Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Ваше доверие - наша победа

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[18.10.2018]

ЧЕКИЗМ ВМЕСТО КОММУНИЗМА

Виктор ЕРОФЕЕВ: писатель


Виктор ЕРОФЕЕВ:


Путин — это такая расплата за ошибки русской демократии, такая настоящая, по большому счёту, расплата. Мы платим, действительно, за своё невежество. То, что у нас не было ни Возрождения, ни Просвещения толком. Был сначала царизм, потом коммунизм, а вот сейчас такой чекизм. Ну, вся Россия сегодняшняя вышла из подворотни. Ничего удивительного. Дело в том, что там, где люди отрезаны от институтов, там творятся безобразия.

Мы уже выросли, мы перестали быть народом. Но при этом мы так и не доросли до нации. Потому что народ — это такое архаическое понятие, сказочное, где работает система архаических ценностей, которые, в общем, в XXI-м веке, прямо скажем, трудно существуют. А нация — это общность людей, у которых есть определённая политическая культура, культура политического, социального мышления.

Судя по последнему выступлению белый царь занервничал, когда он перепутал слова и, подражая Ленину, который сказал про кино, он сказал про проституцию. Это уже признак того, что нервы сдают. Но вот беда в чём. Видимо, вертикали-то уж не осталось. Там мыши и крысы съели эту вертикаль, остался просто где-то высоко правитель, а под ним такая пустота. Мне кажется, что уже вертикали настал конец.


О. Пашина ― Добрый вечер. Меня зовут Оксана Пашина, в студии программы «Особое мнение» писатель Виктор Ерофеев. Всю неделю обсуждаются события октября 1993 года и, судя по обсуждениям, складывается впечатление, что уже никто не помнит, что там было. Кто-то говорит про реки крови, кто-то говорит, что ни один депутат не пострадал, кто-то говорит, что это люди шли к Телецентру для того, чтобы высказаться. Кто-то говорит, что это были экстремисты. У вас какие воспоминания и впечатления об этих событиях?

В. Ерофеев ― Ну, я как раз в этот день уехал вместе с немецким журналистом писать статью «Где начинается Европа». Это была такая поездка из Москвы в Варшаву, довольно интересная. Поэтому я всё наблюдал в дороге. Но мне жена рассказывала, что пули свистели со страшной силой… Мы жили на Первом Смоленском.

О. Пашина ― Ну, там близко достаточно.

В. Ерофеев ― Я думаю, что это гражданская война, которая вообще в России не прекращается и идёт до сих пор. Но тогда, знаете, это было как приступ болезни, обострение. И как всегда есть люди, которые хотят разделить общечеловеческие, общемировые ценности, и есть люди, которые считают, что мы особенные, уникальные, что мы белые ангелы… Вот эти белые ангелы засели в Белом доме. Вот.

Ну, естественно, другая сторона, наша демократия, в общем-то, недоделанная безусловно. Откуда ей взяться? Опыт небольшой. Поэтому, конечно, и с этой стороны было огромное количество ошибок. И реки крови текли со всех сторон. Вот.

Но понятно совершенно, что если бы тогда к власти пришли вот те реваншисты, те, которые хотели вернуться к тоталитарному обществу или что-то подобное, то, конечно, Россия проиграла бы. Но самое печальное в том, что она и так проиграла…

О. Пашина ― Ну, вот, нас тут спрашивают: «Кто выиграл, кто проиграл?». Это самый популярный вопрос. Выиграли те, кто в конце 90-х стали называться «олигархами», кто заняли какие-то кресла во власти. А остальные-то что?

В. Ерофеев ― Ну, я не знаю, как олигархи. Я думаю, что в обществе выиграло то, что называлось тогда красно-коричневыми, да? А потом они плавно перешли просто в чекистов, которые… Вот, и возник такой спрут.

Но тут, конечно, большая вина Ельцина. Надо сказать, начиная именно с 1993 года, через чеченскую войну она и привела к Путину. А Путин — это такая расплата за ошибки русской демократии, такая настоящая, по большому счёту, расплата. Можно было, наверное, что-то сделать иначе. Был такой единственный, наверное, шанс в XX-м веке. Ну, может быть, был ещё какой-то вариант где-то на уровне Февральской революции 1917 года. А так больше шансов не было.

Но вот этот шанс в 90-е годы наши демократы его… Такое есть русское слово, мы его употреблять не будем.

О. Пашина ― Ну, мы все поняли, что имеется в виду. А вот любопытно: получается, что в 1993 году это была такая, последняя попытка активной политической борьбы. А потом — всё. Хотя, в конце 90-х у Ельцина были слабые позиции. Но не было там никакого второго Хасбулатова. Или Зюганова, или ещё кого-то?

В. Ерофеев ― Это не была политическая борьба, это была настоящая, действительно, война (1993-й год).

О. Пашина ― Так всё-таки, война или, всё-таки, война президента и парламента, Ельцина и Хасбулатова?

В. Ерофеев ― Нет-нет. Ну, просто были 2 символа, 2 знаковых фигуры, но за одним и за другим стояли определённые идеологии и определённые массы. И, вот, та масса, которая была вокруг Белого дома, (я имею в виду, демократы) проиграли, те, которые внутри, они выиграли. Так что победа оказалась пирровой.

О. Пашина ― Ещё одна важная и большая тема сегодняшнего дня — это то, что происходит в Ингушетии. И вот любопытен такой момент. О нём, кстати, сказала журналист «Новой газеты» Ольга Боброва, которая написала большую статью о том, что происходит. Получается, что ни ингуши и ни чеченцы не чувствуют себя гражданами России. Понятно, что это очень болезненная тема границ. По сути, административные границы — формальность. Ведь, за границу страны не уходят ни Ингушетия, ни Чечня, всё равно они все остаются в России. Но люди так тяжело это переживают, потому что они не чувствуют себя гражданами одной страны?

В. Ерофеев ― Ну, я не думаю, что только поэтому. Дело в том, что и та, и другая республика, может быть, и Дагестан где-то через какое-то количество времени будут поставлены перед вопросом, что им делать дальше, да? Оставаться? Уходить? И так или иначе вопрос встанет по чисто биологическим причинам (я имею в виду смену начальства).

Поэтому здесь, в общем-то, такой торг о границах — это торг о будущем, кто там проявит себя более сильным, кто проявит слабину (допустит). А так как в тех местах да и вообще в России что объединяет — культ силы: кто сильный, тот всегда прав. И отсюда все проблемы, и отсюда все эти псевдодостижения. Поэтому там такая идет борьба.

Ну, конечно, ясно совершенно, что это борьба архаических образований, потому что, ну, было бы странно, если бы вот в такой форме где-то вспыхнула на территории Европы. Но и всё равно мы знаем, что и на территории Европы та же Испания или Корсика — это, в общем, не самые спокойные регионы. Поэтому мне думается, что это в природе человеческой.

Мы в самом деле очень мало внимания уделяем человеку — всё больше уделяем социальным проблемам. Поэтому каждый раз ошибаемся в своих выводах. Просто тут есть человеческие желания чем-то обладать, над кем-то доминировать.

Вот идёт спор о границе. Ну, понятно, тут возникают лидеры. И эти лидеры превращаются в командиров. Это командиры получают удовольствие от власти, даже если и на 15 минут.

О. Пашина ― А как, по вашему мнению, можно разрешить эту ситуацию? Потому что, ну, что делать? Отложить этот вопрос? Там Чечня будет против.

В. Ерофеев ― Я думаю, что его никак нельзя будет решить, потому что, видимо, всё-таки, границы эти спорные, иначе бы не было бы такой драки, не было бы такой заварушки. Видимо, Кремль для них уже не является моральным судьей, а является лишь формальным. Поэтому между собой они договариваться — ну, это будет, наверное, или какая-то войнушка, или что-то такое, похожее на торг.

О. Пашина ― Ну вот они на митинге требуют отставки Евкурова. Они не понимают, что уйдёт Евкуров, придёт другой лидер, допустим, а вопрос-то останется всё равно.

В. Ерофеев ― Ну, они не понимают… Но дело в том, что, опять-таки, есть желание просто на этом месте тоже покрасоваться, побыть и что-то изобразить из себя. Другое дело, что, может быть, кто-то бы это сделал лучше, а, может быть, кто-то сделал хуже. Мы же это не знаем. Там и лидеры такие, не ясные для публики. Мы-то считаем, кавказские народы могут договориться между собой.

О. Пашина ― Да. В 1993-м году они договорились (пусть на словах).

В. Ерофеев ― Да. Так вот пусть и договариваются. Потому что вот эти трения между ними идут на пользу тех, которые этот регион или не любят, или недолюбливают, или готовы просто по-российски плевать на него.

О. Пашина ― Очень много тут всяких теорий и вопросов в связи с Ингушетией, конспирологические предположения о том, что Чечня определяет свои границы, чтобы отделиться от России. Спрашивают «Распад России неизбежен?»

В. Ерофеев ― Ну, вот это, наверное, самый серьёзный вопрос, который можно поставить. Мне кажется, что если мы будем двигаться вот в ту сторону, в которую мы движемся, и уже заметна агония власти. И я бы на месте, например, Петрова-Водкина написал бы такую картину «Агония белого царя», а не «Купание красного коня».

То есть, в общем, действительно, есть все несчастные предпосылки для того, чтобы разлетелась в клочья вся эта история. Поэтому тут надо как-то останавливаться и переосмыслять события. Конечно, хочется, чтобы Россия сохранилась, потому что, всё-таки, Россия — это замечательная культура, это замечательный язык и много замечательных людей. Просто. Не художников и поэтов, а просто замечательных людей.

Но есть какие-то силы, которые, действительно, центробежные, и эти силы не либералов и не оппозиционеров. Хотя, оппозиционеры, к сожалению, собраться в кучу тоже не могут. Вот. Это вот какие-то раздирающие силы тех самых людей, которые хотят ввести, вот, самые такие архаические представления о том, что такое государство, о том, что такое власть, о том, кто они такие. Ну вот, мы платим, действительно, за своё невежество. То, что у нас не было ни Возрождения, ни Просвещения толком. Был сначала царизм, потом коммунизм, а вот сейчас такой чекизм. Вот такая вот забавная история получилась.

О. Пашина ― А в этой ситуации центральная власть что-то может сделать (так называемая вертикаль)? Или белый царь уже всё?

В. Ерофеев ― Ну, дело в том, что, видимо, там вертикали-то уж не осталось. Там мыши и крысы съели эту вертикаль, остался там просто где-то высоко правитель, а под ним такая пустота. Потому что все остальные, как бы, не котируются за исключением, наверное, тех вопросов, которые обсуждаются в низковедомственном отношении. Ну, есть там, наверное, ещё пара-тройка человек, которые могут добежать. Мне кажется, что уже вертикали настал конец.

И отсюда и есть ощущение, что белый царь занервничал, судя по последнему выступлению, когда он перепутал уже слова и, подражая Ленину, который сказал про кино, тут он сказал про проституцию. Это уже признак того, что нервы сдают. Но вот беда в чём. Он и сам об этом говорил, у себя в книжке писал (или диктовал), что когда загоняют в угол, то…

О. Пашина ― Да. Крысы начинают сопротивляться.

В. Ерофеев ― Да, начинают сопротивляться. И здесь, поскольку, в общем, он, в общем, по характеру такой, безжалостный аналитик, то это может кончиться просто серьёзным военным столкновением с Западом. Потому что последние годы антизападная позиция страны не только демонстрируется, но она уже претворяется в жизнь. То есть можно жестами, так сказать, а тут уже пошли военные действия, когда Европа становится просто, действительно, театром военных действий. Вот. Туда насылается просто большое количество разного военного народа, и они там, значит, располагаются.

Вообще вот эти действия напоминают, собственно, послевоенную атмосферу, когда до 1947 года по Европе разгуливали люди, которые могли отвезти в Советский Союз. А я помню, как мне посол российский во Франции показывал гараж в резиденции своей на Рю де Гренель и говорил: «Ты не представляешь, сколько там закопано белых офицеров». То есть их отлавливали советские в Париже…

О. Пашина ― А как они их находили? Каким образом?

В. Ерофеев ― Да просто в русских кафе.

О. Пашина ― Это какие-то разведчики?

В. Ерофеев ― Конечно.

О. Пашина ― Или просто сидишь в кафе, говоришь по-русски и всё?

В. Ерофеев ― Ну, нет: они знали, кого отлавливать тогда. Они убирали тех, которые могли представлять угрозу для советской власти. То есть они уже, естественно совершенно, не являлись гражданами Советского Союза, они были иностранцами или имели свой паспорт, такой, нансеновский. И мне кажется, что вот эта тенденция…

О. Пашина ― А какую угрозу они могли представлять? Не знаю, они что-то замышляли там? Контрреволюционное?

В. Ерофеев ― Дело в том, что, конечно, почти все они мечтали о том, чтобы власть большевиков кончилась. Но дело в том, что реальной угрозы так и не случилось. Были попытки, но сами знаете, не получилось.

А этих людей в 20-е и в 30-е годы возили в посольство, и там огромное количество, видимо, трупов лежит в гараже. Вот. А я там детство провёл вот в этом здании. Так что вот встречал. Потом мне как-то посол говорит: «Вот, зайди посмотри». И там огромный гараж, и там, вот, прямо хоронили, хоронили и хоронили. И поэтому это традиция.

О. Пашина ― Но убивали-то тайно, наверное? Не расстреливали же в центре Парижа?

В. Ерофеев ― Нет, конечно…

О. Пашина ― А потом говорили «Да они были подонки и предатели».

В. Ерофеев ― Набрасывали какую-то, там не знаю… Ну, то же самое, хлороформ, там что-то такое, от чего человек терял сознание, и потом душили, резали, наверное (что-то такое делали). Но понимаете, дело в том, что это возникает такая традиция, чекистская традиция, да?

О. Пашина ― Ничего не меняется.

В. Ерофеев ― А эти тоже ребята чекисты. Они никогда не сказали, что мы отменяем эти законы.

О. Пашина ― Методы только становятся более… Они как-то резче начинают действовать.

В. Ерофеев ― Ну, те тоже действовали резко. Просто мне кажется, что мы здесь недооцениваем, что это традиция. И ещё очевидно, эта методика их образования говорит о том, что там не люди. Ну, не считаются те люди за людей. Поэтому они вызывают хохот гомерический, когда те нелюди начинают чего-то там вякать про свободу, про совесть, про агрессию. Это смешно.

О. Пашина ― Так, всё-таки, смешно или, всё-таки, президент чувствует себя загнанным в угол?

В. Ерофеев ― Так смешно-то смешно, но тут его вот эти смешные недочеловеки и загнали в угол! И, действительно, ведь, эта речь говорит о том, что та версия, которая стояла вообще просто колом перед всем миром, она стала наклоняться как все наши заборы по всей стране. И вот сейчас вот-вот упадёт. А значит, уже, оказывается, надо придумывать другую версию. А какую же другую версию, если те были туристами? А теперь они уже кто? Непонятно.

О. Пашина ― Те были туристами, к Скрипалю не было никаких претензий.

В. Ерофеев ― Наоборот, хотели добраться до него и проверить, как его здоровье.

О. Пашина ― Как он там поживает.

В. Ерофеев ― Да, да, да.

О. Пашина ― И претензий не было, и вообще мы ничего не знаем. А теперь мы всё знаем, и он был негодяем, и так и надо.

В. Ерофеев ― Да. Подонком, да. И «так и надо», и там, конечно, ещё эта фраза прозвучала про эту женщину. Ну, в общем… Вот, говорят «Вот, из подворотни». Ну, вся Россия сегодняшняя вышла из подворотни. Ничего удивительного. Просто бывают разные подворотни.

О. Пашина ― Ну и президент России тоже вышел…

В. Ерофеев ― Так в том-то и дело.

О. Пашина ― Из какой там? Лиговской подворотни.

В. Ерофеев ― Да.

О. Пашина ― Но это подворотня подворотне рознь.

В. Ерофеев ― Да. Просто аристократы вот там отдыхают в гараже. В Париже.

О. Пашина ― Хорошо. А вот это заявление о том, что да, предатель, подонок и все разведки делают так. Можно ли это считать косвенным признанием, что «да, мы это сделали и отстаньте уже от нас? Это такая ерунда. Ну, вы же сами все это делаете»?

В. Ерофеев ― Ну, мне кажется, что это даже не косвенное, а это такое…

О. Пашина ― А прям прямолинейное?

В. Ерофеев ― Да. Такое, вполне очевидное признание. И действительно, уже, как бы, надо закрыть этот инцидент и жить дальше, продолжать войну.

Понимаете, дело в том, что, ведь, не все раскрывают какие-то свои планы. А планы сильно поменялись ещё до Мюнхенской речи. И когда я встречался в нулевые годы с нашим дипломатом, было видно, как это потихоньку развернулось. Значит, сначала ставился вопрос о том, как нам влиться в мировую цивилизацию. Но оказалось, что очень трудно туда вливаться, потому что надо при этом бежать за Португалией, а Португалия живёт лучше и так далее, и так далее. Вместо того, чтобы вливаться, тогда, значит, решили, что наши просто ценности — это единственные ценности, все остальные — недоценности.

О. Пашина ― А у них всё неправильно?

В. Ерофеев ― У них всё неправильно. И тогда всё перевернулось. Это уже от какой-то импотенции, от какого-то бессилия. Но это не значит, что это импотенция наших людей. Это значит просто неумение организовать так, чтобы наши люди могли что-то реально сделать.

О. Пашина ― А они теперь отстанут от нас после этого заявления Путина? Ну, как бы, всё сводится к конфликту разведок, спецслужб. Ну, да, там мы переборщили немножко со своими методами, но это, в общем…

В. Ерофеев ― Нет, наоборот, я думаю. И этого выступления они не ожидали. Это такая форма оголения, ну, в общем, своей собственной сущности. А чего писателю-то тут интересно? Кто бы так вот взял и оголился? Даже Трамп, который просто, видимо, тоже один из политических эксгибиционистов, он бы так не сказал.

О. Пашина ― Он в Twitter’е, в основном, пишет.

В. Ерофеев ― Да. Но, вот, насчёт, всё-таки, вот этой женщины несчастной, бомжихи, как её определили, такое же, всё-таки, ну, для западной цивилизации невозможно. То есть, мне кажется, что они ещё надеялись на то, что, вот, когда прижмут, они скажут «Да. Ну ладно, больше не будем». А здесь сказали «Нормально. Будем продолжать».

О. Пашина ― «И вы сами такие. А вот в Америке негров вешают…».

В. Ерофеев ― Да.

О. Пашина ― Опять же, это всё та же наша излюбленная аргументация.

В. Ерофеев ― Но надо сказать, что в Америке вешали негров, но цивилизация иногда приводит к прогрессу: и негров меньше стали вешать, и линчевать меньше. А в каких-то других странах всё так и осталось.

О. Пашина ― На ваш взгляд, чем завершится эта история со Скрипалями, Петровым, Бошировым? Очной ставкой Боширова и Чепиги, может быть? Нет?

В. Ерофеев ― Она ничем не завершится. Просто это уже какой-то начинается не политический, а метафизический ужин… ужас. Да и ужин, кстати говоря, и ужин тоже (не случайная оговорка по Фрейду). То есть, потому что это уже… питание другой ненавистью, другими представлениями о добре и зле, и получение от этого удовольствия. Это уже какой-то очень сильный садизм возникает — уже просто на всё наплевать.

Потому что те тайные задачи, которые были поставлены (там, разрушить Европейский Союз)… Кстати, и в 50-е годы, когда мой отец работал в Париже, там тоже перед ним стояли ровно такие же задачи — не допустить Евросоюза, разрушить связь между Америкой и Европой. То же самое!.. Сейчас такие же задачи стоят, и это, конечно, антизападная абсолютно линия, которая как-то прикрывалась, а теперь стала совершенно очевидна.

О. Пашина ― Мы уже упомянули про 282-ю статья за «лайки» и репосты. Сажать всё равно будут, но не с первого раза. Как вы считаете, это победа общества, которое протестовало и выходило на тот же Марш матерей? Это попытка Путина поднять свой рейтинг? Это окончание выборов и можно расслабиться, и немножечко отпустить вожжи?

В. Ерофеев ― Прежде всего я в полном восхищении от Марша матерей. Я считаю, что это одно из каких-то невероятно мощных событий в нашей новейшей истории, потому что вот с этими игрушками вот так всё изобразить — эта акция, конечно, заслуживает уважения. Так что вписалось.

Но с другой стороны, наверное, и властные структуры кое-где и кое в чём были недовольны этим, потому что тогда уже надо было, действительно, или всех сажать, или выборочно. Но не понятно тогда, почему, по какому принципу этих, а не тех? Запутались.

И я не думаю, что это либерализация. Но с другой стороны, действительно, как и в сталинские времена, 1938-й год прогремел, а в 1939-м кого-то отпустили, когда пришёл Берия. Так что, в общем, можно сказать, что была весна имени товарища Берии? Ну, наверное, нет. Ну, вот, что-то такое было. Ну, знаете, это всё в рамках одной системы, ничего толком не меняется. Но слава богу, что будут меньше сажать и этому можно радоваться по-человечески.

О. Пашина ― Но они зато будут больше сажать тогда, наверное, по другим статьям. Там есть ещё много замечательных статей — за экстремизм, за оскорбление чувств верующих. Что там ещё? За нацистскую, экстремистскую символику какую-нибудь?

В. Ерофеев ― Всегда можно найти, за что посадить.

О. Пашина ― Ну да. Тем более если план нужно выполнять.

В. Ерофеев ― И план, и если такая судебная система, то это… У нас самая демократическая была Конституция 1936 года, а потом наступил 1937-й год! Так что…

Дело в том, что там, где отрезаны, действительно, люди от институтов, там творятся безобразия. Но там, где ещё люди сами отрезаны от самих себя, там тоже безобразия. Потому что смотрите, мы уже выросли, мы перестали быть народом. Когда мы говорим «народ», это уже ошибка, потому что народ — это такое, архаическое понятие, сказочное, где работает система таких, архаических ценностей, которые, в общем, в XXI-м веке, прямо скажем, трудно существуют.

Но при этом мы так и не доросли до нации. Потому что нация — это такая общность людей, у которых есть определённая политическая культура. То есть они не думают одинаково, но у них есть культура мышления политического, социального и так далее. Понимаете?

О. Пашина ― А мы кто? Население?

В. Ерофеев ― То есть мы провисли такой задницей между двух стульев, между нацией и народом. Довольно сложная позиция. В общем, в какой-то степени когда-то кто-то тоже это проходил. Но, понимаете, когда-то, но не в XXI-м веке. И поэтому эта ситуация уникальная, потому что в XXI-м веке уже, в основном, сформировались нации, если мы берём тот самый мир, с которым мы хотим или дружить, или воевать в зависимости от наших представлений о добре и зле.

О. Пашина ― А кто мы? Жители какой-то местности?

В. Ерофеев ― Нет, ну, дело в том, что у нас не сложилось государство, да? Потому что когда не достроили институты, получилось недогосударство.

О. Пашина ― По-моему, у нас очень жёсткая государственная система.

В. Ерофеев ― Нет.

О. Пашина ― У нас Кремль, вертикаль, губернаторы.

В. Ерофеев ― Жёсткая государственная система — это не государство. Это говорит о том, что оно недогосударство, которое держится на сваях этой жёсткой системы. Государство — это система мощных институтов, которые, кстати говоря, так уравновешивают друг друга, что если один институт выходит из строя, то его заменяет другой или третий, пятый-десятый. А поскольку здесь не достроены были эти институты, которые вообще практически мало когда существовали… Я даже думаю, что они не существовали (эти институты права). Поэтому вот такая история и получается. Я не говорю, что это вина наших… ну, вот, теперь можно сказать «жителей», если хотите, да?

О. Пашина ― Ну да.

В. Ерофеев ― Я могу только сказать, что просто так получилось в истории, что не получали эти люди политического образования. А если не получили, так такими людьми легче, в общем, руководить до поры до времени, потому что потом начинается, конечно, дикая резня и пальба, как было это в 1993-м году.

О. Пашина ― Ну, а что им делать (жителям)? Вот, они пошли на выборы как законопослушные жители, не захотели голосовать за кандидата-единоросса, проголосовали за ЛДПРовца. Ну, а какая разница?

В. Ерофеев ― Нет, ну это просто показатель того, что тесно им, понимаете? Если вас душат, то всё равно — вас всё равно повесят. Но, в общем, если вы хватаетесь и оттягиваете верёвку, то это значит, вы думаете, что как-то просуществуете дальше. Нет. Если есть протестное голосование, как и Марш матерей, это замечательное явление, имеющее какой-то здравый смысл (я бы так сказал).

О. Пашина ― Это протестное голосование.

В. Ерофеев ― Да, протестное голосование, конечно. В итоге Марш матерей не приобрёл общероссийскую характеристику.

О. Пашина ― И здесь два или три региона, да.

В. Ерофеев ― И здесь то же самое, да.

О. Пашина ― Из 80-ти.

В. Ерофеев ― Но другое дело, что просто, ведь, так получается, что если нет институтов и если есть протестное недовольство, и если есть грубые ошибки власти с пенсионной реформой, например, то, конечно, может быть взрыв в любой момент. И получается, что если вертикали власти нет (она отрезана как-то и распилена, то есть власть вообще висит в воздухе), получается, что никакая Росгвардия не остановит революцию, если она начнётся.

О. Пашина ― Вот, Дмитрий спрашивает: «А чем вы можете объяснить, что наш народ пассивен, не ходит на митинги, а на Западе население этих стран протестует по любому поводу?» Ну вот, например, та же пенсионная реформа — разве это не повод? А выходит 100, 300, 500 человек.

В. Ерофеев ― Ну, вот, насчёт народа мы поговорили, да? Значит, народ — он как-то по-своему ходит, на свои митинги, такие, народные. Этих митингов как-то мы не ожидаем, и их уже время прошло. Понимаете, вот, я как-то заметил, что когда ты едешь в сторону Смоленска, Белоруссии и дальше, то вот там огромное количество всяких магазинчиков. Так магазинчики там такие: Рыбалка, Охота и Камуфляж.

О. Пашина ― Потому что там леса.

В. Ерофеев ― Нет, потому что вот это больше всего спрашивают. Поэтому Рыбалка, Охота и Камуфляж. Так вот, вот эти люди не ходят на митинги. Ну, зачем? Они ходят на рыбалку. Они ходят в баню. Огромное количество бань.

О. Пашина ― В Белоруссии на митинги ходить ещё проблематичней, чем в России, по-моему.

В. Ерофеев ― Я думаю, что теперь стало менее проблематично.

О. Пашина ― Менее?

В. Ерофеев ― Я думаю. Я не знаю, тут трудно взвесить. Можно сказать, обеим сторонам хуже. Но, всё-таки, мне так представляется… Дело в том, что в Белоруссии начался какой-то очень такой, скрытый процесс формирования позитивного отношения к жизни. Вот, хорошо построить дорогу, правильный ресторанчик завести и прочее. Когда едешь в Белоруссию, разница чувствуется очень быстро.

О. Пашина ― То есть там не притесняется какая-то инициатива?

В. Ерофеев ― Там не притесняется здравый смысл на уровне быта.

О. Пашина ― А почему у нас притесняется? Я вот помню, были какие-то новости. Человек где-то там тоже что-то отремонтировал дорогу, что-то там покрасил и его привлекли…

В. Ерофеев ― Оксана, вы задаёте очень серьёзные философские вопросы. Дело в том, что у нас здравый смысл ведёт к виселице. Мы здесь должны выживать, а, значит, мы должны быть юродивыми, петлять. Ещё Аверинцев когда-то, когда я молодым пришёл и стал рассказывать, какой был ужасный 1937-й год. Он так на меня вылупил глаза и сказал: «Я этого не понимаю». Я говорю «Ну, Сергей Сергеевич, ну, 1937-й год». Он говорит «Какой 1937-й?» А потом он говорит «Я юродивый». И поэтому писал о Шпенглере, кстати. Вот.

И здесь это всё остаётся. Или как, вот, Лосев, который никак не мог понять, почему я его спрашиваю о Мейерхольде. Он говорил «Это же враг народа!». Я говорю «Ну, Алексей Федорович, ну, это же давно, давно!» А это память сильнее всего, понимаете? То, что его реабилитировали, это не важно. А то, что его осудили, и то, что Зинаиде выкололи глаза, и вообще всё прочее, вот это остаётся навсегда!..

Вдруг Лосев повысил голос и говорит: «Её топором зарубили!» И стал меня гнать из дома как провокатора. Потом пришла дочь, говорит «Ну, подождите, не гоните. Это же пришёл человек нового времени». Это был 1985-й год.

О. Пашина ― Ну, у нас неисправимая страна и неисправимая ситуация. Мы только что говорили про декриминализацию 282-й, и тут же приходит новость: на жителя Саратова завели дело о разжигании ненависти к женщинам. Он создал в социальной сети паблик «Мужское государство». Всё. Вот, уголовное дело.

В. Ерофеев ― Нет, ну, конечно, на каком-то уровне существует замечательный здравый смысл. И если там придёшь в гости, и если тебя каким-то образом встретят и если тебя любят, если с тобой дружат, ситуация здесь совсем неплохая. Не будем совсем уж так опускать руки и говорить, что тут ничего не удалось.

Но вот как только мы выходим из комнаты, если это коммуналка, или из квартиры, то там наступает Полярная ночь и там могут тебя съесть сразу! Коммунальная квартира же — вышел в коридор, и это уже ты как на улице. А вот если ты прилетел самолётом в аэропорт Шарль-де-Голль во Францию, то у тебя возникает ощущение, что ты уже в квартире!.. То есть прямо всё по разному! Просто кто-то одомашнивает страну, а кто-то, наоборот, превращает её в поле боя…

О. Пашина ― Но получается, что наши люди умеют жить и по чужим правилам. Потому что достаточно посмотреть, как меняются люди, вылетая из Москвы и высаживаясь из самолёта в том же Шарль-де-Голле?

В. Ерофеев ― А вот не скажите.

О. Пашина ― Нет?

В. Ерофеев ― Дело в том, что я… 4 года каждое лето ездил в Вермонт и смотрел. У меня было ощущение, что люди не меняются. Они как, вот, и выехали из страны, так вот и умерли, и уже там ходят совсем тенями. Дети — да, дети уже другие. И, кстати говоря, внуки — третье поколение. Внуки уже мечтают выучить снова русский язык, а дети ходят такие — грудь колесом, как у американцев, не впалые такие. Вот.

А эти ходят, вот… Вот, уехал в 1974-ом, он считает, что страна осталась в 1974-ом году. Начинаешь ему говорить про 1976-й, он уже не понимает.

О. Пашина ― Время остановилось?

В. Ерофеев ― Да. Уехал в 1945-ом, ушёл с фашистами, он считает, что там осталась поразительная эта… какая-то уникальная страна. Это, вот, Вермонт — это Middlebury School, которая… Ну, в общем, что можно сказать? Это одно из лучших заведений, где русский язык учат. Вот там видно, что истории у нас нет — есть только призраки.

О. Пашина ― Ну а наше время не останавливается, и оно полностью совершенно истекло. Я благодарю вас. Всего доброго. Спасибо, до свидания.

В. Ерофеев ― Не грустите.







ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Наконец-то и у Ерофеева наступило мозговое прояснение в мозгах. Путин есть оказывается расплата за 90-е. Это уже прогресс, только бесполезный. Достаточно было при приватизации учесть интересы народа, и Путина не было бы. Например, либеральные экономисты утверждают, что нельзя было провести честной приватизации. Поверим на миг супостатам, но можно было новых собственников обязать работать на страну. Налоги по прогрессивной шкале — в России, перепродавать бесплатно полученную собственность нельзя, только государству и бесплатно, оно найдёт нового собственника…

Путин — расплата за жадность и слабоумие всей российской либерастни. А на чёрных и белых народ делил не Верховный Совет, а Чубайс с его апологетами. Сегодня послушайте комментаторов от либерастни. Как они стонут по тупости народа. Вот они, белые, всё понимают в жизни, они развитые, а народ тёмный и зомбированный — чумазые совки. Вот кто делит народ на умных и дураков — либеростня, которая называет себя просвещённым меньшинством.
________________________________________

Только о сущностном. Помнится, лет эдак сорок я читал в советское время книги "Академкниги" о "блуждающем Возрожденье", которое в Грузии было аж при "Витязе в тигровой шкуре", а в Армении при философе Пселе, а уж потом дошло до Данте в Италии, Вийона во Франции, Шекспира в Англии и т.д. То есть, в одно и то же время разные страны существовали в разных эпохах, что показательно и для России, в которой её Возрождение, вне всякого сомнения, началось с войны 1812 и с юного Пушкина. И далее стремительность возникновения русской культуры, и литературы в частности, абсолютно невероятна, ибо уже к концу века в ней поздний Лев Толстой и завершающие этот период возникновения — Чехов и Горький. Почему так?

Потому, что всё это возникает в контексте минимум пяти уже многовековых состоявшихся великих культур, и не случайно все писатели этого века владеют свободно хотя бы одним иностранным языком, позволявшим усваивать все европейские достижения. А стремление молодой культуры к преодолению всех влияний порождает исходную её великость и всемирность. Причём это Русское Возрождение к концу века создаёт свои философские школы, так что в этом плане Россия должна была в 20-е годы 20-го столетия стать Русскими Афинами, кабы все эти философы не оказались за её рубежами, благодаря г-ну Ульянову В.И.

Но что особенно важно, слом эпох 1914-1921 гг. дал русской культуре столь небывалую и уникальную реальность, что после периода декаденстких поисков нового она впервые обрела собственную первичность, которая бы должна была затем развернуться в некое всемирное её первенствование, если бы с начала 30-х она не была загнана в служебность, необходимую реализатору идеи Мировой Революции во имя Мирового Коммунизма посредством Великого Похода Освобождения (от взращённого для этого фашизма, а затем и от всей капиталистической формации) тов. Сталиным И.В. Так что нам бы следовало больше думать о восстановлении связи времён для реализации возрожденческих начал нашей литературы, а не сетовать над её никогда не существовавшей отсталостью. Гений и убожество живут в одно время.
________________________________________

Народа нет, нации нет, государства нет… Что же у вас, засранцев, что ни возьми — ничего нет! Начинаете суетиться только тогда, когда жратвы уже нет…
________________________________________

КГБ был особым инструментом защиты трудового народа от буржуев, врагов Советской власти, бандитов и иностранной агентуры. А в годы Войны, как и во всех странах мира, ликвидировал вражескую агентуру.

И что вы имеете против этого? Предатели и изменники, типа Путина, даже не замарали честь чекистов. У нас принято говорить: вот в рядах КГБ замарали честь. Так говорят только дебилы и бестолочи. А как надо? Надо вот так: В КГБ проник один из врагов Советской власти — Володя Путин.

Путин — есть подлый предатель Советской Родины, как и Скрипаль, которого он поносил. То есть, Путин не лучше Скрипаля, а может и хуже, потому что нанёс стране несоизмеримо больший урон, по сравнению со Скрипалём.
________________________________________

Одомашнивать страну! Великолепно сказано! Вот что значит писатель! А в это же самое время в помоечной путинской России с успехом продолжается уже 101-й год большевистско-чекистский эксперимент над людьми!.. С кровью, говном, нищетой, разложением, с убийствами и грабежами!.. В общем, всё как обычно, только вот и большевики и чекисты наворовали в России уже столько, что стали долларовыми миллиардерами.
________________________________________

Вот что значит писатель, упомянувший европейскую культуру…
________________________________________

Мы за невежество все платим,
Нет Просвещенья до сих пор,
И даже измельчал писатель, —
Идей не русских мелкий вор.

Не говоря о Возрожденье,
Какой-то чёрный тут квадрат.
Одно на веки увлеченье —
Искать ответ: «Кто ж виноват?

Царизм тут был не просвещённый.
И коммунизм, ещё темней.
И вновь царизм, но извращённый, —
Царизм былых секретарей.

Возможно, если б, в сорок первом,
Мы всё бы сдали по Урал,
Этап наш тёмный был бы прерван?
Глядишь, и светлый бы настал?

Освободил бы кто, глядишь.
Де Голль — освободил Париж…
________________________________________

"Во всякой революции по трупам героев к власти приходит серая сволочь" (Маркс) и устанавливается вовсе не социализм, а номенклатурная деспотия со всеми вытекающими…
________________________________________

Браво! Великолепно! И это дерьмо присвоило себе право поучать нас? Рассказывать про "кровавый коммунистический режим"? Призывать к какому-то "покаянию"? Побольше бы такой информации про лицемерную либерастню.
________________________________________

Вы, извиняюсь, кем будете? Дети кухарок и лакеев? Никто вас не собирается учить. Дурака учить, только портить. Вы завистливы, глупы и трусливы. У вас нет личной храбрости, вы храбритесь только в толпе себе подобных. У вас для этого даже пословица есть «на миру и смерть красна». Это вас пинками под зад можно гнать на пулеметы, а потом вы себе придумаете, что бежали не от трусости, а от смелости.
________________________________________

Ерофеев про чекистов всё понимает:)) Кстати, не стоит презирать бывших шпионов, чекистов, НКВДэшников, пропагандистов марксизма-ленинизма, антисионистов. Из этих гнёзд вышли выдающиеся деятели современности, которые мужественно отреклись от дел своих дедов-отцов-матерей:
А. Венедиктов (внук члена военного трибунала, сотрудника НКВД);
Е. Альбац (дочь сталинского разведчика);
К. Боровой (сын заведующей особым отделом Железнодорожного райкома партии);
А. Невзоров (внук генерала МГБ);
Н. Сванидзе (сын партийного деятеля и борца с сионизмом);
Б. Акунин (внук чекиста);
В. Ерофеев (сын личного переводчика Сталина и помощника Молотова).
________________________________________

В России, конечно, много замечательных людей, но есть еще больше не очень замечательных. Спросите украинцев, англичан, сирийцев, точнее родственников тех сотен тысяч, убитых русскими. Посмотрите на Россию со стороны, да и изнутри тоже не мешает. В теперешнем своём виде Россия угрожает большинству собственных граждан (слышали про сокращение населения, даже с учётом мигрантов), и угрожает цивилизованному миру. С неадекватным президентом уже неоднократно грозившим применить ядерное оружие и грубо нарушившим все установленные послевоенные законы и прямые договоры, подписанные Россией.
________________________________________

Если выбросить словесную шелуху про пятую колонну и 90-е, то в сухом остатке остаётся вывод о редкостной безмозглости верных ленинцев-сталинцев, которые сами не ведают, что творят. А я и ранее утверждал, что идея государства, состоящего исключительно из тех «кто был ничем», она же диктатура худших, изначально бредова.
________________________________________



ИСТОЧНИК

Оксана Пашина

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Беспредел (0) > Преступления (0)
  • Власть (0) > Беспредел (0) > Разжигание розни (0)
  • Власть (0) > Путин (0)
  • Персоналии (0) > Ельцин (0)
  • Политика (0) > Внешняя политика (0)
  • Политика (0) > Внутренняя политика (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 14.11.2018 - УПРОЩЕНИЕ УПРАВЛЕНЧЕСКОЙ ВЕРТИКАЛИ
  • 14.11.2018 - «ПАПУ РАССТРЕЛЯЛИ В ДЕКАБРЕ 1937 ГОДА»
  • 14.11.2018 - ЗАЧЕМ ПРИХОДИТЬ К СОЛОВЕЦКОМУ КАМНЮ?
  • 13.11.2018 - РЕПРЕССИИ В ТИШИНЕ
  • 13.11.2018 - КОМУ НУЖНА ВОЙНА МЕЖДУ РОССИЕЙ И США?
  • 12.11.2018 - ПРЕДЧУВСТВИЕ ПОСЛЕДНЕЙ ВОЙНЫ
  • 10.11.2018 - ИНТЕРВЬЮ ВЛАДИМИРА СОРОКИНА
  • 10.11.2018 - ВОЗВРАЩАЯСЬ К ИСТОРИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ
  • 09.11.2018 - ПАРТИЯ НРАВСТВЕННОГО ВЫБОРА
  • 09.11.2018 - СУТЬ ПОЛИТИЧЕСКИХ НОВОСТЕЙ
  • 08.11.2018 - ОБСТОЯТЕЛЬСТВА СМЕРТИ СЕРГЕЯ ТИХОНОВА
  • 08.11.2018 - СЕКРЕТЫ КОНСТИТУЦИИ
  • 07.11.2018 - НЕ РАССЛАБЛЯЙТЕСЬ!
  • 06.11.2018 - ГЕРОИЗАЦИЯ УБИЙСТВА
  • 06.11.2018 - ПОРА ПОДУМАТЬ О ЛЮДЯХ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru