Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Ваше доверие - наша победа

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[06.08.2018]

«НАСИЛИЕ ПРИМЕНЕНО ПРАВОМЕРНО»

Дмитрий МУРАТОВ: издатель и председатель редакционного совета «Новой газеты»


Дмитрий МУРАТОВ:


И матери опять пошли за своих сыновей, несмотря на то, что на сыновей давят для того, чтобы они попросили матерей за них не хлопотать. А в это время в Симферопольском СИЗО 4 попытки самоубийства, 3 трупа в результате. А для того, чтобы следы зверств скрывать, придумана ещё одна технология. Человека забивают в колонии (в данном случае во Владимирской колонии ИК-6) и перевозят его из тюремной больницы в гражданский морг. Ну, так, рука руку моет, договорились обо всём, и труп там 6 дней лежит спокойно, тихо, не задавая вопросов. А на 7-й день — зарывают как неопознанный труп. А Фёдоров, зам министра юстиции! Год назад, ознакомившись с теми материалами, которые сейчас у всех вызвали шок, заявил: «Насилие применено правомерно»!..

У нас страна очень интересная. Вот у нас жесткость любят, любят суровость. Помните знаменитую песню «Сурово брови мы нахмурим», да? А вот живодёрства, палачества, карательства и издевательств у нас народ не выносит!

К пыткам не присуждают. Про пытку давным-давно известно от Мантения, что пытка никогда не приближает к правде и истине. В наших условиях пытка — это высшее проявление непрофессионализма. Высшее проявление непрофессионализма!

Ну, вот, весь мир увидел улыбчивую, дружелюбную, не свирепую страну во время этого, прости господи, Мундиаля. Отличное, потрясающее событие! Вот, после этого надо юристов нам пустить, поддержать это ощущение, что здесь не медведи на улицах, а нормальные, весёлые, очень добрые и ответственные люди живут. Вместо этого у нас закрывают визовые центры… Да?

Это означает, что отсюда уже не уехать. Значит, у нас вместо этого придумывают что-то абсолютно идиотское… Опять начали эти самые законы. Ну, чего такое? Ведь, какой был рост популярности Советского Союза в апреле 1961 года после полёта Гагарина? А через 3 месяца мы Берлинскую стену построили, и всё рухнуло.

Кстати говоря, вот эта фраза ключевая («Мы вас научим Родину любить») должна звучать прекрасно: Посмотрите, какая Родина. Эта фраза должна быть доброй, гуманистической. А у нас сейчас эта фраза означает, что мы тебя сейчас убивать, скотина, будем! Всех на зонах учат Родину любить, да?..

Знаете, как бывало в 1937 году? Если тебя исключали из Союза писателей, жди исключения из партии. А если тебя исключают из партии, то тогда тебе прямая дорога в дом на Никольской, 23. Понимаете?


О. Пашина ― Здравствуйте. Меня зовут Оксана Пашина, на мои и ваши вопросы отвечает главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов. Мы, конечно же, начнём с ситуации в Ярославской колонии, потому что в публикации «Новой газеты»…

Д. Муратов ― Я издатель «Новой газеты», главный редактор — Сергей Николаевич Кожеуров. А начнём мы, то есть с пыток…

О. Пашина ― Начнём с пыток, да. Ну, вся наша жизнь как-то крутится вокруг этого в последнее время.


Нужна ли реформа ФСИН?

Д. Муратов ― Ну, действительно, я вынужден что-то пояснить, поскольку это беспрецедентная история. Эта публикация в газете, в данном случае в «Новой газете» привела к тому, что она рассмотрена на заседании Комитета Организации Объединённых Наций. Там возник спор между руководителем Комитета и нашим представителем в ООН господином Гальпериным. Господин Гальперин сказал, что все меры приняты, идут аресты.

О. Пашина ― Уже приняты?

Д. Муратов ― На что ему возразил руководитель Комитета, заметив «А что же вы делали целый год?» И это законный вопрос. И я прочитал перед эфиром вопросы у вас на сайте. Там есть один… Ну, как всегда конспирологи идут впереди.

О. Пашина ― «Не было ли это сливом?» Чтобы силовики разобрались там между собой.

Д. Муратов ― Значит, во-первых, про ситуацию в Ярославской колонии ИВК-1, ИВК-8 мы писали очень долгое время. Первая публикация, если я не ошибаюсь, была 21 апреля прошлого года! Потом были публикации Кати Фоминой, Насти Тороп, Саши Букварёвой, адвоката Иры Бирюковой, естественно, Оли Бобровой, которая была главным для газеты, для редакции мотором, блестящим, очень мощным, правильно работающим мотором этой истории. Так что эту тему мы продолжаем уже более года.

О. Пашина ― Но резонанс-то вызвала эта видеозапись.

Д. Муратов ― А! Теперь, значит, про видеозапись. А почему, собственно говоря, эту видеозапись не смог посмотреть следователь Родион Свирский, который срочно ушёл служить в армию, там принеся новую присягу? А почему эту видеозапись не посмотрел заместитель министра юстиции господин Фёдоров, когда к нему попали жалобы заключённых, которых избивали (Ивана Непомнящих, Руслана Вахипова и Евгения Макарова)? Эти жалобы попали к нему сразу после тех пыток, сразу после тех массовых избиений — эти трое, не испугавшись угроз, подали заявления. Эти заявления в Минюст передала Бирюкова. Мы написали про это, и попросили, чтобы Минюст рассмотрел данные публикации.

Где были эти видеозаписи, на чём настаивает Комитет по противодействию пыткам ООН, заседание которого в Женеве происходило вчера? Они настаивают, что смысл видеозаписей не в том, чтобы у человека здесь был видеорегистратор, и не в том, чтобы он радостно щелкал им и пел бы под него там караоке или показывал друзьям, какие они крутые мужики, как они мочат этих зэков, да?

Весь смысл в том, чтобы реакция была мгновенной! Ещё раз, весь смысл видеорегистрации в том, чтобы сразу же считывалась информация о том, что реально происходит. А у нас с видеозаписями возникает очень большая проблема.

Извините, оторвусь чуть в сторону. Посмотрите. Вот, судят Тетиева. Кощунственный абсолютно суд в Чечне по правозащитнику Оюбу Тетиеву. Его два раза арестовали, сказали «А мы у вас нашли наркотики». Он говорит «Ну, а почему не было понятых, не было протокола?» Его снова увезли на то место, где его первый раз арестовали, призвали понятых, оформили с понятыми и увезли. Ну, всё!..

То есть это фарс, от которого уже никуда не деться! Абсолютно всё понятно! Адвокаты говорят: «Ребята, ну, давайте камеры-то уже. Камеры давайте».

О. Пашина ― А они сломались, ведь.

Д. Муратов ― Сломались камеры на дороге. Все камеры. И там их, по-моему, 19. Вы знаете, вот в этот день все не работали. Вот таким образом у нас пытаются цифровые технологии приспособить под личное негодяйство, под свой обычный пыточный карательный инстинкт.

Мы писали об этом год. Значит, на вопрос «Откуда видеозапись?» я отвечать честно не буду. Видеозапись, могу сказать одно, точно абсолютно не от того человека, который её записывал. Я не поклянусь сейчас Оксане Пашиной в том, что ещё не появится таких записей. Точно абсолютно не поклянусь. Но и утверждать ждать от нас в ближайшее время продолжения, не буду, потому что надо всё очень тщательно взвешивать и изучать.

О. Пашина ― А зачем они вообще это записывают? И кто это записывает?

Д. Муратов ― Потому что это необходимость теперь каждому сотруднику исправительных учреждений носить на кармане видеорегистратор для того, чтобы не было жалоб у заключённых.

О. Пашина ― Да это вообще какой-то абсурд. То есть для того, чтобы не было жалоб, они носят видеорегистраторы, пытают заключённых, записывая всё это?..

Д. Муратов ― А потом стирают. Но, видимо, не смогли откуда-то там стереть. Ну, тут уже без технических подробностей. Посмотрите, что там ещё произошло? Там произошло сопротивление. Вот, это очень интересно. Кто встретились в этой колонии? В этой колонии встретился по Болотному делу осуждённый Иван Непомнящих — он из Сергиева Посада инженер-конструктор. Интеллигенция техническая. Работяга Руслан Вахитов, которого посадили, чтобы поставить себе по педофильской статье, значит, галочку за то, что якобы дети видели, как он выскочил из Камаза в районе деревни Кузимичи там и пописал в кусты. И его взяли и посадили.

Макаров — это человек, про которого могли бы написать «человек трудной судьбы». Он не работяга, как Руслан Вахипов, он не инженер-конструктор с высшим образованием, как Иван Непомнящих. То есть он, естественно, тоже свою вину никакую не признал.

И вот эти трое решили, что их достоинство не может быть унижено. Что они отбывают по приговору суда. В приговоре суда ничего нет про пытки. И они начали писать. Их уговаривали, их уговаривали другие заключённые, их уговаривали родители других заключённых: «Пожалуйста…»

О. Пашина ― «Не надо лезть на рожон».

Д. Муратов ― «Не надо ничего этого делать». Но не тут-то было, потому что на свете ещё живёт надежда. Звать её Надежда Ивановна. Надежда Ивановна — это мать Руслана Вахипова. Она переехала из своей глуши поближе к Ярославской колонии, сняла там дом и стала фактически правозащитным центром, сервером правозащиты зэков. Немолодой уже человек Надежда Ивановна.

Все зэки, которые выходили с этой зоны, сначала приходили к ней. Все родители, которые получали какую-то информацию, сначала шли к ней. Она вокруг себя организовала цепь адвокатов. Ей нельзя было отказать: мать бьётся за сына. Это, знаете, что напоминало мне? Я, вот, помню, как по Чечне бродили во время первой войны матери!.. Да? Я их всех помню. И где они жили на Ханкале. И как они ходили по всей этой Чечне. Потому что никто им не помогал кроме там майора Измайлова и нескольких человек в Ханкалинской дислокации.

И вот они ходили и сами искали своих сыновей или трупы своих сыновей, или информацию, где захоронены или просто валяются останки их сыновей. То же самое: матери пошли вперёд.

О. Пашина ― Ну и солдатские матери, которые с дедовщиной боролись.

Д. Муратов ― И побороли, да. И вместе с Минобороны, надо отдать им должное, побороли.

Посмотрите, что происходит сейчас, например, в Керчи? Матери заключённых Дмитрия Кобина (Галя) или, там, Светлана Маринич (её сын был осуждён). Сыну отбили почки. Этому парню, значит, так его пытали током, что у него зубы обламываются. Это колония, колония в Керчи. И матери опять пошли за своих сыновей, несмотря на то, что на сыновей давят для того, чтобы они попросили матерей за них не хлопотать. А в это время в Симферопольском СИЗО 4 попытки самоубийства, 3 трупа в результате. То есть явление-то абсолютно общее.

Вот в Ярославле сошлись 3 части народа — рабочий, инженер и человек трудной судьбы Женя Макаров. К ним приехала мама Руслана, водителя Камаза, и она вызвала адвокатов и газету. Вот с этого всё и началось. Это к вопросу о всякой конспирологии.

О. Пашина ― Есть ещё вопросы от Ольги, которая спрашивает: «Что делать заключённым в СИЗО и тюрьмах, которые подвергаются пыткам? Какой смысл куда-то жаловаться, когда мы слышим, вот, год все эти жалобы уходили в никуда?» Ведь, получается и обратный эффект: начинаешь жаловаться, начинаешь искать правды, а на заключённого начинают давить.

Д. Муратов ― К сожалению, я вынужден, действительно, про это сказать несколько слов. Вот, мы сегодня выпустили потрясающий абсолютно материал в продолжение этой нашей темы — материал Лены Масюк. Лена Масюк — наш обозреватель, знаменитая тележурналист, когда-то работавшая на ТВ, член Совета по правам человека при президенте. О ком она рассказывает? Она рассказывает о гибели Гора Овакимяна. Это заключённый, который находился в исправительной колонии №6 в городе Владимире.

Вот смотрите, что произошло. Они звонят в колонию, спрашивают «Почему он нам не звонил?» Раз в месяц можно позвонить. Им говорят: «У него всё хорошо, вы не беспокойтесь». Но что-то ёкнуло у семьи, и мать послала, значит, брата с сестрой проверить, как он там сидит. Сидел он по какой-то небольшой статье по наркотикам, естественно (у нас всюду сейчас 228-я, всё заполнено 228-й).

Приезжают туда, а им говорят «А вы знаете, он 6 дней назад умер». Да вы что?! А знаете, почему 6 дней? Я сразу полез в закон, а в законе у нас о похоронных услугах и различных ритуальных тонкостях федеральный закон за 1996-й год. Там сказано, что неопознанные трупы хранятся не более 7-ми дней. То есть они попали в последний день, на следующий бы день его закопали так, что они б даже не узнали, где.

О. Пашина ― Как так неопознанный? Он же в колонии.

Д. Муратов ― Во! Вот, молодец, Оксана, всё правильно понимаешь. Так вот, для того, чтобы следы зверств скрывать, придумана ещё одна технология. Технология такая. Человека забивают в колонии (в данном случае во Владимирской колонии ИК-6) и перевозят его из тюремной больницы в гражданский морг. Ну, так, рука руку моет. Ну, договорились обо всём, и труп там 6 дней лежит спокойно, тихо, не задавая вопросов.

О. Пашина ― А через 7 дней колония говорит «Да это наш».

Д. Муратов ― А как только кончается 6-й день — закопать как неопознанный труп. А тут приехали родственники, говорят «А где он?» И приехали туда в этот морг. То, что они там увидели, не поддаётся описанию. Он весь в следах от электрошокера, огромные гематомы на пояснице. Пальцы на руках и ногах сломаны, половые органы повреждены. Под мышкой следы электрошкера. Лицо только целое, ну, чтоб можно было сфотографировать, в случае чего послать там кому-нибудь.

Они говорят «Дайте протокол!». Это они Масюк всё это рассказали. «Дайте протокол!» А в протоколе написано, вы знаете, что он промочил ноги, находясь в камере, где получил наказание (в ШИЗО), и умер от пневмонии.

Тут они поехали в Следственный комитет Владимирский. Там начальник Следственного комитета впрягся в это дело в отличие от Следственного комитета Ярославской области, где следователь Свирский отказался вообще что-либо делать, и сказал, что никаких причин беспокойства нет, как и зам. министра Фёдоров. Помните, я вам говорил, что он по поводу Макарова заявил? «Насилие применено правомерно»…

О. Пашина ― Даже так?!

Д. Муратов ― Фёдоров! Зам министра юстиции! Год назад, ознакомившись с теми материалами, которые сейчас у всех вызвали шок, заявил: «Насилие применено правомерно»!..

Так вот родственники Овакимяна вызвали следователя, составили новый протокол. А по протоколу это насильственная смерть (тот первый протокол изъяли). Вы понимаете, как всё покрыто?! А потом матери и им самим начали звонить родственники из зоны. Откуда-то узнали их номера телефонов, с тем, чтобы они забрали свои заявления и прекратили расследование, потому что всем будет плохо. Вот, что происходит!..

Теперь ответ на вопрос «И что в этой ситуации делать?» Каждый должен решать сам. Потому что если кто-то понимает, что он не выдержит вот этой борьбы за своё достоинство против своего унижения, тогда нужно рассчитывать, что за него вступятся Вахипов, Непомнящих и Евгений Макаров, и другие такие люди, которые конечно же, есть.

Надо обращаться к адвокатам. Надо чтобы родственники поддержали усилия «Общественного вердикта». Кстати говоря, Наташу Таубину знаю очень много лет (лет, наверное, 15-20). И всю жизнь она занимается помощью людям. Отличный кибернетик, МИФИ закончила. И вот с этим менеджментом занимается… Это новый менеджмент (правозащита), между прочим, такой, могучих интеллектуальных людей.

Обращаться к Таубиной, обращаться в «Новую газету». Вот сейчас из «Новой газеты» во всех зонах вырывают страницы, на которых у нас идут вот эти публикации. Но все всем всё сообщают и все всё знают. Вот этот, как Оля Боброва говорит, пузырь этого молчания всё равно прорван и больше уже не надуется (этот пузырь).

О. Пашина ― Ну а смысл вырывать страницы? Те, кто уже находятся в колониях, они уже знают, что у них там происходит. Или имеется в виду общественный резонанс?

Д. Муратов ― Ну, приходит новый номер газеты «Новая газета», вырывают страницы, чтобы дальше не обсуждали. Все всем всё равно всё пересказывают. Все всё узнают.

И, конечно, смотрите, вот сейчас «Общественный вердикт» и ряд других общественных организаций хотят создать объединение, большую объединительную платформу, которая будет бороться с пытками. Я надеюсь… У нас же есть сильнейшие ребята Каляпин, Дмитриевский — в Нижнем Новгороде Комитет против пыток.

У нас при таком массовом распространении пыток в Уголовном кодексе есть уголовная статья под названием «пытки»?

О. Пашина ― А нет, потому что у нас никого не пытают…

Д. Муратов ― А у нас её нет. Значит, она должна появиться.

О. Пашина ― Конечно, всё общество должно продолжать следить за развитием этой ситуации. Посмотрите, било 18 человек. Ну, один так, то ли бил, то ли не бил (не всё понятно).

Д. Муратов ― Но задержано только 7 человек. А ещё 10 или 11? Они, собственно, где? Они где? Нет-нет, эти люди — офицеры, они в погонах. Сержанты, офицеры, прапорщики. Они в погонах! Они давали присягу. Они где? Они почему не задержаны?

С другой стороны, обществу надо понимать: нельзя допускать травли. Уже, ведь, травят и детей, и родственников этих самых тюремщиков, этих палачей. Их мне совсем не жалко. Но общество не может позволить себе травли. Оно не может само вести себя как палачи.

Если у одного из этих людей, которые избивали Макарова, Максима Калашникова, если я не ошибаюсь, рак, вот пускай его минёт чаша зэка и этих тюремных больничек. Общество должно быть милосердно. Общество, наказывая палачей, не должно становиться палачом. И это тоже очень важно. И это тоже очень важно.

О. Пашина ― Хорошо. Вот, вы говорите, как с этим можно бороться, что делать, отвечая на вопрос нашей слушательницы. Значит, родственники, общественные организации, правозащитники. А государство?

Д. Муратов ― Давление на уголовное законодательство, чтобы там появилась статья против пыток. Безусловная полная цифровизация. И ещё. Вот смотрите. У нас страна очень интересная. Вот у нас жесткость любят, любят суровость. Помните знаменитую песню «Сурово брови мы нахмурим», да? А вот живодёрства, палачества, карательства и издевательств у нас народ не выносит!

Ну, вы видите, какая огромная реакция сразу же всей страны! Абсолютно всей страны (на зверство)! Суровость и жесткость — это одно. Палачество, людоедство, живодёрство — вот этого страна не выносит.

Надо перестать даже думать, что это доблесть. Надо отказаться от того, что у нас в тюрьмы, в зоны идут люди, не совершившие преступления против личности, не совершившие насильственные преступления. К ним должна быть другая мера защиты от общества, другая мера наказания, не связанная с тем, что они попадают к этим надзирателям. Это ещё одна тема.

О. Пашина ― Но у нас не считается это доблестью, у нас ещё хуже: у нас считается это нормой. Вот, перед вами на вашем месте сидел Николай Сванидзе, который сказал «У нас в народе так мыслят. Колония — это вам не курорт, не санаторий».

Д. Муратов ― К пыткам не присуждают. Про пытку давным-давно известно от Мантения, что пытка никогда не приближает к правде и истине. В наших условиях пытка — это высшее проявление непрофессионализма. Высшее проявление непрофессионализма!

Пакостничество, людоедство и издевательство — всё про это сказал мой любимый друг Шевчук, когда сказал «Ребята, мы не должны дать палачам закатать рукава суетливых ночей». Вот, сейчас, когда мы видим, когда вся страна встала, посмотрев на это видео и прочитав эти материалы, и благодаря «Общественному вердикту», Ире Бирюковой, Наташе Таубиной, нашей Оле Бобровой и «Новой газете», да? Вот это чувство надо, безусловно, поддержать. Нужно прекратить издеваться над Дмитриевым. Эта девочка несчастная Аня Павликова.

О. Пашина ― Павликова, да.

Д. Муратов ― Ну, что это такое, Оксана? Ну, судья Боева видит, что ребёнок сидит, которого просто развели взрослые оперативники на то, чтобы они создали организацию! Ну, так же, ведь, гестаповцы создавали мнимые молодёжные организации, а потом себе ордена прикручивали. Ну, мы что не знаем, как это они делают? Всё же известно про «Новое величие».

О. Пашина ― И, тем не менее, судья оставляет её под арестом. Она не понимает, что это тоже пытка?

Д. Муратов ― Конечно! Ну, на это ж невозможно смотреть, как она говорила этой Наталье Боевой (по-моему, фамилия судьи) «Отпустите вы меня».

А с Варварой Карауловой? Я вам больше скажу. Вот, Вышинский, этот парень из РИА, который в Киеве. Там то же самое. И с Сенцовым — то же самое. Пытают Сенцова, вот, и он идёт на смертельную голодовку. Но он не признаёт себя гражданином нашей страны. Так отдайте вы его Украине. А Вышинский говорит «Я гражданин России. Отдайте меня России». А это что? Это не пытка, что ли? Да конечно! И Москалькова в этом смысле абсолютно права — надо вот эти пытки прекратить, этих людей поменять!

О. Пашина ― Ну, там в случае с Сенцовым и Вышинским, я так думаю, политика, всё-таки, задействована. А, вот, случай с Павликовой — мне кажется, чистое людоедство.

Д. Муратов ― Абсолютно! Целиком согласен. Антипыточную коалицию надо создавать.

О. Пашина ― Про реформу ФСИН спрашивают наши слушатели. Власти сейчас сказали «А вот да, надо реформу ФСИН». И, тем не менее, не получится ли, что реформа будет направлена на то, что как пытали, так и будут пытать, просто будут лучше это скрывать?

Д. Муратов ― Слушайте, вы знаете, что у нас всё, что когда что-то реформируют, всё оказывается под руководством ФСБ? Вы замечали?

О. Пашина ― А они и хотят, да, кстати.

Д. Муратов ― А, серьёзно, да? Ну, я не знал.

О. Пашина ― Это вариант. Вот! Вы правильно мыслите. Федеральное агентство при Минюсте займётся перевоспитанием, ресоциализацией и всякими делами. Охраной займётся Росгвардия. А наблюдать за этим будет ФСБ!

Д. Муратов ― Ну вот, а сейчас где кураторы Владимирского централа, где был Овакимян? Или где были кураторы из спецслужб, когда дело происходило в ИК-3, в ИК-8 в Ярославле? Где? Где эти кураторы? Они тоже не знают? А если они знают, то почему они не докладывают?

О. Пашина ― Ну, это же всё одна система. Зачем они будут портить себе показатели?

Д.Муратов ― Ну, вот, да. Посмотрите, Оксана, что меня ещё задевает? Ну, вот, весь мир увидел улыбчивую, дружелюбную, не свирепую страну во время этого, прости господи, Мундиаля. Отличное, потрясающее событие! Вот, после этого надо юристов нам пустить, поддержать это ощущение, что здесь не медведи на улицах, а нормальные, весёлые, очень добрые и ответственные люди живут. Вместо этого у нас закрывают визовые центры… Да?

О. Пашина ― Ну, похоже, да.

Д. Муратов ― Похоже, да. Это означает, что отсюда уже не уехать. Значит, у нас вместо этого придумывают что-то абсолютно идиотское… Опять начали эти самые законы. Ну, чего такое? Ведь, какой был рост популярности Советского Союза в апреле 1961 года после полёта Гагарина? А через 3 месяца мы Берлинскую стену построили, и всё рухнуло.


В ЖУРНАЛЕ FORBES УЧАТ РОДИНУ ЛЮБИТЬ…

О. Пашина ― Тенденция, однако, — хочется сказать. У меня к вам вопрос как к издателю по поводу другого издателя, Александра Федотова и конфликтов в редакции журнала Forbes. Мы слышали только что в новостях, что журналистам вернули доступ к сайту издания. Но, в общем, там почему-то, похоже, ничего не закончилось.

Д. Муратов ― Я считаю, что коллеги — молодцы. Я считаю, что коллеги защищают свои высокие профессиональные стандарты законными, доступными им способами — обращаются в прокуратуру и делают заявления своей журналистской команды.

Главная проблема — это, конечно, проблема в том, что владельцами наиболее влиятельных СМИ назначены новые люди, которые осуществляют имущественную, финансовую цензуру. Ну, я думаю, уже все прочитали статью о деле братьев Магомедовых, которая была снята из номера журнала Forbes, хотя, она должна была в нём выйти.

О. Пашина ― Хоть на сайте осталась.

Д. Муратов ― На уровне типографии она должна была выйти. И, ведь, понятно, о чём речь. За всем этим делом вдруг журналисты Forbes выявили ключевую роль в посадке братьев и в отжимании активов Игоря Ивановича Сечина, человека, про которого нельзя упоминать, нельзя говорить, потому что он у нас, значит, такой крупнейший теневой премьер-министр, промышленник, он повсюду, абсолютно повсюду. Да. Он глобальный руководитель. И нельзя называть, значит, Игоря Ивановича Сечина, что он к чему-то причастен…

Вполне вероятно, этих людей оклеветали. Вполне вероятно, их посадили несправедливо. Вполне вероятно, это для того, чтобы отобрать собственность, получить контракты, другой доступ к трубе и совсем иначе выстроить отношения с позиции силы с руководством Транснефти. Вот, что следует для внимательного читателя из той статьи, которая была снята из Forbes.

Ну, вот так. Поэтому и цензура. Цензура из-за вот этого гигантского влияния. Он не президент, он не премьер-министр, но его влияние таково, что оно уже фактически как газ заполняет вакуум. То есть оно абсолютное!

О. Пашина ― Ну, если журналисты понимают, в каком издании они работают, и чьи интересы это издание лоббирует, есть ли перспективы у этой борьбы? Мне кажется, никаких.

Д. Муратов ― Я вам хочу сказать, что здесь уволили прекрасную девочку за прекрасное интервью «Дождю» из города Нижневартовска, за клип, который она показала, где маленьких детишек в саду заставляют петь песню о президенте.

О. Пашина ― Да.

Д. Муратов ― Я думаю, что президент там неделю ворочался, когда узнал, что вот это дети должны были разучивать, шестилетки там, да?

Мои любимые ТВ-2, мученики Витя, Виктория, вся их команда — потрясающее региональное телевидение. Забили.

Черника в Карелии, несколько газет в Коми, девочка, которая написала про дачи спецслужб, из ленинградского ТВ-ресурса. Я уже готов собрать целое медиа из уволенных журналистов. Не Ноев ковчег, не ноющий. Ну, я Венедиктову уже это тоже предлагаю. Вот, куда им идти работать? Вот, куда? И люди защищают своё профессиональное право. Они решают всерьёз поступать по закону, по которому владелец не вмешивается в редакционную политику. Запрещено ему законом вмешиваться в редакционную политику! Они защищают себя. А им говорят «А мы вас научим Родину любить».

Кстати говоря, вот эта фраза ключевая («Мы вас научим Родину любить») должна звучать прекрасно: Посмотрите, какая Родина. Эта фраза должна быть доброй, гуманистической. А у нас сейчас эта фраза означает, что мы тебя сейчас убивать, скотина, будем! Всех на зонах учат Родину любить, да?..

Вот и в журнале Forbes сейчас учат Родину любить…

О. Пашина ― Не любишь щи и кулебяку, расстреляем как собаку!

Д. Муратов ― Значит, вот не надо никого таким образом учить. Ты, что ли, её хорошо любишь, палач с дубинкой, который отслаивает мясо на пятках у заключённого, распятого на столе? Это он, что ли, научит Родину любить? Да пошёл он в жопу!

О. Пашина ― Ещё один конфликт недавний — я имею в виду «Нашествие» и музыкантов, которые отказались там выступать из-за того, что там Министерство обороны открывает призывные пункты. Ну, говорят, что всегда сотрудничали с Министерством обороны. Почему сейчас вдруг?

Д. Муратов ― Всегда сотрудничали? Я, честно говоря, не знаю. Ну, понимаете, появляется новая популяция музыкантов — там вот эти «Порнофильмы», Монеточка. Это появляются новые люди. Новые люди завоёвывают внимание к себе, у них есть свои принципы, они ещё не стали вполне корпоративными в своём цехе. У них непосредственная такая реакция. Может быть, в следующем году они уже залезут в дуло танка вместе со знаком Пацифика, да? Вполне вероятно. Не знаю. Но то, что в совместном релизе Министерства обороны с Нашествием заранее говорилось, что техника там будет, это абсолютно точно. Это их право. Ну, что? Вот, люди так реагируют.


НАРОДНОЕ ВОЛЕИЗЪЯВЛЕНИЕ

О. Пашина ― По поводу пенсионной реформы очень много вопросов. Ну, вот, самый последний — это Центризбирком, референдум. Центризбирком сказал, что, в принципе, референдум можно провести, вы просто вопрос плохо сформулировали. Референдум нужен в этой ситуации? Он на что-то повлияет?

Д. Муратов ― Референдум Российской Федерации не проводился с момента принятия Конституции, где были вопросы «Да-Да-Нет-Да». Референдум в Конституции закреплён. Референдум хорош всегда. Несколько сотен референдумов проводится в Швейцарии, и ничего, нормально, вроде бы они там живут, плохих новостей в последнее время не слышал.

Я всегда за проверку народного волеизъявления. Сколько бы её ни называли там популистской… Ну, что? Это дело касается жизни людей? Ну и хорошо. А мало ли, кто победит на этом референдуме. А мало ли, что этот референдум даст возможность сделать нового президента исполнительной власти. Например. Вот, вместе с повышением возраста выхода на пенсию и льготы-то тоже исчезают? Или нет?

О. Пашина ― А они пока не решили.

Д. Муратов ― Ах, не решили?!

О. Пашина ― Нет.

Д. Муратов ― А это очень важный вопрос. Поэтому, может быть, референдум подтолкнёт к тому, что будут менее сырые решения выноситься сразу же. Да? А потом в воздухе будут переобуваться лидеры «Единой России». Я помню, как Андрей Исаев говорил… Просто очень давно знакомы там (с его МГУ)… о том, что «Либеральный Кудрин маниакально настаивает на необходимости повышения пенсионного возраста! Все эти либералы уже достали всю страну! В ближайшие 5-6 лет этого сделать невозможно!»

О. Пашина ― Да, да, было такое.

Д. Муратов ― Позавчера слушаю: «Необходимость увеличения пенсионного возраста — это патриотический долг. Необходимо всё это». Во! Знаете, как интересно сейчас за этим наблюдать!

О. Пашина ― Ну, это нормально. Это политика, скажут.

Д. Муратов ― Это не политика. Это говно, а не политика!

О. Пашина ― Ситуация изменилась. Мы стали жить лучше, дольше. Стали здоровее.

Д. Муратов ― Политика — это, я вам скажу, ребята, ответственность. Это ответственность и это некоторая непреклонность взглядов. Это, знаете, как был последний Верховный Совет, после которого была уже горбачёвская реформа, где один человек — это был академик Сагдеев… Все сидят, значит, да? А он один поднял руку против! Ну вот, должны ответственные политики вести себя в соответствии со своими убеждениями, а не только корпоративными этими самыми, тимбилдингами, понимаете?

О. Пашина ― У нас тогда получается, самый ответственный политик — Наталья Поклонская, над которой тут и смеялись, и шутили. А она вот так взяла одна и подняла руку против!

Д. Муратов ― Я не буду обсуждать Наталью Поклонскую. Это человек со своей психикой, со своими наклонностями, со своей соматикой. И позвольте, я воздержусь от характеристик госпожи Поклонской.

О. Пашина ― А Сергей Железняк? Он как-то так, вот, полу-милорд, полу-купец и так далее по тексту.

Д. Муратов ― Он сказался сначала больным, потом, насколько я знаю, это был отгул, значит, за свой счёт. Во всяком случае, если отгул за свой счёт, то достаточная сумма откажется в бюджете страны. То есть в любом случае это было полезно.

О. Пашина ― А потом он ушёл с поста зам. секретаря Генсовета «Единой России». А из «Единой России» не ушёл. Как-то, вот, не очень понятны его метания душевные.


ДОМ НА НИКОЛЬСКОЙ, 23

Д. Муратов ― Да, не очень понятно. Знаете, как бывало в 1937 году? Если тебя исключали из Союза писателей, жди исключения из партии. А если тебя исключают из партии, то тогда тебе прямая дорога в дом на Никольской, 23. Понимаете?

О. Пашина ― Да. Да, кстати, очень интересно про дом на Никольской, 23.

Д. Муратов ― И для меня это очень важно. Улица Никольская стала самой знаменитой улицей в мире, благодаря Чемпионату, прекрасному Чемпионату Мира по футболу. Мы во время Чемпионата Мира не хотели говорить об этом, чтобы не портить впечатление… Но, понимаете, всё-таки, должны быть праздники хотя бы, вот, такие.

А на Никольской, 23 есть страшное здание. Самое страшное здание в мире, самый страшный в мире офис. В этом офисе было вынесено 30... чтоб не соврать, посмотрел — 31456 смертных приговоров! 31456 человек получили только в этом офисе смертные приговоры! Многие прям там в подвале и были расстреляны.

Кто эти люди? Например, Всеволод Мейерхольд или, например, отец Майи Плисецкой, или прекрасный актёр Александр Збруев. Величайший писатель Пильняк. И я уж не говорю, такой человек, который… Ну, я не знаю: такие рождаются раз в миллион лет — такие стилисты как Бабель.

Там были расстреляны… 38 комкоров, там были расстреляны 25 наркомов, 85 комбригов. А профессоров, выдающихся профессоров сколько там получили свои смертные приговоры!

Дом переходил из рук в руки. Президент когда-то сказал, что это должна быть часть музейной экспозиции. Но кончилось тем, что депутат Слипенчук из депутатов ушёл, дом этот продал, хотя всем было известно, что он отягощён вот таким токсичным прошлым, что это памятник, что это точка хранения трагичной, но памяти народа. Теперь предприниматель Давиди в этом доме делает бутик…

О. Пашина ― Парфюмерный магазин.

Д. Муратов ― Бутик, да. Вот мы поставили заголовок. Ну, а что? Да, вот такой заголовок: «Шанель №37». Значит, к сожалению, Владимир Давиди, который отличается, например, на международных рынках… Мы навели там про него справки: он добросовестный партнёр, к нему лояльное отношение крупнейших брендов, которые мы, естественно, проинформируем в ближайшее время о том, что происходит с этим бутиком.

Но он категорически отказывается и от выкупа здания, и от того, чтобы хотя бы его часть, например, расстрельные подвалы, те подвалы, в которых убивали людей, чтобы они стали частью музея, государственного музея ГУЛАГа.

О. Пашина ― Нет, ну это тогда вообще абсурд! Внизу — расстрельный музей, наверху — парфюмерный магазин?


Д. Муратов ― И на возмездной основе… А наверху — парфюмерный… Ну, невозможно запахом духов вот эту кровь перебить! Ну, так не получится, понимаете?

Есть права частной собственности. Мне говорят «Ну, это же право частной собственности». Конечно! Но есть право частной собственности, и есть право трагичной народной памяти. Такие опытные бизнесмены как Давиди проводили дью-дилидженс, последнюю проверку. Последний дилижанс уходит. Что там? А вдруг что-то не то?

Нажимаешь «Выдачу» в Яндексе или в Google, что тебе приходит? Тебе сразу приходит, что это был за дом. Поэтому мы просим и настаиваем на том, чтобы предприниматель и Администрация президента, и правительство Москвы вернулось к судьбе дома или части дома на Никольской, 23. Иначе нас снова, Оксана, научат любить Родину…

О. Пашина ― Это особое мнение Дмитрия Муратова. Спасибо. И всего доброго.





ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Спасибо, Муратов, есть ещё в России мужики!
________________________________________

Сын соседки вышел из Зоны год назад, но прожил на свободе Два месяца. При вскрытии у него почти не было почек и печени. Парню было двадцать три года.
________________________________________

Последователей людоеда иуды-сталина в стране пруд пруди, кликни только клич и завтра такой ГУЛАГ организуют, что 37-й завидовать будет.
________________________________________

У Игоря Ивановича Сечина есть опыт, как присвоить чужую Компанию, а её хозяина Михаила Ходорковского на десять лет отправить на Зону.
________________________________________

Спасибо Дмитрию Муратову и его команде! Отважный, умный, настоящий!
________________________________________

Войнович умер. Ещё одним хорошим человеком стало меньше.
________________________________________

Это безмозглое агрессивное большинство холманских, не понимающее, что под каток репрессий попадут и они, не понимающее и то, что страна нищает от бездарного руководства и это обязательно коснётся их детей. И это при всеобщей грамотности и доступности к информации. Видимо, что-то на генетическом уровне…
________________________________________

Вся страна всколыхнулась по простой причине: при советах план выполняли "хулиганкой", отсидело чуть ни треть страны. Теперь подкидывают наркоту и прочее. Многие побыли и знают.
________________________________________

31456 смертных приговоров, вынесенных в 37 году в одном доме на Никольской 23, часть которых была исполнена здесь же в подвале. Это лишь один из результатов деятельности упыря Сталина. Но коммунисты упорно продолжают восхвалять его и называть "эффективным менеджером". Действительно, "эффективность" убийственная!..
________________________________________

Всё правильно Сталин делал.
________________________________________

Если это написано за деньги — наёмник-холуй от болтологии. Если от души, то это уже диагноз души-гниды! Мозги идеологически ориентированного мерзавца так устроены, что, зная одно, он верит в другое, а говорит третье. В общем и целом запущенный дремучий сталинизм головного мозга.
________________________________________

И этот зам министра будет зам министром, а тот, который сидит за то, что не вовремя пописать захотел, будет сидеть. А некоторых пешек посадят, но не туда, где пытают такие же как они, а в другое место, где их не будут пытать и на те сроки, при которых они совсем не состарятся. А знаете, почему так? Вот и я знаю…
________________________________________

Пытки всегда проходят под разговоры о духовности. У советских была своя духовность, у наци — своя, у скрепных россиян третья, а пытки одни и те же. В УК РФ есть статья за живодёрство по отношению к животным, а к людям — нет. Что ещё можно добавить?..
________________________________________



ИСТОЧНИК

Оксана Пашина

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Беспредел (0) > Противозаконные преследования (0)
  • Власть (0) > Манипуляции (0)
  • Власть (0) > Показуха (0)
  • Власть (0) > Цензура (0)
  • Нравственность (0)
  • Власть (0) > Беспредел (0) > Тюрьмы (0)
  • Социализм (0) > Преступления (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 21.10.2018 - ВСТРЕЧАЙТЕ ТАТЬЯНУ ЛАЗАРЕВУ
  • 20.10.2018 - ПОВЕСТЬ О НАСТОЯЩЕЙ ПРОСТИТУТКЕ
  • 20.10.2018 - ОТВЕТ ГЕНЕРАЛУ ЗОЛОТОВУ
  • 19.10.2018 - НАСЛЕДНИКИ ПАЛАЧЕЙ
  • 19.10.2018 - ДЕМОДЕРНИЗАЦИЯ И ИСТЕРИЧНОЕ УПРАВЛЕНИЕ
  • 18.10.2018 - РЕНОВАЦИЯ И КОРРУПЦИЯ
  • 17.10.2018 - ПРОВАЛ РАЗВЕДКИ РФ
  • 16.10.2018 - ОГРАБИЛИ НА РУБЛЬ — ВЕРНУЛИ СЕМЬ КОПЕЕК…
  • 14.10.2018 - ТАК ПОЛУЧИЛОСЬ, МЫ НЕ ХОТЕЛИ?
  • 14.10.2018 - ВИРУАЛЬНОЕ ИНТЕРВЬЮ
  • 14.10.2018 - ДИАГНОЗ БОЛЕЗНИ РОССИИ
  • 13.10.2018 - КОНСЕРВАТИВНО-АВТОРИТАРНАЯ…
  • 13.10.2018 - О НОСТАЛЬГИИ ПО ДОНЕЦКУ
  • 12.10.2018 - НЕОБХОДИМА ПОЛИТИЧЕСКАЯ РЕФОРМА
  • 11.10.2018 - УВЕЛИЧЕНИЕ ПЕНСИЙ, А НЕ ПЕНСИОННОГО ВОЗРАСТА!
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru