Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[25.02.2019]

ВОЗВРАЩЕНИЕ СТАЛИНСКОГО «ТЕАТРА РЕПРЕССИЙ»

Кирилл РОГОВ: политолог, политический обозреватель, колумнист «Новой газеты» и «Русского Newsweek», автор статей в журнале Pro et Contra, ведущий блога на InLiberty.ru и частый участник радиопередач «Эха Москвы»


Кирилл РОГОВ:


Это «театр репрессий», который мы наблюдаем уже в течение нескольких лет, спектакль под названием «Покорение Кавказа». В принципе эта история не про Кавказ, а про «Газпром». Но показана кавказская история, сейчас идёт эпизод «Покорение Дагестана».

Это как бы такая демонстративная история про то, как такая консолидированная диктатура покоряет архаичную клановую кавказскую систему власти и подминает её под себя. Казалось, что Кавказ будет сопротивляться, больно он сплочённый в этой клановой системе. Но вот нам демонстрируют, что такая атака возможна. И, на мой взгляд, очевидным образом это ещё некоторый такой рикошет Кадырову. Это не значит, что кто-то будет конфликтовать сейчас с Кадыровым. Это просто такой намёк, а главное то, что идея покорение Кавказа сейчас достаточно центральная для Кремля.

Мы же понимаем, что будет происходить, что клановую систему невозможно таким наскоком переделать. Придут к власти другие кланы в Дагестане, в частности. Но эти кланы придут с помощью федералов. И они будут понимать, что их власть опиралась изначально на федералов, и что с федералами необходимо считаться.

«Театр репрессий» — это театр силы: вот мы можем. И никто нам ничего не скажет. Это очередной этап развития репрессий. Начиная 2010-х годов репрессии стали важнейшим элементом авторитарной стабильности.

Репрессии бывают двух основных типов: репрессии против оппозиции и репрессии против элит, что ещё более важно. Оппозиция у нас довольно слабая и поэтому главное направление удара на сегодняшний день — это элиты. Это аресты губернаторов, министров, других уважаемых людей. Сегодня очень многое держится на репрессиях.

Для многих элит в 2000 годы главным механизмом коррупционной лояльности была награда. То есть если человек лоялен, он встраивался в систему, получал полномочия и доступ к какому-то источнику денег. И на этом строилась его коррупционная лояльность.

Сегодня таким образом коррупционную лояльность обеспечить невозможно. Потому что с одной стороны люди уже набрали много денег, а с другой стороны они готовы соскочить, потому что перспективы режима ухудшаются. И для многих особенно в федеральных элитах было бы сейчас идеальным куда-нибудь исчезнуть, уехать и чтобы тебя уволили.

И вообще теперь весь механизм построен не только на твоём доступе к какому-то источнику ресурсов денег, а на том, что ты являешься заложником, что как только твоя лояльность будет поставлена под сомнение, ты не просто лишишься этого источника, а сядешь. Это другой механизм. Это переход от конкурентного авторитаризма к репрессивному авторитаризму. У него другие рычаги, которыми он обеспечивает свою власть. И поэтому эта пьеса лишь показывает, как силовики осуществляют эту операцию по покорению Кавказа.

Так начинается централизация коррупции, то есть теперь люди могут воровать только в тех объёмах, в которых им позволено наверху. Одних посадят, а остальные поймут, что допустимый объём изменился, и будут воровать меньше.


Е. Альбац ― Добрый вечер. В эфире радиостанция «Эхо Москвы». У микрофона Евгения Альбац. И как всегда в понедельник я начинаю нашу передачу, посвящённую ключевым событиям недели, тем событиям, которые будут иметь влияние на политику ближайших недель и месяцев. Наказание региональной элиты, кейс Арашуковых из Карачаево-Черкесии. Ровно об этом мы будем сегодня говорить.

Напомню, что на прошлой неделе прямо на заседании Совета Федерации был задержан член верхней палаты Рауф Арашуков. А следом — почётный газовик, его теперь называют в прессе не иначе как газовым королём, директор филиала ООО «Межрегионгаз» в Карачаево-Черкесии Рауль Арашуков, отец молодого сенатора. В настоящее время арестованы уже семь человек. Это мы будем сегодня обсуждать. В студии:

• Григорий Сергеевич Шведов, главный редактор интернет-издания «Кавказский узел».

• Сергей Сергеевич Смирнов, журналист, главный редактор Медиазоны.

• Кирилл Юрьевич Рогов, политолог.

Итак, Григорий, вам первый вопрос. Расскажите нам, пожалуйста, что это за клан Арашуковых. Поскольку мы до прошлой недели ни сном, но духом…

Г. Шведов ― Ну как сказать. Карачаево-Черкесия, карачаевцы и черкесы. Мы сейчас все смотрим на черкесскую сторону Карачаево-Черкесии. И кажется как будто это самые влиятельные люди, в то время как управляет на самом деле Карачаево-Черкесия. Карачаевцы, которые сейчас в тени, о которых мы вообще не говорим. Черкесы давно борются между собой, очень влиятельные лица Арашуковы с одной стороны, Деревы с другой стороны.

Е. Альбац ― Это Приэльбрусье?

Г. Шведов ― Да. Причём Дерев тоже был сенатором. На прошлой неделе, наконец, завершилось следствие по делу Дерева. Был сенатором, перестал быть сенатором. Посадили и его, а недавно осенью и сына. То есть у нас абсолютное зазеркалье такое. Сначала одних сажают вдвоём — бывшего сенатора и сына. Теперь других сажают. Это черкесская часть Карачаево-Черкесии.

Е. Альбац ― Так. А в Иордании очень большая община черкесов. Древний очень народ, который оказался разбросан по разным странам. Объясните, чем этот клан Арашуковых известен в Карачаево-Черкесии. Если можно сразу, каким образом этот молодой человек, Рауф Арашуков, ему 32 года, уже в 21 он был министром республиканского правительства?

Г. Шведов ― Да, замечательное такое рассуждение о том, закончил ли школу вообще Арашуков, потому что действительно каким образом?

Е. Альбац ― И всё-таки почему так поднялся этот клан?

Г. Шведов ― Из-за Ставрополя. В Ставрополе находится «Межрегионгаз». «Газпром». Оттуда из головного офиса долгие годы Арашуков старший возглавлял не только карачаево-черкесские газовые дела, но по всему Северному Кавказу и шире — по югу России, по Южному федеральному округу филиалы, управлял совершенно легитимно. Он был большим начальником, гораздо более высокого уровня, чем карачаево-черкесские какие-то начальники. И известен был именно поэтому ещё в те времена, когда был начальником. Его, кстати, давно отправили в отставку. Ещё в те времена у них был конфликт и столкновение с другим черкесским бизнесменом, который по совместительству был сенатором, по фамилии Дерев, хотя официально конечно не был бизнесменом, когда был сенатором. И известен он за счёт газа. И клан, если так можно говорить, потому что это некоторое преувеличение, известен за счёт богатств, полученных не будем говорить каким путём.

Е. Альбац ― А каким? Они добывают газ у себя на делянке? То есть там, что, в Карачаево-Черкесии ткнёшь палкой, и оттуда газ идёт?

Г. Шведов ― Если мы будем говорить, каким путём, то на самом деле богатства Арашуковых — это не северокавказское воровство. Насколько можно в этой студии говорить про «Газпром», скажем честно, кто закрывал глаза на всё эти годы? «Газпром» в Москве, конечно же, все эти годы закрывал глаза на всё то, что происходило. Сейчас мы смотрим на кейс как на какое-то северокавказское воровство. Совсем не в этом дело.

Е. Альбац ― То есть вы хотите сказать, что этот клан сделал свои слитки золотые, драгоценности, на каком-то канале показывали, только на газе?

Г. Шведов ― Конечно, занимались. Более того, у Арашукова старшего две судимости за то, чем он занимался до газа. Но дело, конечно, в газе, но не в Карачаево-Черкесии. Важно понять, что эта история не про малюсенький регион на Северном Кавказе. Эта история про весь юг России, не только Северный Кавказ и это история про Москву. Потому что сейчас это абсолютно вылетает за пределы информационной картины, которую показывают упомянутые вами каналы. Как будто это какой-то кейс регионального воровства. Совсем нет! Именно потому этот кейс и важен — потому что на самом деле вопрос далеко не в том, что происходит на Северном Кавказе.

Е. Альбац ― Вы хотите сказать, что воровство в России это новость?

Г. Шведов ― Я хочу сказать, что нам показывают какого-то стрелочника, указывая на его кавказский акцент. О, плохое образование, о, попросил переводчика. О, золотые слитки… Вы правильно сказали. Это неважно. Не эти сабельки, не эти кинжалы важны. Важно то, что это не губернатор, это часть системы, гигантской российской государственной компании. Кто в этой компании отвечал… я не знаю. Давайте посмотрим, как наши СМИ займутся этим расследованием.

Е. Альбац ― О’кей. Сергей Смирнов, нам показали, нам рассказали, как задерживали Арашукова младшего, который в Совете Федерации. Там принимал участие глава Следственного комитета, генеральный прокурор, в большом количестве ФСО и даже спикер верхней палаты Валентина Матвиенко. Это что было? И для кого это всё демонстрировалось?

С. Смирнов ― А мне кажется, мы наблюдаем большую реконструкцию в онлайн режиме. Они сидят, обсуждают какое-нибудь сталинское или постсталинское время и вполне серьёзно, мне кажется, себя ощущают, возможно, считают, что надо действовать также красиво. Это же арест Берии практически такой! По-другому не скажешь.

Е. Альбац ― Аллюзия, но она совершенно некорректная. Честное слово, этот Арашуков…

С. Смирнов ― Конечно, могли его арестовать совершенно спокойно где угодно. Но это был демонстративный шаг. Красивый. Формальный. И на самом деле, если серьёзно говорить, хотели они этим напугать — напугали бы любым арестом в том или ином виде.

Е. Альбац ― А зачем такая демонстрация?

С. Смирнов ― Я действительно не думаю, что тут есть какие-то совсем рациональные причины именно такого представления…

Г. Шведов ― У всех сенаторов, извините рыльце в пушку.

С. Смирнов ― Да испугались бы и простого ареста где-нибудь на ступеньках или около дома.

Г. Шведов ― Но тут представьте себе, как у них дрожали колени!

С. Смирнов ― Возможно, мы просто не видим, а все видеокамеры снимали лица сенаторов в момент, когда объявляют об аресте и сейчас все смотрят, как их лица меняются. То есть если честно я, к сожалению, не вижу каких-то совсем рациональных причин какого-то совсем рационального поведения. Мне кажется им просто понравилось делать большой красивый жест с участием главных силовиков. Матвиенко спикер, участник всей этой большой комбинации. Она посвящена, представляется некой большой сценой неким большим театральным представлением. Я действительно читаю, что каких-то совсем рациональных причин для такого действия не было. Разве что участие силовиков таких высоких рангов было жестом уважения к фигуре задержанного или, по крайней мере, символом уважения статусу палаты парламента.

Е. Альбац ― Кирилл, вы согласны? Я не верю, Византия же требует таких символов.

К. Рогов ― Да, но мне кажется, у Сергея есть какие-то внутренние противоречие в том, что он говорит. Я уверен, и мне кажется это совершенно очевидным, что мы наблюдали то, что можно назвать «театром репрессий». Причём не первое же такое его выступление — всё время мы видим творческие поиски в этих направлениях. И как показывают, как кого дома начинают арестовывать, как коробки переворачивают или помните, историю, не знаю, правда ли, что когда арестовали какого-то ФСБшника, который с хакерскими группами работал и вроде работал против них, на заседании ему надели мешок на голову. Конечно, это «театр репрессий», который восходит и к сталинским временам. И не только. Другие диктатуры тоже практиковали театры репрессий. И мы наблюдаем этот театр постоянно. Более яркие его представления, менее яркие.

Е. Альбац ― Адресат кто, Кирилл?

К. Рогов ― Все мы. У репрессий всегда ясный адресат. Адресат — сенаторы, я кстати очень люблю этот анекдот про то, что когда сказали, что сейчас арестуют одного из сенаторов, то все сенаторы, включая Матвиенко, бросились к дверям и только Арашуков остался сидеть, потому что не знал русского языка. Его и арестовали. Это действительно та сцена, которую они хотели, я думаю, наблюдать. И может мы ещё увидим, нам не все показывают кадры, они снимали там в зале, трансляции не было. Так что ещё держат при себе и показывают пока, видимо, сенаторам. Теперь на каждом заседании Совета Федерации будет короткий ролик такой пробегать.

Г. Шведов ― За сердце там вроде хватались на видео.

Е. Альбац ― Ну не первый же раз арестовывают людей из провластной элиты. И, тем не менее…

К. Рогов ― Это работает.

Е. Альбац ― Чего боялись-то? Они что боялись действительно, что этот молодой 32-летний сенатор будет отстреливаться?

К. Рогов ― Это «театр репрессий», но, кроме того, что это такой большой проект, который мы уже в течение нескольких лет наблюдаем, у него есть ещё более локальная часть. Спектакль в этом «театре репрессий» под названием «Покорение Кавказа». И мы её наблюдаем в течение последних месяцев или пары лет. Потому что я совершенно согласен с тем, что сказал Гриша, что в принципе эта история не про Кавказ, а про «Газпром». Но показана кавказская история, она встраивается в историю Дагестана. Сейчас идёт «Покорение Дагестана». Это как бы такая демонстративная история про то, как такая консолидированная диктатура покоряет архаичную клановую кавказскую систему власти. И подминает её под себя.

Е. Альбац ― Вы извините, имеете в виду, что был назначен губернатором генерал Васильев, генерал МВД. После чего весь клан, который был у власти до этого либо арестован, либо где-то о них ничего не слышим?

К. Рогов ― Да, и на самом деле первая проба покорения Кавказа началась же давно, это был ещё арест Амирова в 2013-ом году. Очень тоже театральный со спецназом.

Е. Альбац ― Это в Дагестане тоже?

К. Рогов ― Да, мэр Махачкалы.

Г. Шведов ― Вертолёт садился…

Е. Альбац ― Он был в инвалидной коляске. Срок большой получил.

К. Рогов ― Это имело свои некоторые, на мой взгляд, причины. Локальные, почему тогда это было. Но сейчас есть некоторая с Дагестаном история про покорение Кавказа, это такой напор из центра — атака централизма на Кавказ. Казалось, что он централизму будет сопротивляться, и будет недоступен для централизма, больно он сплочённый в этой клановой системе, всё очень жёстко выстроено там у них внутри. Но вот нам демонстрируют, что это возможно. Такая атака. И, на мой взгляд, очевидным образом это ещё некоторый такой рикошет, привет Кадырову. Потому что, в сущности, формальная уголовная фабула совершенно похожа на чеченскую, что есть газ, который вроде бы на республику расходовался, а кто его получал — неизвестно. И есть задолженность, а кто за неё должен платить — непонятно. Кадыров это разыгрывает на политическом уровне, он говорит, что наши граждане не могут платить. А здесь это переводится на личности. Значит, будет платить тот, кто вот там сидел. Некого чувака мы берём в заложники…

Е. Альбац ― То есть вы связываете эту историю с тем, о чём говорили несколько недель назад, когда Чечня отказалась платить по долгам за газ?

К. Рогов ― Да. Мне представляется, что такова фабула предъявленного обвинения…

Е. Альбац ― Черкесы расплачиваются сейчас за Кадырова?

К. Рогов ― Не знаю, можно ли так сформулировать. Но, в общем, на их примере показали, что можно решать эту проблему, трактовать её немножко по-другому. И что решимости у федералов достаточно. Это не значит, что кто-то будет конфликтовать сейчас с Кадыровым. Это просто такой намёк в разговоре такой. Но главное то, что идея покорение Кавказа достаточно центральная для Кремля сейчас. Мы же понимаем, что будет происходить. Что клановую систему невозможно таким наскоком переделать, и она не будет переделана. Придут к власти другие кланы в Дагестане в частности. Но эти кланы придут с помощью федералов. И они будут понимать, что их власть опиралась изначально на федералов, когда они приходили, и что с федералами необходимо считаться. Потому что это всё проницаемо. Помните, откуда взялся у нас господин Алиев в Азербайджане? Алиев старший.

Е. Альбац ― Гейдар.

К. Рогов ― Это же было знаменитое дело, когда Андропов якобы вскрыл коррупцию страшную в Азербайджане и снёс клан предыдущий и поставил на их место КГБшника, своего человека, который потом прекрасно воспроизвёл весь механизм патронажной этой политики. Выстрел в свою клановую систему. И также будет и здесь. Но непосредственно те, кто сейчас получат в руки ключик управления, будут федералам, силовикам федеральным обязаны и будут как-то с ними связаны.

И последний аспект, о чём Гриша говорил. Конечно, это механизм ротации элит и способ немножко касты больших компаний и их расходы немножко контролировать и всё время показывать в коррупции, где проходят границы. Вот можно столько брать, а столько уже нельзя. Как бы контроль коррупции — это такая системная технология, которая именно относится к крупным компаниям. И к «Газпрому» в частности.

Е. Альбац ― Но откуда всё-таки уши-то растут? Кто инициатор, как вы думаете?

К. Рогов ― Я думаю, что в данном случае инициатор, как у нас принято говорить, Путин, хотя я бы сказал так: путинский режим. Не знаю, как там вырабатывается решение. Потому что для меня это не история про этого человека. Это история, которая начинается с Дагестана и показывающая целую серию демонстративных шагов, что эта старая, вроде бы намертво сидящая, которую все боялись тронуть система, сейчас им доступна. Они могут её атаковать, не опасаясь последствий.

Е. Альбац ― Просто мы с вами хорошо знаем, много раз про это говорили, что ФСБ очень конфликтует с кавказскими элитами ещё со времён чеченской войны. И одна из гипотез, что на самом деле, наконец, ФСБшникам надоело сидеть и наблюдать за этим роскошеством кавказских элит и они решили, что надо, наконец…

К. Рогов ― А за роскошеством Миллера им не надоело наблюдать?

Е. Альбац ― Своих нельзя! Это корпоративное единство…

К. Рогов ― Они чувствуют либо, что сейчас они могут это сделать, либо что сейчас надо показать, что мы можем это сделать. Я даже так сформулирую. Это опять же «театр репрессий», театр силы. Вот мы можем. И никто нам ничего не скажет. И они вот пробуют это, они попробовали в Дагестане — прошло.

Е. Альбац ― Григорий, а как на это среагировали на Кавказе? Что вы знаете? Сейчас Кирилл сказал очень важную фразу, что федеральный центр этим наступлением на региональные кланы в Дагестане и сейчас в Карачаево-Черкесии показывает, что он может это себе сейчас позволить. Вы с этим согласны?

Г. Шведов ― Конечно, я согласен. Я более того считаю, что абсолютно правильно смотреть на Дагестан. Во-первых, началась атака на газ в Дагестане. Причём в декабре.

Е. Альбац ― Что значит «атака на газ»?

Г. Шведов ― Это значит, что именно в дагестанской дочке этой компании «Межрегионгаз» в середине декабря было первое задержание. Потом арест главы и потом началось это разворачиваться на протяжении января. То есть началось не с Арашуковых. Начали разматывать. Во-вторых, это дагестанский сценарий, абсолютно с этим согласен. У меня есть только один вопрос: будет ли дагестанский сценарий действительно такого театрального во многом действия кем-то когда-либо признан эффективным? С коррупцией же надо бороться, я согласен. Ведь они убирают чиновников, их заменяют кем-то другими… А вот если спросить экономистов, например, Зубаревич, цифры показывают, что в Дагестане после всех этих правильных действий пошли какие-то изменения? Зубаревич говорит, что нет. Посмотрим ещё дальше. Но если нет изменений, зачем тогда…

Е. Альбац ― Ещё рано, конечно, подводить итоги.

Г. Шведов ― Довольно долго уже Васильев производит…

Е. Альбац ― Сколько? Год, меньше?

Г. Шведов ― Год минул.

Е. Альбац ― Но всё-таки что говорят по поводу задержания Арашуковых на Кавказе?

Г. Шведов ― Давайте начнём с Карачаево-Черкесии.

Е. Альбац ― Давайте.

Г. Шведов ― Казалось бы, вот Хабезский район, откуда Арашуковы. Должны были бы люди выйти со словами «он же нам дом культуры» и так далее. Вот не вышли.

Е. Альбац ― А он, кстати, мусульманин или православный? Я так понимаю, что он православные храмы всё время строил. За это получил орден от патриарха. Правда, теперь говорят, неправильно дали ему орден.

Г. Шведов ― Я воздержусь вообще большинство чиновников называть людьми религиозными. Даже те, кто себя как-либо объявлял…

Е. Альбац ― А в принципе в Карачаево-Черкесии там в основном мусульманское население?

Г. Шведов ― Конечно. Но есть особая тема — поддержка православия в мусульманском регионе Северного Кавказа в Карачаево-Черкесии. Древнейшие российские храмы. Вспоминали Византию. Мы не только Византия по политике, у нас византийские храмы стоят в Карачаево-Черкесии. И в Абхазии ещё пока не у нас считаем. Кроме того, в Дагестане это особая тема, Саида Амирова вспоминали. У него тоже были особые отношения с тем ещё патриархом. Употребим такое выражение. Тогда ещё был Алексий. Поэтому православие — это особая тема. Они все заручаются поддержкой, у Кадырова тоже неслучайно, православных нет, но есть в центре города православный храм. Ходить туда почти некому. Это отдельная стезя.

Е. Альбац ― Вы говорите храм, вы имеете в виду православный храм?

Г. Шведов ― Да. Православие — это очень важная тема. И поддержка на уровне РПЦ очень важная тема. Хотя как мы видим сейчас, Навальный опять же и это разобрал замечательно. Как-то они быстро отобрали или аннулировали вроде бы выданные медали, ордена.

Е. Альбац ― Ну вроде бы теперь опять сказали, ну неважно. Давайте не будем сейчас. Я всё-таки хочу узнать, как отреагировали на Кавказе. Итак. Люди не вышли на улицу.

Г. Шведов ― Не вышли. Многие, во-первых, боятся. Потому что убирают-то по верхам. У нас сейчас происходит шорох в элитах. На самой верхней разобрались, кого-то там поубирали. Но назначена-то людей масса в своё время. Они все на местах. И поэтому не видно желания что-либо изменить. Массово люди не пишут в соцсетях. Мы делали несколько обзоров на «Кавказском узле». Не пишут ни злорадных комментариев, ни о поддержке. Конечно, немало родственников есть, которые считают, что Арашуковы связаны с убийствами близких им людей, и они могут высказаться. Но это единицы.

Е. Альбац ― То, что предъявляется младшему Арашукову?

Г. Шведов ― Да. Но мы должны понимать, что например, мы собрали на «Кавказском узле» за последние лет полтора десятка таких громких ярких убийств, а сейчас вскрыли два. Пытаются вменить. И это в малюсенькой Карачаево-Черкесии.

Е. Альбац ― Сколько там населения?

Г. Шведов ― Полмиллиона если наберётся. Так что нет никаких массовых выступлений. Главное, что сказал глава Карачаево-Черкесии — он как бы и открестился, но и вроде бы не заклеймил. Потому что мы понимаем, что есть везде взаимоотношения вась-вась, так что нет бурной реакции. Но давайте вспомним опять же, что это не дело Карачаево-Черкесии. Это по всему Северному Кавказу важное дело. Я думаю, поэтому многие…

Е. Альбац ― Кадыров будет следующий?

Г. Шведов ― Я думаю, что «Кадырову готовиться» — вот этот твит Венедиктова, он вполне уместный.

Е. Альбац ― Какой твит Венедиктова? Вы всё время апеллируете к каким-то твитам? Давайте не будем. Потому что мы не на телевизоре, я не могу сразу поднять этот твит и дать возможность всем прочитать. Либо цитируйте его тогда.

Г. Шведов ― Вот. Твит в этом состоит: «Кадырову готовиться». Задержание знаковых фигур на Северном Кавказе, разворачивание дагестанского сценария за пределами Дагестана, то, что сейчас возможно начинает происходить в Карачаево-Черкесии, это, безусловно, сигнал для других региональных элит. И для Кадырова, в том числе. И конечно, эти 9 млрд. — это история с газом, о которой Кирилл говорил сейчас, она точно связана с этим арестом. Просто по незнанию суд в Чечне вдруг принял такое решение, что списать. Или это какая-то многоходовка. На этот вопрос я ответить не могу. Но это точно связанные между собой события.

Е. Альбац ― Сергей, вас я хочу спросить, говорят, что было организованное преступное сообщество, которое действовало 18 лет. Что случилось, почему сейчас заметили? И как в стране, в которой правят чекисты, которые проводят оперативно-следственные мероприятия нон-стоп по любому поводу, не получая ни у кого никаких разрешений, как может быть, что только сейчас заметили?

С. Смирнов ― Красивый риторический вопрос, на который мы все знаем ответ. Ну, потому что у нас такая система сложилась, в том числе взаимоотношений силовиков, раскрутка всех этих дел. Есть проблема, как человек, который видит такое уголовное дело и сразу первый вопрос не «что он сделал», а «почему именно его взяли сейчас». Это же ключевой момент. Почему именно его и почему именно сейчас?

Е. Альбац ― Но вы же не думаете, что это потому что раньше не видели…

С. Смирнов ― Конечно, нет. Все прекрасно видели, всё собрано. По такому сценарию без всяких шуток можно арестовать уж точно половину Совета Федерации. Это я очень мягко думаю сейчас, мягкие цифры. Не говоря уже о других органах власти. Мне кажется, это даже не особо скрывается в целом.

Е. Альбац ― А почему организованное преступное сообщество сразу начали клеить? Заметьте, когда взяли «Сумма» у братьев Магомедовых, тоже пошла тема организованной преступной группы.

С. Смирнов ― И есть не только у них, а ещё в деле Гайзера. Там тоже статья 210-я — организованное преступное сообщество. Кстати очень любопытно, дело в том, что история статьи весьма своеобразная. Её придумали в своё время против ОПГ, потому что не могли посадить по конкретным делам и сажали по статье ОПГ. Надо было как-то связать эту деятельность, потому что до первых людей было трудно дойти с точки зрения доказательств. Потому что на самом деле это некая группа, которая соблюдает конспирацию. Они это делают для извлечения преступной прибыли. На самом деле, мне кажется, это классическая структура. Вообще в сегодняшней России практически, мне кажется, любая какая-то группировка внутри власти, какая-то группа в регионе в принципе близка к организованному преступному сообществу по признакам, как их трактует Уголовный кодекс. И как они трактуются на самом деле — некая связь, некий клан.

И, безусловно, нет никаких сомнений, что это очень удобная статья до пожизненного заключения. Это же очень жёсткая статья. Это статья, где очень большие сроки. Это всегда подкрепляется на всякий случай, я думаю, в том числе для торга, для работы с людьми, которые будут давать показания. Это же всегда довольно тонкий момент. Потому что тут же надо зафиксировать показания, чтобы как можно больше людей были настроены против. Чтобы дело случайно не развалилось. Имеется в виду не развалилось в нашем суде. Понятно с точки зрения как пройдёт суд и что будет после такого задержания. А как это содержательно будет выглядеть. Всё-таки есть некое сопровождение дела. Надо понимать, кто что говорит. Дело «развалится» — это значит, что никаких толком свидетелей нет, что никакого содержания нет. И с этими людьми надо работать.

А статья очень удобная. Поэтому перед человеком ставят выбор: ты свидетелем остаёшься или внутрь туда лет до 15-ти? И такой выбор крайне неприятный. Особенно у некого окружения. Потому что есть много людей, которых можно включать, а можно не включать. Очень удобная статья. Какой-нибудь помощник сенатора. Вот он входит в состав сообщества или нет? А это решать следователю. Поэтому я, кстати, не уверен, что эта статья сто процентов должна быть и будет. Но это очень удобная статья, любую группу, которая организует хищение — легко делается группа, сообщество. Они долго существовали. Их долго контролировали. Мы ещё увидим документы 10-летней давности, когда это надо будет для показаний сплочённости группы. Там же важно понять о сплочённости, что у них были цели. И поэтому это очень удобная статья. Я думаю, дела по такой статье мы увидим и по другим эпизодам. Вероятно в будущем.

Е. Альбац ― Ещё раз хотела спросить, Кирилл или Григорий смогут ответить. В Кавказском округе полпред в погонах. Мы понимаем, что сейчас везде как минимум в этот регион назначаются люди в погонах. Куда не назначаются, даже смешно говорить. Везде. Но это вы считаете, Александр Матовников, это как-то связано вся эта история с тем, что теперь сидит московский человек с глубокими корнями в силовых органах. Связана вся эта история?

С. Смирнов ― Я практически уверен, что связана. Потому что, знаете, биография этого человека настолько идеальная с точки зрения места, которое он занимает, с точки зрения того, что его биография должна дальше его карьеру развивать. Но я думаю, у него биография настолько идеальная, 30 лет в «Альфе», он, между прочим, один из людей, которые штурмовали больницу в Будённовске. Это один из руководителей штурма Будённовска. Это человек спецоперации Украины и Сирии. Он ещё из семьи кадрового сотрудника КГБ.

Г. Шведов ― Седьмое управление.

С. Смирнов ― Ну идеальная с точки зрения биографии, связей…

Е. Альбац ― Седьмое управление — топтуны.

Г. Шведов ― Отец, по-моему, был зам. начальника.

С. Смирнов ― То есть связи в Москве и безукоризненная «Альфа».

Е. Альбац ― Не было никогда никакой «Альфы». Спецназ. Ну, неважно.

С. Смирнов ― Да, и конечно, я думаю, у него влияние выше, чем должность, которую он занимает с точки зрения контактов, с точки зрения знакомств с кем-то. С точки зрения биографии. Я не сомневаюсь, что конечно он явно может быть инициатором громких решений.

Е. Альбац ― А какое управление ФСБ занималось этим делом Арашуковых?

С. Смирнов ― Не знаю точно. Тут не буду говорить.

Е. Альбац ― Понятно. Спасибо. Да, вот всё-таки, должна же быть, когда посылаются такие сигналы тем же элитам в кавычках, то вероятно эти сигналы, в том числе несут информацию, почему раньше можно было воровать в таких объёмах, а сейчас нельзя?

К. Рогов ― Да, они конечно несут. Это в принципе транзит изменения характера того режима, при котором мы живём. В 2000-е годы у нас в России был режим, который принято называть в политологии «конкурентный авторитаризм». Это значит, что режим авторитарный по своим практикам. Он лишает людей некоторых прав, фальсифицирует выборы, несменяемые власти. Но он в принципе опирается на некоторые факторы своей эффективности. Например, на хорошую экономику. И люди, в общем, довольны жизнью. Поэтому у такого режима нет особенных причин очень сильно расширять политический контроль, репрессировать кого-то. Он поддерживает довольно мягкую среду.

В 2010-е годы мы совершили такой транзит в сторону не совсем режимов типа среднеазиатских, такие режимы обычно называются авторитарными гегемониями или гегемоническим авторитаризмом. В них гораздо более расширенный контроль, там есть такие же тоталитарные практики: жёсткая пропаганда, квазиидеологии. И обязательно гораздо более высокий уровень репрессивности. И мы как бы совершаем такой транзит, и репрессии в 2010-е годы стали важнейшим элементом авторитарной стабильности. У нас сегодня репрессии. Причём репрессии бывают двух основных типов. Это репрессии против оппозиции и репрессии против элит, что ещё более важно, чем репрессии против оппозиции. Оппозиция у нас довольно слабая и поэтому это не главное. Главное направление удара на сегодняшний день — это элиты. Это аресты губернаторов, министров, других уважаемых людей, как в последние дни говорят про этот клан. Это в принципе система.

И сегодня если вдруг по каким-то причинам, а бывают такие ситуации, легитимность репрессий будет подорвана, то я думаю, что режим довольно быстро придёт в состояние неуправляемости. Потому что сегодня очень много держится на репрессиях. И мы видим, что там для многих элит, в 2000 годы главным механизмом коррупции и лояльности коррупционной была награда. То есть человек был лоялен, встраивался в систему и получал полномочия и доступ к какому-то источнику денег. И на этом строилась его коррупционная лояльность.

Сегодня таким образом коррупционную лояльность невозможно обеспечить. Потому что с одной стороны люди уже набрали много денег, а с другой стороны они готовы соскочить, потому что перспективы режима ухудшаются. И для многих особенно в федеральных элитах было бы сейчас идеальным куда-нибудь исчезнуть, уехать и чтобы тебя уволили. Я думаю, что многие министры и замминистра были бы не против, чтобы их система куда-то отодвинула.

Е. Альбац ― А система показывает, что уволиться нельзя.

К. Рогов ― Да. И вообще весь механизм теперь построен не только на твоём доступе к какому-то источнику ресурсов денег, а на том, что ты являешься заложником, что как только твоя лояльность будет поставлена под сомнение, ты не просто лишишься этого источника, а сядешь. Ты будешь наказан. Это другой механизм.

Тогда была главная награда позитивная — получишь деньги. А теперь главная негативная награда, негативное наказание. То есть ты сядешь. Это переход от конкурентного авторитаризма к репрессивному авторитаризму гегемонии, он так происходит. У него другие рычаги, которыми он обеспечивает свою власть. И поэтому и кавказский кейс, мы говорили, что это особая пьеса внутри этого большого спектакля. Про Кавказ. Покорение Кавказа. Но она встроена в него, она лишь показывает, что, казалось, до тех, до кого не дотягивались руки, мы их тоже можем. И, конечно, то, что силовики становятся полпредами, я думаю, что Матовников, по всей видимости, и был назначен полпредом, чтобы осуществить вот эту операцию по покорению Кавказа, которую он осуществляет. И это логично, это встраивается в общую тактику…

Е. Альбац ― Вы заставляете меня хорошо думать о нашей власти.

К. Рогов ― Почему?

Е. Альбац ― У них такие стратегические планы!

К. Рогов ― Не без того. Это же люди, которые любят составлять планы, тайные планы, операции планировать. Владимир Владимирович очень любит планировать операции. Так что вполне встраивается. Я единственное, что хочу сказать, что в 2000-е годы для такого конкурентного авторитаризма и коррупции, которую мы видели тогда, эта коррупция не очень централизованная, низко централизованная. И уже там начинается централизация коррупции, но она менее централизованная. Сейчас мы видим централизованную коррупцию, то есть люди могут воровать только в тех объёмах, в которых им позволено наверху. И иногда говорят, вот сейчас объёмы меняются, поэтому вот этих посадим, а остальные увидят, что объём изменился, поэтому поймут этот сигнал и будут меньше воровать. Это уже высокоцентрализованная коррупция.

У децентрализованной и высокоцентрализованной коррупции есть разные преимущества. Децентрализованная коррупция плоха для государственных финансов, хуже для государственных финансов, но она лучше для экономического роста. Потому что в принципе при ней режим более конкурентный. На разных уровнях.

Высокоцентрализованная коррупция лучше для государственных финансов, потому что можно контролировать, сколько у тебя уворуют. Это легче делать. Но она хуже для экономического роста. Потому что у тебя всё должно быть зашито, запаяно, цементом залито. И всюду сидят КГБшники и те, кто могут репрессировать, а не те, кто могут что-то делать с экономикой. Они всем рулят. И поэтому такие вот обстоятельства.

Е. Альбац ― И ещё раз. Всё-таки для таких глупых как я. Арест Арашуковых и то, что это связано именно с «Газпромом». Что человек, которого взяли, которого теперь называют лидером ОПГ, а именно старший Рауль Арашуков. Что он король газа. Это что с точки зрения «Газпрома?» Объясните, пожалуйста.

К. Рогов ― Объясняю. Внутри «Газпрома» как монополии закрытой структуры, выстроенной определённым образом, есть два типа коррупции. Масштабной, системной. Одна коррупция — это когда деньги «Газпрома», государственной компании перетекают частным инвесторам, частным владельцам. Это подрядчики «Газпрома», которые, как правило, выполняют заказные работы для него. Строят газопроводы, то, сё. Когда мы строим газопроводы, есть частная компания, которая строит газопровод. Я беру эти деньги, собранные у граждан за газ и заказываю строительство. Я могу его заказывать и, скорее всего, так и делают, по очень завышенным деньгам. В результате частные инвесторы, которые участвуют в этой компании, получают значительный доход. Это один тип коррупции. Он находится в Москве. Потому что это всё завязано на головные офисы, это большие стройки. Второй тип коррупции — то, с чем мы имеем дело. Когда «Газпром» распределяет газ по стране, часть этого газа, грубо говоря, уворовывается.

Е. Альбац ― А извините меня ради бога, как это можно сделать? Он же газ. Ну, извините. Как это происходит? А потом он взрывается…

К. Рогов ― Как говорил мой один любимый прораб: на стройке нет ничего невозможного! Но вот мы же знаем, там есть некоторые потребители, которые как бы потребляют газ…

Е. Альбац ― То есть врезается труба?

К. Рогов ― Нет. Просто на бумаге есть потребители, они потребили газ. И не заплатили за него. А кто они, а как их найти? И в этих бумажках мы обнаруживаем, что не можем найти этих потребителей.

Е. Альбац ― То есть фиктивные потребители?

К. Рогов ― Я думаю, что примерно так.

Е. Альбац ― Как при советской власти была точно такая система.

К. Рогов ― Я предполагаю. Я точно не знаю этих схем. Но понятно, что это довольно большие масштабы и, как Григорий упомянул, всеобщая практика. В тех или иных объёмах. Но это разные схемы. Я сижу в головной компании и хочу побольше перекачать своим знакомым и родственникам в их частные компании, которые строят мне газопроводы из своего «газпромовского» бюджета. Предположим. Но денег в «Газпроме» не так много, особенно сейчас, когда кончился период роста. А тут у меня эти люди, которые мой газ распределяют там, они чуть отворовывают себе. Чтобы я мог и дальше так много тратить на строительство, я должен уменьшить там воровство. Правильно, логично?

Е. Альбац ― То есть перетекание коррупции из одного типа…

К. Рогов ― Один тип перераспределения, и там разные бенефициары.

Е. Альбац ― Спасибо. За этим последует отставка руководства «Газпрома»? Вдруг обнаруживается, что ОПГ. Ну ребята.

К. Рогов ― Несомненно. Завтра же Миллер не будет на своём месте. А послезавтра Владимир Путин скажет, что, так как он не уследил за этим, то недостоин больше занимать место президента России…

Е. Альбац ― Понятно. Смотрите, поверим. Григорий Шведов, что скажете вы про Матовникова? И как вы думаете, как дальше будет развиваться ситуация с кавказскими элитами?

Г. Шведов ― Просто Матовников, на мой взгляд, по его делам (никакого инсайда я не знаю) это человек, который пришёл на изменения. Мы видели уже этой осенью 2018-го года, как на Северном Кавказе одномоментно произошли такие события в разных регионах, каких не случалось на протяжении, по крайней мере, наших наблюдений за 18 лет. Кабардино-Балкария, Ингушетия с Чечней и Северная Осетия. Одномоментно там серьёзные конфликты, где-то применение силы, где-то наоборот как в Ингушетии с Чечнёй.

Е. Альбац ― Внутри?

Г. Шведов ― Да. Не применение силы, а контроль силы. То есть мы видим, что перекраивают. В прямом смысле. Перекраивают границы…

Е. Альбац ― Это вы имеете в виду историю Чечню и Ингушетии?

Г. Шведов ― Да, она имеет продолжение. Уже сейчас объявили, что ещё 25 границ надо перекроить. И это говорит о том, что мы не боимся того, что происходило на территории Чечни и Ингушетии. К слову сказать, это не только негативный опыт, где вообще в России могут такие несанкционированные несогласованные (ненавижу это слово) митинги проходить. И их не разогнали. Им дали состояться. Мне совсем не нравится то, что происходило в Ингушетии, но есть и плюсы, которые надо не списывать. Потому что волеизъявление оппозиционно настроенных граждан состоялось. Этих людей не заточили немедленно, как происходит у нас в массе российских городов. И мы знаем это по всей стране. Так вот все изменения вдруг начинают происходить и это, конечно, дело рук Матовникова, у которого, конечно, связи, контакты, возможности. Я согласен с тем, что здесь говорилось. Для того, может быть, его и назначили. И именно поэтому думаю, что не остановятся ни на Арашукове, ни на Карачаево-Черкесии, и потому надо думать и смотреть, что и в других регионах происходило, и будет происходить.

Один пример. Массовые волнения в малюсенькой Кабардино-Балкарии привели к тому, что главу Кабардино-Балкарии отправили в отставку. Да, бюрократическим языком он получил повышение, он ушёл в Совбез. Но для региона чтобы выступление людей отправило прямо в отставку губернатора! Где вообще такое происходило, чтобы выступление людей на площадях приводило к отставкам? Мы видим, время перемен пришло на Северный Кавказ. И я связываю это с Матовниковым, как с очень активным действующим лицом, который не боится вскрывать гнойники, и которого мы многие критикуем за то, что он делает. И в этих студиях на «Эхо Москвы» звучала критика и много где. Тем не менее, конечно, Северный Кавказ, на мой взгляд, не приемлет статус-кво, Северному Кавказу нужны перемены. Другое дело, будут ли они реальными. Или Арашуковых заменят другие черкесы или карачаевцы. Неважно.

Е. Альбац ― В принципе вы считаете, что это положительный процесс?

Г. Шведов ― Ну конечно, в стране происходит не то, что должно было бы, а вопрос в том, что воров не надо менять на других воров. Мы не видим пока, не заявлено никаких реформ в «Газпроме». Дело же не в людях, не в ОПГ. Дело в том, как вообще работает система газораспределения, как работает система распределения электричества, ведь такие же существуют, как и с газом проведённые левые проводки, которые крутят счётчик. По этому счётчику платят, а есть настоящая проводка. И настоящий счётчик, по которому не платят, а разницу кладут в карман. И отстёгивают куда? Опять, ну конечно, в компанию, у которой есть крыша в Москве. Всё это, конечно, знают в спецслужбах и не дают этому ходу.

Е. Альбац ― Спасибо большое. Сергей Смирнов, как вы полагаете, будет развиваться это дело? То есть у вас нет сомнений, что дело не положат под сукно?

С. Смирнов ― Никаких! После такого задержания это невозможно.

Е. Альбац ― Как нам показывал один из корреспондентов «Россия-1» богатство Сердюкова и особенно Васильевой. Вы помните? Как это всё показывалось: и бирюльки здесь, и картины здесь. И где и чего?

С. Смирнов ― Это же медведевская пора была. Мягкая. Сейчас такое совершенно невозможно. Я уверен. Тем более обвинение в убийствах, после участия Чайки и Бастрыкина. Главный вопрос стоит — какой будет срок.

Е. Альбац ― А как он мог попасть в Совет Федерации? Опять я напоминаю, что у нас же у власти чекисты, гэбэшники. Как он мог попасть в Совет Федерации, если за ним две мокрухи?

С. Смирнов ― Ну как. А там других нет что ли таких же?

К. Рогов ― Это же не первый случай в Совете Федерации.

С. Смирнов ― Да, сколько уже, 12 человек под уголовным преследованием. Или даже больше. Нет ни у кого никаких иллюзий по Совету Федерации, что это такое, по ГД. У нас же есть формальные органы власти и не очень формальные. Это было такое относительно тёплое место, влиятельное, хорошее. Но сенаторы на уровне РФ всё-таки ничего не решают.

Е. Альбац ― Я понимаю. Но мне казалось, что как-то по понятиям было, что всё-таки мокрушников туда нельзя. Но можно, да?

К. Рогов ― Так уже были такие случаи, когда Совет Федерации в этом обвиняли…

С. Смирнов ― Граница можно/нельзя довольно сильно сместилась в худшую сторону. Есть такое ощущение.

Е. Альбац ― То есть, у вас нет сомнений, что это дело будет развиваться? То есть мы получим ещё одну историю, как была с Изместьевым?

С. Смирнов ― Да, будет громкая история. Я думаю, речь будет идти о пожизненном сроке. Тем более, если будет обвинение в ОПС.

Е. Альбац ― А черкесы не будут отбивать? Из истории мы знаем, люди с кинжалами…

С. Смирнов ― В смысле не будут ли черкесы отбивать как бы своего? Нет, к сожалению, для черкесов, конечно, не мне говорить, я не имею отношения к черкесам. Для черкесов многих эта история не про черкесов. Арашуков, Дерев ли, вот эти богатые люди, которые играют во власть, то, что они этнически черкесы, но много ли они сделали? Один наш блогер Наима Нефляшева разбирала, да, был пример благотворительности. Но много ли Арашуковы, например, сделали по таким ключевым вопросам для черкесов?

Вы вспоминали Иорданию. Вот сейчас возвращение сирийских черкесов, это именно вопрос очень болезненный. Потому что не очень их ждут, не очень их хотят. Есть своя безработица, интегрировать людей сложно. Что они сделали в этом вопросе? Не слышен был их голос. Другие болезненные вопросы национальных языков. Сейчас весь Северный Кавказ встал на дыбы, потому что изучение национальных языков признано византийским образом добровольным. Что подразумевает, что это необязательно. То есть не добровольно, а значит, что это не нужно. Многие подняли голос. Из официальных лиц сенатор Каноков выступал. Ну, где были Арашуковы в этот момент? Они тоже не говорили по таким значимым вопросам. Поэтому для многих, я думаю, это значимое лицо, образ, но это не черкес.

Е. Альбац ― Спасибо большое. К сожалению, мы должны завершать наш эфир. Конечно же, «Эхо Москвы» будет продолжать следить и за этим конкретным делом и за тем, как развивается ситуация на Кавказе. И что будет дальше происходить с российскими элитами. Я думаю, что впереди нас ждёт много интересных новостей. Не скажу хороших, но интересных. На этом всё, до свидания, услышимся через неделю.







ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Кавказ — это вам не Россия.
________________________________________

Восток — дело тонкое. Но всё равно надо посильнее потрясти всех этих региональных царьков-князьков за хобот. А вот Миллера с академиком Кадавровым — слабо…
________________________________________

Хай потрясут, это и будет началом конца — Восток действительно дело тонкое. Сколько не гнули его при царском прижиме, а до конца согнуть не могли. Тем более, это не получится у нынешних кремлёвских профессиональных воров и брехунов, но дилетантов во всех остальных вопросах. Особенность дурака в том и состоит, что могилу себе он всегда копает сам, не надо только ему мешать.
________________________________________

Отличные люди, отличная передача, спасибо!
________________________________________

Да, никаких иллюзий питать не следует. Все уже давно отучились от любых иллюзорностей и пустых надежд. Беспомощное, жалкое слабенькое горе-правление бессильных дистрофиков мозгами, гигантов ничтожества…
________________________________________

Это не "наказание", а чистка. Президент очищает элиты от кланов, доставшихся ему в наследство от супер-либерального Ельцина. И это правильно.
________________________________________

А от кого плешивому президенту крысу достались ротенберги, чайки, ралдугины и прочие, паразитирующие и грабящее народ России?
________________________________________

Почему нужно именно "гнуть"? Может быть, ради опыта, стоит не гнуть, а попробовать полноценную федерацию? В России много регионов и все они очень разные. Зачем кого-то "гнуть"? Почему не найти общее решение, максимально устраивающее всех? Хотя бы в общих критериях сосуществования.
________________________________________

Эт-то ещё что за вольнодумство! Какие-такие федерации?! Эдак вы, батенька, быстренько до свободных выборов доберётесь. Да вас за такие мысли в кутузку!
________________________________________

Так за честные выборы на Болотную и ходил.
________________________________________

Нет никаких «общих критериев» сосуществования. Как и нет единого, устраивающего всех, решения. Нет и не может быть общих критериев для интернационалистов и сторонников национальных государств, верных аллаховцев шиитов и верных аллаховцев суннитов, для негров тутси и негров хуту, для вообще христиан и вообще исламистов, для агностиков и шиитов, суннитов и ваххабитов, для норвежцев и пакистанцев, для Израиля и Палестины, для поклонников Октоберфеста с фестивалем ветчины в Байоне и поклонников пророка Мухаммада.
И это только самая вершина айсберга неразрешимых в принципе противоречий.
________________________________________

Вы куда-то свалились в своих изысканных поисках. Как насчёт: не убей, не воруй? В развёрнутом виде — не навреди. Об этом знают все врачи, а Вы мне блох с голов тупых кретинов пытаетесь подсадить. Напрасно.
________________________________________

Не навреди — это исключительно в отношение своих — равных и тождественных по признакам традиций и культуры. Ведь врачи паразитологи не только вредят паразитам, но и прямо обязаны делать это с максимальной эффективностью.
________________________________________

Непослушные элиты
Очень скоро будут слиты.
У наказанных элит
За Россию заболит.
________________________________________

Кавказ окончательно покорить не смог даже Сталин — были в горах районы, где Советская власть совершенно отсутствовала, а при Хрущеве и Брежневе — и говорить нечего…
________________________________________



ИСТОЧНИК

Евгения Альбац

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Беспредел (0) > Террор (0)
  • Власть (0) > Бюрократизация (0)
  • Власть (0) > Грабёж (0)
  • Власть (0) > Коррупция (0)
  • Власть (0) > Манипуляции (0)
  • Власть (0) > Показуха (0)
  • Власть (0) > Беспредел (0) > ФСБ (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 16.06.2019 - МОЖЕТ, НАМ НУЖНА ЕЩЁ ЛИВИЯ?
  • 16.06.2019 - ОПЯТЬ БЕЗ ШТАНОВ
  • 15.06.2019 - ВОЙНА В СИРИИ
  • 15.06.2019 - ОБХОДИМСЯ БЕЗ БАТЫЯ
  • 14.06.2019 - О НЕУВАЖЕНИИ ВЛАСТИ К НАРОДУ
  • 14.06.2019 - ЧЕМ ГРОЗИТ РОССИИ НЕВЫПОЛНЕНИЕ РЕШЕНИЯ ИЗВЕСТНОГО ТРИБУНАЛА
  • 13.06.2019 - НОВЫЕ ЛИЦА «ЯБЛОКА»
  • 13.06.2019 - ЭВОЛЮЦИЯ АВТОРИТОРИЗМА
  • 12.06.2019 - СУПЕРДЖЕТ ДОРОГОЙ ЦЕНОЙ
  • 12.06.2019 - РЕШЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНОГО ТРИБУНАЛА ПО МОРСКОМУ ПРАВУ
  • 12.06.2019 - ХРАНИТЕЛИ ОБЩАКОВ СИЛОВЫХ ОПГ
  • 11.06.2019 - ПОРОЧНАЯ СТАБИЛЬНОСТЬ
  • 10.06.2019 - ДЕМОНСТРАЦИЯ ЛЮБВИ К ТОВАРИЩУ СТАЛИНУ
  • 09.06.2019 - «СУЛТАН ХАЛИД БИН АЛЬ-САУД»
  • 08.06.2019 - ПУТИН И ПУСТОТА
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru