Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Ваше доверие - наша победа

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[13.04.2018]

РОЛЬ МИХАИЛА ГОРБАЧЁВА

Сергей СМИРНОВ: журналист, главный редактор Медиазоны


Сергей СМИРНОВ:


Можно немножко по-разному относиться к Михаилу Горбачёву, но я абсолютно уверен, что он положительный персонаж, и именно так войдёт в историю. Он довольно долго боролся за сохранение в том или ином виде Советского Союза. Поэтому, мне кажется, просто исторически неправильно его винить в развале СССР. Это некий миф.


В. Варфоломеев ― Добрый день! В этой студии Владимир Варфоломеев и Нино Росебашвили. Мы приветствуем нашего гостя — главного редактора интернет-издания «Медиазона» Сергея Смирнова. Сегодня 87 лет Михаилу Горбачёву. На ваш взгляд, он положительный или отрицательный персонаж истории страны?

С. Смирнов ― Однозначно положительный. Можно было в разные периоды времени немножко по-разному относиться, но я абсолютно уверен, что он положительный персонаж, и именно так войдёт в историю.

В. Варфоломеев ― Тот же самый вопрос я задаю сейчас нашим слушателям. Положительный? Но ведь он же развалил великую страну.

С. Смирнов ― Один человек не может развалить великую страну. Это некий миф. Так просто не бывает. В общем-то, это набор стереотипов: развалил страну, действовал в угоду Западу, был агентом влияния…

В. Варфоломеев ― А если и развалил такую страну, как Советский Союз, то, может быть, его за это надо отдельно поблагодарить?

С. Смирнов ― Ну, это такой обсуждаемый вопрос. Мне кажется, это всё вообще довольно естественный порядок вещей. И, наверное, не надо тут говорить об особой роли Михаила Сергеевича в этом процессе.

В. Варфоломеев ― Тем более, скорее всего, если говорить о трансформации СССР, то это произошло во многом по случайности, вне зависимости от его политической воли и его устремлений. Он приходил в генеральные секретари, а до этого в Политбюро, не имея задачи уничтожить это государство.

С. Смирнов ― Мало того: судя по всей истории, мы прекрасно знаем, что он долго сопротивлялся этому. Довольно долго боролся за сохранение в том или ином виде Советского Союза. Поэтому, мне кажется, просто исторически неправильно его винить в развале СССР.

В. Варфоломеев ― А насколько верно говорить, что Горбачёв дал нам всем свободу?

С. Смирнов ― Мне кажется, это довольно правильный тезис. Конечно же, он требует уточнений, потому что в разные периоды времени Горбачёв вёл себя по-разному. Тут тоже не надо питать иллюзий, что он всегда был исключительно сторонником демократии, свободы слова. Конечно же, он часто колебался, часто пытался ставить какие-то жёсткие ограничения. В конце концов, мы помним, как он перебивал академика Сахарова. И тем не менее, в целом, безусловно, именно благодаря Горбачёву мы получили много свободы.

В. Варфоломеев ― У Михаила Горбачёва в его политической карьере, как руководителя страны, были эпизоды и посерьёзней, чем перебивание Сахарова на съезде. Был и Тбилиси с сапёрными лопатками, был телецентр в Вильнюсе. И всё это с жертвами — и одна история, и другая. И они не единственные.

Часто критикуют, особенно нынешние либералы, Владимира Путина. А может быть, сейчас для Путина Донбасс — это как Литва для Горбачёва? Или Грузия — как для Горбачёва была та же Грузия, только в 1989 году? А в целом он ведёт страну в правильном направлении? Или тенденция совсем другая?

С. Смирнов ― Опять же, сложно говорить о сегодняшнем времени. Если по-хорошему, то я думаю, что тезис о том, что Путин вёл страну в правильном направлении, безусловно, мог бы обсуждаться, и, возможно, он был бы серьёзным, если бы шла речь о том, что он отдаст власть после первых двух своих сроков. Конечно, было много проблем, ограничений свободы слова и всего прочего, но этот тезис был бы оспариваемый.

Сейчас то, что «страна идёт в правильном направлении» — вопрос, опять же, в чьих интересах «правильное направление»? Я думаю, для военно-промышленного комплекса страна идёт в правильном направлении.

В. Варфоломеев ― Михаил Горбачёв был очевидным реформатором. А Владимир Путин кто? Если давать какую-то характеристику, подыскивать определения.

С. Смирнов ― Хороший вопрос. Этого человека хочется назвать «реставратором», но это неправильно будет понято.

В. Варфоломеев ― Обидятся реставраторы.

С. Смирнов ― И не совсем правильный термин. Но я думаю, это как раз классический период, когда после некоторого ослабления приходит жёсткий правитель и пытается восстановить, реставрировать прежнюю власть. Я думаю, Владимир Путин очень похож на такой тип правителя — это же совсем не новость в истории России.

В. Варфоломеев ― Реставрирует прежнюю власть — насколько? К какому периоду он нас возвращает?

С. Смирнов ― Это самый главный вопрос. Дело в том, что совсем вернуть-то не получится. Я уверен, что главная, ключевая задача, которая видится самому Путину — это возвращение величия страны. И я думаю, он действительно много думает о сохранении — возвращении, как он считает — былого величия. К сожалению, это абсолютно неизбежно во время длительного крушения империй. То же самое проходила и Римская империя, и Византия, и даже Британская империя.

Это, в принципе, естественный процесс. Людям внутри большой страны кажется, что их предали, и страна разваливается, кто-то приходит и говорит: «Мы сейчас вернём былое величие». Но полностью не получится. Есть некоторые совершенно естественные причины, по которым рушатся империи.

В. Варфоломеев ― Большинство слушателей «Эха Москвы» сейчас согласны с вами, Сергей. Три четверти ответили на наш вопрос, что Михаил Горбачёв — положительный персонаж нашей истории. Но одна четверть, 25% говорят, что он герой отрицательный.

Помню, как нас в Советской Армии строем приводили на избирательный участок. Это было. Но всё-таки с гражданскими было полегче. А вот сейчас буквально сгоняют почти всех — хотят явку то ли 90, то ли ещё больше процентов. Почему это происходит, на ваш взгляд?

С. Смирнов ― Это, мне кажется, вопрос репутационный: пообещали — теперь надо выполнить. Сами себя загнали. Кстати говоря, как в Советском Союзе: приняли невыполнимые планы, нереальные. Пятилетка за 4 года. Первые 3 года мы идём 3 года, а потом раз! — надо уместить 2 года в 1. И начинается аврал.

Ещё год назад было понятно, что реальной конкуренции Путину нет — ну, кроме Алексея Навального, которого ещё год назад «подвесили» в состоянии недопуска до выборов. Плюс на самом деле ограничений гораздо больше. Есть же ограничения по подписям. Ограничений намного больше, и выборы были абсолютно управляемые. У Владимира Путина не было конкурентов. А если нет конкурентов — нужно же поставить какую-то задачу. Я думаю, формула «70 на 70», которая была придумана года два назад…

В. Варфоломеев ― На ваш взгляд, Леонид Слуцкий усидит в своем кресле?

С. Смирнов ― Это очень хороший вопрос. Честно говоря, я пока не знаю. Мне кажется, скандал развивается гораздо жёстче, чем изначально подумали. Всё может быть. Вообще вначале, когда всё это началось, я думал, что всё будет нормально, он легко отобьётся.

В. Варфоломеев ― Пока были только анонимные обвинения.

С. Смирнов ― Пока были анонимные обвинения и пока казалось, что это всё закончится. Потому что очень трудно, особенно в России, что-то сказать под своим именем. Теперь есть имена. Тактика же у Слуцкого была очень хорошая: сначала, когда были анонимные заявления, он с готовностью комментировал. Как только появились конкретные люди, желание комментировать у него несколько исчезло. Это, мне кажется, тревожный знак для депутата Слуцкого.

Как бы мы там ни говорили о самобытности России, о всём прочем, репутационный вопрос — это всё-таки очень важно. И я думаю, внутри той же партии «Единая Россия» или ЛДПР — ну, ЛДПР в меньшей степени, у «Единой России» как большинства в Думе — всё-таки нет однозначного отношения к этой проблеме.

Н. Росебашвили ― Но Слуцкий считает, что эта история добавила ему авторитета.

С. Смирнов ― Ну, он может считать всё что угодно, встать в мужественную и воинственную позу. В реальности, я думаю, это очень неприятно, и лучше бы всего этого не было. Думаю, вот это надувание щёк как раз говорит о том, что ситуация не самая приятная.

В. Варфоломеев ― Обвинения в сексуальных домогательствах, наверное, относятся к числу тех, которые, особенно спустя время, доказать достаточно сложно. В этой связи мы вспоминаем в том числе и преследование товарищей в Голливуде, когда после одного-двух выступлений они сразу лишались работы, пропадали из кино, с постеров. У нас здесь как? Ведь есть презумпция невиновности, и пока кто-то (Следственный комитет, прокуратура, суд) не докажет, что Леонид Слуцкий действительно вёл себя неподобающим образом по отношению к девушкам, как можно лишать его должности?

С. Смирнов ― Конечно, я думаю, речь о каком-то расследовании, о серьёзных доказательствах с помощью следственных органов вряд ли вообще возможна. Надо честно и откровенно говорить об этом. Но тут же вопрос, в том числе, репутационный. Вопрос репутационный, как это ни парадоксально, может быть, звучит для России, это довольно острый вопрос. Дело в том, что когда половина Госдумы будет считать такое поведение не самым уместным — условно говоря, в том или ином виде разойдётся в оценке поведения депутата. Я правда считаю, что даже часть депутатов «Единой России» вряд ли в восторге от такого поведения. В конце концов, у нас не Запад, чтобы так приставать и так себя вести. И мне кажется, вопрос тут будет решаться иначе — не через западный способ давления (одно-два заявления — и всё). Это может долго раскачиваться, а кончиться потом…

Н. Росебашвили ― Но аргумент про Запад используется в другом контексте: что мы не Запад, чтобы наказывать за такое поведение.

С. Смирнов ― Это с одной стороны: мы не Запад, чтобы наказывать. Но с другой стороны, всё-таки так себя вести в консервативной православной стране — это как-то не очень вообще-то.

В. Варфоломеев ― Кроме того, можно вспомнить, что нынешний спикер Государственной Думы господин Володин изначально, наводя порядок, следя за дисциплиной, старался придать немножко какой-то респектабельности палате парламента. А если вдруг не «заднескамеечник», а председатель одного из ключевых парламентских комитетов подозревается в подобном поведении, наверное, для Госдумы лучше просто избавиться от него по-тихому: попросить самому написать заявление об отставке.

С. Смирнов ― Один из вариантов. Мне кажется, сам Володин явно не восторге от этого скандала. Образ Думы — серьёзного законодательного органа — пошатнулся со всем этим скандалом.

В. Варфоломеев ― Если судьба Леонида Слуцкого, как вы говорите, сейчас не очень очевидна в связи с обвинениями в сексуальных домогательствах, то что можно сказать о министре иностранных дел Сергее Лаврове, учитывая, что в одном из его посольств — в Аргентине — был обнаружен кокаин?

С. Смирнов ― Нет, нельзя сравнивать уровень Лаврова и Слуцкого. Лавров, я абсолютно уверен, в полной неприкосновенности. Возможно, он сам хотел бы уйти с поста министра иностранных дел. Может быть, даже под таким поводом. Думаю, его вряд ли отпустят. Но думаю, ему вообще ничего не угрожает, равно как и всему дипломатическому корпусу.

В. Варфоломеев ― То есть, история с кокаином останется без последствий?

С. Смирнов ― Я думаю, без последствий тоже, конечно, не останется. Вопрос в степени реального влияния дипломатов на эту историю и насколько дипломаты действительно ключевые субъекты в этой истории. Потому что мне кажется, даже если говорить о посольстве, влияние спецслужб гораздо сильнее даже на деятельность посольств. Участие одной из спецслужб — мы же даже не можем понять, какая это была спецслужба, любые силовики — в этом траффике, я уверен, куда сильнее, чем дипломатов. Даже по логике: вряд ли дипломаты устроили наркомафию — просто исходя из их возможностей, в отличие от возможностей силовых структур.

В. Варфоломеев ― Тогда надо говорить, что если завязаны спецслужбы, то они-то уж точно не пострадают. Они у нас почти неприкосновенны.

С. Смирнов ― Безусловно, они не пострадают. Хотя, опять же, тут надо разделять. Одно дело — есть ФСБ, которое, может быть, формально не пострадает, но какие-то серьёзные внутренние выводы сделает. Другое дело — есть МВД. Как мы помним: полковник Захарченко. Знаете, вся эта история больше похожа на полковника Захарченко — я имею в виду, стилистически: по количеству денег, по количеству того, сколько можно было выручить за этот кокаин. Это какая-то очень большая сумма.

Да и 400 килограмм кокаина так вот особо не возьмёшь и не распространишь. А это значит, что точно были связи с какой-то организованной преступностью — что там, что, возможно, здесь. Потому что нужны каналы сбыта. Вряд ли сотрудники силовых структур, а особенно дипломаты пойдут килограммами продавать кокаин в Москве. Мы же не можем себе этого представить?

В. Варфоломеев ― Кто знает. Мы и обнаружение кокаина в посольстве неделю назад не могли себе представить.

С. Смирнов ― Это правда. Но я к тому, что это всё-таки работает немножко по-другому на уровне распространения наркотиков. И тут нельзя делать однозначные выводы. Главный вывод пока — что Россия, российские власти совершенно не справились с кризисным пиаром в ходе этого скандала. Они повели себя таким образом, чтобы навлечь на себя максимальные подозрения в том, что это прямо на государственном уровне…

В. Варфоломеев ― Что вы имеете в виду? Вроде бы МИД достаточно убедительно всё опровергал. Госпожа Захарова выступала. Да, заявление посольства, которое обрушилось в личном плане на профессора Максима Миронова, много писавшего на эту тему, выглядело совершенно непристойным. А то, что касается Москвы, вроде…

С. Смирнов ― Самолёт, что его не было, что подменили номера. Потом такое молчание. Никто не пришёл встречать здесь. Если никто не пришёл встречать 400 килограмм кокаина, о чём это нам говорит? О том, что встречать этот кокаин не пришли на государственном уровне.

В. Варфоломеев ― Наркотики — это белая дорожка, а должны были расстелить красную…

С. Смирнов ― Вообще никакой реакции, как будто ничего не происходит! А это огромная поставка…

В. Варфоломеев ― Но в итоге-то вроде завертелось, начали работать. В Москве, по-моему, три человека под арестом. Сегодня пришли новости из Германии, что по российскому, как я понимаю, запросу арестован сам господин Ковальчук — его считают главным организатором всей этой схемы. Так что работа ведётся.

С. Смирнов ― Работа ведётся, но пока это всё выглядит не совсем убедительно. По крайней мере, то, что мы знаем об этих людях и об их связи пока — мы же не знаем, что там дальше выяснится — как-то не выглядит убедительно, что именно они организовали… Даже если эти люди занимались конкретной доставкой, я не думаю, что они могли это делать самостоятельно, без высоких покровителей. И конечно тогда возникает вопрос: кто эти люди, которые им помогали? Явно 400 килограмм — это не первая партия. Просто невозможно перевезти 400 килограмм.

В. Варфоломеев― Сегодня, по-моему, «Коммерсантъ» написал, что эти поставки шли как минимум с 2012 года.

С. Смирнов ― Ну, мы понимаем, что это не могло пройти мимо с 2012 года. Абсолютно однозначно, тут должны быть какие-то новые имена, новое расследование. Возможно, оно будет закрытым. Посмотрим, что это будет. Но это совсем не могло пройти на уровне тех людей, которых нам пока называют как организаторов этой схемы.

В. Варфоломеев ― Теперь история, о которой ваше издание писало несколько раз весьма подробно, и, как я понимаю, эту тему не бросает. На мой взгляд, она в числе важнейших в России в этом году. Я имею в виду эти несколько случаев (несколько — потому что в разных городах) пытки людей в подвалах ФСБ. Насколько это серьёзно?

С. Смирнов ― Да, это совершенно чудовищная история. Это очень важное событие. Даже для меня это было неожиданным. Это довольно важно, потому что мне казалось, что за три года, которые я работаю в «Медиазоне», я привык ко многому. Положа руку на сердце, если бы речь шла о таких пытках по отношению к обвиняемым исламистам (о чём уже, в принципе, шла речь), это, конечно, тоже ужасно, но это казалось бы, по крайней мере, предсказуемым. То, что в обычных городах каких-то политических активистов пытают в ФСБ — это совершенно запредельно, как мне показалось. Хотя, конечно, надо привыкать и, к сожалению, уже считать, что в этом нет ничего особенного. Но это некий новый уровень отношений с активистами.

Ещё очень важная деталь: в Пензе дело шло с октября. Мы по-настоящему узнали о деле только в начале года. Два с лишним месяца 6 человек, которые были под стражей, молчали. Это говорит о совершенно беспрецедентном уровне прессинга и запугивания. Чтобы 6 человек запугать… Причём, это же люди из антифашистской среды. Люди, которые раньше на улицах противостояли неонацистам, привыкли к дракам. Не надо думать, что это набраны совершенно случайные люди, никогда не сталкивающиеся с реальными угрозами. Нет, это именно уличные активисты — и они несколько месяцев молчат. Это какой, значит, был уровень давления на них и на их родственников! Просто гигантский, думаю, о котором мы по-настоящему до сих пор не знаем.

В. Варфоломеев― Уточните: они молчали на допросах или молчали о том, что с ними происходило на допросах?

С. Смирнов ― О том, что с ними происходило на допросах. И вообще никто не знал, что за история с ними. И родственники боялись говорить, по какому обвинению они вообще находятся в тюрьме. Никто ничего про них не знал.

Мы даже можем допустить, что такая ситуация может быть в других регионах. Может быть с антифашистами; может быть, кстати говоря, со сторонниками того же Мальцева. Потому что я уверен, что есть связь между задержанием антифашистов изначально в Пензе, а потом в Питере, и движением Мальцева. Такая история может быть со сторонниками Мальцева, о которых мы до сих пор можем вообще совершенно не знать.

В начале 2017 года оказалось, что мы — издание, которое, как нам казалось, внимательно за всем этим следит — можем не знать о громких уголовных делах, о пытках, и узнавать о них спустя 2-3 месяца.

Н. Росебашвили ― А к кому обращаться за помощью в такой ситуации?

С. Смирнов ― Это очень большая проблема для жителей Пензы — не к кому обращаться. И адвокатов надёжных нет, и СМИ надёжных нет, и связи с ними нет. Неожиданно оказывается, что люди остаются наедине с сотрудниками госбезопасности и полностью в их власти.

Если бы не Филенков в Питере — причём это программист, человек, казалось бы, как раз совершенно не склонный к уличному активизму; программист, который занимался совсем другим — в основном он начал рассказывать о пытках. У него самые подробные рассказы о пытках. Если бы он не прорвал это молчание, возможно, мы бы до сих пор толком не знали о «пензенском деле». Уже после него о пытках стали говорить другие. И мы, по крайней мере, знаем о них и о том, что грозит этим людям. Огромная проблема в том, что к политическим активистам вдруг неожиданно относятся как к террористам.

В. Варфоломеев ― Насколько я помню, ФСБ то ли официально, то ли неофициально объясняло, что речь идёт о некоей террористической организации под названием «Сеть».

С. Смирнов ― Безусловно, конечно. Мало того: надо же понимать логику и сотрудников ФСБ, и оперативных сотрудников. Они теперь просто не делают разницы между борьбой с исламским терроризмом и борьбой с этим уличным (для них) терроризмом.

В. Варфоломеев ― У нас в России существует единый список террористов и экстремистов. Люди, казалось бы, совершенно из разных сфер: одни взрывают, а вторые делают репосты в интернете. Они поставлены на одну доску!..

С. Смирнов ― Абсолютно точно! И это, конечно, очень большая опасность. Мы же помним ту историю с тайной тюрьмой ФСБ, расследование Ильи Рождественского, когда многие говорили: «Нет, ну это же исламские террористы. Вы же понимаете, что такие методы исповедуют все спецслужбы».

В. Варфоломеев ― Это после взрыва в питерском метро?

С. Смирнов ― Да, абсолютно верно. Вот о чём идёт речь. И я не исключаю, что если на эти пытки нет никакой реакции, то следующими в пытках и в таком отношении будут совсем простые активисты, которые совсем не обсуждают, как анархисты, мировую революцию на своих кухнях.

В. Варфоломеев ― С другой стороны, должно ли это волновать общество? Лет 5 назад, когда такого рода сообщения приходили в основном с Северного Кавказа, из Чечни и, может быть, иногда из Дагестана или Ингушетии, люди в остальной России говорили: «Ну, это их внутреннее дело. Вообще их там надо стеной отгородить. Нас не интересует то, что с ними происходит». Теперь вот с некоторыми политическими активистами — ну, может быть, они заслужили… В конце концов, у нас органы зря людей не хватают, как известно. На протяжении последних 8-10 лет это так. Сейчас простым россиянам стоит беспокоиться или нет?

С. Смирнов ― Я уверен, что простым россиянам стоит беспокоиться. Как раз, кстати говоря, история из Питера: сначала мы узнали о пытках в Питере. А потом обычный, совершенно простой россиянин сначала говорит в Контакте: «Что-то со мной происходит», а потом его находят мёртвым в камере.

Это к вопросу о том, как относиться к любому полицейскому насилию, даже к любой угрозе полицейского насилия. Любой человек может под это попасть — вот в чём проблема! Это на самом деле очень серьёзная угроза. К сожалению, ещё не все её осознают. Но я думаю, что дальше таких случаев будет, к сожалению, достаточно по одной простой причине: по сути, нет никакого наказания людям, которые применяют пытки и избивают других людей.

В. Варфоломеев ― Опытные люди ещё в советские времена знали: видишь милиционера — перейди на другую сторону.

С. Смирнов ― Была такая проблема. К сожалению, она так и не решилась, несмотря на все попытки реформирования милиции в полицию… Ничего не смогли сделать.

В. Варфоломеев ― Есть какие-то сигналы — или, может быть, стоит это воспринимать как сигналы иного рода. Вот вчера Голяшкину дали условный срок. Не посадили, а всего-навсего год условно. Практически, оправдали.

С. Смирнов ― Не посадили — уже хорошо. Тут же никто не спорит: очень здорово, хорошо. Одного отпустили. Посадили под арест Константина Салтыкова, он тоже обвиняемый. Но тут же тоже особенности правил игры. Мне кажется, они считают себя большими гуманистами за условный срок и даже за небольшие сроки. Мне кажется, это внутренние правила игры для системы.

В. Варфоломеев ― Маленькую Нобелевскую премию мира они для себя заслуживают.

С. Смирнов ― Я уверен, что да. И на самом деле надо сказать, что это правильное решение: обойтись без реального лишения свободы. Хотя мне кажется, риски были очень серьёзные. Я думаю, на уровне людей, принимающих решение по этим срокам (мы же понимаем, что это не исключительно обычный рядовой судья московского суда), изначально была идея, что всех, кто так или иначе обвиняется по статье «Сопротивление полиции на уличных акциях», должны держать в колониях. В этом плане история Голяшкина очень позитивная.

В. Варфоломеев ― Спасибо большое за этот рассказ и за этот разговор. Главный редактор интернет-издания «Медиазона» Сергей Смирнов был нашим сегодняшним гостем. Всего доброго!




ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Судя по пыткам, применявшимся к пензенским активистам-антифашистам, на самом деле с борцами за Свободу, настоящими патриотами и политически активными гражданами борются гораздо-гораздо энергичнее, нежели с пресловутыми исламистами-террористами. То есть, всегда было подозрение, что про угрозу исламского терроризма-экстремизма всей стране рассказывают только сказочки для прикрытия уничтожения на самом деле только несистемной оппозиции и народно-освободительного движения…
________________________________________

При всех недостатках и претензиях к уважаемому Президенту СССР М. Горбачёву ему, в конце концов, действительно удалось дать советским народам чуток подышать на воле. А вот зачем народу на шею посадили плешивого Царя-Реставратора — вот сия тайна велика есть.

А тут этот новоявленный Мальбрук Царь-Клоун ещё и в поход собрался, хотел жутко напугать заокеанского дядюшку сугубо нарисованными в примитивной инфографике двадцатилетней давности из роликов начала 2000-х годов мультипликационными гипер-супер-термо-ядерными рактками-торпедками с чудовищными нано-ЯЭУ, носящимися с сумасшедшей скоростью и всё-всё сносящими на своём пути, начиная с вражеских АУГ и ПРО и заканчивая Флоридщиной-Майамщиной. Только срочная госпитализация идиотов спасёт весь мир…
________________________________________

Больная фантазия этого пересидельца до добра не доведёт.
________________________________________

Михаил Горбачёв, естественно, персонаж Положительный, но из-за его "Пьяной кампании" ПОСТРАДАЛИ много неугодной Власти людей — в том числе и меня. Редиска он политическая.
________________________________________

Слишком много мы валим на личности. Как ни хороши реаниматоры, а если положено сдохнуть — сдохнет, сколько ни будь суеты вокруг. Русские удивительно не умеют устраивать свою жизнь по-человечески — что ни делают, всё получается через мать твою так. И зависит это ни от чего другого, как отношения людей к самим себе и друг другу.
________________________________________

Уже будучи на пенсии, и при этом работая на заводе, меня пытались посылать на различные митинги в поддержку ВВП, но я на первую "просьбу" пойти, ответил: "Я Не фотогигиеничен", и от меня отстали.
________________________________________

Избиения, пытки, отказ рассматривать это в суде, неприкосновенность полицейских — что ещё должно случиться?
________________________________________

СССР никогда не был великим. Большим — да. Величие страны определяется не её размерами, а уровнем жизни её граждан. Совки жили, точнее, существовали в нищете…
________________________________________

Главная задача — ВОВСЕ не величие страны. Тогда бы первыми указами сразу стали Независимый Суд, Независимый Парламент, представляющий все группы народа, Независимые СМИ, независимая экономика от государственных сеченых и усмановых и прочих и другие указы государственника. Главная задача — остаться за главного, чтобы НЕ ОТВЕЧАТЬ за свои преступления! Вот это действительно страх! И страх нарастающий! А на страну и народ — нас-Рать в три короба!

Потому что ведь ничего не выполнено даже из насущнейших задач страны — исключительно и только ТО, что ДЛЯ сохранения себя за главного! Выборы ПОЛНОСТЬЮ созданы для Путина — ВСЯ цепочка! И подсчёт и сам процесс ОГРАЖДЁН от влияния действительного мнения людей. При поддержке в 20 процентов Путин всегда получает 70 процентов. Обычное воровство и мошенничество. И сам он это понимает уже давно, даже аннексия Крыма была именно из-за стойко и железно падающего рейтинга.

Путин НЕ признаёт свои ошибки и НЕ МОЖЕТ их признавать — он совок во всех отношениях. Ну как Чен Ын или Мугабэ. Ведь ни одного европейца НЕТ в друзьях у Путина — только усмановы, вротенберги и ковальчюки и прочие. Ну нет среди воров европейцев!
________________________________________

Умер ватный патриот, попал соответственно на тот свет и смотрит по сторонам — очень много людей. И даже есть знакомые лица. Идёт концерт. На сцене всё то, что он видел раньше в телевизоре по федеральным каналам. Всё идёт друг за другом, идёт не переставая — номера сменяются другими номерами. Смотрит — конферансье рассказывает анекдоты, вот уже Петросян по сцене скачет. Так проходит несколько часов. Ватник подумал:

— Как все здорово, точно в рай попал! А когда же будет перерыв?!

Подходит к нему администратор со свиным рылом и говорит:

— А перерыва не будет никогда!!!
________________________________________

Владимир Путин будет президентом ВСЕГДА, пока он будет таскать свои ласты по этой бренной России. Только БОЙКОТ, может, очень огорчить его, когда он получит ЯВКУ в 42%.
________________________________________

Я помню, когда искали пути выхода страны из тупика, Гайдара спросили — а не подойдёт ли нам японский вариант? Он подумал и изрёк: подойдёт, только японцев для этого у нас маловато.
________________________________________


ИСТОЧНИК

Владимир Варфоломеев, Нино Росебашвили

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Беспредел (0) > Тюрьмы (0)
  • История (0) > Постсоветизм (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 21.04.2018 - МАФИОЗНО-РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ НАШЕГО ГОСУДАРСТВА
  • 20.04.2018 - ПОЧЕМУ ГАЙДАР, А НЕ ЯВЛИНСКИЙ?
  • 08.04.2018 - ГУМАНИЗАЦИЯ ПЕНИТЕНЦИАРНОЙ СИСТЕМЫ
  • 06.04.2018 - АМНИСТИЯ ПУТЧИСТОВ
  • 22.02.2018 - ОБРАЗ РУССКОГО МИРА
  • 08.02.2018 - СЕРОЕ КОЛЕСО ГОСУДАРСТВЕННОГО ТЕРРОРА
  • 16.12.2017 - ВСПОМИНАЯ ЛИХИЕ 90-Е
  • 19.11.2017 - ВРЕМЯ БЕРЕЗОВСКОГО
  • 03.10.2017 - НОВЫЕ КНИГИ ГРИГОРИЯ ЯВЛИНСКОГО
  • 27.08.2017 - ОНИ СРАЖАЛИСЬ ЗА ДЕНЬГИ
  • 27.07.2017 - ГРАЖДАНИН И ПОЛИЦИЯ
  • 26.07.2017 - ПОИСКИ «СЕКРЕТНОЙ ТЮРЬМЫ» ФСБ
  • 03.07.2017 - КОМАНДА-29
  • 30.06.2017 - КАК ЕЛЬЦИН ВЫБИРАЛ ПУТИНА В ПРЕЕМНИКИ
  • 27.06.2017 - РЕПРЕССИИ СТАЛИНСКИЕ И ПУТИНСКИЕ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru