Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Ваше доверие - наша победа

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[19.08.2011]

ОКРУЖАЮЩАЯ СРЕДА И ЗДОРОВЬЕ В «КРУГЕ СВЕТА»

Алексей Владимирович Яблоков и Виктор Иванович Данилов-Данильян в программе «В круге СВЕТА» на радио «Эхо Москвы»

С. СОРОКИНА: Здравствуйте. Это программа «В круге СВЕТА». Юрий Кобаладзе и Светлана Сорокина здесь в студии. И сегодня мы пригласили двух учёных. Это Алексей Владимирович Яблоков, член-корреспондент Академии наук, председатель экологической фракции партии «Яблоко». и Виктор Иванович Данилов-Данильян, тоже член-корреспондент Российской академии наук, директор Института водных проблем РАН, бывший министр охраны окружающей среды и природных ресурсов. Если мне не изменяет память, где-то в начале девяностых — с 1991-го по 1996-й, да?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: С 1991-го по 2000-й.

С. СОРОКИНА: Итак, я подумала и решила вот с чего начать. У нас в начале лета была встреча с президентом. Говорю «у нас», потому что вхожу в комиссию по правам человека при президенте. У нас была тема там по Северному Кавказу. Было предложение проводить тематические встречи, чтобы было не много вопросов, а какие-то несколько конкретных. И вот следующую встречу президент Медведев предложил провести где-нибудь тоже на выезде и посвятить её экологическим вопросам. Нашей рабочей группой это было воспринято хорошо, потому что, наконец-то, на экологию обращено внимание. А я задумалась, думаю: «Надо же, почему Медведев предложил именно экологическую проблему именно сейчас? Что бы это значило? Есть масса вопросов, которые тоже можно сейчас в горящем порядке рассмотреть». Как вы думаете, это что — у нас такая отчаянная ситуация или просто, что называется, руки дошли, дежурный интерес к экологии? В чём дело?

А. ЯБЛОКОВ: Я не думаю, что руки дошли или что чрезвычайные ситуации понимаются Кремлем. Просто думаю, это какой-то пиар-ход, потому что все его выступления последних лет, скажем, начиная с 2008 года, он неоднократно говорит об экологии, Госсовет провёл вот в этом году, но ничего из этого не получается. Хорошие слова, за которыми ничего нет, ничего не следует. Почему он назначил вашу группу? Думаю, что это связано и с какими-то, может, выборными интересами, что люди начинают немножко интересоваться экологией. А интересоваться начинают потому, что воочию убеждаются, что экология, качество окружающей среды связаны со здоровьем, всё-таки связаны со здоровьем. Как нас ни уверяли в обратном, что это не страшно, что можно экологией потом заняться, когда там, я не знаю, мы сначала разбогатеем...

С. СОРОКИНА: Так, но Ваше ощущение, что опять сотрясение воздуха?

А. ЯБЛОКОВ: Сотрясение воздуха. Мы даже в «Яблоке» по этому поводу специальное заявление написали, что слова президента расходятся с его делами. Ну, маленький пример — даже не совсем экология, но тоже с экологией связано. У президента не нашлось слов осуждения своего покойного полномочного представителя, который был замешан в охоте на архаров с вертолёта на заповедных территориях. Заповедные краснокнижные звери. И ни слова. Мы обращались: «Ну осудите, осудите!». Ничего.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Ну нет. Ну человек умер, ну как же мы можем так... погиб...

С. СОРОКИНА: Но тем не менее...

А. ЯБЛОКОВ: А после этого начинается — губернаторы начинают помирать тоже на браконьерской охоте. Как этот иркутский губернатор...

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: А говорить начали, потому что надо же о чём-то говорить. Нужно время от времени.

С. СОРОКИНА: А у нас нормальное природоохранное законодательство, на Ваш взгляд?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Ну что Вы. Это мешанина.

А. ЯБЛОКОВ: Надо, прежде всего, восстановить разрушенное природоохранное законодательство. Вот сейчас немножко становится всем ясно, что масштабы разрушения... Пожарное лето прошлого года показало. Водный Кодекс — то же самое. Водоёмы оказываются незащищёнными. Леса — незащищённые. Города — незазащищённые экологической экспертизой. И всё это новое законодательство. Они изменили всё законодательство. И мы, партия «Яблоко»... Вот сейчас выборы и мы думаем: «А как?». Мы будем говорить: «Надо менять, восстанавливать природоохранное законодательство».

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Ну, это только одна часть.

А. ЯБЛОКОВ: Это первое. Второе, или, может, даже первое — восстановить природоохранное ведомство.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: То, которое было в девяностые годы.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: А почему от него отказались?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Потому что оно мешать стало.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Развитию капитализма?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Потому что нашлась какая-то сволочь, которая сказала, что природоохранная система препятствует тому, чтобы в Россию пришло двадцать миллиардов долларов инвестиций. Это были деньги, как предполагалось, нефтяные и газовые инвестиции в разработку нефтяных и газовых месторождений, ну и чего-то там на атомы.

А. ЯБЛОКОВ: Смотрите. Это было удивительно. Вот вернёмся немножко к этому. Это был май 2000 года, когда президент Путин начал подписывать свои первые указы. Одним из первых указов он ликвидировал ведомство, которое возглавлял Виктор Иванович.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Это вообще был первый указ, потому что это был указ о структуре правительства.

А. ЯБЛОКОВ: В эти же дни министерство просвещения принимает решение об исключении курса экологии из обязательных предметов средней школы, а министерство внутренних дел принимает решение о ликвидации экологической милиции во всех городах. Это как? Прокуратура начинает проверку всех экологических организаций. Может быть это случайно? Нет. Это команда, которая пришла в Кремль вместе с Путиным в 2000 году, она была настроена на уничтожение государственного управления и ослабление государственного контроля.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: А не было вот этого момента, что экологии — это все «рука» Запада манипулирует?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Это потом. Надо же разобраться в этом деле, надо же понять, нужна охрана окружающей среды России или она не нужна. Но делалось всё так, как если бы она была не нужна.

С. СОРОКИНА: Но вот одиннадцать лет мы прожили без экологии!

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: С чего начал новый министр? Обратите внимание, практически не был даже назначен правопреемник Госкомэкологии. Это совершенно беспрецедентный случай! Федеральное ведомство было ликвидировано, а правопреемник не был назначен.

С. СОРОКИНА: Не был назначен. Я тогда ещё, помню, изумлялась этому.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Причём функции были переданы министерству природных ресурсов. С чего начал министр Яцкевич, который был министром природных ресурсов? Он начал с уничтожения архива Госкомэкологии, от которого не осталось ничего. Второй его шаг — это уничтожение территориальных органов Госкомэкологии.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: А архив-то почему, чем мешал?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Ну, как почему, мало ли чего там понаписано.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Это вообще преступление — уничтожать архивы.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Преступление, да. Вот он был просто уничтожен. И концов никаких не найти.

А. ЯБЛОКОВ: Мы в «Яблоке» назвали это деэкологизацией. Даже сейчас специально большой сборник такой выходит «Политика деэкологизации». Это всё было сознательно сделано, не случайно. Вот Виктор Иванович об этом немножко заговорил, что там, так сказать, какая-то сволочь. Не какая-то сволочь, а несколько. Мы знаем их поимённо.

Это сознательная идеология деэкологизации. Она действительно была такая — обеспечить приток инвестиций любой ценой. Какой ценой? Ценой снижения природоохранных требований. Изменить законы, закрыть глаза, уничтожить экологический контроль, уничтожить экологическую экспертизу, чтобы привлечь эти самые инвестиции. Вот как они привлекли, мы видим — убегают за границу.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: А сейчас есть какие-то признаки того, что всё-таки вернутся к созданию ведомству?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Ну, только разговоры, потому что реально не делается ничего. Потому что первый раз поручения подготовить материалы для восстановления ведомства было дано на заседании президиума Госсовета президентом Путиным в июне 2003 года. Это по поводу того именно заседания президиума Госсовета, последнего, посвящённого экологии, о котором упомянул Алексей Владимирович, Медведев сказал: «Что с тех пор сделано?». И ответил: «Нифига». Это слова Медведева. Это в 2003 году было дано поручение. Кому оно было дано? Между прочим, Христенко, который сейчас сидит, как и сидел, в правительстве. Правда, отвечает за другое.

С. СОРОКИНА: Скажите мне, пожалуйста, вот есть у вас всё-таки ощущение, что к настоящему моменту экологические темы, экологические вопросы хоть как-то побольше стали интересовать общество? Или нет, это мёртвая зона, за исключением отдельных пикетчиков, никого это не касается?

А. ЯБЛОКОВ: Отдельных пикетчиков... Вы правильно сказали — в Туапсе отдельных пикетчиков оказалось четыре тысячи человек, которые вышли против балкерного терминала, который строится в центре Туапсе, и курортный город Туапсе превращается в центр перевалки химических удобрений...

С. СОРОКИНА: Там наступили на экономический интерес этого конкретного населения, вот они и вышли, потому что они живут с другого.

А. ЯБЛОКОВ: А Химкинский лес? А Химкинский лес? А Утриш? А Дальний Восток? И так далее.

С. СОРОКИНА: Ну мы перечислим это и это будет десяток вопросов.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Вот есть «Экологическая вахта Северного Кавказа» — организация, которая три-четыре письма мне присылает каждый день с сообщениями о своей деятельности. Три-четыре письма. Они непрерывно демонстрируют, непрерывно судятся, непрерывно ходят по начальству, непрерывно делают всё, что только можно делать у нас. Больше просто уже ничего не добавишь.

С. СОРОКИНА: Возвращаясь к вопросу: но можно ли считать, что интерес к экологическим вопросам возрос?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: В массе сдвигов нет, практически нет. Но, во-первых, практически все экспортеры начали об этом думать, потому что прекрасно понимают, что экологические требования будут касаться не продукции, а технологии её производства. Значит, если грязно делаешь, то твой чистый продукт никому не нужен. Не покупают.

С. СОРОКИНА: Ущербность какая-то уже, да?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Да нет, ну и ВТО в этом направлении работает. Этот момент достаточно серьёзен...

А. ЯБЛОКОВ: Это сначала работало на лесах. Только сертифицированные леса, то есть признано, что они используются, эксплуатируются с долгосрочными интересами — посадки, вырубки, посадки, и так далее, и так далее — только такие сертифицированные леса принимаются и широко продаются. А если «чёрная» древесина...

Ю. КОБАЛАДЗЕ: А кто это сертифицирует в России?

А. ЯБЛОКОВ: Есть специальные международно признанные компании, которые это делают. Вроде аудита. Вы, конечно, совершенно правильно заговорили, что только там находится быстрая и какая-то могучая реакция, где затрагиваются интересы людей. В данном случае интересы бизнеса.

С. СОРОКИНА: Меня-то больше интересуют гражданское общество.

А. ЯБЛОКОВ: Гражданское общество просыпается там, где очень плохо. «Электроцинк» во Владикавказе, который травит людей направо и налево, вроде бы новые технологии, и так далее. Ну, вот уже говорил насчёт этого самого Туапсе, Тушино, или вот где сейчас было колоссальное противоречие — в Ступино под Москвой по строительству огромного грузового международного аэропорта. Можно сделать всё по-умному — нет, это делается по живому, и выходят на митинги 500-700 человек. Вот недавно Митрохин, председатель партии был на этой акции. Действительно там люди скандируют: «Не дадим! Не допустим!». Что самое неприятное, что законы не работают. Вот даже эти урезанные и кастрированные законы, их никто не соблюдает.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Алексей Владимирович начал с законов, а я начал бы с исполнительной власти. Потому что сейчас в России какие законы не пиши — ни черта не выполняется. Абсолютно. Вот если с сегодня на завтра за ночь Дума соберётся и примет лучшие законы в мире — ничего от этого не изменится. Потому что контролировать исполнение законов некому. Исполнять некому. Власть абсолютно бессильна там, где требуется её вмешательство и активность.

А. ЯБЛОКОВ: Дело доходит до анекдота. Потому что, когда обращаемся в суды по решению каких-то экологических проблем, суды принимают противоправные решения. Они смотрят на законы, но как будто их не видят.

С. СОРОКИНА: Слушайте, а я вот вспомнила историю Химкинского леса и как там?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Она ещё не кончилась.

С. СОРОКИНА: Да-да, разумеется. Но я вспомнила тот этап, когда аж президент высказался по этому поводу, потому что его внимание привлекли. Ровно год назад. И вот была эта встреча, он вроде как заявил. И после этого проходит время... Оказывается, что нет – всё, как было, так и остаётся. И он произносит что-то типа, что не только Химкинский лес в наших задачах и приоритетах.

А. ЯБЛОКОВ: Движение «Химкинский лес» организует уже всемирные акции по этому поводу. «Яблоко» участвует в России, во многих местах мы участвуем в пикетах, митингах... Во всём мире: в Париже, в Нью-Йорке и так далее будут привлекать к этому внимание, потому что это вопиющий случай.

С. СОРОКИНА: Я ещё чего хочу сказать, что такие действия, когда тот же президент сначала сказал, что надо разобраться, а потом расписался в том, что ничего не может сделать, — мне кажется, это какое-то деморализующее на общество производит впечатление.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Естественно. Представьте себе армию, которой вот так командуют. Отдают приказ, а потом говорят: «Да, знаете, ребята, не получается».

С. СОРОКИНА: Да. Или вот с озером Байкал, да? Это просто свинство...

А. ЯБЛОКОВ: Байкал — это Вы правильно затронули. Да. Когда Путин подписывает распоряжения, нарушающие закон!.. Ну, нельзя сливать в Байкал отходы этого ЦБК!

С. СОРОКИНА: Слушайте, это ж сколько лет уже эта история длится и почему всё это воспроизводится и воспроизводится? Я с ума схожу!

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Куда людей девать, которые останутся без работы?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Да объяснять можно чем угодно.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: А в чём тогда причина? Это что – просто прихоть?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Не знаю, это невозможно объяснить.

А. ЯБЛОКОВ: Нет-нет, можно, Виктор Иванович, можно объяснить.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Доходность там низкая, почти на нуле.

С. СОРОКИНА: Ну, правда, зачем, вот зачем?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Денег туда нужно ничтожно мало — по российским масштабам ничтожно мало — для того, чтобы навести там порядок.

С. СОРОКИНА: Я не понимаю, это для меня какая-то загадка.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Это необъяснимо.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Ну, Путин-то как раз такой эколог, он так любит делать!

А. ЯБЛОКОВ: Даже в Байкал погружался и говорил: «Там всё чисто». Байкал затронули, а я вспомнил и трагедию Богучанского водохранилища. Ведь Ангара перегораживается — и ради чего? Открыто говорится: «Мы будем качать электроэнергию в Китай». В Китай, причём по ценам, которые вдвое ниже, чем российские цены. Под воду уходят археологические памятники, исконные деревни там выселяют и так далее. Повторяется трагедия великих сибирских рек.

С. СОРОКИНА: Вообще Ангара какая-то замученная.

А. ЯБЛОКОВ: Ради чего? Ради того, чтобы империя Дерипаски получала больше алюминия?

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Катунь хотели перекрыть, тоже там планы были.

А. ЯБЛОКОВ: Катунь, были планы... Так ещё остались эти планы. Понимаете, вот я сегодня увидел в интернете очень хорошее сообщение одно — отказались от строительства Южно-Уральской атомной станции. Кириенко заявил, что строить не будут, потому что там что-то не то. Вот они отказываются от экологически опасных планов только тогда, когда у них не хватает денег!

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: И эта история с поворотом рек. Когда всему человечеству объяснили, что правительство в 1986 году внимая гласу экологов отказывается от антиэкологического проекта поворота рек. А истинная причина была... в отсутствии денег! Начался советский экономический кризис, приведший потом к краху советской системы.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Ну Лужков потом ещё спустя десять лет говорил, что надо что-то там повернуть.

А. ЯБЛОКОВ: Вот вы когда будете встречаться с президентом, спросите его, зачем он подписал два страшных указа.

С. СОРОКИНА: Записываю.

А. ЯБЛОКОВ: Один указ — по поводу развития курортной или какой-то там зоны на Северном Кавказе. Тоже надо подумать, курортная или туристская зона, которая нарушает три государственных заповедника. Этого нельзя было делать, потому что государственные заповедники выводятся навечно из хозяйства для того, чтобы нам всем было лучше. И второе — зачем он подписал указ или дал распоряжение о строительстве канала «Евразия»?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Ну решения пока нет. Это как с поворотом рек. Деньги кончились.

А. ЯБЛОКОВ: Это канал из Каспия в Чёрное море, идущий по чёрным землям, идущий через национальные парки, через заповедники. Экологические последствия страшнейшие.

С. СОРОКИНА: Из Каспия в Чёрное море? А зачем?

А. ЯБЛОКОВ: Вот спросите его, зачем.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: На этот канал нет никакой воды, потому что питать его пресной водой должны. Западный склон — бассейн Кубани, восточный склон — бассейн Терека. Там воды нет. В маловодные годы потребность Краснодарского края в воде, а это не самый голодный, не самый жаждущий регион, удовлетворяется на шестьдесят процентов. Если ещё запустить этот канал, там вообще катастрофа будет.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: А зачем, да?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Вот говорят для того, чтобы по этому каналу возить грузы из Каспийского моря в Чёрное и дальше в Атлантический океан. Но самое замечательное — это то, что все каспийские порты загружены на тридцать процентов мощностей. Что там собираются, кроме маразма, возить? Вот на этот вопрос никто ответить не может.

С. СОРОКИНА: Потрясающе. А уже какие-то распоряжения даны или что?

А. ЯБЛОКОВ: Дано распоряжение разработать проект.

С. СОРОКИНА: О, господи.

А. ЯБЛОКОВ: Выделены деньги.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Будет о чём говорить с президентом.

А. ЯБЛОКОВ: А воды нет. Мы в «Яблоке» сначала делали громкие заявления по этому поводу. Заявления по отдельным экологическим проблемам, которые принимает правительство — ну абсолютно бессмысленные какие-то, опаснейшие для будущего страны решения. И по развитию Дальнего Востока, по сотрудничество с Китаем, вот по этому каналу. Наше государство промолчало, когда китайцы взяли половину Аргуни! Половину Аргуни! Они просто взяли и перегородили.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: И собираются взять две три Чёрного Иртыша.

А. ЯБЛОКОВ: Ясно, что всё Забайкалье, вся Даурия обречена не просто на остепнение, на опустынивание обречена. Мы промолчали. «Яблоко» сделало заявление... Ну, в общем, моя активность в партии «Яблоко» экологическая — это страшный перечень этих бед, которые организуются правительством.

С. СОРОКИНА: А в силу того, что голосов экологов мало, то вас величают уже создателями страшилок и говорят о том, что не так чёрт страшен. Вот меня это изумляет. Ведь на самом деле проблемы-то катастрофические. А всё время говорят, что нет, это не так страшно, это не так ужасно.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: В том-то всё и дело, что никто не приводит никаких аргументов против этих страшилок.

С. СОРОКИНА: Просто говорят, вот и всё. «Перестаньте нас пугать».

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: «Перестаньте нас пугать! Мы хотим остаться идиотами! Перестаньте нас просвещать!».

С. СОРОКИНА: А так же спокойнее, ну что вы, в самом деле.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Ну конечно.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Какую проблему не возьмёшь — одно расстройство!

С. СОРОКИНА: Где бы у нас найти тот уголок, где нет места подвигу? Так вот что хочу сказать. Мы уже выяснили, у нас и с законодательством экологическим проблем огромное количество, а с исполнением вообще умалчиваем, чтобы окончательно не расстроить Юрия Георгиевича. И в этом смысле нет, наверное, большого смысла называть отдельные конкретные болевые точки, потому что это всё в систему укладывается.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Всё болит.

С. СОРОКИНА: Все болит, куда ни ткни. Так вот я хочу сказать, что в начале года я посмотрела Ваш прогноз экологический на этот год, на 2011-й. Что сбылось, что не сбылось? Ну вот, например, Вы говорили, что в этом году, если опять сухое лето, будут массовые лесные пожары. Ну, лето было не такое сухое, если иметь в виду европейскую часть. Потому что я тоже боялась, вдруг опять также будет. С другой стороны, всё, что за Уралом, там горело и на Дальнем Востоке ещё больше, чем в прошлом году.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: И здесь горит.

А. ЯБЛОКОВ: Благодаря колоссальным усилиям, которые сейчас вот после тех пожаров — технику дали и так далее...

С. СОРОКИНА: То есть что-то сделали?

А. ЯБЛОКОВ: Что-то сделали, но всё равно далеко недостаточно. И, скажем, север горел сильнее, Архангельская область горела сильнее, Карелия горела сильнее, Лениградская область загорелась...

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Волгоград сейчас горит.

А. ЯБЛОКОВ: Я живу в деревне около Гуся Хрустального — там эти торфяные болота до сих пор горят без конца. Так что...

С. СОРОКИНА: Ну, то есть технику бросили, а в принципе задачу так и не решили, как у нас с лесохраной и этим Лесным кодексом.

А. ЯБЛОКОВ: Потому что Лесной кодекс с 2006 года, о котором все кричали: «Нельзя принимать, он разрушает лесное хозяйство». Теперь они его штопают. Они уже сделали чуть ли не сто поправок в этот Лесной кодекс, но не хотят признать, что фактически признали, что была сделана колоссальная ошибка.

С. СОРОКИНА: Угу. Дальше. Вот выписала, опять же, у Вас. Предсказывали, что возможен крупный радиационный инцидент. Он произошёл в Японии...

А. ЯБЛОКОВ: Да, думал, что у нас будет, а произошёл в Японии.

С. СОРОКИНА: А произошёл в Японии, да. Но страшненько.

А. ЯБЛОКОВ: И последствия то очень серьёзные. По выбросам радионуклидов там идут споры, но, похоже, что это не меньше, а может быть, и больше, чем Чернобыль. И что будет дальше — неизвестно, потому что есть прогнозы, по которым — ну там очень плотное население в Японии, сравнительно с тем, что было в Чернобыле — что жертв будет больше.

Повторяется то же самое. В Японии повторилось то же самое, что было в Чернобыле. Они сначала скрывали информацию, не давали информацию и так далее. Вот буквально позавчера сообщение из Калифорнии — они в Калифорнии в Ла-Хойе около Сан-Диего обнаружили повышенные концентрации, это было в мае, радиоактивной серы. Радиоактивная сера возникла потому, колоссальное количество морской воды было вылито на этот воспалённый реактор... Переплыла Тихий океан, долетела до Америки.

Ещё одна работа там была интересная проведена, полтора месяца назад опубликована: посмотрели младенческую смертность в самых больших городах Америки Тихоокеанского побережья — Лос-Анжелесе, Сан-Диего, Сиэттле, Сан-Франциско и так далее. Там младенческая смертность возросла на 35 процентов!

С. СОРОКИНА: С ума сойти.

А. ЯБЛОКОВ: Именно вот за два месяца после Фукусимы. Никаких объяснений, кроме Фукусимы, нет. Но это тогда значит, что долетело-то больше, чем говорили нам официально.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Это ещё значит, что мы не понимаем механизмов, которые при этом действуют. Мы всё время с этим сталкиваемся. Главная опасность атомной энергетики состоит в том, что как только там что-то начинается не по штату, никто не понимает, что там происходит. Вот ведь в чём дело.

А. ЯБЛОКОВ: В частных разговорах специалисты говорят «страшно, опасно» и так далее, а официально: «Да ничего страшного».

С. СОРОКИНА: Виктор Иванович, а Вы такой же противник строительства атомных электростанций как и Алексей Владимирович?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Абсолютно, категорически.

А. ЯБЛОКОВ: Я, как и партия «Яблоко», слава богу, испокон века об этом говорю.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: После Фукусимы осталось довольно мало людей... за пределами Большой Ордынки, вот так вот скажем.

А. ЯБЛОКОВ: Япония сказала, что она не видит больше ядерного будущего, что она будет постепенно отказываться от атомной энергетики.

С. СОРОКИНА: Хотя такая уж атомная страна. Сколько их там всего?

А. ЯБЛОКОВ: Да, пятьдесят реакторов.

С. СОРОКИНА: Да, а Италия думает возвращаться. Не хватает им электроэнергии.

А. ЯБЛОКОВ: Нет, ничего подобного.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Простите, это Берлускони так думает, а 97 процентов на референдуме высказались против. Девяносто семь! Ну куда ещё больше? Это как при советской власти!

С. СОРОКИНА: Ещё из Ваших прогнозов. Браконьерство высших чинов — очередной пример. Ну, вроде не было таких громких?

А. ЯБЛОКОВ: Пока не было, пока не было.

С. СОРОКИНА: Пока не было. Но ещё не закончен охотничий сезон.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Дело не в этом. Просто никто при этом не погиб и не оказался ранен. Вот же в чём дело. Мы просто не знаем.

С. СОРОКИНА: Мы просто не знаем, а архары молчат. Так, ещё Вы написали, что возможен акт экологического терроризма. По счастью, вроде не случилось. А что Вы имели в виду, мне интересно?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: На эту тему лучше не рассуждать.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Не подсказывайте.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Это будет подсказка. Не стоит им подсказывать. Я могу столько наподсказывать, вы себе не представляете.

С. СОРОКИНА: Тогда не надо. Я просто думала, что это что-то нейтральное.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: А можно позитивное внести?

С. СОРОКИНА: Давай.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Вот развернулась борьба против курения.

(СМЕЮТСЯ).

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Всё-таки такой закон хотят принять драконовский — вообще практически запретить продажу сигарет и курение в общественных местах.

С. СОРОКИНА: Ну, здесь некурящие люди перед нами, поэтому они скажут, что да.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Ну, всё равно. Это что, действительно так же опасно, как Фукусима вот этот табачный дым?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Да, конечно, что табачный дым крайне опасен — это медицинский факт, что называется.

А. ЯБЛОКОВ: Ещё я про нефть говорил, о разливах нефти. Так вот, пожалуйста. Ну, ладно, Мексиканский залив был далеко, но совсем недавно в Северном море! Совсем недавно в Ямало-Ненецком автономном округе колоссальный разлив нефти. И пошло, поехало.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Но самое то главное, что в коллекторных системах нефть течёт непрерывно и общее количество нефти, вытекающее из трещин, вполне сопоставимо с этими грандиозными катастрофами. Просто об этом не пишут, потому что это происходит 365 дней в году.

С. СОРОКИНА: Вот здесь нам пишут: «У нас в Димитровграде... такие-то из Росатома.. вознамерились поставить АЭС на территории уже существующего института атомных реакторов».

А. ЯБЛОКОВ: Это удивительно. Зачем они это делают — я не понимаю. Там будет страшно опасно, потому что там будет плутоний перерабатываться, там экспериментальные реакторы. В центре России в бассейне Волги, на берегу Волги! Зачем это всё делается? Как они ставят под угрозу население? Мне этого не понять...

С. СОРОКИНА: Здесь же упоминают Ступино с этим крупнейшим аэропортом, о котором уже упоминали. У каждого есть пример, который он может привести — маленький или большой объект, который вопреки всем экологическим соображениям. Спрашивают нас: «Ладно, законы, почему ничего не слышно о мерах или о работе того же Трутнева и Онищенко? Ведь не одним же «Боржоми» они занимаются». Вот вопрос — их функции, их занятие? Чем-то ведь они занимаются, что-то они блюдут. Как на Ваш взгляд?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Ну, у нас охрана окружающей среды сейчас вообще оказалась, что называется, в интересном положении. Вы понимаете, что огромное количество функций, которые должны выполнять природоохранники в соответствии с нашим законодательством, никто выполнять не может. Потому что это и не надзор, и не министерские функции, а агентства по окружающей среде у нас нет.

С. СОРОКИНА: Угу. Пишут нам: «Работал в МП, сократили, оставили только работников на всю Россию». Видимо, что-то связанное с надзором, да? «Всё сидят в городах и пишут отчёты. Спасибо Лесному кодексу».

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: То самое.

А. ЯБЛОКОВ: По подсчётам «Гринписа», сейчас лесники, которые должны заниматься лесами, на девяносто процентов заняты писаниной.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Но вы понимаете, что лесную охрану ликвидировали до того, как приняли новый Лесной кодекс? Вот же ещё пикантное событие. При старом Лесном кодексе её взяли и спокойно совершенно ликвидировали.

А. ЯБЛОКОВ: Это сделал Путин, подписал постановление.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Пять тысяч природоохранных инспекторов, которые были в Госкомэкологии — что от них осталось? От них осталась одна двенадцатая часть! Хотя и то, что было, это для страны, у которой территория... 17 миллионов квадратных километров с гаком...

А. ЯБЛОКОВ: На природоохранного инспектора приходится несколько тысяч гектаров территории, нет, даже десятки тысяч. То есть это несерьёзно.

С. СОРОКИНА: Ну что еще хотела сказать... Что ещё в Вашем прогнозе на 2011 год где-то последним пунктом было написано, что партия «Яблоко» войдёт фракцией в Государственную Думу, я на это обратила внимание. Но...

А. ЯБЛОКОВ: Сейчас мы всё делаем для того, чтобы привлечь внимание к нашей программе.

С. СОРОКИНА: Чтобы привлечь внимание, да. Но я хочу сказать, что, конечно, это тоже отдельная тема и вполне безнадежная — не будем опять Юрия Георгиевича расстраивать — потому что послушная Государственная Дума, которая визирует всё, что ей спускается сверху, не подвергая, в том числе, экологической экспертизе, это довольно страшная история.

А. ЯБЛОКОВ: Это называется «штампуют законы». Причём, это интересно, они принимают Лесной кодекс, через две недели — поправки, ещё через две недели — опять поправки. То есть как будто вообще вакханалия абсолютная.

С. СОРОКИНА: Цель — ничто, движение — всё!

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: При этом подзаконные акты, которые должны быть разработаны в соответствии с законом, не разрабатываются.

С. СОРОКИНА: Не разрабатываются. Поэтому, конечно, мне страшно, что нет такой «зелёной» фракции, которая бы отражала экологические интересы в Государственной Думе.

А. ЯБЛОКОВ: Мы в «Яблоке» сейчас создаём больше экологической литературы, чем государство! Сейчас мы стали издавать региональную «Экологическую политику». У нас двадцать пять регионов — маленькая брошюрка по каждому региону. Мы отчаялись уже просто, ну что, государство ни хрена не делает, ну хотя бы общество, мы видим экологические проблемы и как они должны быть решены. Уже издали 25 брошюр. На книжной выставке будет специальный наш киоск...

С. СОРОКИНА: Так что в сентябре можно будет посмотреть. Но я что хочу сказать. Вот есть ещё организация «Гринпис». Вы, по-моему, оба имеете отношение к «Гринпису», да?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Ну, я с ними всю жизнь дружу.

А. ЯБЛОКОВ: А я один из основателей «Гринписа» в СССР.

С. СОРОКИНА: И я хочу сказать, что «Гринпис» многими воспринимается как довольно такая агрессивная, наступательная организация, действия которой, акты которой иногда некоторыми даже особо-то не воспринимаются. Но у меня-то ощущение — а как иначе?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: А иначе никто тебя не заметит.

С. СОРОКИНА: Вообще никто не заметит ничего.

А. ЯБЛОКОВ: А как потушить пожары? Вот сейчас, я говорил уже, три торфяных пожара во Владимирской области — там «Гринпис» с весны сидит! И если бы не «Гринпис» в прошлом году... «Гринпис» привлёк волонтеров, я думаю, миллиона полтора волонтеров привлёк «Гринпис» в прошлом году.

С. СОРОКИНА: Я с Гришей Куксиным как раз на эту тему говорила совсем недавно. И волонтеров привлекают, и люди такие замечательные там объявляются.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Да вот в Таловском районе есть журавлиная родина, заказник. Там много энтузиастов работает. Они давным-давно озаботились, чтобы создали для журавлей нормальные условия жизни, то есть обводнили неэксплуатируемые торфяники. Там нет пожаров.

А. ЯБЛОКОВ: «Гринпис» — хорошая организация, я очень за них. Они говорят: «Мы привлечём, пускай, по одному рублю или одному доллару от миллиона человек — получим миллион долларов поддержки». Они так и делают. Наверное, тридцать или сорок миллионов человек в мире поддерживают «Гринпис».

С. СОРОКИНА: Поддерживают. Главное, они работают. В прошлом году в саже были и организовывали тушение пожаров. Они и сейчас работают на этих пожарах. Они журавлей этих защищают.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Чтобы что-то делать, надо быть энтузиастом. Без энтузиазма не делается ничего. Только деньги зарабатываются.

А. ЯБЛОКОВ: Мы уже говорили о том, что деэкологизация в стране началась, в том числе, и атакой на общественные организации. У нас было около полутора тысяч активных общественных организаций. Сейчас, если осталось там 100 или 150, потому что зажали.

С. СОРОКИНА: Все же — враги народа.

А. ЯБЛОКОВ: Да, враги народа «шакалят у посольств». И так далее.

С. СОРОКИНА: Ещё SMS-ки пришли. Опять спрашивают про фильтры Петрика-Грызлова.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: На фильтры Петрика есть исчерпывающее заключение фирмы «Роса», которая занимается аналитической, эколого-аналитической работой применительно к воде. С моей точки зрения, этого заключения достаточно. Это фирма с международным авторитетом высочайшего уровня, но кому-то этого мало.

С. СОРОКИНА: То есть они не одобрили фильтры Петрика?

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Да нет, они там полностью забраковали всё это, что называется. Но, видимо, сейчас вот Институт водных проблем займётся этими фильтрами, уже есть письмо Федотова к нам. Мы, по всей вероятности, за эту работу возьмёмся. Вы понимаете, чтобы всё это дело провести чисто, нужна целая программа для анализа. Но вот мы не хотим выглядеть как некоторая самодеятельная организация — мы эту программу разработаем, мы добьёмся её утверждения и только в этом случае мы её реализуем.

С. СОРОКИНА: Ещё один пример приводится. «В Омске в черте города, — пишет нам Алекс, — собираются построить завод по глубокой переработке кремния». В черте города, странно даже. Промзоны вроде как выводят. Если это правда, то очень странно.

А. ЯБЛОКОВ: Вы знаете, любые современные технологии, если их правильно применять, можно строить близко от города, но у нас-то их не применяют!

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Простите, Силиконовая долина — одно из самых грязных мест в Америке. Об этом мало кто знает, но это так. Там чего только в Силиконовой долине нет. Прежде всего, тяжелые металлы. Там, конечно, начали чистить двадцать лет назад, но первые двадцать лет её существования было... А для нас Силиконовая долина, простите, в некотором роде... пример для подражания!

А. ЯБЛОКОВ: Любые новые технологии или западные, к нам приходящие, немедленно портятся на нашей земле. Очистные сооружения не строятся... Начинают работать — вроде бы хорошее предприятие, а работает хуже, чем старые советские предприятия.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Это как случай с законом и его исполнением.

С. СОРОКИНА: И давайте, поскольку у нас даже есть рубрика на «Эхо Москвы» «Что я делал в эти дни двадцать лет назад во время путча»... Так что вы делали двадцать лет назад и как вы это вспоминаете?

А. ЯБЛОКОВ: Двадцать лет назад во время путча я сидел в бункере в Екатеринбурге... под Екатеринбургом и был заместителем главы резервного правительства.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Во как!

А. ЯБЛОКОВ: Специальным секретным указом президента Ельцина был назначен. Да, наше правительство было, во главе был Лобов, я был заместителем у Лобова.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: Это чистая правда.

С. СОРОКИНА: Представляете, у нас бы сейчас с экологией по-другому было бы.

А. ЯБЛОКОВ: Вот я сейчас вспоминаю, как мы в «Яблоке» видим все эти события дальнейшие. 1992 год — гиперинфляция и конфискационная реформа. 1993 год — расстрел Белого дома, тогда я подал в отставку с поста...

С. СОРОКИНА: Страшно было, ой как страшно было.

А. ЯБЛОКОВ: 1994 год — начало войны в Чечне. 1995 год — приватизация и залоговые аукционы. Причём «Яблоко» считает это умышленно неправильно проведённой и социально опасной вещью. 1996 год — первые массовые фальсификации на выборах. 1997-й — финансовая пирамида, которая означала разграбление страны, фактическое разграбление. 1998 год — дефолт с обогащением немногих и обеднением многих.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: Остановитесь, дальше хуже уже некуда.

С. СОРОКИНА: 1999-й — Вторая Чеченская.

А. ЯБЛОКОВ: А дальше 1999 год — взрывы, Путин. В общем, мы считаем в «Яблоке», что упущены возможности демократического, прогрессивного, просвещённого, богатого развития России.

В. ДАНИЛОВ-ДАНИЛЬЯН: А я считаю, что шансов на такое развитие было крайне мало. Потому что все социальные структуры, которые могли бы реализовать такое развитие, были разрушены за 70 лет советской власти. То, что дурацкие решения принимались бесконечное количество раз — это, конечно, чистая правда. Но могло ли быть иначе?

А. ЯБЛОКОВ: Могло быть, Виктор Иванович, могло быть. Что двигало людьми, которые это всё делали? Жадность, просто чисто человеческая жадность, вот что я вижу. Обогащение любой ценой.

С. СОРОКИНА: Скажите мне, пожалуйста, а Григорий Алексеевич сейчас пойдёт на президентские выборы?

А. ЯБЛОКОВ: Ну, надо его спросить. Я думаю, что он, наверное, пойдёт. Я думаю, что пойдёт. Я буду его просить, чтобы он пошёл, во всяком случае. Думаю, что он пойдёт. Но сейчас до президентских далеко, давайте поговорим, подумаем о ближайших выборах. Вот мы сейчас концентрируемся на том, чтобы всё-таки люди пришли. При этой отчаянной ситуации, когда руки опускаются, никто ничего не слушает, законы не выполняются, но всё-таки мы когда-то должны встряхнуться, встрепенуться. Я считаю, надо идти.

Ю. КОБАЛАДЗЕ: За кого? За «Яблоко»?

А. ЯБЛОКОВ: За «Яблоко».

А. ЯБЛОКОВ: Мы начали с экологии и вот я бы хотел тогда уж кончить экологией. 65 миллионов россиян живут в условиях превышения предельно допустимых концентраций. Средняя ожидаемая продолжительность жизни в России сегодня меньше, чем была 30 лет тому назад. В 1964 году, в 1986 году она была выше, чем сегодня. Примерно вот такие цифры, понимаете. А почему? Я вижу в этом прямое влияние и старого экологического наследства, и жуткого экологического состояния сегодняшнего. Естественно, социальный фактор огромный. Но если мы сравниваем, скажем, Тульскую область и рядом Липецкую область, в Тульской области продолжительность жизни на 3-5 лет меньше, чем в Тульской области, а экономика одна и та же!

С. СОРОКИНА: Напоминаю: Алексей Яблоков, член-корреспондент Академии наук, председатель экологической фракции партии «Яблоко» и Виктор Иванович Данилов-Данильян, директор Института водных проблем РАН были с нами. Мы говорили об экологии и не только. До встречи через неделю. Всего доброго, до свидания.

ПЕРВОИСТОЧНИК

Светлана Сорокина

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Беспредел (0) > Преступления (0)
  • Власть (0) > Бюрократизация (0)
  • Власть (0) > Грабёж (0)
  • Власть (0) > Коррупция (0)
  • Власть (0) > Путин (0)
  • Нравственность (0)
  • Общество (0) > Акции протеста (0)
  • Общество (0) > Оппозиция (0)
  • Политика (0) > Внутренняя политика (0)
  • Экология (0) > Защита Байкала (0)
  • Экология (0) > Защита животных (0) > Красная книга (0)
  • Экология (0) > Защита здоровья (0)
  • Экология (0) > Защита рек (0)
  • Экология (0) > Проблемы зелёного законодательства (0)
  • Экология (0) > Промышленные загрязнения (0)
  • Яблоко (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 15.11.2018 - МОБИЛИЗАЦИЯ ВМЕСТО МОДЕРНИЗАЦИИ
  • 14.11.2018 - УПРОЩЕНИЕ УПРАВЛЕНЧЕСКОЙ ВЕРТИКАЛИ
  • 14.11.2018 - «ПАПУ РАССТРЕЛЯЛИ В ДЕКАБРЕ 1937 ГОДА»
  • 14.11.2018 - ЗАЧЕМ ПРИХОДИТЬ К СОЛОВЕЦКОМУ КАМНЮ?
  • 13.11.2018 - РЕПРЕССИИ В ТИШИНЕ
  • 12.11.2018 - ПРЕДЧУВСТВИЕ ПОСЛЕДНЕЙ ВОЙНЫ
  • 12.11.2018 - ПОПЫТКА ОСТАНОВИТЬ ИСТОРИЮ
  • 11.11.2018 - ГОСУДАРСТВО ПОСТАВИЛО ПЕРЕД СОБОЙ ЗАДАЧУ
  • 11.11.2018 - ГЛОТОК СВОБОДЫ ИЛИ «ПРОКЛЯТЫЕ» ДЕВЯНОСТЫЕ…
  • 10.11.2018 - ИНТЕРВЬЮ ВЛАДИМИРА СОРОКИНА
  • 10.11.2018 - ВОЗВРАЩАЯСЬ К ИСТОРИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ
  • 09.11.2018 - ПАРТИЯ НРАВСТВЕННОГО ВЫБОРА
  • 09.11.2018 - СУТЬ ПОЛИТИЧЕСКИХ НОВОСТЕЙ
  • 08.11.2018 - ОБСТОЯТЕЛЬСТВА СМЕРТИ СЕРГЕЯ ТИХОНОВА
  • 08.11.2018 - СЕКРЕТЫ КОНСТИТУЦИИ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru