Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Ваше доверие - наша победа

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[10.07.2017]

В ПАМЯТЬ ОБ АНТОНЕ НОСИКЕ


В память об известном блогере Антоне Носике, умершего 9 июля от остановки сердца на 52-ом году жизни, радио «Эхо Москвы» повторило его интервью, записанное 11 января 2017 года.

А.Нарышкин ― А эфире «Эхо Москвы» программа A-Team. Здравствуйте! Эфир ведут Алексей Голубев, Алексей Соломин, Алексей Осин и Алексей Нарышкин. В гостях — Антон Носик, блогер, общественный деятель.

А.Соломин ― Политолог, кстати, вполне уже.

А.Нарышкин ― Обидно, вообще, когда называют просто блогером. Вроде бы дядя взрослый, солидный, много сделал. А блогер — это как будто… преуменьшают ваши заслуги.

А.Носик ― Называют-то блогером, потому что спрашивают: «Как вас называть, что указать?» Я говорю: «Назовите блогером».

А.Нарышкин ― Но блогер же это не профессия. Что это такое?

А.Носик ― Какая разница? Поэт — это тоже не профессия, как мы слышали на суде по делу о тунеядце Иосифе Бродском. Это тоже членство где-то, но я не считаю, что главное достижение человека — это членство.

А.Соломин ― А вам не кажется, что само понятие блогер сейчас девальвировано донельзя? Ну, просто сейчас блогер… даже тролль ольгинский — это тоже блогер формально.

А.Носик ― Нет.

А.Соломин ― Почему?

А.Носик ― Ну, знаете, мы имели спор, когда Кабанов зарезал жену. И, естественно, все тролли, как ольгинские, так и останкинские сказали: «Популярный блогер-белоленточник зарезал свою жену». Ну, и я задавал всем им вопрос, когда только они открывали про это рот: «А где его блог? Вот покажите мне его популярный блог и покажите мне хоть одну популярную запись в этом блоге».

А.Осин ― Ну, наверное, так получается, что блогер — это сразу одновременно и либерал и белоленточник. Но это конечно не так.

А.Носик ― Просто если блогером называть Илью Варламова, то понятно, за что. Рустема Адагамова — понятно, за что, Тёму Лебедева понятно, за что, и меня понятно, за что. Называть блогером любого анонима, потому что он пришёл и нагадил в чьих-то комментах — это, по-моему…

А.Нарышкин ― Кстати, Илья Варламов сам не любит, когда его блогером называют и перед эфиром всегда просит и говорит, что он…

А.Голубев ― Общественный деятель?

А.Нарышкин ― Нет, почему? Журналист.

А.Носик ― Он журналист, естественно. Он журналист, потому что он оттуда идёт. Идёт от блогерства в журналистику. А я, как человек, который занимался журналистикой…

А.Нарышкин ― А вы зависли в блогерстве…

А.Носик ― Почему завис? В 89-м году начал заниматься журналистикой. Я в 98-м году стал первым главным редактором и создателем «Газеты.ру», в 2000-м году я стал главным редактором и создателем «Ленты.ру». Мне, собственно, регалии-то не нужны. Мне нормально быть блогером. Если хотите регалии — откройте Википедию, там всё написано.

А.Соломин ― Вот мы уже всё проработали, не волнуйтесь.

А.Носик ― Правильно говорите: Учредитель благотворительного фонда «Помоги Орг». Потому что люди услышат. Когда люди думают, куда бы сделать распоряжения на постоянные отчисления средств — вот я, учредитель фонда «Помоги Орг», уже 11 лет как.

А.Соломин ― Недавно у нас была Ольга Романова, которая, как известно, перестала быть журналистом. Она совершенно официально об этом заявляет, потому что в какой-то момент, как она сказала, что поняла, что не может соблюдать то самое правило о представлении двух мнений, объективную позицию… Я перефразировал немного, но смысл был в этом. Вы для себя ещё можете этим правилам соответствовать, как вы думаете?

А.Носик ― Я вообще не считаю, что слово «журналист» описывает правила поведения. Журналистика бывает очень разная, бывает гонзо-журналистика. А правило освещения двух точек зрения — это требование к новостному изданию, не к журналисту, а к конечному продукту.

А.Соломин ― А Дмитрий Киселёв — это тоже один из подвидов журналистики?

А.Носик ― Да, безусловно, Дмитрий Киселёв — это один из подвидов журналистики, как Шульгин, как Пуришкевич. Да, безусловно, конечно. Есть такой жанр журналистики. Большое количество людей, которые писали в Völkischer Beobachter и, в том числе, один господин, который был повешен по приговору Нюрнбергского процесса, — они все тоже были журналиствми. Они были, конечно, сволочи, гады, фашисты, погромщики, антисемиты, подстрекатели, но профессия-то журналистская…

А.Голубев ― А в связи с этим можно, раз уж мы о журналистике заговорили, про Лену Летучую и весь этот скандал? Вот эта история с «Ревизорро» — это журналистика тоже?

А.Носик ― Тут надо сказать, что с двух сторон задействованы люди, которых я очень люблю и бесконечно уважаю…

А.Голубев ― Лену Летучую?

А.Носик ― Нет, Лену Летучую вообще не люблю и не уважаю. Но Колю Картозия, продюсера «Пятницы». Он отец и этой программы и этого телеканала. Я его бесконечно люблю и уважаю как профессионала, как телевизионщика. Вы все помните его на НТВ, и, в общем, «Пятница» — это большой успех. И просто он талантливейший человек. То, что Коля Картозия сейчас угрожает судебными исками от имени юрлица в адрес физических лиц, которым хочется блевать…

А.Голубев ― Блогеров опять же…

А.Носик ― Да любых физических лиц, которые публично высказались против этой мерзотной, подлой и гнусной программы… Тут я уже с вами говорю, как человек, который государственные экзамены из медицинского института сдавал, в частности, по сангигу. Вот я вам хочу сказать, что передача эта полностью жульническая, полностью мошенническая…

А.Нарышкин ― Вот вы сейчас тоже на иск договоритесь…

А.Голубев ― А чего такого-то? Они пришли, сказали, что у них там тараканы, мусор, грязь и просроченные продукты.

А.Носик ― Не та методология. Когда ты залезаешь под раковину с белым кусочком ватки, начинаешь там протирать…

А.Осин ― Это ладно, это фельдфебельщина… А тараканы?

А.Носик ― Ну, я ем в «Дети райка» столько, сколько «Дети райка» существуют. Никаких тараканов там нет. Их можно, конечно, принести с собой. Съёмочная группа может это сделать…

А.Осин ― То есть вы считаете, что это враньё?

А.Носик ― Это не враньё, это всё постановка абсолютно!

А.Осин ― А вы знаете, в чём тут коллизия, с моей точки зрения? Эта программа существует довольно давно. И ходили в разные заведения миллион раз. Как только пришли в заведение, которое имеет отношение к либералам, сразу началась эта фигня, вот и всё.

А.Носик ― Это абсолютный миф!

А.Осин ― Почему? Это же не первый выпуск. Если бы первый сразу… А как?

А.Носик ― Давайте назовём вещи своими именами.

А.Осин ― Хорошо, давайте.

А.Носик ― Заведение под названием «Дети райка» не надо путать с заведением под названием «Жан Жак». «Дети райка» абсолютно аполитичны! Ни одного политического события, ни либерального, ни антилиберального толка там никогда не происходило. Ни Варя Турова, которая была в «Коммерсанте» обозревателем оперы, извините, а теперь оперная певица и занимается благотворительностью, ни Лёха Паперный, который поёт песни с 1986 года, не являются ни политически активными фигурами, ни оппозиционерами, ни членами Координационного совета оппозиции. Самые обычные люди на свете. Просто они очень хорошие люди.

А.Осин ― О’кей, я не против, мне всё равно. Но почему до этого 27 тысяч выпусков…

А.Носик ― Подождите секундочку, а 57-я школа, в которой учатся дети, извините меня, Шувалова, Алексеем Алексеевичем героически защищаемого от Навального и Дворковича Аркадия? Это тоже либеральное гнездо?

А.Нарышкин ― А они там учатся?

А.Осин ― Я не знаю.

А.Носик ― Да, они там учатся с моим сыном вместе. Наезд на 57-ю школу питался тем же вашим мифом о том, что там учатся дети с хорошими лицами, поэтому, очевидно, это евреи защищают своих, либералы защищают своих, белоленточники защищают своих. Да ни хрена подобного! Приличные люди в Москве ходят в приличные заведения. Примером такого заведения является абсолютно беззащитный, безответный, довольно бедный, низкомаржинальный «Дети райка», про который все люди знают, всем там ели — нет там никаких тараканов! Конечно, если я здесь с белой ваточкой полазаю в этой студии…

А.Голубев ― Но это не ресторан.

А.Носик ― Это методика.

А.Осин ― Нет, мы перескочили. Объясните мне, почему 270 тысяч выпусков этой программы не вызывали ровно ничего? Почему, как только к либералам пришли…

А.Носик ― Объясняю. Потому что телеканал «Пятница» — это телеканал для людей, которым некуда девать свою единственную жизнь. Люди, у которых есть профессия, у которых есть любимая девушка, у которых есть много книжек прочитать, на много концертов сходить, на много выставок… Знаете, в Третьяковскую галерею выстоять — они не смотрят этот канал «Пятница». Я не знал, как выглядит Лена Летучая до тех пор, пока она не совершила эту подлость.

А.Осин ― Почему вы мне не хотите ответить на этот вопрос?

А.Носик ― Потому что программа «Ревизорро» вошла в мою жизнь с тех пор, как она наехала на «Дети райка», где я ем, сколько это заведение существует. С тех пор я стал обращать внимание.

А.Осин ― А почему вы ходите в «Дети райка»?

А.Носик ― Потому что это заведение открыто Лёхой Паперным после того, как…

А.Осин ― Всё. У меня вопросов больше нет.

А.Носик ― Минуточку. Путина ещё не было, когда Лёха Паперный открыл «Китайский лётчик», поэтому не надо шить либеральные ярлыки. Это было ещё при Ельцине. Потом открылась «Мастерская». Было много заведений, это не первое.

А.Соломин ― Давайте мы сейчас осадим наших охранителей. Я наеду на вас с другой стороны. Почему, если вы так теперь не любите Лену Летучую и её программу «Ревизорро»…

А.Носик ― Она мне так же безразлична по-прежнему. Я просто составил о ней своё мнение.

А.Соломин ― Составили ли вы мнение о Николае Картозии? Ведь это он автор этой передачи.

А.Носик ― Я страшно огорчён, что между какими-то человеческими ценностями и мундиром, мой друг Картозия, большой поклонник Бродского и автор гениального фильма «Бродский не поэт» — человек интеллигентный и культурный выбрал честь мундира, как если бы его фамилия была Чайка или Бастрыкин.

А.Осин ― Почему? Для него канал «Пятница» — это такая же его территория, как для вас «Дети райка».

А.Носик ― Совершенно верно, для меня «Дети райка» — территория. Но я же не говорю, что я настучу ментам на тех людей, которые обижают «Дети райка». Я же не говорю, что я сейчас налоговую проверку организую.

А.Соломин ― А у вас с Картозия был личный разговор? Он ваш друг?

А.Носик ― Нет, я прочитал его публичные угрозы — и мне стало очень тошно.

А.Соломин ― Вам не кажется, что вы имеете на него влияние?

А.Носик ― «Не мы их на свет рожали и не нам предавать их смерти», как сказал любимый нами поэт Бродский.

А.Соломин ― Насколько я понял, у вас давние тёплые дружеские отношения. Это, безусловно, влияние.

А.Носик ― Безусловно. Но я не смотрю канал «Пятница».

А.Соломин ― Вы можете на этого человека как-то повлиять. Вы этого не сделали, предпочитаете просто обсуждать его.

А.Носик ― Нет, извините, пожалуйста. Это позиция, занятая человеком в публичном поле. Николай занял свою позицию как человек, уже не помню сколько лет возглавляющий данный телеканал, отвечающий за своих подчинённых, защищающий их в некоем конфликте. Он занял позицию и он произнёс некоторые слова, которые произносить неприлично: «Наше юрлицо засунет ваши физлица… за преступление мысли». Это в России в 2016 году неприличная угроза, абсолютно неприличная. Таких слов нельзя произносить! Пожалуйста, погуглите «Яндекс — говно». Вы можете представить, сколько вы прочтёте наездов на «Яндекс»? Или «Рамблер» — говно, Mail.Ru — говно, «Лента» — говно, «Медуза» — говно. Вы можете себе представить Аркадия Воложа, который выйдет к микрофону, скажет: «Сейчас всех, кто про «Яндекс» говорит плохо и не может этого доказать в суде, наши юристы…»?

А.Соломин ― Мы эту вашу позицию поняли. Я о другом хочу сказать.

А.Осин ― Я про то и говорю: зачем? Мы же о вас говорим, а не о нём. Вы — герой передачи.

А.Носик ― Я расстроен, что Коля так себя повёл.

А.Соломин ― Тут прозвучало слово «тусовочка».

А.Носик ― Я его не произносил.

А.Осин ― Я произнёс, да.

А.Соломин ― Это не вы его произносили, но оно объясняет многое. Мне кажется, причастностью к этой тусовочке объясняются позиции часто многих публичных деятелей: «В этом случае мы будем яростно защищать людей, которые относятся к нашей тусовочке в публичном поле, но при этом наши отношения никоим образом не поменяются, я просто сделаю пост, в котором выступлю с осуждением этого человека, потому что этот человек нашей тусовки».

А.Носик ― Давайте друзья мои, обозначим, что никакого поста, посвящённого «Ревизорро», я не писал. Это очень важно, принципиально важно.

А.Соломин ― Но вы сейчас сделали заявление.

А.Носик ― Потому что я никогда не смотрел и не планирую смотреть её впредь. Поэтому моё мнение о ней не может быть тем информированным мнением, которое я готов доносить до читателя своего блога. Вы меня спросили об отношении к скандалу, по которому я ни разу публично не высказывался. Моё личное отношение есть — это скорбь по поводу того, как невзросло повёл себя друг мой Коля, но и об этом я не пишу ему даже в Фейсбуке. Это моё ощущение, которым я с вами делюсь ни зачем.

А.Осин ― Вы сказали прекрасную фразу: «Там не было тараканов, и быть не может». Откуда вы знаете? Вы сам санэпидстанция?

А.Носик ― Они — санэпидстанция! У них у кого-то диплом есть! Вы слышали от них, что повара могут готовить только в перчатках? Вы понимаете, что они конченые лохи.

А.Осин ― Вы сказали, что там нет этих насекомых. Откуда вы знаете, на основании чего? Потому что Паперный ваш друг или что?

А.Носик ― Нет, я увидел предвзятую страшилку в отношении заведения, в котором я много лет ем, и питаются мои знакомые, друзья и члены моей семьи. Если я не видел там тараканов, то надо полагать, что люди, которые ворвались туда минуту назад и их там увидели, видимо, принесли их с собой.

А.Нарышкин ― Хватит! Давайте уйдём с ресторанной тематики. Антон Носик в эфире «Эхо Москвы», в программе A-Team.

А.Голубев ― Антон Борисович, мы вас знаем как большого специалиста в области интернета. При этом вы сейчас сами находитесь в Живом Журнале… Не знаю, по-моему, в Живом Журнале остались только вы, да Варламов и всё! Остальные уже в каких-то других совершенно новых пространствах, интернет-технологиях. Расскажите нам, пожалуйста, почему?

А.Нарышкин ― Назови уж сразу Антона Борисовича динозавром.

А.Носик ― Давайте я вам смешное тогда скажу: 90% людей читают меня на «Эхо Москвы». Потому что «Эхо Москвы» перепечатывается всё, что нравится вашей редакции. Любой пост из моего ЖЖ перепечатывается, потому что об этом есть договорённость столько лет, сколько у вас блоги есть. Соответственно, моих читателей на сайте «Эхо Москвы» значительно больше, чем у меня в ЖЖ. Но фокус заключается в том, что каналы доставки как самоценность уже сто лет как умерли. Каналы доставки не имеют никакого значения!

Я об этом говорил буквально в прошлое воскресенье на учёном совете Еврейского музея. Они говорят так: «Вот нужно популяризовать ваш архив, — у них гигантский медиарархив: куча фотографий, куча фильмов, — почему-то это всё плохо видно на нашем сайте музея». Я говорю: «Да забудьте вы про ваш сайт музея вообще! Если вы хотите, чтобы это увидели миллион человек, положите это на YouTube и расшарьте ссылку…

А.Голубев ― Вот именно! А вас, например, на YouTube почему-то нет… Вы не блогер…

А.Носик ― На YouTube меня нет… Зато у меня есть свои 130 тысяч подписчиков на Фейсбуке и 280 тысяч подписчиков в Твиттере, включая официальный аккаунт Путина и Медведева. У меня есть некоторое количество подписчиков в разных средах. Мне абсолютно всё равно, через какую точку люди меня читают. «Эхо Москвы» — прекрасно! То, что я имею сказать, люди читают, благодаря, в частности вашему сайту, за что я очень признателен. Мне не важно, сколько хитов заработает конкретно Александр Леонидович Мамут и принадлежащий ему Живой Журнал. Это просто мой печатный станок.

А.Соломин ― Что вам важно в этом?

А.Носик ― В смысле? Мне важно, чтобы то, что я имею сказать, до вас дошло.

А.Соломин ― Это зависит от количества перепостов, то есть так происходит расширение аудитории.

А.Носик ― Это всё техника. Технологии существуют сами помимо меня. Есть люди, которые специальным образом привлекают внимание, например, к тому, что опубликовано в ЖЖ. Есть люди, которые не ставят задачи популяризовать то, что опубликовано в ЖЖ, а ставят задачу наполнить свой собственный раздел, как, собственно, блоги на «Эхо Москвы». Благодаря этим разным людям, решающим разные задачи, аудитория приходит ко мне разными путями. И из Гугла приходит ко мне аудитория, из Яндекса приходят. Мне не надо об этом думать. Мне надо писать тексты, чтобы их кто-то хотел читать. Если я не буду писать тексты, нечего будет читать. И дальше уже никакая технология не заставить людей читать, если я не буду ничего писать.

А.Нарышкин ― Я хотел бы вернуться к тому, что вы сказали пару минут назад про преступление мысли — вы, по-моему, такое словосочетание употребили?

А.Носик ― Да, да.

А.Нарышкин ― А вас тоже за преступление мысли судили?

А.Носик ― Безусловно, конечно.

А.Нарышкин ― А вот то, что вы говорили в эфире «Эхо Москвы», и писали — вы с этим по-прежнему солидарны?

А.Носик ― В смысле?

А.Нарышкин ― У вас какая позиция, у вас раскаяние? Я просто не могу сказать, что прямо тщательно следил за вашим процессом.

А.Носик ― Нет, позиция у меня очень простая: я высказал мнение. С моим мнением можно спорить. Спорьте на здоровье. Есть другие люди, у которых есть другие мнения. Я поддержал действия ВКС в Сирии, а Алексей Кунгуров из Тюмени их осудил. Алексей Кунгуров до сих пор находится в СИЗО. Ему ещё обвинение не предъявлено, потому что никак экспертизу не могут закончить. Он писал, что очень плохо, что бомбардировкам ВКС подвергаются на территории Сирии гражданские объекты, а потом нам за бомбардировку нефтебазы выдают бомбардировку зернового элеватора: вот фотографии, вот легко сравнить. Это тоже писал Кунгуров — он сидит…

А я написал: Ничего страшного, что гражданские объекты уничтожаются, по-другому не бывает. Путин потом меня дословно цитировал. Когда его стали критиковать за Алеппо, Путин сказал: «Не бывает военных операций без гражданских жертв. Мы же не можем пойти на поводу у мирового терроризма. Мы должны его добить. Поэтому вот это цена, которую мы платим». Это ровно то, что я написал, просто за год до Путина.

А.Нарышкин ― Почему вы не сидели в изоляторе? Почему, вообще, вы лайтово, скажем так, отделались?

А.Носик ― Абсолютно лайтово!

А.Нарышкин ― Пронесло же?

А.Носик ― Ну, когда вы позовёте сюда Бастрыкина, вы его спросите, почему он не применил ко мне то, что он применил к Кунгурову?

А.Соломин ― Наверное у вас есть высокие покровители какие-нибудь?

А.Носик ― В смысле? Наверняка, потому что иначе я никак не могу объяснить, почему ко мне не применили ни одной меры, к которой меня готовил мой адвокат. Почему мне не спилили в 6 утра дверь «болгаркой», не вломились с обыском? Вы знаете, что у Егора Просвирнина вынесли из дома? Он главный редактор «Спутника и погрома». Но, вообще, он геймер для души. Так у него все игровые приставки вынесли как свидетельство экстремисткой публикации текстов…

Это год назад было. А со мной поступили абсолютно нежно. То есть с меня подписку о невыезде взяли и тут же разрешили выезжать в Израиль и Италию.

А.Нарышкин ― Подождите, как же это работает? Получается, вы же нарушали правила подписи?

А.Носик ― Совсем нет. Подписка — это обязательство просить разрешение. Я попросил разрешение — мне его тут же дали вместе с подпиской.

А.Нарышкин ― А вы, вообще, в рамках этого дела, пока шло расследование, суд, рассматривали вариант, что вы сядете?

А.Носик ― Конечно.

А.Нарышкин ― Вы знаете, как некоторые известные деятели, когда над ними идёт процесс, уже собирают вещи на полном серьёзе?

А.Носик ― Вот ровно так! В суде всю дорогу я готовился к штрафу в 300 тысяч, и потом вдруг за 2 недели до вынесения приговора приходит прокуратура и говорит: «Мы просим два года». С этого момента моё дело стало интересным, потому что до этого это было дело про 300 тысяч рублей. Когда прокуратура попросили 2 года, суд чуть не разнесли на вынесении, можете себе представить! И когда судья сказал «500 тысяч», то все просто зааплодировали. Но тем не менее в это время я поехал в книжный магазин, купил все книги, которые я собираюсь прочесть в СИЗО. Купил термобельё, заодно узнал, что это такое. Изучил список из 23 пунктов, которые мне Юля Навальная прислала…

А.Нарышкин ― Антон Борисович, а это всё осталось у вас на всякий случай?

А.Носик ― Термобельё я теперь ношу. Сигареты, которые я для тюрьмы заготовил, (4 блока)…

А.Нарышкин ― Скурили, наверное?

А.Носик ― Нет, я их не курю. Они до сих пор у меня дома лежат. Если хотите…

А.Нарышкин ― Нет, я не курю, спасибо. А вариант того, что вы можете что-то ещё написать или сделать, чтобы вас начали судить, вы рассматриваете?

А.Носик ― Почему, написать? Друзья мои, я 14 тысяч постов написал до того, за что меня привлекли. Можно отмотать, и там такое — ой, знаете, мало не покажется…

А.Нарышкин ― Вы подсказку следователям даёте.

А.Носик ― Мой текст про Сирию, за который меня привлекли, в сто раз невиннее того, что писал конкретно про Россию.

А.Нарышкин ― Соломин вас спрашивает: стали ли вы аккуратнее, осторожнее?

А.Носик ― Я вам говорю, я не могу стать аккуратнее, потому что за моей спиной 14 тысяч текстов, за каждый из которых…

А.Голубев ― Да, кроме того, например, вы не писали, а говорили, что Россия не является мононациональным государством; никакого русского народ нет. Вы же говорили?

А.Носик ― Нет никакого, конечно, русского народа. Что за бред? Это я говорил господину Холманских, который начал рассказывать, что русский народ для всех вас, для чурок выиграл Великую Отечественную войну.

А.Осин ― Нет, ну это полный бред!

А.Носик ― Это было в прямом эфире «Первого канала». Я говорю: «Какой русский народ? Что вы несёте? Там воевали татары, там воевали казахи, там воевали евреи…».

А.Осин ― Наш народ многонациональный, в нём есть евреи и есть русские — да или как?

А.Носик ― Нет. Ну, как бы есть ненавистное нашим националистам определение «российский народ». Наши националисты, к сожалению, невежественны и не читали того, что писали славянофилы в 19-м веке и Пушкин. Слово «российский»…

А.Голубев ― Но они использовали это совсем в другом смысле.

А.Носик ― Ровно в том же: Многонациональная Российская империя. Когда у тебя в элите могут быть Юсуповы, Шереметьевы и прочие откровенные татары…

А.Осин ― Багратион, Барклай де Толли.

А.Носик ― Абсолютно!

А.Голубев ― Только тогда русских в стране было 40 с чем-то процентов, а сейчас 83.

А.Носик ― Я не понял.

А.Голубев ― Ну, когда империя у нас была, у нас русских было в процентном соотношении гораздо меньше.

А.Носик ― Просто я вам подскажу, что тогда не существовало понятие русский, существовало понятие православной веры, мусульманской веры или ещё какой веры. Понятия национальности, пятая графа в паспорте, вообще никого происхождение не интересовало.

А.Голубев ― А почему для вас так важен национализм? Вы сами себя называете сионистом, сторонником безусловного права еврейского народа на собственное государство.

А.Носик ― А кто вам сказал, что мне это так важно?

А.Голубев ― Но вы это подчеркивали сами.

А.Носик ― Я считаю, что нельзя женщине платить зарплату меньше, чем мужчине за тот же объём работы, потому что она женщина. Ну, вы меня что, назовёте феминистом из-за этого? Это моё представление о том, как должно равноправие выглядеть. Я считаю, что если турки имеют право жить в стране турецкой со столицей в Анкаре, так евреи имеют право жить в стране еврейской со столицей в Иерусалиме. Это не значит, что я это право сейчас вот прямо побежал реализовывать.

А.Соломин ― А у вас есть представление о том, каким образом можно решить ближневосточный конфликт?

А.Носик ― Конечно. Так же, как и любой другой конфликт.

А.Соломин ― Военной силой?

А.Носик ― В смысле? Прежде всего должны куда-то деваться люди, которые вкачивают деньги в обострение этого конфликта…

А.Голубев ― Геноцид надо, то есть устроить?

А.Носик ― Нет, минуточку. Люди, которые вкачивают деньги — это не, извините меня, нищеброды из сектора Газа, которым, в общем, с едой затруднительно. Это, прежде всего, наши друзья саудиты, катарцы, Иран — это те, кто нефтедолларами финансирует террор на Ближнем Востоке. Вот им зубёшки повырывать, например, или просто убрать нефть из уравнения — и не на что будет покупать оружие для продолжения ближневосточного конфликта.

А.Осин ― Ну, ладно нефть. А у них же могут найтись другие источники благосостояния.

А.Носик ― Нет, это сырьё…

А.Голубев ― Кто о чём, а вшивый, известно про что. Антон Борисович, так вы утверждаете, что у вас есть право на свой еврейский национализм?

А.Носик ― Да.

А.Голубев ― И пожалуйста, на здоровье. Но при этом вы говорите, что русских нет, не существует!

А.Носик ― Я возразил человеку, который повторил такую, я думаю, среди потомков власовцев очень популярную сегодня мантру, что русские, как народ, спасли условных евреев. Холманских про это говорил.

А.Голубев ― Вы даже и сейчас, в этом эфире говорите, что нет, конечно, никаких русских.

А.Носик ― Нет.

А.Голубев ― А кто тогда мы? Как мне надо называться, чтобы я пришёл домой и жене сказал: «Привет! Я теперь…, — вот кто? Носик сказал, что я не русский, что нет таких».

А.Носик ― Нет, я же не про вас лично говорил. Я говорил про то, что нет такого русского народа, который спасал еврейский народ. Воевали все народы СССР.

А.Осин ― Но советский народ спасал еврейский народ.

А.Носик ― Почему спасал еврейский народ? А самих себя не спасал?

А.Осин ― Самих себя спасал и еврейский народ как часть советского народа.

А.Носик ― Мы все воевали против гитлеровцев.

А.Голубев ― Я сейчас вообще не про войну.

А.Носик ― Так Холманских-то — про войну! Вы вырываете из контекста.

А.Голубев ― Нет, а вы уже в этом эфире безотносительно того эфира, сказали, что нет никаких русских!

А.Носик ― Совершенно верно!

А.Голубев ― Я спрашиваю, русские есть или нет?

А.Носик ― У нас спор с вами не про русских. Я пытаюсь поставить слова в контекст, а вы вырываете их из контекста. В контексте того, что мы, Россия, русское государство — такого нет! Утверждение того, что Россия — это мононациональное государство одного народа, который здесь, заметим, не один, это утверждение, разрушающее Россию, деструктивное! И если вы будете читать самое просвещённое из националистических изданий «Спутник и погром», которое вроде бы нам рассказывает, как можно всё-таки ассимилировать всех татар и все нерусские национальные меньшинства, которых по вашим подсчётам 17%, то всё равно в какой-то момент для того, чтобы стать русским, ты должен плюнуть на свои нерусские корни.

А.Голубев ― А что, они у нас все нерусские? Это у вас популярное заблуждение, что у нас у каждого поскреби — чего там только не найдёшь.

А.Носик ― А почему заблуждение, извините, пожалуйста? А что вы хотите сказать, вы 20 родов своих на Москве можете вспомнить?

А.Голубев ― Не знаю…

А.Носик ― Хорошо. Какого самого давнего вашего предка вы можете вспомнить, деда, прадеда?

А.Голубев ― Вы сказали, что Путин вас цитировал, а вы сегодня цитируете Путина. Идея российской нации вам должна быть особенно близка.

А.Носик ― Нет, минуточку, про российскую нацию мне вообще никто не объяснял, что это?

А.Голубев ― То же самое, что советская, только теперь российская, как бы русских нет никого…

А.Носик ― Извините, пожалуйста, написано в вашем загранпаспорте: «Гражданство: Россия». Вот тебе, пожалуйста, и российская нация.

А.Осин ― Это гражданство, а не нация.

А.Носик ― Нет, извините, слово «гражданство» чуть-чуть русское слово, а нация (nationality) это нерусское словно, означающее гражданство.

А.Осин ― Оно в паспорте. У вас тоже написано, гражданство — Россия.

А.Носик ― Да, а если вы возьмёте англоязычную версию, это написано: nationality — Russia, а в израильском паспорте: nationality — Israel. То, что называется по-английски nationality, по-русски называется гражданство. В нерасистской стране, где отказались от гитлеровских методов сегрегации людей по крови и расе, кроме nationality больше ничего и нет, и все равны перед законом.

А.Осин ― О’кей, есть такой момент, смотрите. Вот вы бережёте традиции и культуру вашего народа. Это прекрасно. Но резко высказываетесь, допустим, о русских националистах.

А.Носик ― Я точно также резко высказываюсь в Израиле против людей, которые считают, что еврейский, израильский национализм должен состоять в том, чтобы оскорблять христиан, арабов…

А.Осин ― А где граница еврейского национализма, русского, татарского?

А.Носик ― Граница очень простая: когда ты любишь своих — это для меня полностью нормально, естественно и приемлемо. Когда для тебя немыслима любовь к своим без оскорбления, унижения и отрицания, и угнетения чужих — это для меня неприемлемо, где бы это не происходило: в России, в Израиле, в Сирии. Это не годится. Любить себя через ненависть к другим не годится! Ксенофобию не приемлю.

А.Нарышкин ― Антон Носик в программе A-Team. Вот про гражданство. У вас только российское гражданство?

А.Носик ― Нет, израильское.

А.Нарышкин ― А зачем вы живёте в России?

А.Носик ― Хороший вопрос. Я тут родился.

А.Нарышкин ― Антон Борисович, я же не к тому, что валите в свой Израиль и прочее…

А.Носик ― А тогда, в чём вопрос?

А.Нарышкин ― Почему вы, выбирая между Россией и Израилем, почему-то живёте здесь? Ну, в Израиле климат лучше, наверное, возможностей больше.

А.Соломин ― Знаете, шутку мне рассказали: «Лучше израильская зима, чем «арабская весна»».

А.Носик ― Это хорошая шутка…

А.Соломин ― Там комфортно? В том смысле, что в плане реализации, в уровне жизни?

А.Носик ― Понимаете, в чём дело. Есть разные специальности. Если вы талантливый хоккеист, то вам не только что в Израиле, вам, в общем, и в Италии делать нечего, потому что там нет хоккея как национального спорта. В Израиле, кстати, есть хоккейный стадион…

А.Нарышкин ― Я понял. Что за особенный хоккей у вас?

А.Носик ― Русский язык.

А.Нарышкин ― Ну, слушайте, русский язык! Сколько в Израиле на русском говорят!

А.Носик ― Вот именно.

А.Нарышкин ― Вы себя там каким-то обиженным, обделённым чувствуете?

А.Носик ― Просто мне не дали два слова договорить. Русский язык — моя основная специальность. Моя основная специальность — русский язык. Я в этой жизни писал в СМИ на русском языке и создавал СМИ на русском языке.

А.Нарышкин ― В Израиле есть русскоязычные СМИ.

А.Носик ― Совершенно верно.

А.Нарышкин ― Вам мало, что ли?

А.Носик ― Мне мало. Сколько вы читаете израильских русскоязычный СМИ?

А.Нарышкин ― Я три сайта знаю…

А.Носик ― Когда вы там последний раз были?

А.Нарышкин ― По мере надобности.

А.Носик ― Ну, хорошо, кто там главный редактор?

А.Соломин ― Неделю назад…

А.Носик ― Неделю назад, совершенно верно. А они там читают «Эхо Москвы» каждый день! Понимаете разницу? Где столица, а где…

А.Осин ― А что мешает, будучи там, писать на «Эхо Москвы»?

А.Носик ― Слушайте, вы все москвичи, вы все в Москве живёте?

А.Соломин ― Нет, я лимита.

А.Носик ― А чего в Москву приехали, чего там-то не сиделось? Вот тот же вопрос. Совершенно верно! Вот вы и ответили.

А.Соломин ― А я не скрываю этого…

А.Носик ― И я не скрываю.

А.Нарышкин ― Подождите, в Израиле уровень жизни лучше…

А.Носик ― При чём здесь… Моя работа связана с русским языком. Если бы она была связана с программированием, я бы сидел себе в Израиле, и мой стартап был бы в Калифорнии. Но я занимаюсь русским языком. Русскоязычные редакции до 2014 года все были в России. Когда выдавили «Ленту», «Медуза» стала первым случкм успешного русскоязычного издания не в Москве. До этого прецедентов не было.

А.Нарышкин ― Вы же можете, находясь в Израиле, например, писать где угодно…

А.Носик ― Да, я много путешествую.

А.Нарышкин ― Я просто не понимаю, а что вы здесь особенного делаете?

А.Носик ― Здесь у меня мама, здесь у меня сын, здесь у меня жена…

А.Соломин ― Скажите, а вы для себя рассматривали возможность эмиграции по политическим причинам?

А.Носик ― Я прожил в Израиле 7 лет.

А.Соломин ― Сейчас последние несколько лет такая волна эмиграции достаточно серьёзная. Люди уезжают.

А.Носик ― Очень понимаю их.

А.Соломин ― Для себя рассматривали такой сценарий? И что должно произойти, чтобы вы сказали…

А.Носик ― Зачем мне чего рассматривать? Я 7 лет прожил в эмиграции, я всё примерно про это знаю. Вот я знаю: если завтра мне придётся уехать, то я знаю, куда я пойду, выйдя из любого аэропорта, куда я долечу.

А.Осин ― Что завтра должно произойти, чтобы это случилось?

А.Носик ― Угроза моей семье. Пока политический режим не угрожает моей семье. Если будут угрожать…

А.Нарышкин ― А почему из-за вашего этого дела вы не уехали? Туда-сюда катались.

А.Носик ― Потому что много чести было этим ребятам. И не туда-сюда катался. Я им демонстрировал, десять раз за время этого дела, вернувшись из разных поездок…

А.Осин ― Что вы не сбежали.

А.Носик ― Да. Но если бы не было подписки о невыезде, просто поездок было бы двадцать, но десять всё равно было.

А.Соломин ― Позвольте, у нас есть игра такая, мы не всегда её проводим, но иногда проводим: Кого бы вы скорее обняли? Я не буду долго объяснять. Это чисто формально связано с колонкой Олега Кашина, но не содержательно. Кто вам ближе, грубо говоря, из представленной пары. У меня есть пять пар людей. Владимир Маяковский или Иван Бунин?

А.Носик ― Иван Бунин.

А.Соломин ― Владимир Путин или Дмитрий Медведев?

А.Носик ― Дмитрий Медведев.

А.Соломин ― Я бы хотел уточнить: автора официального аккаунта Владимира Путина в разных соцсетях или автора официального аккаунта Дмитрия Медведева в соцсетях?

А.Носик ― Мне обоих очень жалко, так что я бы их не обнял, а погладил бы по голове и отправил бы учиться.

А.Соломин ― Дональд Трамп или Хиллари Клинтон?

А.Носик ― Дональд Трамп.

А.Соломин ― Башар Асада или Реджеп Тайип Эрдоган?

А.Носик ― Реджеп Тайип Эрдоган.

А.Соломин ― Это очень интересно. Почему?

А.Носик ― Ну, потому что Реджеп Тайип Эрдоган является носителем определённого представления о правильном политическом устройстве для Турции. Я не согласен с этим представлением, я не одобряю его методов. Но Башар Асад просто людоед, мясник и человек, который намотал кишки детей на гусеницы танков. Здесь разница в том, какое количество крови у человека на руках.

А.Нарышкин ― Так и Владимир Путин тогда тоже у вас уважение вызывает, правильно? У него же тоже есть представление о том, какая должна быть Россия.

А.Носик ― Мне абсолютно несимпатичен Эрдоган. Если его завтра повесят, я буду рад, но если сравнивать человека, носителя исламистской идеологии, с человеком, который цепляется просто за власть некоего меньшинства в стране, просто осуществляет геноцид в стране в течение 6 лет, то, конечно, мне симпатичней этот омерзительный Эрдоган, чем этот кровопийца Асад, людоед.

А.Соломин ― Скажите, пожалуйста, вы поддерживаете возвращение смертной казни?

А.Носик ― Я поддерживаю возвращение смертной казни на сто процентов во всех странах, юридическая система которых даёт мне основание ей доверять.

А.Осин ― Таких стран нет!

А.Носик ― Но есть страна, в которой я точно знаю, что казнить будут в первую очередь невинных. Это страна называется Россия. Я только что из-под суда российского, я вам могу точно сказать, кого обвинили. В первый день как обвинительное заключение подписано — значит, будет обвинительный приговор. Про это есть статистика: 99,9% обвинительных приговоров! У нас будут казнить всех, кому расстрельную статью дали. Введение смертной казни во всех штатах США я абсолютно поддерживаю.

А.Осин ― А там невинных не казнят?

А.Носик ― Да, но просто процент их невелик. А вот, когда ты смотришь на людей, которые в США избегают смертной казни…

А.Осин ― Даже если один человек несправедливо казнённый присутствует, это как-то вашу душу не подвигает в другую сторону?

А.Носик ― А вы понимаете, в чём дело. Если у вас внимание направлено на ошибки, это очень стимулирует относиться критично к приговорам. Весь Innocence Project Барри Шека, благодаря которому идентификация по ДНК позволила выпустить из тюрем десятки людей по всей Америке, жертв судебной ошибки, именно был вызван к жизни тем, что там смертная казнь есть. Потому что там цена ошибки — человеческая жизнь. Ну, я по своему процессу могу сказать: когда мне светили два года — все на ушах стояли, а когда 300 тысяч — а, ну ладно. Соответственно, когда есть в стране смертная казнь, огромное количество людей, которые не согласны с такой мерой пресечения, создают разные методики и двигают вперёд науку криминологию. Так что ошибочных приговоров становится меньше.

А.Осин ― То есть вот эти осуждаемые люди как лабораторные мыши? На них потренировались — всё стало лучше? Мне ваша мотивировка интересна.

А.Соломин ― Если не дай бог Антону Борисовичу угрожает такое наказание, тогда, может быть, все об этом узнают и все об этом говорят. Но я напомню, что перед тем, как нашли, арестовали и расстреляли Чикатило, расстреляли совершенно невинного человека…

А.Осин ― И не одного, кстати.

А.Носик ― Я вам больше скажу. Это ровно к моему первому ответу на ваш вопрос. Первый невинный человек, который погиб за Чикатило, это человек, которого нашли повешенным в камере. Поэтому это не разговор про смертную казнь. Это разговор про советскую систему, которая на кого пальцем показала, тот не жилец.

А.Соломин ― Там был и расстрелянный человек.

А.Носик ― Да, расстрелянный был. Но и замученный был, удавленный в камере. Эта система советская, она говорит, что в нет ней смертной казни. На Магницкого посмотрите — ему легче, что его не расстреляли, а сделали с ним то, что сделали? На того человека, который умер в ОВД «Дальний»… от шампанского — ему легче оттого, что у нас нет смертной казни? У нас сплошная смертная казнь, просто она так не называется. А вот там, где её нет, а вместо этого есть гуманное наказание типа 150 лет тюрьмы для лукавого брокера или что-то в этом роде…

А.Осин ― Ну, видимо, они там на курорте в тюрьме находятся. И про нравы американских тюрем тоже разное слышно…

А.Голубев ― Антон Борисович, в 14-м году вы поехали в Киев для участия в знаменитом конгрессе «Украина — Россия». Что за эти уже почти три года изменилось в вашем взгляде на ситуацию?

А.Носик ― Ну, скажем, я поехал в 2014-м, как и во все предыдущие годы до нынешнего, когда перестали приглашать, на открытие украинского IT-форума, iForum, который назывался, где я всегда выступал на открытии. Последний раз перед 10-ю тысячами украинских айтишников. Так случилось, что форум Ходорковского был в то же день во второй половине дня. Я на него заехал.

А.Осин ― А отдельно бы поехали?

А.Носик ― История не знает сослагательного наклонения. Я туда зашёл, послушал местную публику, которая мне говорила: «Ну вот выслали мы корреспондента «Эхо Москвы» и правильно сделали, потому что он — «москальская пропаганда». Вот выслали мы Рому Супера из РЕН ТВ Марианны Максимовской — он «москальская пропаганда», вот выслали мы из «Новой газеты»… У нас нет расизма, а вы — фашисты, все – кацапы».

Я послушал… Это было по отношению ко всем… и к Дзядко с «Эха»… Всем украинцы рассказывали: «Вы все кацапы, все! Пока не пошли свергать Путина, мы вас всех считаем соучастниками кровавых преступлений. А мы святые, у нас нет никакого Тягнибока, у нас не было дивизия «Галичина»» — и так далее. Вот это всё я три часа слушал на том конгрессе. После чего я поехал в аэропорт Жуляны и вместе с Дмитрием Львовичем Быковым и уехал в город Москву. Но я не ездил на этот конгресс. Я случайно оказался в тот же день в Киеве.

Я послушал этих людей, не нашёл с ними общего языка. Если вы почитаете, что обо мне пишут в украинских интернетах, то добрых слов вы там не найдёте. Там самое доброе — это «жид». Потому что считается, что в их словаре это то же самое, что еврей.

А.Голубев ― Не знаю. Многие публицисты приходят к нам в эфир, утверждают, что нет там никакого украинского нацизма, фашизма.

А.Носик ― Нет, никакого украинского нацизма и фашизма там, конечно, нет. Но переоценка того, чем занималась дивизия СС «Галичина» — вот это откройте мой ЖЖ и почитайте комментарии. Переоценка своего героического прошлого во времена «волынской резни» — этого полно. Понимаете, это как в нашей стране… Ну, мы же не будем сейчас говорить, про нашу опричнину…, что люди на дыбе висят…, что опричникам разрешается изнасиловать жену боярина, а его имущество забрать себе. Но памятник Ивану Грозному у нас уже ставят. ГУЛАГа у нас нет, но портреты Сталина уже вешают. У них та же самая история. Не то что они сами ходят по лице о свастикой и зигуют, но…

А.Осин ― Они ходят!

А.Носик ― Нет, этого реально нет. Это для того, чтобы Киселёву показать, ему надо нанять массовку и в Сокольниках её отснять…

А.Соломин ― У нас мало времени остаётся. Антон Борисович, как вы относитесь к Герману Клименко?

А.Носик ― Очень хорошо.

А.Соломин ― Может быть, не как к человеку, а как к человеку, который, наверное, отстаивает интересы интернет-отрасли?

А.Носик ― И интересы отрасли и свои пусть отстаивает. Очень хорошо я к этому отношусь. Гера Клименко, в общем, знает, чего он там делает. И у него есть довольно программ. Обсуждать имеет смысл, прежде всего, например, планы по поводу телемедицины, вот чего он может добиться. Потому что телемедицина — это нам всем очень хорошо. То время, пока мы сидим как дураки и ждём, пока врач допишет историю болезни от руки, а потом, пока другой врач её прочитает в соседнем кабинете, лучше бы это всё было в кюре и доступно сразу и немецкому нашему врачу тоже. Гера Клименко — бизнесмен, он не политик, он никуда никогда не баллотировался. Конечно, Гера Клименко не может ничего сказать такого, что шло бы в разрез с политикой партии. Но есть то, зачем он там.

А.Соломин ― Он эффективен там?

А.Носик ― О, подождите, пусть он чего-нибудь добьётся. Пусть у нас будет телемедицина, тогда мы все придём говорить Гере спасибо.

А.Нарышкин ― И памятник построим. Антон Борисович, в 2018 году у нас выборы, вроде как раньше они не намечаются. Вы себя в каком лагере определяете? Вы за Путина или какие-то другие фамилии поддерживаете? Но уже у вас есть планы?

А.Носик ― У меня планы? Я не баллотируюсь. Я осуждённый по экстремистской статье.

А.Нарышкин ― Но вы же голосуете.

А.Носик ― Подождите, я не видел списка кандидатов. Я точно знаю, что если в этом списке будет Алексей Анатольевич Навальный, то мой голос ему, совершенно независимо от того, сколько там будет ещё строчек и фамилий. Это я точно могу сказать.

А.Соломин ― А с чем связано такое убеждение?

А.Носик ― Потому что я познакомился с Навальным за годы до того, как началась его публичная политическая карьера. Больше десяти лет я за ним наблюдаю.

А.Соломин ― Когда он был в «ЯБЛОКЕ»?

А.Носик ― Когда он был в «ЯБЛОКЕ». Но это его «ЯБЛОКО» было ему не так интересно, как то, что он пытался вести какие-то политические дебаты на дециметровых каналах. Просто маленький мальчик и то, что у него было членство в «ЯБЛОКЕ», не входило в комнату впереди него. Я его знаю давно…

А.Голубев ― Потому что вы хотите быть министром связи быть в правительстве Навального?

А.Носик ― Я не могу быть никаким министром, вообще не могу этим заниматься.

А.Голубев ― А если он будет президентом, он с вас это всё снимет, скажет: «Антон Борисович, дорогой!..»

А.Осин ― Вот вам портфель!

А.Носик ― Нет, судимость моя без всякого Навального погасится через год после уплаты штрафа. Не отменится мой израильский паспорт, который исключает для меня возможность любых государственных должностей, так же как и российский паспорт избавляет меня от риска занимать любую выборную должность в Израиле.

А.Нарышкин ― Но вы можете выйти из гражданства израильского?

А.Носик ― Я могу отказаться, но вы посмотрите вокруг себя. Вы, правда, видите в этой стране должность, которая бы заслуживала того, чтобы ради неё отказаться от израильского гражданства?

А.Соломин ― Конечно.

А.Носик ― У вас богатое воображение.

А.Нарышкин ― Напоследок. Все очень часто любит критиковать Россию из тех, кто не любит Путина. Похвалите Россию. У нас полторы минуты есть. Что в России хорошего?

А.Носик ― Самый сообразительный, пытливый, интересующийся, отзывчивый, динамичный народ, который из совершенно невероятно сложных положений привычно находит выходы, в связи с чем так много российских людей среди изобретателей чего угодно: хоть телевидения, хоть вертолётов, хоть гуглов. Потому что мы приучены трудными историческими условиями к тому, что безвыходных ситуаций не бывает, а бывают ситуации, из которых надо очень хитро вывернуться.

А.Голубев ― А тогда поругайте Европу ещё — вы там часто бываете.

А.Носик ― Европа благополучная, поэтому…

А.Голубев ― Как? Что, не загнивает?

А.Носик ― Европа сытая, зажравшаяся, именно потому, что европейцы находятся в чудовищно комфортных условиях. Им не надо решать никаких своих проблем, за них это делают собес, правительство и церковь. Поэтому от европейцев я реально не жду никаких прорывов. Ну, вы просто посмотрите…

А.Нарышкин ― А российскую власть есть, за что похвалить?

А.Носик ― Российскую власть хвалить не за что. Российская власть — это люди, выполняющие определённые обязанности. Когда они начнут исполнять эти обязанности хорошо, тогда их похвалим все вместе дружно. А обязанности эти: в первую очередь медицина, образование, дороги, жилкомхоз и собес.

А.Нарышкин ― Антон Носик в программе A-Team. Спасибо!


ИСТОЧНИК

Алексей Голубев, Алексей Осин, Алексей Нарышкин, Алексей Соломин

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Нравственность (0)
  • Общество (0) > Гражданское общество (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 27.07.2017 - ПРОЛЕТАЯ НАД ГНЕЗДОМ ПСИХУШКИ
  • 25.07.2017 - ЭТО НЕ ВЫБОРЫ. ЭТО ОБМАН ИЗБИРАТЕЛЕЙ
  • 24.07.2017 - ОБРАЩЕНИЕ ПАРТИИ «ЯБЛОКО» К БОРИСУ ГРЕБЕНЩИКОВУ
  • 22.07.2017 - ДЕБАТЫ СО СТРЕЛКОВЫМ
  • 22.07.2017 - О СУДЬБЕ МАЛОРОССИИ
  • 21.07.2017 - В МУНИЦИПАЛЬНЫХ ВЫБОРАХ В МОСКВЕ ОТ «ЯБЛОКА» ПРИМУТ УЧАСТИЕ 1007 КАНДИДАТОВ
  • 21.07.2017 - ГОСДУМА ЗАСЕКРЕТИЛА РАБОТУ ГОСКОМПАНИЙ
  • 20.07.2017 - КРЫМСКО-СИРИЙСКИЙ НАЛОГ
  • 18.07.2017 - СБОР ПОДПИСЕЙ ПРОТИВ ВОЙНЫ В СИРИИ ЗАПРЕЩЁН
  • 18.07.2017 - ЗАЯВЛЕНИЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО КОМИТЕТА «ЯБЛОКА»
  • 15.07.2017 - ИНТЕРВЬЮ НАВАЛЬНОГО «ЭХУ МОСКВЫ»
  • 12.07.2017 - "РЕФОРМА" ОБРАЗОВАНИЯ: НЕСОВРЕМЕННО. НЕПРОФЕССИОНАЛЬНО. ЦИНИЧНО.
  • 11.07.2017 - МОЙ ДРУГ АНТОН НОСИК
  • 11.07.2017 - ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ ДРУЗЕЙ
  • 10.07.2017 - ПАМЯТИ АНТОНА НОСИКА
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru