Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[13.02.2019]

НЕУВАЖЕНИЕ ВЛАСТИ К ГРАЖДАНАМ

Евгений РОЙЗМАН: политический и общественный деятель, бывший мэр Екатеринбурга, депутат Государственной думы IV созыва, основатель фонда «Город без наркотиков», поэт, почётный член Российской академии художеств, член Союза писателей России, мастер спорта


Евгений РОЙЗМАН:


Происходит многое, что демонстрирует неуважение власти к гражданам страны. Это не рассасывается, аккумулируется потихоньку. Та же пенсионная реформа. Всем предстоит ощутить это на себе, это недовольство никуда не денется. И многое другое: и повышение акцизов, и постоянный рост цен, и уничтожение продуктов. Я думаю, что уничтожение продуктов за последние годы — это вообще одна из самых идиотских инициатив. Когда начинают давить продукты бульдозерами в стране, которая пережила блокаду, массовый голод — это кощунство!.. Только голод с 1932 на 1933 год унёс минимум 7 млн. человек.

Януковичу инкриминируют измену родине. А у нас был беглый президент, мы его укрывали. А сейчас мы укрываем осуждённого преступника. Поэтому ситуация достаточно сложная, но Украина вправе решать свои проблемы так, как считает нужным, не выходя за рамки международного законодательства.

Если быть абсолютно прагматичными, то, конечно, надо сейчас поддерживать вновь провозглашенного спикера парламента Венесуэлы. Тогда есть шанс вернуть деньги или встать хотя бы в очередь на возвращение этих денег. Поддерживать отношения с Мадуро бесперспективно — всё кончено, это отыгранная история. Отыгранного диктатора поддерживать — так себе занятие. Тем более, мы точно так же понимаем уровень его легитимности. Вполне возможно, надо на других ставку делать.

Пусть оно там бурлит себе в Интернете. Есть уголовный кодекс. Он предусматривает всё. Есть прямая клевета, есть возбуждение всякой розни, и так далее. Уголовный кодекс всеобъемлющий, всеохватывающий. Известна очень красивая история: когда к отцу Александра Македонского, Филиппу (к тому времени набравшему мощь, вся Греция была под ним), пришли и сказали: «Филипп, накажи афинян, они тебя бранят». Он удивился и ответил: «А если я их накажу, они что, меня хвалить начнут?» Это про «закон Клишаса».

Конечно, хотелось бы, чтобы люди получали хорошее высшее образование, чтобы получали классическое образование, чтобы применяли на практике его. Просто хотелось бы, чтобы уровень был выше. Потому что чем выше уровень парламента, тем выше уровень страны.


Я. Широков ― Добрый день! В студии Яков Широков и Инесса Землер, и с нами на прямой линии политик Евгений Ройзман из Петербурга.

И. Землер ― Евгений, Виктор Янукович изменял своей родине или нет, как вы думаете?

Е. Ройзман ― Думаю, да.

И. Землер ― Почему?

Е. Ройзман ― Два года от него ждали евроинтеграции, он это декларировал. За небольшое время до подписания его вызвали в Москву. И он полностью изменил своё мнение. И естественно, в ноябре начался Майдан. И ничего бы не произошло, если бы этот Майдан в ночь с 29-го на 30-е ноября не начали разгонять. Ладно бы — разогнали. А они начали жестоко избивать людей, по-настоящему. Просто ломали студентов, молодых. И на следующий день там было уже полмиллиона человек. Это то, с чего всё началось. А потом произошло, уже все знают, что было. И я считаю, что Украина вправе это расценивать как измену родине.

И. Землер ― На ваш взгляд, это подпадает под юридическое определение измены родине?

Е. Ройзман ― Здесь очень много политической составляющей, поэтому мне сложно, да я и не могу судить за Украину. Но они с этой ситуацией, как я понимаю, разбирались. У них в 2014 году были приняты поправки, которые позволяют это делать. Как сказал генпрокурор Украины: «Это законы против воровской элиты, сбежавшей с награбленными деньгами». Поэтому это, как я считаю, дело Украины — как и что судить. Кровожадности особой они не выказали, то есть они не поступили так, как с Каддафи…

И. Землер ― Ещё бы.

Е. Ройзман ― Суд был публичный, но у нас сейчас такая ситуация интересная. У нас был беглый президент, мы укрывали его. А сейчас мы укрываем осуждённого преступника. Поэтому ситуация достаточно сложная, Украина вправе решать свои проблемы так, как считает нужным, не выходя за рамки международного законодательства.

И. Землер ― Не кажется ли вам (извините, не люблю этот оборот, но всё-таки), если бы обвинение было более чётко выверено, и если речь идёт о коррупции, то это было бы обвинение в коррупции. Если речь идёт о неправомерном применении силы, то это было бы обвинение в неправомерном обвинении силы, а не такое глобальное — «измена родине», более тонко воспринималось бы это обвинение со стороны?

Е. Ройзман ― Я полностью с вами согласен. Конкретизация каждого деяния сыграла более бы такую роль. «Измена родине» — это слишком общее, но я полагаю, его так и воспринимают. Ещё раз — мы живём в России. А это Украина, это другая страна.

И. Землер ― Но у нас у всех общее прошлое, когда палачей народных осуждали за какой-то шпионаж в пользу Англии. Тоже вроде не то — не за то судили.

Е. Ройзман ― Было и такое. Но здесь процесс был достаточно публичный и открытый. Никто не мешал защищаться и обороняться, приводить доводы, привлекать СМИ. Поэтому — ещё раз — самое главное, что Янукович жив и здоров. Я считаю, это самое главное в этой ситуации. Как Украина воспринимает своего бывшего президента — это не нам решать.

Я. Широков ― Он остаётся в России, и мы его вряд ли выдадим. Поэтому это теперь и наша проблема.

Е. Ройзман ― Вот насчет «выдадим»… Я тоже считаю, что здесь момент настолько сложный — пусть всё остаётся как есть, так лучше всего.

И. Землер ― А у нас разве кто-то требует его выдать?

Е. Ройзман ― Да нет, я думаю, что никто и не будет особо требовать. И они там тоже не знают, что с ним делать.

Я. Широков ― То есть в любом случае, даже если Янукович окажется на Украине, всё, что с ним будет происходить, будет выглядеть расправой?

Е. Ройзман ― Ситуация выглядит именно так. Потому что это уже начинается такая месть. Это выглядит как месть. Я считаю, что точка поставлена. С этой информацией каждому придётся жить, думать, но я надеюсь, что точка уже в этом деле поставлена. Самое главное — что он жив.

И. Землер ― А всё-таки, много общего у наших двух стран, согласитесь? Когда какой-то опальный политик попадает под юридические жернова, всё это выглядит как расправа. Как у нас, так и у них.

Е. Ройзман ― У нас слишком много общей истории — мы долго были общей страной.

Я. Широков ― Ещё у одного нашего друга возникли проблемы — в Венесуэле. С Венесуэлой мы как должны действовать? Помочь всеми силами, любой ценой действующему Мадуро?

Е. Ройзман ― Есть ситуации, куда вообще нельзя лезть. Если сейчас кто-то скажет, что мы с 2006 года 17 млрд. долларов ввалили в Венесуэлу, то Китай только за последние 10 лет 65 млрд. долларов ввалил. Думаю, что не мы единственные такие умные с Китаем. Ещё кто-нибудь есть. Там интересная ситуация. Называть это государственным переворотом очень сложно, потому что первые признаки государственного переворота — это изоляция, арест, ликвидация легитимного лидера. Здесь ничего подобного не произошло.

И то, что спикер парламента объявил себя временным президентом — это не человек с улицы. Он спикер Парламента, за ним стоит Парламент, это совершенно легитимный, очень мощный орган, который свою позицию декларировал уже давно. Они не признают Мадуро легитимным президентом. А то, что Трамп их первым поддержал, так Трамп может себе позволить говорить всё, что он хочет, как президент своей страны. Его с одной стороны можно понять — поток беженцев из Венесуэлы к ним в Америку идёт в первую очередь. Поэтому понятно, о чём идёт речь. Кстати, и у Колумбии такие же проблемы, и у многих сопредельных стран тоже — 10 процентов населения они потеряли, которые эмигрировали. И то, что происходит в Венесуэле, касается всей Латинской Америки.

И. Землер ― А Путин, как президент большой страны, может позволить говорить себе всё, что он хочет?

Е. Ройзман ― Да конечно, а кто мешает?

И. Землер ― В том числе и о том, что касается Венесуэлы?

Е. Ройзман ― А кто мешает говорить-то? Кто запретит?

И. Землер ― Ну какие, либеральные нахальные СМИ, которые Трампа поддержат, а Путина начнут ругать.

Е. Ройзман ― Мы же живём в свободной стране?

И. Землер ― Разумеется.

Е. Ройзман ― Вот мы сейчас с вами разговариваем о Венесуэле. Не просчитать, сколько до неё километров. Точно так же и президент наш может, и Трамп ведь может?

И. Землер ― Мы, конечно, не будем мериться вложенными миллиардами. Тем не менее: когда в стране, в которую вложены деньги, меняется власть — насколько это приносит ущерб для той страны, которая эти деньги, собственно, и вкладывала?

Е. Ройзман ― От поведения зависит. Если быть абсолютно прагматичными, то, конечно, надо сейчас поддерживать вновь провозглашённого спикера парламента. Тогда есть шанс вернуть деньги или встать хотя бы в очередь на возвращение этих денег, поддерживать отношения. С Мадуро всё кончено, это отыгранная совершенно история. Ну, может быть, сейчас не получится: у него свои отношения с военными, он в своё время раздал военным пять торговых портов, видимо, на кормление. По сути, они такие соправители страны. Они понимают, что если не будет его, то не будет и их. Поэтому они будут держаться за него до последнего. Но как настроено население Венесуэлы? Вполне возможно, что просто могут снести. Поэтому здесь надо очень трезво считать, что там выгодно, а что не выгодно. Отыгранного диктатора поддерживать — так себе занятие. Тем более, мы точно так же понимаем уровень его легитимности. Вполне возможно, надо на других ставку делать.

Я. Широков ― Тут, кстати, в чате нам напоминают, что Януковича за конкретный эпизод признали изменником: он призвал российские войска.

Е. Ройзман ― Это, кстати, серьёзный момент. Действительно, это можно инкриминировать.

И. Землер ― Вернёмся в Венесуэлу. Вы говорите — диктатор. Тогда откуда у диктатора в стране в парламенте взялась такая оппозиция, которая может позволить взять и свергнуть этого диктатора? Вот у нас свободная страна, но у нас такой оппозиции в парламенте нет…

Е. Ройзман ― Действительно, у них другой уровень парламентаризма. Для нас это немножечко непривычно. Это всё равно, что если бы сейчас Володин сказал: «Путин — нелегитимный президент, беру управление на себя до следующих выборов, объявляю себя временным президентом»… На него и так сейчас с уважением поглядывают в Думе — вот прецедент-то какой создали!

И. Землер ― Вы знаете, здесь должна быть пауза, чтобы мы все тут прохохотались, если честно.

Е. Ройзман ― Я не думаю, что он этому рад.

Я. Широков ― В любом случае, что получается с Венесуэлой? Получается, что куда сейчас Москва ни рванёт, везде будет тупик для неё?

Е. Ройзман ― С Мадуро этих денег не получить никогда. Он что-то может обещать, какие-то преференции «Роснефти», но для нас, как для налогоплательщиков, это ни о чём не говорит. Я думаю, что при наличии добрых отношений с властью, которая придёт вслед за ним, можно как-то рассчитывать получить обратно свои деньги. Мне интересно, как Китай себя поведёт в этой ситуации, у них там больше инвестиций. То есть они туда тоже вкладывались. Но для меня показательна здесь не столько Америка с Канадой, не столько ЕС, а именно страны Латинской Америки. Они их соседи. И с одной стороны, их должна напрягать любая нестабильность. Но обратите внимание…

И. Землер ― Не напрягает.

Е. Ройзман ― Да, они сразу же поддержали оппозицию. И вот это очень серьёзно. Это соседи, которые понимают, что происходит, на которых распространяется всё происходящее, которые принимают потоки беженцев и лучше чем мы знают, что там происходит. Поэтому их позиция здесь ключевая, на мой взгляд.

Я. Широков ― Я напоминаю, что у нас на прямой линии политик Евгений Ройзман. Мы возвращаемся тогда и к ещё более глобальному вопросу. А следует ли вообще стране, пусть даже и претендующей на второй полюс, вмешиваться в дела на другом полушарии?

Е. Ройзман ― Что значит «вмешиваться»? Декларировать свою позицию, то есть на уровне МИДа, на уровне первых лиц — это совершенно нормальная международная практика. Произошло событие, и ряд стран высказали своё отношение к этому событию.

Я. Широков ― А визит бомбардировщиков, выделение кредитов…

Е. Ройзман ― Визит бомбардировщиков выглядел очень по-идиотски, и мне немножко неловко за это событие. Хоть долетели, ничего не случилось…

Я. Широков ― У нас хорошая дальняя авиация, как уже несколько раз показывали.

Е. Ройзман ― Да. Но Венесуэла обладает едва ли не крупнейшими запасами нефти в мире. Представляете — обладать такими запасами, и так убить свою экономику таким управлением! Конечно, все окрестные страны за голову хватаются.

И. Землер ― А вот интересно. Когда всё в Венесуэле вошло в острую фазу — прошло совсем немного времени, и было не совсем понятно, собственно, какая там развязка, будет. Да и до сих пор непонятно. Но страны уже отреагировали. Уже была реакция Соединённых Штатов. Это поспешность или что-то другое?

Е. Ройзман ― Трамп — это человек-молния. То есть он может отреагировать до того, как произошло событие. Но то, что так быстро отреагировала Бразилия — это очень мощная экономика и огромная страна…

И. Землер ― Да и Канада тоже быстро.

Е. Ройзман ― То, что Америка с Канадой — это понятно, а сейчас там Австралия думает. ЕС подкорректировал свою позицию. Но именно Латинская Америка практически сразу отреагировала, почему-то кроме Боливии.

Я. Широков ― Боливия уже сказала, что поддерживает Мадуро.

Е. Ройзман ― Ну, представляете, какой там расклад. То есть вся Латинская Америка на этой стороне, кроме Боливии и Венесуэлы.

И. Землер ― Так почему это всё быстро произошло? Вы, как политик, объясните.

Е. Ройзман ― Я думаю, что для них там совершенно ясные расклады. Они на самом деле долго эту ситуацию наблюдали и видели, как страна стремительно катится вниз. Видимо, для них приход к власти оппозиции не является такой проблемой, как существующая ситуация. То есть существующая ситуация их пугает гораздо больше, чем приход к власти оппозиции.

И. Землер ― Движуха лучше застоя?

Е. Ройзман ― Они лучше понимают ситуацию, чем мы отсюда. Их нельзя назвать американскими сателлитами, это мощные самостоятельные страны, которые приняли такое решение.

Я. Широков ― Ещё удивляет позиция Мексики: большое государство, подбрюшье США — и вдруг выступает за Мадуро.

Е. Ройзман ― Это похоже на ситуацию Бродского с Евтушенко. Если Евтушенко говорит, что он против колхозов, то Бродский готов сказать, что он — за. Думаю, что с этим связано, в первую очередь, потому что Мексике-то вообще какое дело?

Я. Широков ― Всё-таки через них потоки беженцев идут из Южной Америки.

Е. Ройзман ― Думаю да, но большие потоки беженцев идут морским путём, морским транспортом, не через сухопутную границу. Я считаю, что это один из бзиков Трампа. Но посмотрим, это их страны, они это решают сами, нам и тут есть, чем заняться.

И. Землер ― Так ведь если Трамп поставит стену на границе с Мексикой, ведь все эти потоки беженцев осядут у них?

Е. Ройзман ― Слушайте, вода дырочку найдёт, не переживайте. Я не думаю, что кто-то будет стремиться в Мексику эмигрировать. Хотя почему нет…

И. Землер ― Смотрите, мы начали с Украины и перешли к Венесуэле. Вы видите какие-то общие черты в ситуациях, которые складывались на Украине и сейчас в Венесуэле?

Е. Ройзман ― Что там, что там мы видим, что готовы прибегать к внешней помощи, опираться на Россию, устраивать показательные выступления, вместо того, чтобы решать проблемы внутри страны со своим народом. Пожалуй, вот это.

И. Землер ― Так это смотря с кем сравнивать. Когда Мадуро сменил, простите, Чавеса, немного оптимистичнее было отношение к этой стране.

Е. Ройзман ― Недолго, да?

И. Землер ― Какое-то время всё равно было. Мы же даже не знаем, какое у нас будет отношение к Венесуэле через полгода после того, как там сменится всё-таки власть.

Е. Ройзман ― Слушайте, наш разговор сейчас напоминает эту знаменитую песню: «Он хату покинул, пошёл воевать, чтобы землю в Гренаде крестьянам отдать». Точно так же мы сейчас про Венесуэлу разговариваем. Я надеюсь, что они сумеют справиться со своей ситуацией.

Я. Широков ― Я надеюсь, что мы не будем и дальше выделять большие деньги сейчас на Венесуэлу, учитывая, что у нас в родной стране есть проблемы. Вот, в частности, выступление депутата из Новгорода, которая сказала: «Зачем надбавки матерям, которые рождают после 30 второго ребёнка?» Вот это что? Почему их опять прорывает вот так?

Е. Ройзман ― Помните же эту фразу: «Слишком далеко они были от народа».

И. Землер ― А вот что их, простите меня, заставляет открывать рот и доставать оттуда такие слова? Это же не первый случай, и я почему-то думаю, что не последний.

Е. Ройзман ― Я вам скажу, потому что они просто не отражают реальность. Моя основная претензия была к этой 29-летней девушке, к Ольге Глацких, которая сказала, что государство нам ничего не должно. И вот эту часть фразы можно как-то простить. Но следующее, что она произнесла, будучи руководителем департамента по молодёжной политике, сказала: «Государство не просило ваших родителей вас рожать». И вот здесь самый большой подвох: человек был назначен на эту должность, и он должен проводить государственную политику. Государственная политика сейчас заключается в следующем, и я её полностью поддерживаю: у нас есть серьёзная проблема — мы вымираем. Просто, чтобы не питать иллюзий: мы вымираем.

И. Землер ― И поэтому государство всё-таки просит рожать.

Е. Ройзман ― Вот именно! Государство именно просит рожать, государство придумало историю с материнским капиталом, которая хотя бы стимулировала как-то хотя бы в бедных районах. Но самое главное другое: мы реально вымираем. В какой-то момент мы эту ситуацию удерживали за счёт притока мигрантов.

И. Землер ― А потом поссорились с Украиной, и приток резко сократился.

Е. Ройзман ― Нет, у нас основной приток из Средней Азии. Проблема в другом. Когда ухудшилась экономическая ситуация, часть мигрантов уехала, часть мигрантов перестала заезжать, и вымирание тоже пошло другими темпами, мы стали быстрее вымирать. И сейчас в этой ситуации говорить подобные глупости, ломать государственную политику не хорошо. Люди не понимают, что они там делают. Они не понимают сути государственной политики. Я могу где угодно там не соглашаться с правительством, с президентом, но я вижу, что они понимают эту ситуацию. У них вся статистика в руках, все цифры. Они ищут выходы. И вот это — один из выходов: стимулировать рождаемость, поддерживать многодетные семьи. Более того, нужна пропаганда рождаемости, мода на многодетные семьи, это очень важный аспект. И вдруг появляются депутаты, которые вообще не отражают сути государственной политики в этом направлении и необходимости проводить эту политику для всех нас.

И. Землер ― У них что, попадание во власть прививает какой-то иммунитет от здравого смысла или от каких-то человеческих качеств?

Е. Ройзман ― Когда ты попадаешь вовнутрь — эти огромные потолки, люстры, подобострастное отношение всей обслуги, — остаётся только рюкзак надеть и в космос улететь. Поэтому надо себя контролировать: кто-то умеет за собой следить, кто-то не умеет и не старается понять, что происходит. Тебя вдруг разом отсекает от всего, ты становишься такой избранный. А там — те, кто тебя избирал, и про них многие сразу же забывают. Всё, дело сделано, ты уже там!.. Поэтому это очень серьёзный момент, когда за собой всё время надо следить и помнить, почему ты там находишься и чьи интересы ты представляешь. Это очень важно.

И. Землер ― Вы знаете, во многом это зависит и от самого человека, попавшего во власть. У вас, у Сергея Николаевича Юшенкова, вообще у фракции СПС, и у многих других депутатов этого всего не было. Они всегда были с нами, с журналистами, и с персоналом, который работает в Думе, на равных.

Е. Ройзман ― На самом деле все, кто избирается по одномандатным округам, понимают, кому они обязаны своим избранием. И это совершенно нормально, что они получили аванс, который будут отрабатывать, это нормальное состояние. Но я вам скажу, что многие не отражают. Там достаточно людей совершенно случайных, которые проходили по спискам, за какие-то услуги, оказанные кому-то и когда-то в самых разных аспектах. Поэтому скажем так: всё зависит от личных качеств каждого из участников соревнований, и за собой всё время надо следить.

И. Землер ― А на более низовом уровне? Всё–таки мы сейчас говорим о муниципальных и региональных депутатах. Во-первых, у них нет такого блеска, как в Государственной Думе. И с другой стороны, они чисто физически ближе к своим избирателям?

Е. Ройзман ― Нет, слушайте, на самом деле, Заксобрания, областные парламенты, — там достаточно серьёзное обеспечение, достаточно серьёзные прибавки к пенсии. Там есть за что бороться, есть чем гордиться, есть, что отличает от простых людей. Поэтому это тоже накладывает некий отпечаток. Поэтому ещё раз: надо за собой следить, помнить, откуда ты взялся и для чего ты там находишься. Иначе тебе напомнят.

Я. Широков ― Слушатели тут несколько вопросов задают. А как не допустить, чтобы повышение рождаемости не превратилось буквально в «практику плодить нищету»?

Е. Ройзман ― На самом деле такое есть, особенно в деревнях. Появился ряд людей, которые просто живут на детские пособия за счёт того, что просто рожают детей. Но за этим должно уже общество следить.

Я. Широков ― С помощью чего? Приходить и журить?

Е. Ройзман ― И делать так, и помогать, и заставлять. И это должно делать именно общество. В деревнях, кстати, с этим справляются.

И. Землер ― Евгений, давайте вернёмся лет на 15 назад. Вы — депутат Госдумы, я — парламентский журналист. Вы по каким-то причинам голосуете всей Думой за закон, который мне по каким-то причинам не нравится. Я на радио говорю, что «Госдура» одобрила, приняла закон. Вы обидитесь не меня?

Е. Ройзман ― Когда Клишас презентовал закон и произнёс слово «Госдура», на него обиделись. Я в эту ситуацию не попадал. Понятно, что есть какая-то корпоративная этика, но ты всё равно отвечаешь сам за себя. Я пытаюсь к себе прислушаться. Но с другой стороны, прозвища — «госдура», «бешеный принтер» — они же просто так не даются, это же надо было заработать такое.

И. Землер ― Это обидно?

Е. Ройзман ― Я думаю, что для всей страны обидно, что парламент, представительный орган…

И. Землер ― Нет, давайте не будем обобщать. Для вас как для депутата Госдумы такое обидно?

Е. Ройзман ― Ну, если ты себя со всей Госдумой ассоциируешь, то, наверное, обидно было бы.

Я. Широков ― А с другой стороны, когда вы были руководителем Екатеринбурга и в Екатеринбургской думе, когда что-то плохое писали про вашу администрацию и про Думу, вам было обидно?

Е. Ройзман ― Нет, мне ничего не обидно ни про Думу, ни про администрацию. Про себя не столько обидно, но мне очень обидно, когда про город. Сейчас уж я могу сказать, потому что по правилам политики ты не имеешь права показывать, что тебе больно. Потому что только покажешь что тебе больно — в эту точку будут бить все. Поэтому я никогда не обозначал, но сейчас прошло какое-то время, поэтому я могу сказать: для меня очень обидно, когда что-то плохое говорили о Екатеринбурге как о городе. То есть мне всегда было это очень обидно. А с другой стороны — я же много ездил, встречался с людьми. И вот когда ты приезжаешь в чужой город, на какое-то совещание, и ты говоришь: «Вот, прошёлся с утра по городу и заметил, как он хорошо убран». И сразу же — улыбки на лицах, совершенно иная коммуникация. Но вот если говорят о городе, то очень обидно.

И. Землер ― А было такое, что вы хотели бы этого злопыхателя, бумагомарателя вытащить в суд, чтобы защитить честь и достоинство?

Е. Ройзман ― Я никогда в жизни не судился, и лучше всего на эту тему сказал Веллер. Он сказал так: «Дело надо делать, а не говно коллекционировать». Я его полностью поддерживаю.

Я. Широков ― А за город, например, было обидно за справедливую критику или были такие, которые, что называется, чернухой поливали?

Е. Ройзман ― Люди не всегда понимают, какой труд стоит за каждой городской функцией: за жизнеобеспечивающей функцией, какой огромный труд вкладывается в уборку города: когда начинаются снегопады — все на ушах, все следят. Когда, не дай бог, начинается таяние снега, — это просто катастрофа, это люди до ночи на работе, сами всё отслеживают, это очень серьёзно всё. А большинство людей не понимают, какой за этим труд стоит.

И. Землер ― А должны?

Е. Ройзман ― Нет, никто никому ничего не должен на самом деле. Но у тебя же нет другого народа, вот тебя и избрали. Ты же не скажешь: «Всё у нас нормально, только вот народ плохой». Мы имеем дело с тем, что имеем. Или надо какой-то толстокожести набираться, где-то надо в разумную полемику заходить. Но в таких случаях доводов разума обычно не слышат. Поэтому тебе нужно на какую-то свою аудиторию работать, которая там дальше. Это целое искусство, это серьёзно всё.

И. Землер ― А вышестоящее начальство услышало, как непонимающий народ рассказывает, какое плохое руководство в городе и звонит: «Алло, Евгений Вадимович, чего это у тебя там в городе происходит, ну-ка доложи?»

Е. Ройзман ― На самом деле в этом плане мне повезло: у меня было единственное руководство — это жители, которые меня избирали. Поэтому мне было сложно так позвонить и что-то подобное сказать: я отвечал перед жителями. Человек избранный от назначенного отличается одним очень серьёзным: тот, которого назначали, отвечает перед тем, кто его назначил. А тот, которого избирали, подотчётен своим избирателям и отвечает перед ними. Это совершенно иная мера ответственности.

И. Землер ― «Нет-нет, господа», я не тыкаю Евгению Вадимовичу, я пародирую правительственный голос. А министр, который находится в подчинении у премьер-министра или у президента напрямую?

Е. Ройзман ― Он, конечно, подотчётен, это другая совсем история.

И. Землер ― Вот, тогда ему позвонили: «Алло, Сергей Кожугетович, чего это там у тебя народ-то недоволен?»

Е. Ройзман ― Поэтому так ревниво относятся ко всем публикациям в СМИ, стараются со СМИ дружить, где-то стараются их покупать, договариваться, выстраивать отношения. Приходится делать и это.

Я. Широков ― А мы возвращаемся ещё и к этому вопросу с другой стороны. Нужно ли каждый раз власти объяснять людям, почему так трудно в данный момент?

И. Землер ― Почему у неё не получилось разгрести дорогу?

Е. Ройзман ― Во-первых, это проявление уважения к своему народу. Когда власть объясняет свои действия — это проявление уважения к своему народу, это совершенно нормально. Допустим, по зимней уборке улиц — я сейчас по Питеру проехал и увидел места, где свалены гигантские кучи снега.

Я. Широков ― «Сугробы Беглова», как их называют.

Е. Ройзман ― Да, это называется «прилегающие улицы», они убраны очень плохо. Сверху сброшены огромные кучи снега, которые не убрали, но есть один нюанс: нужно выходить и объяснять: «люди, пока вы не уберёте припаркованные машины, ваши улицы никто не сможет никогда убрать». Вот эти прилегающие улицы в Питере стали вдвое уже, из-за того, что припаркованные машины стоят, как гигантские сугробы. По-доброму это надо выезжать с ГАИ, с эвакуаторами, как это делается, в частности, в Екатеринбурге…

И. Землер ― Да и в Москве, в общем, тоже, как она у нас похорошела.

Е. Ройзман ― Чтобы чистить снег, это совершенно нормально. А здесь же я был совершенно удивлён. Я понимаю, что это проблема из-за припаркованных машин: невозможно убрать улицы, они стали вдвое уже. Многие считают, что вот прошёл снегопад — и снег нужно сразу убрать. Его невозможно сразу убрать, потому что во время снегопада убирать снег — в Питере, может, хватит денег, но ни в одном миллионике денег не хватит убирать снег во время снегопада. При наличии денег можно ловить каждую снежинку, которая падает, не дать ей долететь до земли. А когда вы финансово ограничены, не хватает денег на это, на то. И ещё очень важный момент: в мегаполисе снег днём убирать невозможно. Если выйдут убирать снег днём — это будет коллапс, встанет весь город. Поэтому приходится ждать ночи, выходить форсировано ночью. Но каждое действие можно объяснить. То есть я видел чиновников, которые не боятся объяснять.

Я. Широков ― Где же?

Е. Ройзман ― Ну я у себя это видел, в Екатеринбурге. Для меня был серьёзный урок, у нас за это отвечал Евгений Ефимович Липович: когда собираются журналисты и начинают его ругать, пожилого человека, который много в жизни видел, который честно работает. Он глубоко вздыхает и говорит: «Да, я недоработал. Да, обязательно обращу внимание прямо сейчас». И так спокойно он это говорил. Он это умел, мне приходилось у него учиться, потому что у меня сразу же выпучивались глаза, если я чувствовал какую-то несправедливость. Есть люди, которые могут.

И. Землер ― А с другой стороны, если у чиновника стоит выбор: объясняться с журналистами или пойти и сделать, какой он выбор должен сделать, этот чиновник?

Е. Ройзман ― Я думаю, что имеет смысл сопровождать свои действия объяснениями. Это же можно и на ходу сделать, нет проблем.

Я. Широков ― Взять журналистов?

Е. Ройзман ― Нет, достаточно соцсетей. Вот сегодняшний чиновник должен уметь работать с соцсетями, потому что это самая быстрая коммуникация.

Я. Широков ― Второй законопроект, который сегодня принят — о фейковых новостях. Вам, как политику, фейковые новости сильно вредят? Про вас, про ваших родных?

Е. Ройзман ― Про меня столько всего писали, что я к этому отношусь очень спокойно.

И. Землер ― Всегда спокойно относились или это приобретённое качество?

Е. Ройзман ― Конечно, приобретённое. Я когда первый раз с этим столкнулся — готов был на дуэль вызывать, как Золотов, но подышал носом, успокоился. А сейчас у меня есть золотое правило, поделюсь им в эфире. Много-много лет, порядка двадцати, я никогда про себя ничего не читаю вообще и не смотрю. И поэтому я спокойно сплю. У Интернета же есть такое замечательное свойство: там такая кнопочка — нажал, и нет никаких новостей! Поэтому с этим можно справляться.

Смотрите, там не всё так просто. Сегодня же должны были рассматривать в первом чтении, но, насколько я знаю, депутаты отказались и сказали, что Клишас должен сам представить законопроект, у них есть вопросы, которые они хотели бы задать. Мало того, несмотря на то, что Правительство поддержало, видимо, поддержало правовое управление, закон не поддержала Генпрокуратура…

И. Землер ― Уже вчера поддержала.

Е. Ройзман ― А, уже поддержала, да? Ну, всё. Я не знаю позицию Минкомсвязи, потому что оно не поддерживало на вчерашний день.

И. Землер ― Ну там уже от Правительства есть положительный отзыв.

Е. Ройзман ― Но на самом деле там очень сложная юридическая формулировка. А что ты признаёшь фейками? Вот у нас недавний пример совершенно, когда по событиям в Магнитогорске Znak.com очень точно показали, что это был теракт. Как это можно фейком считать? То есть можно считать это фейком, но если это правда, как ты это фейком назовёшь? А доказательств таких никто вроде не даёт, хотя всё, вся совокупность произошедшего и реакция властей указывает на то, что это был теракт. Вот совершенно понятная ситуация, и что с этим делать?

И. Землер ― Послушайте, есть ещё такой аспект как поляризация в соцсетях всех событий, которые происходят. Человек может просто пошутить. Глупо, умно, слишком умно, и обязательно найдётся кто-то, кто напишет под этой шуткой: «Это фейк».

Е. Ройзман ― Мало того, бывают совершенно идиотские шутки. И, конечно, за этим может только следить тот человек, который пытается шутить. Как ты его в этом ограничишь? Вот для меня непонятною юридически: что называется фейком? То, что сознательно вводит людей в заблуждение? Да, такое бывает в соцсетях, но я с этим не сталкивался.

И. Землер ― Опять же, возьмём несколько ресурсов, которые специализируются на всяких идиотских шутках, которые могут по реальному имени человека создать «новость» (в кавычках, разумеется), написать какой-то памфлет, но половина тех, кто это прочитают, воспримут это всерьёз и начнут: «Это клевета, это оскорбление, такого не было, и вообще этот, про кого написали, полное ничтожество».

Е. Ройзман ― Слушайте, вы правы. На самом деле, такое может быть. Ну и пусть оно там бурлит себе в Интернете. Есть уголовный кодекс. Он предусматривает всё. Есть прямая клевета, есть возбуждение всякой розни, и так далее. Уголовный кодекс всеобъемлющий, всеохватывающий.

И. Землер ― Хорошо, смотрите, вот, допустим, я сейчас попытаюсь пошутить: «Мэр Москвы Сергей Собянин вместо ледокола совершил по Москве-реке заплыв по-собачьи». Оскорбление?

Е. Ройзман ― И что?

И. Землер ― Оскорбление. А я такая: «Это шутка, это я так пошутила, какая клевета?»

Е. Ройзман ― Послушайте, Собянин достаточно крупный человек…

И. Землер ― Чтобы пробить лёд и проплыть по-собачьи?

Е. Ройзман ― И это тоже. Я бы на это не отреагировал. Послушайте, вот оно в каком-то таком сегменте будет бродить — не обязательно гоняться за этим с атомной бомбой, понимаете? Это не бог весть какое событие, не бог весть какое преступление.

И. Землер ― Я-то это понимаю, а вот сенатор Клишас пишет, что я оскорбила Собянина. И в суде мы будем оба идиотами выглядеть, согласитесь?

Е. Ройзман ― Меня на самом деле и беспокоит, что если этот закон вступит в силу, то по-идиотски будут выглядеть все стороны. Меня-то там больше вот это оскорбление величества беспокоит…

И. Землер ― «Органа власти» — мне очень нравится этот оборот.

Е. Ройзман ― Потому что как только это произойдёт, появится куча добровольных помощников, которые начнут это отслеживать. Которые будут просить деньги в разных инстанциях и начнут это отслеживать. Некоторые просто из любви к искусству будут этим заниматься. Это-то абсолютно идиотская история.

И. Землер ― Я бы еще сказала — «демонстративное неуважение».

Е. Ройзман ― Слушайте, я это говорил и ещё раз это проговорю. Я сейчас занимаюсь Александром Македонским, тем более, сейчас вот этот «Дилетант» вышел, завтра в Москве будут «Дилетантские чтения» по Александру Македонскому. И я там был вынужден заниматься, интересно. Очень красивая история: когда отец Александра, Филипп (к тому времени набравший мощь, вся Греция была под ним), к нему пришли и сказали: «Филипп, накажи афинян, они тебя бранят». А он удивился и говорит: «А если я их накажу, они что, меня хвалить начнут?» Это про «закон Клишаса».

И. Землер ― И много ли у нас сейчас в России политиков, которые способны рассуждать в том же масштабе?

Е. Ройзман ― Конечно, хотелось бы, чтобы люди получали хорошее высшее образование, чтобы получали классическое образование, чтобы применяли на практике его. Просто хотелось бы, чтобы уровень был выше. Потому что чем выше уровень парламента, тем выше уровень страны.

Я. Широков ― Не отдаляясь от темы политики, хочется на опрос «Левада-центра» обратить внимание. У нас рекордное за последние 12 лет число россиян, готовых активно участвовать в политической жизни страны. Почти что 16 процентов респондентов. Хочется спросить: где все эти люди?

Е. Ройзман ― На самом деле, что бы сейчас ни говорили опросы, мы видим серьёзную политическую апатию у граждан страны. Эта апатия связана в основном с нечестными выборами. Потому что у людей единственный способ как-то участвовать в политической жизни — это как-то декларировать свою позицию на выборах. Но когда выборы нечестные, когда они безальтернативные, то нет возможности участвовать в политической жизни.

И. Землер ― А уличные акции протеста — это активное участие в политической жизни или что-то другое?

Е. Ройзман ― Для России это уже не просто активное, а гиперактивное!

Я. Широков ― Я прошу прощения, даже четверть россиян готовы активно участвовать. А что это за волна? Это волна, вызванная реформами прошлого лета — пенсионной, НДС?

И. Землер ― Вроде бы всё растаяло уже с тех пор.

Е. Ройзман ― Происходит многое, что демонстрирует неуважение власти к гражданам страны. Это не рассасывается, аккумулируется потихоньку. Та же пенсионная реформа — это история долгоиграющая. Всем предстоит ощутить это на себе, это недовольство никуда не денется. И многое другое: и повышение акцизов, и постоянный рост цен, и уничтожение продуктов. Я думаю, что уничтожение продуктов за последние годы — это вообще одна из самых идиотских инициатив, которые называются «контрсанкциями»…

И. Землер ― Но она не вызывала никаких таких позывов пойти в политику.

Е. Ройзман ― Она вызывает, вызывает и сейчас. По сути — их надо назвать по-другому — это продуктовое эмбарго, наложенное на самих себя…

Я. Широков ― На своё население.

Е. Ройзман ― Да, кстати. А когда начинают давить бульдозерами в стране, которая пережила блокаду, массовый голод… Только голод с 1932 на 1933 год унёс минимум 7 млн. человек. И когда это начинается — это кощунство.

И. Землер ― Да, но об этом бурлит почему-то только московский и петербургский сегменты фейсбука, где все сыты и здоровы.

Е. Ройзман ― Нет-нет, это только так проявляется, на самом деле это видят все. И вот такое потихонечку копится. И вот уже накопилось до такой степени, что прорвалось в опросах «Левады». Дальше — больше, это же не девается никуда. Помните, у Окуджавы четверостишие:

Вселенский опыт говорит,
Что погибают царства
Не оттого, что труден быт
Или страшны мытарства.

А погибают оттого
(И чем больней, тем дольше),
Что люди царства своего
Не уважают больше.

И вот это неуважение копится, и вот это страшно. Я понятно говорю?

И. Землер ― Да, понятно, но будет ли это неуважение копиться те два года, которые у нас до ближайших федеральных выборов, или будет распыляться на местных, региональных выборах?

Е. Ройзман ― Будет и распыляться и копиться. Сейчас несколько серьёзных выборов, в том числе и выборы в Питере, где тоже это может как-то сказаться. Мы же видели, что произошло в Приморье, в Хабаровском крае, в Хакасии. Увидим, это не девается никуда. И вот это неуважение власти к жителям страны, ощущается всё больше.

Я. Широков ― В Приморье, насколько я понимаю, всё закончилось благополучно для власти всё-таки, они смогли как-то это выкрутить.

Е. Ройзман ― Смогли, но произошло следующее: огромная часть жителей просто отошли на обочину и говорят: «Вы хотели без нас — давайте, рулите, мы посмотрим». И это происходит везде, и страна лишается самого серьёзного потенциала своего — это творческий, предпринимательский потенциал русского человека.

И. Землер ― Это плохо сочетается с политической активностью четверти населения.

Е. Ройзман ― Вот поэтому и апатия. Потому что люди отошли на обочину и видят свои проблемы, пытаются говорить: «Давайте, подставляйте плечо», а они говорят: «Нет, вы же хотели без нас порулить, вот и рулите, а мы посмотрим». Вот где самая серьёзная проблема на мой взгляд.

Я. Широков ― И получается тогда, что вылезают такие чиновники, которые говорят, что государство не просило вас рожать.

Е. Ройзман ― Разделение слишком серьёзное, это даже не социальная дифференциация, а нечто другое, какая-то ментальная дифференциация.

И. Землер ― Ну что ж, в задумчивости над сказанным мы вынуждены расстаться с политиком Евгением Ройзманом. Яков Широков и Инесса Землер были в студии вместе с нашим гостем.

Е. Ройзман ― Давайте, удачи. Все будет хорошо.

Я. Широков ― Будем надеяться.







ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Караул! В Венесуэле гибнет родственный по духу и содержанию режим! Только-только собрались им безвозмездно помочь — и вот тебе на — он приказывает долго жить! Ну что ты будешь делать! То, что у нас принято за образец и пример, никак не хочет жить больше нигде. Эт-то позор какой-то!
________________________________________

Российские власти назвали Николаса Мадуро законным президентом Венесуэлы, что соответствует результатам выборов президента.
________________________________________

Когда-то и иуду-Сталина выбирали в секретари, а он оказался подонком-людоедом, так что ж теперь? Всех идиотов на щит? Конституции стран цивилизованных предусматривают возможность гнать и выбранных сраной метлой, если у них вдруг крыша поедет.
________________________________________

Всё-таки украинское правосудие признало-таки старика Янукоыича изменником Родины и врагом народа. А в Венесуэле спикер парламента Хуан Гуайдо прокричал "Венсеремос!", объявив старика водилу автобуса Николя Самодуро, верного пламенного марксиста-угочавесиста, узурпатором и ненастоящим картонным лже-президентом. Парламентарии запели "Эль Пуэбло юнидо кама сэра сенсидо!" и пошли плечом к плечу с передовым венесуэльским народом свергать узурпатора.

Старик водила автобуса Николя Самодуро, верный пламенный марксист-угочавесист, прокричал "Венсеремос!" и объявил спикера парламента Хуана Гуайядо узурпатором и ненастоящим картонным лже-президентом, призвав верные ему народ, армию и флот снести узурпатора. Верные ему народ, армия и флот запели "Эль Пуэбло юнидо кама сэра сенсидо!" и пошли плечом к плечу с свергать узурпатора.

Короче, плакали наши бездарно вложенные в Николя Самодуро 17 млрд. US$...
________________________________________

Около 25% (грубо) нефти в Венесуэле уже принадлежит кремлёвским нуворишам и они толкают изменение законодательства, чтобы этот процент мог быть более 50%. Потому им и нужна кукла Мадуро. На народ им наплевать, как, собственно, и на собственный народ.
________________________________________



ИСТОЧНИК

Инесса Землер, Яков Широков

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Бюрократизация (0)
  • Власть (0) > Грабёж (0)
  • Власть (0) > Манипуляции (0)
  • Власть (0) > Показуха (0)
  • Власть (0) > Беспредел (0) > Противозаконные преследования (0)
  • Нравственность (0)
  • Политика (0) > Внешняя политика (0)
  • Политика (0) > Внутренняя политика (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 21.04.2019 - ЛИЧНЫЙ ПРИЁМ ЕВГЕНИЯ РОЙЗМАНА
  • 20.04.2019 - НОВЫЙ КАРИБСКИЙ КРИЗИС?
  • 19.04.2019 - МЕЖДУНАРОДНЫЕ АСПЕКТЫ ЧЁРНОГО МОРЯ
  • 19.04.2019 - КОГДА НЕТ ИНСТИТУТА ПРАВОСУДИЯ
  • 17.04.2019 - ЕЖЕГОДНАЯ ЧЕРНОБЫЛЬСКАЯ АКЦИЯ В ВОЛГОГРАДЕ
  • 17.04.2019 - АТАКА НА ИНТЕРНЕТ
  • 16.04.2019 - «ЯБЛОКО» ВСТУПИЛОСЬ ЗА АРХИВ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК
  • 15.04.2019 - БЮДЖЕТ ВОЕННОГО ВРЕМЕНИ
  • 14.04.2019 - НЕРЕАЛЬНАЯ ПОБЕДА И РЕАЛЬНОЕ ПОРАЖЕНИЕ
  • 14.04.2019 - НЕПРАВОВОЙ ЗАКОН
  • 13.04.2019 - РЕПРЕССИИ РЕЖИССЁРА ЮРИЯ ЛЮБИМОВА СОВЕТСКОЙ ЦЕНЗУРОЙ
  • 13.04.2019 - ПЕРЕХОД К ДЕСПОТИИ
  • 12.04.2019 - РЕШЕНИЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО ПОЛИТКОМИТЕТА ПАРТИИ «ЯБЛОКО»
  • 11.04.2019 - ОБЪЯВИТЬ ОЗЕРО БАЙКАЛ УЧАСТКОМ ВСЕМИРНОГО НАСЛЕДИЯ ПОД УГРОЗОЙ
  • 10.04.2019 - ЗАКОНОПРОЕКТ О НАКАЗАНИИ ЧИНОВНИКОВ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru