащике, да желание натырить из России ещё. Конечно, есть договорённости о ВНЖ в других странах и у оппозиции, глупо было бы иначе. Беда страны в том, что и тем, и другим в эмиграции будет лучше, чем на родине.
________________________________________

Наконец-то прекрасное интервью Артемия, где минимум политики, в которой он слабоват, и много информации о жизни московской богемы последних 40 лет, в которой он лучший специалист. Спасибо.
________________________________________



ИСТОЧНИК

Алексей Нарышкин, Алексей Соломин, Алексей Голубев

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие материалы  другие материалы   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Бюрократизация (0)
  • Власть (0) > Грабёж (0)
  • Власть (0) > Цензура (0)
  • Общество (0) > Культура (0)
  • Общество (0) > Молодёжь (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 25.01.2020 - О СМЫСЛЕ ПОПРАВОК ПУТИНА
  • 25.01.2020 - ПЕРЕВОРОТ ПОЛИШИНЕЛЯ
  • 24.01.2020 - О ГЛАВНОЙ ПОПРАВКЕ К КОНСТИТУЦИИ
  • 24.01.2020 - МАНИФЕСТ ГРАЖДАН РОССИИ
  • 22.01.2020 - КОНСТИТУЦИЯ — ЭТО ОБЩЕСТВЕННЫЙ ДОГОВОР НАРОДА С ГОСУДАРСТВОМ
  • 22.01.2020 - ПОЛКОВНИК ЗАХАРЧЕНКО НЕВИНОВЕН?
  • 21.01.2020 - НИКОЛАЙ РЫБАКОВ В ПРОГРАММЕ «ЛИЦОМ К СОБЫТИЮ»
  • 20.01.2020 - «ЯБЛОЧНАЯ АЛЬТЕРНАТИВА» НОВОМУ «ПЛАНУ ПУТИНА»
  • 19.01.2020 - ЗАЯВЛЕНИЕ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ПАРТИИ «ЯБЛОКО»
  • 18.01.2020 - РАКЕТЫ И ДУБИНКИ ВМЕСТО ЛЕКАРСТВ И ЗНАНИЙ
  • 17.01.2020 - МИШУСТИН — ФИГУРА ВРЕМЕННАЯ
  • 16.01.2020 - ЛЮДИ ХОТЯТ ПЕРЕМЕН
  • 15.01.2020 - КРОКОДИЛОВЫ СЛЁЗЫ ПРЕЗИДЕНТА
  • 14.01.2020 - БЕДНОСТЬ НЕ ПОРОК, А ГОСУДАРСТВЕННОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ
  • 14.01.2020 - СКОЛЬКО ВОРУЮТ ИЗ БЮДЖЕТА РОССИИ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru