Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[21.02.2019]

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИДЕОЛОГИЯ

Николай СВАНИДЗЕ: российский тележурналист, историк, профессор, заведующий кафедрой журналистики Института Массмедиа РГГУ, ведущий ряда программ на российском телевидении, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека


Николай СВАНИДЗЕ:


Идеология великодержавности, национализма, я бы сказал национальной, этнической, религиозной исключительности, ксенофобии, несомненно, стала практически господствующей. На самом деле это такая в основе своей, в общем, фашистская идеология, называя вещи своими именами или протофашистская. Но это именно то, что мы сейчас видим в качестве практически господствующей и наиболее популярной идеологии и наверху, и среди довольно значительного числа наших сограждан. Такое представление о мире, о себе…

У нас же принято было ещё некоторое время назад, да и сейчас ещё дискуссировать о нашем фашизме. Наивное представление, что у нас не может быть фашизма, если мы победили фашистов в 1945-ом году. Не понимают, что эта идеология не имеет границ.

Вы победили германский нацизм, Гитлера конкретно. А фашизм — это государственный авторитарный коллективизм по определению, он транснационален и значительно распространён. Поэтому да, мне кажется, что такое примитивное понимание у кого-то по глупости, а у кого-то осознанно. Потому мы с вами помним, что среди идеологов этого русского мира не так давно ещё в связи с присоединением Крыма были люди откровенно фашистских взглядов. И люди с такой господствующей идеологией были очень близки к власти.

У нас же, знаете, как говорил Геринг в своё время: «Я сам знаю, кто у меня в ведомстве еврей». Точно также у нас начальство само знает, кто тут фашист, а кто нет. Вот на кого покажет пальцем, кто будет осуждён, тот и фашист. А кто не будет осуждён, тот не фашист…

Мы же видим, что происходит. Вместо того чтобы менять экономику, меняют статистику. Это же очевидно, что хотят решить проблему состояния нашего общества, нашей экономики пропагандистскими методами. За счёт нашей социальной сферы. Потому что считается, что Советский Союз приказал долго жить не потому, что он был такой хилый, слабый на глиняных ногах Колосс, а потому что узнали об этом. Пока никто не знал, что он хилый, он был вроде как не хилый. Потому что его представляли, вон здоровый какой. А как узнали, тут он и… Значит, нельзя, чтобы знали…


И. Воробьёва ― Здравствуйте. Это программа «Особое мнение». Меня зовут Ирина Воробьёва. И сегодня со своим особым мнением журналист Николай Сванидзе. Завтра 10 лет исполняется с того дня, как убили в центре Москвы адвоката Станислава Маркелова и журналиста Анастасию Бабурову. Мы каждый год их вспоминаем. Вот за эти 10 лет, которые прошли, как вы считаете, в России можно сказать, что стали меньше проявляться эти неонацистские, нацистские какие-то настроения? Стало меньше убийств, нападений? Или наоборот больше?

Н. Сванидзе ― Насчёт меньше или больше нападений, это не ко мне. Это нужно поднимать статистку полицейскую. Я не в курсе.

И. Воробьёва ― А вот по ощущениям даже?

Н. Сванидзе ― Общая атмосфера, несомненно, добрее и гостеприимнее, мягче, дружелюбнее не стала. Это однозначно. Я даже больше скажу, мне кажется, что если бы, убийцы Хасис и Тихонов взяли бы себя в руки тогда и не стали бы убивать, и немножко потянули бы время, то они, конечно, со своей идеологией были бы почти в официальном тренде.

Кстати, мне всегда кажется, что я придумал что-то умное, а на самом деле я это вычитал в «Новой газете», но уже приватизировал эту мысль. Но с этим можно на самом деле согласиться. Потому что за отчётный период эта идеология великодержавности, национализма, я бы сказал национальной, этнической, религиозной исключительности, ксенофобии, несомненно, стала практически господствующей.

И. Воробьёва ― То есть получается, что за эти 10 лет вот эта идеология, которую вы описали, идёт от государства?

Н. Сванидзе ― На самом деле это такая в основе своей, в общем, фашистская идеология, называя вещи своими именами. Или протофашистская. Но это именно то, что мы сейчас видим в качестве практически господствующей и наиболее популярной идеологии и наверху, и среди довольно значительного числа наших сограждан. Такое представление о мире, о себе…

И. Воробьёва ― Но я как раз пытаюсь понять, государство в этой истории просто не обращает на это внимания и позволяет, либо это идёт и от государства в том числе?

Н. Сванидзе ― Где-то позволяет, где-то это его устраивает. Где-то не понимает, о чём идёт речь. Просто не понимает. У нас же принято было ещё некоторое время назад, да и сейчас ещё дискуссировать о нашем фашизме. Наивное представление, что у нас не может быть фашизма, если мы победили фашистов в 1945-ом году. Не понимают, что эта идеология не имеет границ.

Вы победили германский нацизм, Гитлера конкретно. А фашизм — это государственный авторитарный коллективизм по определению, он транснационален и значительно распространён. Поэтому да, мне кажется, что такое примитивное понимание у кого-то по глупости, а у кого-то осознанно. Потому мы с вами помним, что среди идеологов этого русского мира не так давно ещё в связи с присоединением Крыма были люди откровенно фашистских взглядов. И люди с такой господствующей идеологией были очень близки к власти.

И. Воробьёва ― Власть с этим ничего не делала?

Н. Сванидзе ― Ну, да, ничего. Может быть, не отдавая себе отчёт в том, какова реальная идеология этих людей. А, может быть, это её устраивало. У нас же, знаете, как говорил Геринг в своё время: «Я сам знаю, кто у меня в ведомстве еврей». Точно также у нас начальство само знает, кто тут фашист, а кто нет. Вот на кого покажет пальцем, кто будет осуждён, тот и фашист. А кто не будет осуждён, тот не фашист…

И. Воробьёва ― Получается, что власть не боится с этим ничего не делать. Это же очень взрывоопасная бочка, на которой мы сидим, получается!..

Н. Сванидзе ― Согласен, конечно, очень взрывоопасная. Власть напрасно не боится. Вообще не того боится.

И. Воробьёва ― А боятся репостов.

Н. Сванидзе ― Власть боится репостов, либералов, а не боится значительно более страшных последствий той идеологии, которая уронена в землю как драконьи зубы и, в общем, уже восходят эти зерна, уже превращаются в колосья, довольно густо растущие.

И. Воробьёва ― Кстати, тут пришла новость о том, что прокуратура в Грозном через суд добилась, чтобы простили долг, образовавшийся у горожан в 9 млрд. рублей за газ, потому что как-то опасались протестов. Но, правда, смоленские депутаты сказали: а чего только Грозному? Мы тоже давайте простим тогда горожанам всё — все долги за газ, за свет и ЖКХ. Казалось бы, довольно забавная история, но вообще-то мне так не кажется.

Н. Сванидзе ― Забавного в этом мало. Это немножко просто другая история.

И. Воробьёва ― Безусловно. Про другой страх.

Н. Сванидзе ― Массовое раздражение ведь оно долго под ковром как-то зреет, чего-то там происходит, происходит, так латентно, непонятно, незаметно наверху что там колышется. А потом вдруг раз — и взрывается. И поехали. И уже не остановить, как мы знаем по истории бывало сто лет назад в нашей же стране.

И. Воробьёва ― Получается, в Грозном прям боятся, да…

Н. Сванидзе ― В Грозном боятся, и в других местах боятся. Просто Грозный имеет несопоставимо большие по сравнению с другими регионами нашей страны лоббистские возможности в Кремле. Несопоставимо большие, чем любой другой регион страны, включая Москву. Ну, так получилось.

И. Воробьёва ― Исторически сложилось, Николай Карлович.

Н. Сванидзе ― Да. В ходе новейшей истории так сложилось. Но боятся все одинаково, конечно. И хотя в Грозном вроде контроль пожёстче, покруче, но это тоже так кажется. Потому что если что начнётся, так везде начнётся…

И. Воробьёва ― То есть сила действия равна силе противодействия. Как это везде бывает. Хорошо. А сейчас депутаты Смоленской области попросили простить жителям долги за газ. Сейчас ещё кто-нибудь обратится. Вот у жителей Смоленской области перед жителями Грозного есть какие-то шансы тоже на подобное прощение?

Н. Сванидзе ― Если начнут прощать, то, конечно, если начнут прощать в Грозном, так придётся прощать и в Смоленской области, никуда не деться. Потому что это всё сейчас не скроешь.

И. Воробьёва ― Всё уже известно.

Н. Сванидзе ― Всё же прозрачно. И здесь уже позабудут про лоббистские возможности, здесь просто люди начнут на улицы выходить. Разумеется. И будет не до лоббизма, и уже маслом эту волну не успокоишь. Поэтому я не думаю, что на это пойдут, честно говоря.

И. Воробьёва ― в Грозном уже есть решение суда. Насколько я понимаю, суд обязал компанию списать долг. Всё!

Н. Сванидзе ― Тогда пожнут, конечно, бурю в Смоленской области и во всех других. Неизбежно. Как это может быть? Не мы же с вами знаем эту информацию. Сейчас же люди интересуются, это не советские времена, когда можно было события в Чернобыле скрывать в течение неопределённого времени. И люди выходили на демонстрации и на заражённой площади там манифестировали, не зная, что они себе смертный приговор подписывают. Сейчас же всё-таки, слава богу, это невозможно. Как ни загоняй какие-то части Интернета куда-то под плинтус…

И. Воробьёва ― Я хотела спросить, это поэтому Интернет так хотят закрыть?

Н. Сванидзе ― Ну конечно, в том числе и поэтому. Разумеется. Мы же видим, что происходит. Вместо того чтобы менять экономику, меняют статистику. Это же очевидно, что хотят решить проблему состояния нашего общества, нашей экономики пропагандистскими методами. За счёт нашей социальной сферы. Потому что считается, что Советский Союз приказал долго жить не потому, что он был такой хилый, слабый на глиняных ногах Колосс, а потому что узнали об этом. Пока никто не знал, что он хилый, он был вроде как не хилый. Потому что его представляли, вон здоровый какой. А как узнали, тут он и… Значит, нельзя, чтобы знали.

И. Воробьёва ― Немного не в тему, но вопрос от слушателя. Стас из Курска спрашивает: «Действительно последнее время было несколько новостей про нападение…», — я бы не сказала нападение, про школьников и учителей, которые друг другу причиняли какие-то физические телесные повреждения. И вот Стас спрашивает про право ученика на самозащиту в случае, если учитель неправ. Это на самом деле такая история, которую мне кажется, все сейчас обсуждают. Вот ученик, которого ударил учитель, имеет права ответить учителю? Понятно, что учитель не имеет права бить ребёнка. Это понятно, наверное. Мне понятно. А ученик?

Н. Сванидзе ― Это всё относится не только к этой паре учитель-ученик. Таких пар можно насочинять много. Вот вы идёте по улице. И к вам подходит пожилой человек. И начинает проявлять какое-то насилие по отношению к вам, хулиганить, ругаться. Может быть, пускать руки в ход. А он пожилой человек.

И. Воробьёва ― Если я ему отвечу…

Н. Сванидзе ― Вот вы ему ответите, а он может и упасть. А может, когда упадёт, и ушибиться сильно. Вот вы должны ему отвечать? Это на самом деле всё вопросы, которые абсолютного ответа не имеют. Всё зависит от конкретных обстоятельств, от конкретных людей — какой ученик, какой учитель. Если это ученик 10-го класса, мальчик на метр 90, и на него руку подняла учительница, которая его в два раза меньше, то, наверное, он не должен физически отвечать. А если это маленькая девочка, которую задевает учитель физкультуры, условно говоря, то это совершенно другая ситуация.

В принципе вообще эта ситуация, конечно, за гранью добра и зла, потому что как учитель в принципе, ну в принципе не имеет никакого права законного, морального, никакого применять насилие по отношению к ученику. Просто по определению. Точно так же ученик, естественно, не может поднять руку на учителя. Но если кто-то из этой пары нарушает этот закон писаный, не писаный, любой, тогда от второго человека в этой паре тоже можно ожидать любой реакции. И повторяю, дальше зависит от соотношения, прежде всего, физических сил. Возрастных и физических. А дальше, конечно, просто кто умнее. Как правило, должен быть всё-таки учитель умнее. Но если учитель первый начинает, значит, он не умнее. Значит он идиот.

И. Воробьёва ― И это не значит, что нужно обязательно отвечать силой?

Н. Сванидзе ― Повторяю, это зависит от ситуации.

И. Воробьёва ― Большая тема, которую мы сегодня обсуждаем — история с Магнитогорском. Точнее с теми данными, которые сегодня опубликовали СМИ. И написали, что всё-таки есть данные у них, что взрыв в жилом доме в Магнитогорске был одним из череды терактов, которые планировались в городе. Было ли у вас ощущение, что это теракт? И поменялось ли ваше мнение после того, как опубликовали подробные данные?

Н. Сванидзе ― Ощущений у меня никаких не было. Потому что я не был в Магнитогорске. Но у меня было довольно серьёзное недоверие к версии, что это бытовое происшествие. По двум причинам. Первое — у меня вообще, к сожалению, уже давно нет доверия к нашим официальным сообщениям. Я думаю, и не только у меня. Потому что мы убеждаемся на очень многих примерах, что желание сказать правду не стоит во главе угла очень многих наших ведомств, от которых зависит, что именно сообщать гражданам. Как правило, очень часто они заметают следы, если есть что заметать.

Вообще первый рефлекс — не сказать правду, а каким-то образом спасти своё лицо, своё служебное положение, свою зарплату, своё кресло. В конечном счёте, свою задницу, не называя вещи своими именами. Сейчас, наверное, на сообщения о теракте нужна отмашка с самого верха, потому что сообщение о теракте есть уже сообщение политического свойства очень серьёзного, значит, тут сразу подключаются все.

И. Воробьёва ― Значит, пропустили.

Н. Сванидзе ― Значит, не сработали. Значит, это чья-то ошибка. А может быть преступление не только тех, кто его совершил, но и тех, кто допустил это служебное преступление. И, так или иначе, это сказывается на, бог знает, каких высоких рейтингах, в конечном счёте. Потому что одно дело кто-то конфорку включил по пьяной лавке или старческой деменции. А другое дело — теракт. Это совершенно разные вещи и разная реакция. При том же самом количестве жертв возможно. Это первая причина — общее недоверие — это не то, что не веришь всему, но все, в общем, уже привыкли ставить всё под сомнение.

И второе — это обстоятельства. Потому что много людей погибло всё-таки. И вот там подъезд, какие-то сообщения, что какой-то человек, было много мелких деталей…

И. Воробьёва ― Странных.

Н. Сванидзе ― Я не следователь и не специалист в этом вопросе, но просто на уровне здравого смысла много деталей, которые это недоверие усиливали. Поэтому те подробности, которые стали достоянием общественности, они меня не сильно удивили, честно говоря.

И. Воробьёва ― О том, что это был теракт, сообщил фактически Telegram-канал. Тоже про Telegram-каналы сразу стали спрашивать, а стоит ли доверять информации, может быть не анонимных, тем не менее, Telegram-каналов?

Н. Сванидзе ― Знаете, исходя из этого, в принципе доверять нельзя никому. Но когда что-то, какое-то сообщение вызывает у тебя доверие, потому что совпадает с твоей позицией, с твоим анализом, твоими ощущениями, с тем, что ты сам думаешь по этому поводу, тогда ты, естественно, этому доверяешь больше. Вообще люди доверяют тому, что совпадает с их мнением. На самом деле, о чём бы ни шла речь. О терактах, об исторических оценках, о политических оценках. Люди слушают и смотрят тех и то, что совпадает с их позицией, как правило. А если не совпадает, то переключают на другой канал.

И. Воробьёва ― То есть вам это близко, поэтому вам всё-таки…

Н. Сванидзе ― Я слушаю, смотрю и читаю очень много, в том числе тексты с разных позиций. Потому что мне нужно просто так же, как и вам, вероятно, знать разные позиции. Но в данном случае я считаю, что это очень похоже на правду.

И. Воробьёва ― Если действительно давайте представим, что Telegram-канал прав, что кто там взял на себя ответственность…

Н. Сванидзе ― Как раз кто берёт на себя ответственность — это мне по фигу. Потому что кому хочется взять на себя ответственность — тот и берёт.

И. Воробьёва ― Но вот давайте представим, что это правда. Всё, что написали, это правда. Что готовилась серия терактов, что был действительно не бытовой случай, и что маршрутка на следующий день была сожжена в результате перестрелки. Это всё оказалось правдой. Нам теперь как относиться ко всему тому, что нам говорили до этого и тот факт, что Владимир Путин полетел в Магнитогорск 31-го числа? Ведь на следующий день якобы нашли взрывное устройство в мусорке. Туда сразу полетел руководитель Следственного комитета и куча силовиков. Нам какие выводы из этого надо сделать? Что в очередной раз нам просто сходу врут, и больше никаких?

Н. Сванидзе ― Нет, ну что Путин туда полетел — это хорошо, на мой взгляд. Потому что даже с поправкой на то, с чем я согласен, что когда летит высокое начальство на место происшествия, то все местные силовики думают, как встретить начальство, а не о том, как расследовать происшествие. Это да, это минус всегда. И, тем не менее, эмоциональный позитив от приезда первых лиц на такое место всегда перекрывает те минусы, о которых я только что сказал. Нужно всегда так делать. И в мире так принято: если произошла трагедия — первое лицо должно лететь туда. Не сидеть где-то у себя, а лететь. И это очень хорошо, что сейчас именно так и было сделано.

Но что касается того, как относиться. Так же, как относились. Включать голову свою. Надо просто включать свою голову. И всё. Мы привыкли к тому, что нас или сознательно или несознательно, но очень часто водят за нос. Мы привыкли к тому, что в мире серьёзные какие-то трагедии и происшествия связывают с нашим участием за последние годы — от Боинга упавшего над Донбассом до дела Скрипалей.

И. Воробьёва ― Это называется: кому вы больше верите?

Н. Сванидзе ― Вот. Кому вы больше верите? Конечно. А верить нужно не кому-то, а чему-то. Верить нужно фактам. И когда количество фактов переходит в некое качество недоверия, то приходится с этим мириться. Значит да, значит недоверие.

И. Воробьёва ― А вот когда, если представим себе, что все это правда, нам предъявят эти людей каких-то, организаторов, соучастников — каких-то людей, которых назначат ответственными за магнитогорскую трагедию. А нам как к этим людям относиться опять же? Вот что нам, смотреть на них и говорить: да, они, скорее всего, действительно виноваты? Или нет, нам опять дали каких-то названных преступников?

Н. Сванидзе ― Опять-таки как относиться зависит от того, кого предъявят, как предъявят, при каких обстоятельствах, какие будут доказательства.

И. Воробьёва ― Но вы вникаете во всё это каждый раз?

Н. Сванидзе ― Я стараюсь. В зависимости от того, насколько это дело меня потрясло, насколько оно меня лично взволновало.

И. Воробьёва ― Петров с Бошировым, например.

Н. Сванидзе ― Ну Петров с Бошировым — анекдотическая история на наш взгляд. На взгляд англичан — нет, потому что там погибла гражданка Великобритании. Поэтому для них это не шуточное дело. И что бегают какие-то иностранцы по городу то в Лондоне (это убийство Литвиненко), то в Солсбери и мажут какой-то гадостью их старую добрую родину, я понимаю, что их это дико раздражает. И потом выясняется, что следы ведут к каким-то русским ребятам. Причём эти русские ребята всё-таки не бизнесом занимаются, и связаны не гомосексуальными отношениями, скорее всего, а отношениями с неким ведомством совершенно особыми. И никто не доказывает обратное, а просто все говорят «вы врёте». Просто «вы врёте». А вот это. Нет, вы снова врёте. Ну, конечно, к нам отношение соответствующее складывается…

Да, я ещё напомню об убийстве Бориса Немцова. Вот, пожалуйста, дело. Вот уж дело, так дело! Тоже в центре города, совсем в центре города!..

И. Воробьёва ― А убийство Анны Политковской?

Н. Сванидзе ― Да, ещё раньше убийство Анны Политковской. В подъезде. А здесь в центре города. Человека убили практически напротив Кремля. И явно заблокировано следствие. Оно просто заблокировано! Просто мы же видим по факту — дальше нельзя! Всё! Вот только сюда. Сюда копайте, а сюда и сюда — нет. Это что, это может вызвать доверие? Нет. Мы же видим, что люди, которые в результате осуждены, отвечая на ваш вопрос, поверить или нет — может быть это будут люди, которые имеют отношение. Люди, которые были осуждены, на мой взгляд, имели отношение к убийству. Но не они его определяли, организовывали и направляли.

И. Воробьёва ― Не могу не спросить, буквально сегодня новость пришла о том, что патриарх Кирилл стал почётным профессором РАН. Я видела реакцию людей, когда мы только услышали эту новость, начали улыбаться как-то так. А может, мы чего-то не понимаем, может это вполне история нормальная и правильная?

Н. Сванидзе ― Наверняка мы с вами чего-то не понимаем, конечно. Причём очень многого, что понимают те, кто поступает таким образом. Они все это понимают гораздо лучше, чем мы с вами. В принципе если тренд этот продолжить, то вообще вся академия наук должна состоять из людей священного звания, конечно…

И. Воробьёва ― Мне кажется, это было бы даже интересно.

Н. Сванидзе ― Потому что они же духовнее гораздо! Они правильнее смотрят на мир. На его происхождение. На законы мироздания. Поэтому вот пусть они и составляют, собственно этот штат… В своё время же так и было, европейские университеты же возникли, так или иначе, вокруг и были связаны с христианством. И ректоры все были крупные деятели христианской церкви, естественно. Откуда же возникли ещё европейские университеты? И главный предмет был богословие. В течение веков. Но это было в средние века и не у нас. А у нас сейчас 21-й век и только сейчас мы постепенно возвращаемся примерно в эти, прямо скажем, святые времена. Дальше будут крестовые походы, святая инквизиция…

И. Воробьёва ― Не хотелось бы.

Н. Сванидзе― Что значит «не хотелось бы»? Мало ли чего не хотелось бы.

И. Воробьёва ― Уже всё двигается в ту сторону. Я поняла. Ладно. Ещё вернёмся к россиянам, которые недовольны властями. Есть очередной опрос общественного мнения. ФОМ провёл. Половина россиян недовольна властями. Вам не кажется, что это какая-то уж слишком большая цифра? Последнее время эти большие цифры недовольства властями, какой-то падающий рейтинг власти и так далее, это слишком много. Или это что-то означает или на это нужно смотреть: ну вот уже было такое. Были уже недовольны. Рейтинг Путина уже падал. Ну, потом всё вернулось обратно.

Н. Сванидзе ― Во-первых, половина — это очень мало, на мой взгляд. Я думаю, что на самом деле недовольных гораздо больше. Потому что, например, в Швейцарии половина жителей недовольна властями. Я вас умоляю. И в Финляндии, и Норвегии. И Новой Зеландии. А у нас-то должно быть побольше половины-то! Просто не все это говорят, естественно. Разумеется. И потом по причинам, связанными с нашими историческими и социопсихологическими реалиями, у нас странным образом распыляется это недовольство. Распространяется не на всех. Потому что нужно во что-то, в кого-то верить. Иначе это будет полная чернуха, и люди начнут головой о стену биться…

В кого верить? Последней падает вера в первое лицо. То есть бояре, баре, все приказчики, урядники, управляющие — все козлы позорные. Но первое лицо, государь, царь-батюшка. Поскольку он помазанник, то он всё-таки порядок-то наведёт. Вот когда его рейтинг снижается, а он снижается, повторяю, последним, это уже, в общем, довольно грозный признак. Он сейчас тоже снижается. Но, естественно, мы знаем по тем же опросам, что правительство, Дмитрий Анатольевич Медведев, кто угодно, держится более-менее. Высок рейтинг первого лица, армии, церкви, то есть тех институтов, которые составляют такую консервативную основу какой-то веры в жизнь людей. Ведь во что-то надо верить. Давайте хотя бы верить в это. Если этого не будет, тогда вообще стреляйся. А стреляться никому не хочется. И правильно.

И. Воробьёва ― А почему люди не могут поверить в людей, в добровольцев, благотворительность? В себя. Это только у нас мы можем верить только в царя или это в принципе…

Н. Сванидзе ― То, что вызывает у нас розовый, сопливый абсолютно миф, я имею в виду Советский Союз, который вызывает у нас вот такое ностальгическое чувство у подавляющей части нашего населения, — просто из протеста. И чем дальше, тем больше, кстати. Против того, что происходит сейчас, всегда, поскольку верить в настоящее сложно, верить в будущее — оно вообще непонятное. А вот раньше были какие-то мифы, связанные с будущим, с построением коммунизма. Ну, смешные какие-то, но всё равно они были.

И. Воробьёва ― Вдохновляющие.

Н. Сванидзе ― Да, а сейчас вообще нет никаких. Поэтому верят в прошлое. Поэтому идут, повернув голову назад, смотрят назад и там пытаются увидеть что-то прекрасное и сияющее. Верят в это прекрасное и сияющее, поскольку историю, в общем, знают, более-менее только последнего века. Верят в Советский Союз. Но мы-то знаем, что именно социальная практика Советского Союза разъединяла людей. Она делала людей подозрительными, она заставляла людей стучать друг на друга, подозревать друг друга, не верить ни во что, что идёт снизу, а не сверху, что идёт от людей, а не от государственной власти. То, что от государственной власти — то благо, то правильно. Разрешили — кричи. Не разрешили — молчи. Шаг влево, шаг вправо — побег.

И люди к этому привыкли. А на самом деле это именно то, что идёт от советской власти, от Советского Союза, это разъединяет людей. Это абсолютное недоверие, это атомизация общества. На самом деле общество совсем было не такое, а я бы сказал диаметрально противоположное тем советским лозунгам…

И. Воробьёва ― Вот, я хотела спросить. А как же коллектив?

Н. Сванидзе ― Никакого коллектива! Какой коллектив? Где мы его видели этот коллектив? Только в лозунгах. Не было никакого коллектива! Не было никакой взаимовыручки! Был всеобщий стук и подозрительность. И всё! И на этом стоял режим. И когда вот эта его составляющая стала слабеть, режим ослабел и рухнул. Потому что он стоял именно на этом. В результате у нас сейчас нет этой основы, связанной с взаимной поддержкой, с инициативой. Люди боятся инициативы. Вспомните, вы, наверное, не помните, поскольку вы молодая совсем женщина.

А я помню, как было, когда вы были маленькой девочкой. Я помню, что в мальчишеской среде в 60-е годы, когда было моё детство: тебе что, больше всех надо? Вот это главный вопрос, с которого могла начаться уже драка мальчишеская детская. Тебе что, больше всех надо? Ты чо? Это все должны быть вровень! Все должны быть одинаковые как орешки. И когда кто-то выделяется, когда кто-то предлагает пусть хорошее… А кто ты такой?! А тебя спросили? Тебе будет приказ рот открыть, ты его откроешь. У нас нет, к сожалению, этих традиций. Вернее они были в своё время, но они были сломаны.

И. Воробьёва ― Ну вот до 1917-го года всё это было, пожалуйста.

Н. Сванидзе ― Было, особенно после великой реформы. После реформы Александра Второго, после освобождения крестьян. Тогда, конечно, очень многие хорошие вещи распространились, но потом они были сломаны, были сломаны об колено. И не просто сломаны, а просто растирались в пыль! Так же как и вера, кстати, которая тоже, как выяснилось, глубоко не сидела. Потому что не только советская власть убивала священников и разрушала церкви. Ленин и Сталин тысячами убивали священников. Но народ же к этому относился абсолютно лояльно.

И. Воробьёва ― Понимающе.

Н. Сванидзе ― Был только один период. Я помню, когда в период перестройки и пораньше, когда церковь была популярна среди интеллигенции. Когда туда действительно люди думающие стремились. Потом в последнее время, когда церковь слилась с государственной властью, в общем, официально её рейтинг стал подниматься. Потому что близость к государственной власти у нас всегда способствует повышению официального рейтинга формального. А реальная популярность, мягко говоря, не увеличилась. И пока ещё была популярна государственная власть, всё, что с ней связано, тоже пользовалось успехом. Сейчас мода на неё исчерпана. Она пошла вниз и соответственно мода на всё, что с ней связано, тоже пошло вниз. Это и церковь, любые институции, включая СМИ.

И. Воробьёва ― Не могу не спросить про персонажей, которые похожи на персонажей какого-то фильма. Но это всё-таки наша российская действительность. Настя Рыбка, она же Анастасия Вашукевич, по следам которой Алексей Навальный выпустил целое расследование, и был большой-большой скандал. Они сначала были арестованы в Тайланде вместе с её другом Алексом Лесли. Сейчас их отпустили, они прибыли в Россию. И их арестовали. Сейчас адвокат этой самой Насти Рыбки говорит, что она гражданка Белоруссии. И поэтому всё, что с ней сделали в зоне прилёта и депортировали её на российскую территорию, — незаконно. Вообще-то логично, согласитесь. Я, правда, единственное не понимаю, что, они такие жуткие преступники?

Н. Сванидзе ― Их обвинили, по-моему, в незаконном секс-тренинге.

И. Воробьёва ― Да, да. В организации секс-тренингов. Это в Таиланде было.

Н. Сванидзе ― То, чем я бы хотел заниматься, если сменю профессию когда-нибудь. Поехать в Таиланд, заниматься секс-тренингом.

И. Воробьёва ― Там это, знаете, запрещено…

Н. Сванидзе ― Мечта.

И. Воробьёва ― Там за это наказывают. А здесь — это вовлечение в занятие проституцией. Всё очень просто.

Н. Сванидзе ― Естественно. Ну, если говорить серьёзно, то это независимо от личной судьбы самой Насти Рыбки, которая девушка, по-моему, яркая, так или иначе, найдёт себя в этой жизни, как мне кажется.

И. Воробьёва ― Если в тюрьму не сядет.

Н. Сванидзе ― Тоже, такую биографию сделает наша барышня. Это будет ещё один фактор очень интересный в значительно более крупном сюжете и масштабном. Всё же связано со взаимоотношениями Москвы и Минска.

И. Воробьёва ― Безусловно.

Н. Сванидзе― Это очень занятно. Потому что этот сюжет и так на данный момент крайне богатый, а сейчас будет ещё богаче.

И. Воробьёва ― Но вот интересно, Лукашенко сказал, что белорус — это русский со знаком качества. И никто вроде, мне кажется, не обиделся даже. Ну, белорусы — братья же.

Н. Сванидзе ― Объединяться надо, поэтому сейчас никто не обидится.

И. Воробьёва ― Ах да, мы же должны…

Н. Сванидзе ― Обижаться потом, когда объединимся, тогда будем обижаться.

И. Воробьёва ― Тогда будем все дружно обижаться. Не успеваю, к сожалению, задать ещё вопросы от наших слушателей. Прошу у них за это прощение. Кто не успел послушать, не успел посмотреть, вы можете сделать это на нашем сайте либо в Ютубе, где мы тоже транслировались. Я напомню, что это было «Особое мнение» журналиста Николая Сванидзе. Спасибо большое.







ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Пропаганда нацизма и расовой сегрегации запрещена законодательно даже в гнойнам русскам мире.
________________________________________

Владимиру Владимировичу плевать на рейтинг — он будет грести на российской Галере, пока не отбросит вёсла.
________________________________________

37 лет назад 17 января 1982, не стало великого русского писателя Варлама Шаламова. Помянуть бы надо.
________________________________________

Пока обществу не сообщат, на каком этаже рвануло и кто в ней жил, то есть все основания, что это был Теракт. Почему темнят с подорванной Газелью, у которой оказались неразорвавшиеся газовые баллоны?
________________________________________

Если они начнут расследовать и сделают это расследование открытым — рано или поздно они найдут в этом деле свой собственный хвост. Поэтому ждать от них сообщений — это всё равно, что мечтать запрыгнуть на Луну. Поэтому брехали, брешут и будут брехать — это девиз наших ССовцев, он у них и на их щите написан и на лбу тоже.
________________________________________

Может правда Путин — это марсианин? Он и его сотоварищи ждут челнока, а он прилетает раз в 25 лет. Нужно усидеть во что бы то ни стало до прилёта корабля, иначе улетят другие.
________________________________________

В СССР (России) именно германский нацизм называется фашизмом. А "фашизм, который значительно шире", вообще негативной окраски не имеет — к тому же вполне себе фашисту Салазару, например, отношение нейтральное — ну, фашист, да и на здоровье. Слово, конечно, стремноватое, но ведь не Гитлер какой, ничего плохого нам не делал.
________________________________________

Можно подумать, Салазар в Европе считается исчадием ада. Да и сами португальцы его ничуть не стыдятся.
________________________________________

Как-то упускается из виду, что именно власть всегда и везде культивирует фашизм (не путать с нацизмом), конечно там, где ей это позволяют.
________________________________________

Вот я и говорю: что бы ни делал дурак, всё оборачивается против него же. Умный со мной не спорит, потому как-то это очевидно для него, а дурак не соглашается и старается дальше.

Все мы помним, как радовался и старался дурак в случае с девчонками из Pussy Riot — аж кровавая пена капала у него с клыков. «Так их, так их», — кричали они, — «давай пожёстче, ишь они, на президента и скрепы в храме…» — и прочий патриотический бред.

Дали девкам, отсидели они и мученицами стали. Раньше мало кто про них и слышал, а тут такая реклама со стороны дурака. И попёр закономерный результат усилий дурака. Теперь эти девки ездят по Европам и Америкам, собирают полные залы, поют свой знаменитый хит и рассказывают о России — по большей части о том, какие там замечательные дураки — словом, открывают мировой общественности глаза на то, что на самом деле представляет собой современная Россия.

Дурак думает, что результат его усилий — двушечка бого- и президентохульницам. А на деле результат его усилий — слава по миру о России как о необразованной, некультурной, беззаконной, мракобесной и дикой стране.

Умный это понимает и стесняется, а дурак в недоумении — «я стараюсь, а они всё равно русофобствуют»…
________________________________________

Пока что бесконечно серая Зона 404 — это как раз утопающая по уши в санкциях, контр-санкциях и само-эмбарго Россия с ещё более серой Зоной 404 Крым. Рано радуются Путин с Силуановым — не проканал этот призыв кушать ультра-гиперзвуковые ракетки вместо нано-пенсий, как и пушки вместо масла.

Всенародные выступления против всенародного ограбления под видом повышения пенсионского возраста ещё далеко не иссякли. И скачок нефте-цен с 40 US$ до 60 US$ за баррель тоже как-то мимо всенародных ртов, карманов и ушей проскочил!.. Всё в путинские карманы утекло…

Да и нетути никаких этих мульти-пульти-гига-мега-гиперзвуковых ракеток, брехня одна вместо них.

Нет ничего проще борьбы с бедностью на Руси. Надо просто запретить сам термин "бедняк". И называть всех только "недостаточно богатые"! И всё…
(Из свежих рецептов мадам Голиковой)

Само собой, воцарение горе-царька на троне — реальная катастрофа и крушение всей России. Царь-Катастрофа устроил из России жуткую Империю Вранья, Насилия и Воровства Держи-Мордор.

«Вы что, хотите, как в Париже?» — весело шутит В. Путин.

"Три-По-Ли! Три-По-Ли!" — весело скандирует народ…

Нынче все толстосумы — лучшие путинские друзья и сотрудники горе-царька. Никто их трясти не будет. Будут только истошно верещать про необходимость разворачивания самой ожесточеннейшей борьбы с коррупцией и злоупотреблениями.

Горе-царь только блефует, пытаясь и япошей запутать, поманив подвешенной на шесте морковкой, и соблюсти своё дырявое реноме "русских земель собирателя". На самом деле все сразу так и поняли, что и сдача Курил откладывается, и аншлюсс Беларуси отменяется. А вот братская дружба с батькой Лукичом уже влетела нам в 120 млрд. US$, однако…
________________________________________

Осуди́те сначала себя самого́,
Научитесь искусству такому,
А уж после суди́те врага своего
И соседа по шару земному.
Научитесь сначала себе самому́
Не прощать ни единой промашки,
А уж после кричите врагу своему,
Что он враг и грехи его тяжки.
Не в друго́м, а в себе побеждайте врага,
А когда преуспеете в этом,
Не придётся уж больше валять дурака —
Вот и станете вы человеком.
        Б.Окуджава

________________________________________



ИСТОЧНИК

Ирина Воробьёва

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Фашизм (0)
  • Власть (0) > Грабёж (0)
  • Власть (0) > Беспредел (0) > Террор (0)
  • Общество (0) > Терроризм (0)
  • Власть (0) > Беспредел (0) > ФСБ (0)
  • Социализм (0) > Застой и ностальгия (0)
  • Социализм (0) > Менталитет (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 16.06.2019 - ОПЯТЬ БЕЗ ШТАНОВ
  • 15.06.2019 - ОБХОДИМСЯ БЕЗ БАТЫЯ
  • 13.06.2019 - НОВЫЕ ЛИЦА «ЯБЛОКА»
  • 13.06.2019 - ЭВОЛЮЦИЯ АВТОРИТОРИЗМА
  • 12.06.2019 - СУПЕРДЖЕТ ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ
  • 12.06.2019 - ПЕРВОМАЙСКАЯ ДЕМОНСТРАЦИЯ В ЛОНДОНЕ
  • 12.06.2019 - ХРАНИТЕЛИ ОБЩАКОВ СИЛОВЫХ ОПГ
  • 10.06.2019 - ДЕМОНСТРАЦИЯ ЛЮБВИ К ТОВАРИЩУ СТАЛИНУ
  • 09.06.2019 - «СУЛТАН ХАЛИД БИН АЛЬ-САУД»
  • 08.06.2019 - ПУТИН И ПУСТОТА
  • 08.06.2019 - ПОЖАР В САМОЛЁТЕ ГЛАЗАМИ ПАССАЖИРА С 12 РЯДА
  • 01.06.2019 - РЕВОЛЮЦИОНЕР ПРОТИВ ТОТАЛИТАРИЗМА
  • 29.05.2019 - ЯДЕРНОЕ ПРОТИВОСТОЯНИЕ
  • 20.05.2019 - ОТНОШЕНИЕ ЧИНОВНИКОВ ПУТИНА К ЛЮДЯМ
  • 19.05.2019 - СТАЛИН В МАССОВОМ СОЗНАНИИ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru