Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Ваше доверие - наша победа

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[05.08.2017]

О БОРЬБЕ ИДЕЙ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

Владимир ПАСТУХОВ: политолог, научный сотрудник University College of London


Владимир ПАСТУХОВ:


Как заметил в своё время советский физик Зельманов, мы являемся свидетелями процессов определённого типа только потому, что процессы другого типа протекают без свидетелей. Мы наблюдаем сегодня исключительно за «борьбой вождей» только потому, что борьба идей остаётся вне сферы наших наблюдений. Мы не научились её правильно идентифицировать и интерпретировать.


Общепризнано, что идеологии и идеологической борьбы в современной России нет, есть только столкновение личностей, в разной степени симпатичных и несимпатичных, которые говорят приблизительно одно и то же разными словами, обзывая друг друга «путиным». Но так ли это?

Как заметил в своё время советский физик Зельманов, мы являемся свидетелями процессов определённого типа только потому, что процессы другого типа протекают без свидетелей. Мы наблюдаем сегодня исключительно за «борьбой вождей» только потому, что борьба идей остаётся вне сферы наших наблюдений. Мы не научились её правильно идентифицировать и интерпретировать.

Дебаты Навального и Стрелкова, наделавшие поначалу так много шума, по-настоящему крупным медийным событием так и не стали. Они напомнили бой Кличко с Поветкиным тринадцатого года, где Навальный, как и Кличко тогда, выиграл по очкам, но в целом это не то зрелище, ради которого ходят на бокс. Стоит, однако, посмотреть на этот поединок не под психологическим, а под идеологическим углом зрения, и его значимость резко вырастёт.

То, что неинтересно и скучно для неискушенного обывателя, выглядит весьма интригующе для того, кто умеет угадывать в поверхностной вибрации современной, достаточно мелочной российской политики подспудное движение «больших идей». И тогда детская сказка про Буратино и Карабаса-Барабаса может обернуться эпизодом из «Парка юрского периода», просто динозавры пока ещё бродят за кадром…


НА ТРОИХ…

В своё время Ричард Пайпс был одним из тех, кто наиболее выпукло обрисовал проблему «русского паттерна»: какой бы грандиозной ни была русская революция, она заканчивается восстановлением самодержавного строя. Русская история, как белка в колесе, вертится внутри порочного круга: великая идея — великая революция — деградация идеи — коррупция режима — самодержавная диктатура — новая великая идея — новая революция — новая деградация — невиданная доселе по размаху коррупция режима — и так до бесконечности без всякой добавочной политической стоимости.

Более пристальный взгляд на эту «карусель» позволяет увидеть, что порочный круговорот русской жизни есть лишь продолжение порочного круговорота русской мысли, которая уже более полутора веков вращается в знаменитом идеологическом бермудском треугольнике между славянофильством, западничеством и революционной демократией. Идеологическая борьба в постпосткоммунистической России не только существует, но и протекает исключительно внутри всё той же давно дискредитировавшей себя ментальной парадигмы.

Дебаты Навального и Стрелкова — событие нерядовое, что бы о нём ни писали. Они стали самым ярким за последние годы прямым публичным столкновением всех главных российских идейных трендов на новом витке русской истории — до этого стороны предпочитали заниматься «бесконтактным идейным карате». Надо, однако, уточнить, что идеологически в дебатах участвовало не двое, а трое: в студии незримо присутствовал дух русской либеральной оппозиции. И дело не столько в наличии за столом ведущего — Михаила Зыгаря, сколько в том общем медийном и политическом контексте, в который с самого начала были погружены эти дебаты.

Встрече Навального и Стрелкова предшествовала мощная интервенция либеральных идеологов в политическую «повестку дня», выразившаяся в жёсткой критике Навального, обвинениях его в вождизме и в отсутствии чётких политических взглядов (программы). Идеологический по своему содержанию раскол пока проявил себя персональными претензиями, но это только начало.

Можно предположить, что и Стрелков материализовался из небытия с идеей дебатов только потому, что своим демаршем либеральные идеологи добились результата, прямо противоположного тому, на который рассчитывали, — легитимизировали Навального в качестве лидера либеральной оппозиции. В конечном счёте, и Навальный, и Стрелков обращались не столько к националистам (как было продекларировано), сколько к либеральной аудитории. Они обсуждали не националистическую, а либеральную повестку.

Дискуссия в целом (если брать в расчёт её более широкий контекст) получилась весьма сущностной, хотя и не зрелищной. Её также трудно назвать оригинальной. На месте Зыгаря (как зримого воплощения витающего в воздухе «либерального духа»), Стрелкова и Навального легко можно представить себе (я не говорю сейчас о масштабе личностей, а только об идеологических типах) Сахарова, Солженицына и Ельцина, или ещё раньше — Керенского, Пуришкевича и Ленина, или совсем давно — Герцена, Аксакова и Чернышевского. Поверьте, немногие заметили бы подмену.


НИ О ЧЁМ ИЛИ О ВЛАСТИ?

В центре дебатов был один-единственный вопрос, который имеет в России политический и экономический смысл, — это вопрос о власти. И на этот вопрос стороны дали исчерпывающий, хотя и неудовлетворительный ответ. Навального часто упрекают в отсутствии программы. Уклончивость Навального рассматривают как тактический ход и как скрытую угрозу — мало ли чего он на самом деле замыслил? На самом деле Навальный сказал всё, что нужно знать о взглядах политика в России, — он выразил своё отношение к государственной власти.

В России нет и не может быть политической идеологии, потому что Россия по-прежнему остаётся дополитическим обществом, которое ещё не прошло точку, где власть отделяется от собственности, рождая «политическое поле». Поэтому совершенно бессмысленно пытать русских политиков о том, являются они правыми или левыми. Право-левая матрица к России вообще неприменима. Она выстроена как производная от отношения к частной собственности, которой в России как не было, так и нет до сих пор (как нет до сих пор буржуазии, нации, конституционного государства и многого другого, что русский глаз легко находит в Европе и примеряет на себя).

Базовой категорией русской жизни в течение многих веков была и остаётся «властесобственность», наследие вотчинной системы, являющейся в России источником богатства и права. Вся русская политика вращается вокруг этого оселка. Выразив отношение к власти, русский политик исчерпывающе отвечает на вопрос о своей программе; больше ни о ней, ни о нём нам в идеологическом смысле ничего знать не надо.

На дебатах в явном и неявном виде были представлены все три традиционные для России точки зрения на этот щекотливый предмет.

Патриотическая
(она же славянофильская), визуализированная Стрелковым: власть априори есть добро («несть бо власть, аще не от бога»), она является непосредственным и иррациональным воплощением общественного духа сама по себе и ни в какой дополнительной легитимизации не нуждается, соответственно она не нуждается ни в опеке, ни в ограничениях со стороны каких-либо внешних сил, а должна всегда действовать исключительно в своих собственных интересах, которые изначально совпадают с интересами русского общества, в связи с чем демократия не только не нужна в России, но даже опасна, так как способна разрушить естественное единство власти и народа и стать орудием в руках плутократов, внешних и внутренних врагов России.

Либеральная
(она же западническая), визуализированная либеральной аудиторией, к которой обращались как Навальный, так и Стрелков: власть априори есть зло, она противостоит обществу, её интересы противны интересам общества, поэтому её нужно постоянно контролировать и сдерживать, заставляя действовать в интересах общества вопреки своим эгоистическим, «кровожадным» инстинктам, в связи с чем развитие институтов демократии является для России жизненной необходимостью: только при помощи демократии можно удержать этого зверя в клетке.

Прогрессистская
(она же революционно-демократическая), визуализированная Навальным: власть сама по себе нейтральна, и всё зависит от того, в чьих руках она находится; если власть находится в «плохих» руках, то она «реакционна» и с ней нужно бороться; если власть в «хороших» руках, то она «прогрессивна» и её нужно поддерживать; интересы реакционной власти противны интересам общества, а интересы прогрессивной власти с ними совпадают, поэтому демократия в России полезна в той степени, в которой она помогает власти оставаться в хороших руках; если она этому не способствует, то её можно и нужно ограничить (приоритет целесообразности над формальной законностью).

Как с исторической, так и с сугубо содержательной точки зрения прогрессистские, революционно-демократические идеи являются своеобразным симбиозом западничества и славянофильства — прогрессисты признают рациональную необходимость подчинить власть обществу, но их представление о власти остаётся иррациональным.


В ТЕНИ ЛЕВИАФАНА

В предельно краткой форме три господствующих сегодня в России идеологических тренда можно обозначить следующим образом: власти надо служить (патриоты), с властью надо бороться (либералы) и власть надо использовать (прогрессисты).

Хотя на первый взгляд кажется, что дистанция между этими тремя позициями огромна, на самом деле они не так далеки друг от друга. У них есть одна общая платформа: и русские патриоты, и русские либералы, и русские революционеры-демократы (прогрессисты) признают объективную неизбежность и даже необходимость существования в России жёстко централизованного, выстроенного сверху вниз, вертикально интегрированного государства.

По разным, зачастую взаимоисключающим причинам и патриоты, и либералы, и революционные демократы беззаветно молятся русскому Левиафану. Хотя они и расходятся в его оценках, но целиком совпадают во взгляде на государство в России как на «социального демиурга» и единственное творческое начало любой политики. Власть представляется им силой, выделившейся из общества и живущей самостоятельной по отношению к обществу жизнью.

Такой взгляд на власть обычно коррелируется со взглядом на общество как на инфантильного подростка, неспособного к какой-либо самодеятельности и, более того, способного натворить массу глупостей и даже вызвать вселенскую катастрофу, если вдруг вырвется из-под опеки государства.

Для патриотов русское общество является слишком неустойчивым к всевозможным пагубным влияниям Запада, чтобы ему можно было доверять; для либералов, наоборот, русское общество слишком архаично и реакционно, чтобы в его руки можно было вверять свою судьбу. Для революционных демократов традиционно общество является не субъектом, а объектом истории. В целом все согласны, что от русского общества ничего, кроме смуты, ждать не приходится. Одни прямо, другие скрытно полагают, что ему до сих пор нужен «хороший дядька».

Все русские споры о власти проистекают как бы в тени нависающего над обществом бюрократического Левиафана. Дебатируют в основном о том, нужно ли его укрощать, и если да, то как. Однако вопрос о том, чтобы начать жить без него, в практической плоскости не ставится. Причём если позицию патриотов и даже революционных демократов можно в целом понять (для одних вообще нет такого вопроса, другие убеждены, что легко управятся с любым Левиафаном, как только он попадёт в их руки), то с позицией русских либералов дело обстоит сложнее.

Формально либералы стоят в первой шеренге борцов с Левиафаном, и упрекнуть их в любви к нему трудно. Но есть маленькая лакмусовая бумажечка, которая позволяет увидеть то, о чём в либеральной среде не принято говорить вслух или, по крайней мере, публично. Таким индикатором является уровень поддержки либеральных идей в русском обществе — практически никогда в истории России эта поддержка не превышала нынешние ставшие мемом «14%». Если либералы и оказывались когда-либо во власти (не у власти, а именно во власти), то только потому, что приходили туда на гребне чужой волны.

Горькая для либералов правда состоит в том, что так называемым демократическим путём прийти к власти в России они не могут. У какого-нибудь Стрелкова на по-настоящему демократических выборах всегда будет в России больше шансов, чем у любого либерального кандидата. Поэтому, говоря о демократии и свободном выборе русского народа, либералы втайне уповают именно на автономность власти и на её способность реализовывать программу, чуждую значительной части этого самого народа. Это не упрёк, а констатация неприятных фактов, имеющих богатую историческую и культурную подоплёку.

В практическом плане логически выверенная и нравственно безупречная политическая программа русского либерализма является классической утопией. Либералы не смогут воплотить свою программу в жизнь без поддержки ненавистного им Левиафана (приблизительно так, как это делали в 90-е «Тимур и его команда»), за что обязательно рано или поздно заплатят возвращением России на круги своя.

По сравнению с либеральной утопией большевистские претензии прогрессистов Навального кажутся более откровенными или, по крайней мере, более практичными. Декларируемые конечные цели либералов и прогрессистов одинаково недостижимы, но у прогрессистов хотя бы есть шанс прийти к власти. О том, что они будут делать с этой властью, они предусмотрительно предпочитают распространяться только в самых общих выражениях. Это, кстати, честно.


ОТКРЫВАЯ РОССИЮ

Знаменитый, метафоризированный Звягинцевым «русский Левиафан» похож на бревно, с которым российские политические секты носятся, как Ленин на субботнике. Патриоты хотят подпереть им дверь в Россию изнутри, чтобы в неё не проникли чуждые и враждебные внешние вихри. Либералы, наоборот, хотят припереть выход снаружи, чтобы русский дух, «бессмысленный и беспощадный», не вырвался на политический простор. Революционные демократы хотят взять это бревно в свои молодецкие руки и лупить им по головам и тех, кто слева, и тех, кто справа, то есть всех, кто не с ними, а значит — против них.

В рамках ведущейся дискуссии только Ходорковский предлагает сегодня другое решение: просто взять, да и откатить это бревно в сторону, открыв дверь обществу. Выдавленный из России, он оказался в положении того «политического пролетариата», которому нечего терять, кроме собственных цепей, и поэтому он может позволить себе занять в идеологическом споре самую радикальную и бескомпромиссно последовательную позицию в отношении судьбы государства. Ходорковский предлагает, не откладывая на потом, упразднить Левиафана и вернуть государство тому обществу, какое в России есть сейчас, потому что другого всё равно никогда не будет.

Тут разница не столько даже в конечной цели, сколько в сроках. Практически все лидеры оппозиции согласны с тем, что в отдалённом будущем, когда русский человек «перевоспитается» и «очистится от скверны», именно так всё и должно произойти. Но прямо сейчас отдать власть из рук избранных (патриотов, либералов, прогрессистов, технократов и далее по списку) в неподготовленные руки непросвещённого народа мало кто готов. Оппозиция оказалась в этом вопросе заложником «парадокса Троцкого», который когда-то остроумно заметил, что нельзя научиться ездить на лошади, не сев на неё. Народ, которому власть недоступна, никогда не будет готов взять её в свои руки — ни сегодня, ни завтра, ни через сто лет. Когда бы ни начали, будет рано.

Самым патетическим моментом дебатов с идеологической точки зрения стал эпизод, когда революционный демократ Навальный, отвечая на вопрос, как победить коррупцию в России, излагает программу российских либералов (политическая конкуренция, независимость суда, свобода слова и печати и так далее), а националист Стрелков оппонирует революционному демократу Навальному с большевистских (в его понимании — марксистских) позиций (нельзя построить настоящую демократию в обществе, контролируемом олигархами, не поменяв экономический базис).

Было бы несправедливо утверждать, что в словах Стрелкова вообще нет логики. Если ограничиться одним только провозглашением свобод (выборов, собраний, слова и так далее) и проведением частных реформ (суда, избирательной системы, правоохранительных органов и так далее), но не провести глубоких институциональных (конституционных) реформ, то спустя какое-то время все эти свободы будут под тем или иным предлогом снова упразднены, а только что реформированные учреждения выродятся в бюрократический придаток диктатуры каких-нибудь других олигархов.

Самодержавие, в конце концов, может быть разным — православным, коммунистическим, антикоммунистическим, коррупционным и даже антикоррупционным. Ответа на вопрос, какие институциональные (конституционные) реформы необходимо провести, чтобы вырвать Россию из наезженной колеи и предотвратить возможное в будущем новое «олигархическое» правление, во время дебатов не прозвучало ни с одной стороны. Ирония судьбы состоит в том, что такой ответ как раз и пытается сформулировать Ходорковский, подтверждая своим примером, что революции, как правило, дело рук предателей своего класса.

Идея состоит в том, чтобы отказаться в принципе от жёстко централизованной модели вертикально интегрированной власти и ввести ряд формальных ограничений, препятствующих её дальнейшему воспроизводству в России. Речь идёт о достаточно глубокой для России политической реформе, которая призвана сломать общую конфигурацию власти, остающуюся неизменной практически с екатерининских времён. Такая реформа должна включать в себя как минимум три основных компонента.

Безусловная сменяемость власти. В России, учитывая её исторический опыт и «дурную политическую наследственность», необходимо принять меры к тому, чтобы ключевые государственные посты, включая пост главы государства, но не ограничиваясь им, никто и ни под каким предлогом не мог занимать длительное и тем более неограниченное время. На этот счёт в Конституции России и в её конституционных законах должны содержаться недвусмысленные формулировки.

Глубокая децентрализация власти. Это, по сути, главный и самый содержательный элемент политической реформы. Он включает в себя два ключевых элемента: переход к реальной федерализации и развитие самоуправления, в том числе в мегаполисах. При этом подразумевается, что подлинная федерализация — это не механический процесс предоставления имеющимся полуфиктивным территориальным образованиям «столько суверенитета, сколько они смогут унести», а глубочайшая переделка всей системы отношений между центральной властью и регионами, предполагающая также и образование новых субъектов Федерации.

Переход к парламентской (как вариант — к парламентско-президентской) республике. Сохранение существующей формы политического правления является нецелесообразным как ввиду глубоко укоренившейся традиции самодержавности, так и ввиду её несовместимости с тем механизмом выстраивания отношений между центром и регионами, который в России предстоит создать. Этот механизм требует изменения формата политического представительства. В новой конфигурации власти именно правительство, ответственное перед парламентом, должно стать ключевым элементом конструкции власти.

Самодержавие в принципе не может быть под чьим-либо контролем, нет такой демократической системы, которая была бы способна аудировать такого монстра, как русская централизованная бюрократическая махина. Чтобы демократия заработала, эту махину сначала надо разобрать на части и затем сложить заново таким образом, чтобы её бюрократическому центру был найден достойный противовес. Таким противовесом в принципе могут стать новые субъекты политики, возникшие вследствие децентрализации и федерализации власти.

Перефразируя в прошлом популярный политический мем, можно сказать, что все предшествующие идеологии ставили своей целью модернизацию русского самодержавия (иногда с перелицовкой до неузнаваемости), в то время как задача состоит в том, чтобы его демонтировать! Бюрократический Левиафан, если сохранить его централизованный остов в неизменном виде, перемелет любые демократические начинания и нововведения и восстанет из пепла в каком-нибудь новом обличье. Поэтому надо, несмотря на все страхи и риски (вполне реальные), открывать Россию всем политическим ветрам, ломая пресловутую «вертикаль власти» через колено.


КОНСТИТУЦИОННЫЙ КОНСЕНСУС

С одной стороны, ситуация в России сильно напоминает идеологический и политический тупик столетней давности и вполне может так же печально разрешиться. С другой стороны, есть одно важное и существенное отличие от начала XX века: сегодня противоречия между либералами и революционными демократами не носят антагонистический характер (хотя страсти и кипят). А это значит, что компромисс и сотрудничество между ними не только необходимы, но и возможны.

Оказавшийся в центре критики справа и слева, а также сверху, снизу и сбоку, Навальный не совершил на самом деле пока ничего такого, что исключает для либералов возможность политического сотрудничества с ним. Навязываемое Кремлём и по недомыслию либо из конъюнктурных соображений подхваченное частью либеральной интеллигенции клише о Навальном как о потенциальном (а для кого-то уже и сложившемся) «фашисте» не имеет под собой никакой серьёзной политической и идеологической подоплёки.

Навальный — типичный представитель русской революционно-демократической традиции. Он, конечно, не большевик в чистом виде, но «близкий родственник» большевиков. Корни его политической философии (а она, поверьте, есть) восходят к народничеству. Конечно, это тоже «не политический сахар», как показала российская и мировая история, но к фашизму никакого отношения не имеет. Более того, из того же исторического опыта известно, что именно отказ либералов от сотрудничества с революционной демократией открывает фашистам дорогу к власти. Именно это произошло в Германии в 30-е годы прошлого столетия, где конфликт социал-демократов с Тельманом объективно сыграл на руку Гитлеру.

Конечно, Навального можно и нужно критиковать, но эта критика не должна быть самоцелью. Демократические революции, в конечном счёте, были успешны там и тогда, где и когда лидеры оппозиции находили в себе силы временно подавить личную неприязнь друг к другу (часто вытекавшую из идеологических разногласий). Ни отношения Ленина с Троцким, ни отношения Гавела с Клаусом, ни даже отношения Ганди с Неру не были, мягко говоря, идеальными. Но только потому, что они смогли сформировать альянс, они, в конце концов, перестали быть оппозицией и стали властью. На сегодняшнем этапе развития демократического движения в России наличие общей цели важнее разногласий по поводу судьбы будущей, пока ещё не завоёванной власти.

Современная российская политика напоминает компьютерную игру: в ней много уровней, и на каждый следующий уровень нельзя подняться, не выполнив программу предыдущего. Нет ничего более опасного для оппозиции, чем попытка перепрыгнуть через один или даже два уровня сразу, начав решать задачи следующего этапа цикла прежде, чем решены задачи текущего периода.

Условием прохождения первого уровня является формирование конституционного консенсуса либеральных и революционно-демократических сил. Это condiсio sine qua non (условие, без которого нет) победы оппозиции и главный индикатор её политической зрелости. В отличие от того, что предлагал Ленин, сегодняшней российской оппозиции надо сначала всё-таки объединиться, а уж потом размежеваться.



ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Не смог оценить глубины, не осилил...
________________________________________

Очень полезные мысли и руководства к действию.
________________________________________

Подождите, но разве Навальный именно это и не предлагает? Подлинная федерализация страны (власть регионам), ограничение прав и времени одного человека на посту президента (4+4 без продолжения), свободные выборы (даже если на них выберут тех, кто Навальному не по душе).
________________________________________

Прекрасная статья, действительно требующая серьёзного размышления над серьёзными вопросами. Высший класс аналитической журналистики!
________________________________________

Редко пишущий, к моему сожалению, автор выдал реально шедевральный текст, требующий для настоящей оценки много больше времени, чем для прочтения. Браво! Очевидно, однако, что текст останется во многом мало кем понят, так же как темы/события, затронутые автором. Публика чаще ищет более простые «ходы» и не ищет «смыслы».
________________________________________

Спасибо за статью. Высказанные мысли заставляют задуматься, а это как раз то, что в идеале и должно следовать после прочтения качественного материала.
________________________________________



ИСТОЧНИК

Владимир ПАСТУХОВ

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Бюрократизация (0)
  • Власть (0) > Коррупция (0)
  • Власть (0) > Манипуляции (0)
  • Власть (0) > Стратегии и Прогнозы (0)
  • Общество (0) > Гражданское общество (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 24.08.2017 - КУЩЁВКА БОЛЬШАЯ
  • 24.08.2017 - ЧТО МЕШАЕТ ПУТИНУ ПОЙТИ НА СБЛИЖЕНИЕ С ЗАПАДОМ?
  • 23.08.2017 -
  • 23.08.2017 - УБИЙСТВО НАТАЛЬИ ЭСТЕМИРОВОЙ В ЧЕЧНЕ СК НЕ МОЖЕТ РАССЛЕДОВАТЬ 8 ЛЕТ
  • 23.08.2017 - ПОЛНЫЙ ПРОВАЛ
  • 22.08.2017 - УШЁЛ ИЗ ЖИЗНИ АРТЁМ ТАРАСОВ
  • 22.08.2017 - ПОЛИТИКА МРАКОБЕСИЯ
  • 21.08.2017 - СОВРЕМЕННЫЙ БОЛЬШЕВИЗМ
  • 21.08.2017 - РАЗРУШИТЕЛИ СТОИМОСТИ
  • 20.08.2017 - ОТВЕТЫ НА ВОПРОСЫ
  • 20.08.2017 - КАНАЛИЗАЦИЯ НАОБОРОТ
  • 19.08.2017 - 140 МИЛЛИАРДОВ РУБЛЕЙ ЗА АСАДА
  • 18.08.2017 - ПОЧЕМУ ВОЗНИКЛИ ПРОБЛЕМЫ С УКРАИНОЙ?
  • 18.08.2017 - ЭМИЛИЯ СЛАБУНОВА О ПРЕТЕНЗИЯХ ЦИК
  • 17.08.2017 - «ЯБЛОКО» СОБРАЛО 50 ТЫС. ПОДПИСЕЙ ЗА ВЫХОД РОССИИ ИЗ ВОЙНЫ В СИРИИ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru