Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[07.05.2019]

ЧТО ПРОИСХОДИТ НА КАВКАЗЕ

Сергей СМИРНОВ: журналист, главный редактор Медиазоны


Сергей СМИРНОВ:


В Ингушетии идут активно аресты. Связано это с противостоянием и столкновениями на митинге. Но они очень жёстко зашли, такое местное Болотное дело.

Мне кажется, можно корректно сравнивать. Потому что там статья 318-я — то есть статья о сопротивлении, насилии в отношении представителя власти. Там вторая часть 318-й статьи, насилие в отношении представителя власти, сопряженное с опасностью для здоровья и жизни. Это, если помните видео, когда кидали стульями и заграждениями…

Понятно примерно, чем занимается центр «Э». Кстати, уже второй задержанный глава центра, до этого был ингушский глава центра «Э», получивший семь лет колонии за пытки и прочие преступления. Теперь второй. Чем занимается центр «Э» в Карачаево-Черкесии? Помогает сенатору давить на каких-то свидетелей, кого-то ещё? Это очень показательный момент.

Я думаю, что проблема с Ингушетией надолго. Люди, которые будут сидеть и получать сроки, станут, безусловно, такими прославленными заключёнными для значительной части республики, это однозначно. Вопрос границ очень удобный в том смысле, что этим говорят: смотрите, тут эти предатели отдали наши территории, а люди сидят за справедливость. Понимаете? Люди же сидят за что? За то, что участвовали в митинге против передачи границ. Можно сколько угодно будет говорить на суде, что речь об этом, но никто не поверит.

Я почти уверен, что для людей в Москве, кто принимал решения, они считают, что они таким образом борются с коррупцией… Но как кого-то тронешь, тут может посыпаться вообще всё. Неприятно. С другой стороны, ничего не делать или делать вид, что у нас всё нормально — это рано или поздно закончится плохо. Потому что ну, сколько можно обманывать, говорить, что всё хорошо! Не может реальность совсем уже расходиться с нарисованной картинкой.

Но, мне кажется, что не удастся исправить «элиту», которая на самом деле привыкла к этим правилам игры. Так не бывает. Но хотя бы этими попытками косметическими внушить чувство страха.

А в тюрьме главная цель — создать максимально некомфортные условия. Для ФСИН что нужно? Нужно максимально сделать некомфортно заключённому, чтобы он чувствовал себя подавленным и не думал о неком сопротивлении. Они считают, что если человек будет молиться, есть еду и всё прочее, он таким образом более комфортно себя будет чувствовать и более уверенно.

А вы тут, во-первых, не на курорте, а, во-вторых, лучше подавить все эти желания по возможности. Это старая традиция, но она десятилетиями идёт. Поэтому я думаю, что, несмотря на любое решение суда и все противоречия, эта проблема останется. Проблема свинины останется. Она очень серьёзная для верующих мусульман в колониях. А ФСИН в ответ что будет говорить? «Если мы им дадим молиться, если они все свои правила будут соблюдать, у нас там будут ячейки ИГИЛ* буквально в колониях!». Я представляю просто, как это будет обосновывать ФСИН.


М. Майерс ― Добрый вечер. Это программа «Особое мнение». И сегодня наш гость — главный редактор Медиазоны Сергей Смирнов. Главная новость сегодня, одна из самых обсуждаемых — это возможный запрет на ввоз пармезана и хамона в личном багаже. С чем это связано?

С. Смирнов ― Я думаю, понятно, с чем связано. Что всё равно все привозят и не покупают великолепный, прекрасный, но совершенно несъедобный отечественный сыр. Насколько я понимаю.

М. Майерс ― Вы серьёзно?

С. Смирнов ― Ну, конечно, я думаю примерно из-за этого…

М. Майерс ― Представьте, какой процент.

С. Смирнов ― Неважно! Они считают, что в ручной клади и всём прочем провозится довольно много контрабанды. Я думаю так и есть. Не в ручной обязательно, это можно сделать несколько иначе. И они хотят, чтобы вообще никакого ввоза не было. Потому что, продаётся что-то в ресторанах, а говорят, типа сами 10 килограммов привезли…

М. Майерс ― Я представила себе, какой примерно процент у нас людей летает вообще за границу. Какой у нас процент от этого процента летает в Европу. И сколько из них привозят хамон. Мне казалось, что это капля в море в количественном выражении.

С. Смирнов ― Я думаю, действительно капля в море. Но они хотят запретить, чтобы этого вообще нигде не было.

М. Майерс ― А как это может выглядеть на практике? То есть мы представляем себе, когда вас просят открыть чемодан и на выходе из багажного отделения и начинают вытрясать хамон в специально приготовленные мусорные баки.

С. Смирнов ― Я, честно говоря, тут очень рассчитываю на учёных из Сколково, что они изобретут какой-то, вот хамоноискатель и пармезаноискатель. Хотелось бы, чтобы он стоял на входе в самолёты, чтобы сразу можно было в багажном отделении вычислить, у кого есть хамон и пармезан и сразу они оказались бы в списках на проверку. Я надеюсь, что учёные Сколково займутся эти вопросом.

М. Майерс ― Но с чем это можно сравнить? То есть кому-то пришло в голову, что эти несчастные ноль целых, сотые или тысячные доли процента всерьёз составляют конкуренцию российским производителям хамона и пармезана?

С. Смирнов ― Я думаю, что примерно так и вышло, что они считают, что до сих пор на рынке есть пармезан, хамон и только из-за того, что формально есть ещё возможность ввозить. Понятно, что не в чемоданах возят, а используют схемы личного багажа и всего прочего. В конце концов, если у тебя есть карта, ты можешь везти чемодан 23 килограмма, ну так, по-хорошему. Это не очень много, но я имею в виду, что это всё ввозится под видом каких-то личных вещей. И я думаю, они на это, прежде всего, направляют своё внимание. Но выглядит это очень анекдотично. С другой стороны сейчас будут апеллировать к мировому опыту. Не сомневаюсь.

М. Майерс ― А есть такой?

С. Смирнов ― Ну, конечно, много где запрещён ввоз продуктов…

М. Майерс ― Как в Америке? Серьёзная новость. Издание Медиазона подробно следит за процессом Кокорина и Мамаева. Что нового мы узнали за эти дни, пока идут слушания.

С. Смирнов ― На самом деле по большому счёту ничего сверхнового на самом процессе не происходит. Он интересен, наверное, не с точки зрения новых фактов. Факты все известны. В принципе ситуация довольно банальная. Две стычки и футболисты, и их друзья избивали большое количество людей сначала на улице, а потом в кафе. В принципе ситуация простая. Процесс интересен, мне кажется, другим. А тем, как люди из одной сферы попадают в другую сферу и вообще не понимают, что с ними происходит и как происходит. Мало того, самая главная загадка процесса для меня — что они одновременно и извиняются, и говорят, что в принципе правильно сделали.

М. Майерс ― Поясните, как вы сказали, люди из одной сферы попадают в другую. Как говорится, от тюрьмы и от сумы не зарекайся. Если я попаду в эту сферу, я тоже, наверное, буду выглядеть удивительно.

С. Смирнов ― Понятно. Но они совершенно не понимают, как это всё работает.

М. Майерс ― А кто понимает? Я тоже не понимаю. Вы-то понимаете, у вас работа такая.

С. Смирнов ― Я имею в виду, что они не понимают, как работает правосудие. Почему обвинительное заключение составлено таким образом. Почему их обвиняют в предварительном сговоре. И во всех этих вопросах и они, правда, искренне, по-моему, не понимают, почему нельзя бить человека, если он их оскорбляет. Мне кажется, они искренне не понимают, что это вообще уголовное наказание.

То есть и, конечно, у тебя была одна жизнь, а теперь ты сидишь в СИЗО, это немножко другое. Это довольно заметно. И мне кажется это такой показательный процесс, в том числе и из-за их реплик и из-за вообще стычек постоянных с прокурором. Там довольно нервная обстановка на процессе. Хочу сказать, что с одной стороны прокурора Тарасову охраняют омоновцы, между прочим. Она под государственной защитой. Она ходит в сопровождении омоновцев.

М. Майерс ― От футболистов?

С. Смирнов ― От угроз с одной стороны. С другой стороны у футболистов и их друзей куча адвокатов и постоянные споры. Они довольно жёстко парируют друг другу. Буквально на грани крика. И вообще очень эмоциональный процесс, очень много интересных, с моей точки зрения, эпизодов, потому что суд обычно в России неинтересный. Обычно прокурор что-то пробубнит, обвиняемый скажет «я не виноват», ну и судья закроет дело. А тут судебный процесс довольно динамичный. Много свидетелей, которые что-то говорят. Много деталей.

Одна из деталей. К вопросу о том, как это проходит. Как люди сталкиваются. Одна из моих любимых фраз прошлого года, когда судья Мосгорсуда Ольга Егорова сказала, что следователи разучились работать. Казалось бы, вот известное дело. Вот у тебя сюжеты по всем федеральным каналам, казалось бы, всё понятно: один эпизод, другой. Спроси, сделай. Допрашивают на прошлом заседании сотрудника «Кофемании»: что вы там делали?
— Ну, я был во время изъятия вещественных доказательств.
— Расскажите.
— Ну, чего рассказать? Пришли следователи и спросили, каким стулом били? Я не знаю. А другой человек знал, кстати.
— Давайте я первый попавшийся возьму. Какая разница? Или вообще хотите, я вообще всю мебель заберу? И давайте я этот заберу, а вы ничего не будете говорить.

Это реально говорит следователь. Зачем искать человека, выяснять про стул? Опрос совсем короткий. А зачем? Ничего не надо! Даже в таком деле не надо ничего нормально оформлять… Ну что это такое! Даже в таком деле показывается, кто и как работает, что собой представляет следствие…

М. Майерс ― Надо было ударить Пака стулом по голове, чтобы узнать, как на самом деле работает российское правосудие?

С. Смирнов ― Значительная часть спортивной общественности об этом узнала. И что собой представляет российское следствие. Хотя, конечно, правосудие тоже такой общий вопрос. Потому что кроме этого косяка следователя, я бы не сказал, что остальное было на высоте… Но это просто показательный момент. Даже в таком деле…

М. Майерс ― Это действительно довольно любопытно. А как вы оцениваете, вообще по настроению, как вам кажется, чем вся история закончится?

С. Смирнов ― Я до начала процесса был практически уверен, что им дадут за отсиженным или условные сроки.

М. Майерс ― То есть день за полтора?

С. Смирнов ― Это неважно на самом деле, сколько даст судья. Она посчитает в том смысле, что футболисты выйдут на свободу из зала суда. Я был почти уверен. Потому что вообще это всё выглядело как демонстративное наказание зарвавшихся звёзд по большому счёту. То есть перед судом я был почти уверен. Но, наблюдая, как идёт процесс, теперь я бы не стал настолько гарантировать, что так будет. Я не могу теперь сказать. Мне кажется странной их модель поведения. Либо ты извиняешься полностью, либо говоришь, что все было нормально. Но когда ты делаешь и то, и другое, а ещё и ругаешься как с прокурором, так и вообще — это довольно странно. Конечно, это нам кажется странным. Ты пытаешься и оправдать своё поведение и извиниться одновременно. И ещё спорить с адвокатом и пререкаться с ним. То есть, посмотрим, это будет сильно на усмотрение судьи. Я не исключаю, что кто-то получит реальные сроки. Они не будут большие. Год-полтора.

М. Майерс ― Если посчитают, то они могут уже…

С. Смирнов ― Да, посмотрим. И два могут дать. До суда я был почти уверен, что за отсиженным выйдут на свободу.

М. Майерс ― А то, что вы говорите, описывая этот процесс, это какая-то невыработанная адвокатами стратегия или строптивый нрав самих обвиняемых?

С. Смирнов ― Тут же всё вместе. Во-первых, адвокату всегда трудно, когда много адвокатов на процессе. Это объективная реальность.

М. Майерс ― Вырабатывается стратегия: ребята, мы извиняемся. И все дружно весь процесс извиняются. Или наоборот.

С. Смирнов ― С одной стороны да, а с другой стороны фигурантов много, каждый адвокат защищает всё-таки своего подзащитного. И вина, и сами действия всё-таки разные. Разное количество эпизодов, и всё прочее, и конечно, у них задача, прежде всего, защитить своих, тут нет некого коллективного дела, как часто бывает в каких-то политических процессах.

М. Майерс ― Мы говорили о том, насколько грамотно или неграмотно выстроена линия защиты, если они стратегически делают разные вещи.

С. Смирнов ― Я тут не хочу оценивать вообще адвокатов. Это очень плохое занятие. Я скорее к тому, что у каждого адвоката всё-таки свои задачи. У него есть свой подзащитный. И у него своё количество эпизодов. И чем больше людей, тем более тут обычное дело. Тут не политическое дело. В условно политическом, общественно-значимом процессе у адвокатов может быть единая линия поведения. А тут у каждого свои эпизоды, своя часть вины. У кого-то один, у кого-то несколько эпизодов, и каждый пытается смягчить для своего подзащитного будущее наказание. Поэтому нормальная ситуация. Тут я ничего не могу сказать. Потому что очень трудно было договориться о единой тактике. Потому что единая тактика могла быть только одна: либо мы говорим, что мы во всём признаёмся: простите. Либо мы полностью не признаём, мы ничего не делали недопустимого.

М. Майерс ― Вы следите за визитом Ким Чен Ына в Россию?

С. Смирнов ― Да. И как раз просто мне сегодня очень понравилось, Лиза Фохт из Би-би-си опубликовала фотографию Ким Чен Ына и Путина. И процитировала футболистов с процесса. Дело в том, что один из эпизодов связан был тоже с нападением на Пака. Он же кореец.

М. Майерс ― А-а, вот оно что.

С. Смирнов ― Да. И там одна из фраз, которая стала почти мемом, я объясню. Конфликт начался с того, что один из фигурантов, там они его оскорбляли до этого, под конец уже: «Простите, пожалуйста, а вы очень похожи на Gangnam Style». Подошли к нему и сказали. Она такую фотографию опубликовала, мне кажется, теперь будет главной моей ассоциацией со встречи Путина и Ким Чен Ына.

Ну а что это, а что тут сказать? Ну, встретились, никакого решения не будет. Никакой денуклеаризации, никакого полуострова не будет. Все скажут о том, как западный мир всем навязывает свои ценности, эти фразы и анализ ситуации можно было провести ещё до встречи. Даже год назад. Общие фразы. Общая встреча. Для Ким Чен Ына это важно, для Путина — важно, что он встретился с человеком, который встречается только с Трампом. Для Ким Чен Ына важно показывать, что он готов к каким-то переговорам, к чему-то ещё. Все довольны. Формальная дипломатическая встреча. Никаких прорывов даже близко не будет.

М. Майерс ― Вы сегодня публикуете довольно громкую историю. Как в Приэльбрусье сотрудник ФСБ убил местного жителя. Эта история довольно старая, тем не менее, она сегодня всплывает. Что там нового и в чем там интерес?

С. Смирнов ― В том, что вчера была сформирована коллегия присяжных. Дело в том, что теперь все дела рассматривает коллегия присяжных.

М. Майерс ― Давайте напомним в двух словах, в чём там конфликт.

С. Смирнов ― История такая про некий спецназ ФСБ. Но проблема заключается в том, что мы многих фамилий не знаем, и даже что происходило. Всё засекречено. Некий спецназ ФСБ проводил какие-то учения на Кавказе. Они жили на своей условной даче где-то. И уже под конец учений один из офицеров выпил пива, взял второго офицера, и поехали в кафе продолжать выпивать.

М. Майерс ― Бывает.

С. Смирнов ― Бывает. Заодно и футбол смотреть. И здесь футбол. Они поехали смотреть матч ЦСКА—Арсенал в Лиге Европы.

М. Майерс ― Я бы это сформулировала как: во всём виноват футбол.

С. Смирнов ― Абсолютно верно! Если бы не футбол, возможно, они никуда бы не поехали. Они поехали, видно, ещё и сильно выпили. Вели себя не очень хорошо, судя по показаниям тех, кто был в кафе. После этого вышли на улицу и увидели Газель грузовую, сказали, что на этой машине поедут обратно.

М. Майерс ― А когда это произошло?

С. Смирнов ― Март прошлого года.

М. Майерс ― Год назад.

С. Смирнов ― И, кстати, Орхан Джемаль активно писал, потому что убийство реально бытовое, потому что слово за слово, один из офицеров достал нож, дважды ударил.

М. Майерс ― Этих ребят возле Газели?

С. Смирнов ― Да. Их было двое. Один убежал. Одному офицер попал в сердце. Проблема заключается в том, что расследование было очень тяжёлым. Потому что сначала завели одну статью, потом другую. И, понимая, что это офицеры спецназа ФСБ, и местные жители проводили митинг, было очень большое внимание к этому делу на местном уровне, не на московском. Орхан Джемаль активно очень об этом рассказывал. Но теперь важно, как это дело дошло до суда. Обвиняемый один человек.

М. Майерс ― А второй?

С. Смирнов ― В качестве свидетеля. Мало того, мы даже фамилию его не знаем. Кто это такой, непонятно. И на суде, я думаю, не появится. Только в качестве секретного свидетеля. Хотя они оба там были. И посмотрим, что будет. Обвинение несколько раз меняли. Сначала была одна статья, потом другая. Сейчас ужесточили. То есть только под давлением, я думаю, это было сделано. Но, конечно, тоже обсуждаемый вопрос об уровне вины второго. Он тоже участвовал в конфликте.

М. Майерс ― Но там есть видео.

С. Смирнов ― Да, есть видео нападения и удара.

М. Майерс ― И довольно неплохо видно. Это не какие-то тёмные силуэты.

С. Смирнов ― Да.

М. Майерс ― Реально 4 человека, двое на двое. Двое местных кавказцев и два офицера. Они там действительно достаточно агрессивно выясняют отношения. Бьют друг друга.

С. Смирнов ― Но сам факт, чем закончилась…

М. Майерс ― Сейчас под стражей.

С. Смирнов ― Да, и будет суд присяжных. Я думаю, проблема, почему ещё выступали. Потому что все очень боятся, что будет интерпретировано как самооборона.

М. Майерс ― Тогда бы не ужесточали наказание.

С. Смирнов ― Это правда. Но посмотрим. Вообще суды присяжных — вещь довольно непредсказуемая. Потому что суды присяжных оправдывают, я думаю, по 20-30% сейчас.

М. Майерс ― А суд проходит в Москве?

С. Смирнов ― Нет, будет на Северном Кавказе суд.

М. Майерс ― А состав присяжных?

С. Смирнов ― Со всего Северного Кавказа собран. Посмотрим. Интрига. Ничего непонятно.

М. Майерс ― А как трактуется? То есть суд присяжных на Северном Кавказе…

С. Смирнов ― Из других регионов.

М. Майерс ― Тем не менее, не из Мурманской области привезут. Судят офицера, убившего в пьяной драке местного жителя, который стоял у своей машины и, видимо, пьяным не был.

С. Смирнов ― Не был.

М. Майерс ― Потому что он водитель, они просили его подвезти.

С. Смирнов ― Да. Но посмотрим. Я не стал бы говорить, что это всё предрешено. Потому что я не думаю, что ФСБ вообще выгодно эту историю раздувать, вообще очень неприятная для них история. Я почти уверен: как так, спецназовец приехал на секретные учения: и чего тут устраиваешь нам!

М. Майерс ― Зарезал местного жителя.

С. Смирнов ― Ну да. Это к вопросу о том, как ведёт себя новое дворянство, как они сами себя называют. Это не очень новое дворянство, мягко говоря.

М. Майерс ― Есть другое слово, да. Опричнина, например.

С. Смирнов ― И на опричнину тоже, мне кажется, не похоже…

М. Майерс ― Сегодняшняя статья в «Коммерсанте»: заключённого мусульманина поддержала родина. Речь идёт о том, что, есть чеченец, который сидит и серьёзно сидит за бандитизм, теракт, посягательство на жизнь сотрудника правоохранительных органов, незаконное хранение оружия и так далее. У него, по-моему, 18 лет колонии строгого режима. Он сидит. И периодически его отправляют в ШИЗО. Конфликт связан с тем, что он требует от ФСИНовцев, чтобы ему дали возможность молиться пять раз в день. В мае сейчас уже Рамадан начинается. И он считает, что таким образом его права ущемляются. История связана с тем, что суд, который рассматривает это дело, проходит в Грозном. Я так понимаю, что решение суда в этом случае очевидно. Правда? Насколько это вообще актуальная история? По-моему, это с Дадина ещё началось, когда мусульманам не дают молиться, кормят свининой, тем самым, причиняя духовные и моральные серьёзные страдания.

С. Смирнов ― Это действительно очень большая проблема. Это очень большая сложность. Я почти уверен, что ФСИН формально будет делать вид, что всё выполняет, а в реальности найдёт кучу возможностей не исполнять даже решение суда и такое распоряжение. Это не настолько сложно, по большому счёту: человек изолирован, там много возможностей создать максимально некомфортные условия.

М. Майерс ― Это цель?

С. Смирнов ― Это такая, главная цель. И противостояние именно в этом. Тут же каждый на своей стороне пытается утвердиться. Для ФСИН что нужно? Нужно максимально сделать некомфортно заключённому, чтобы он чувствовал себя подавленным и не думал о неком сопротивлении. Они считают, что если человек будет молиться, есть еду и всё прочее, он таким образом более комфортно себя будет чувствовать и более уверенно. Что вот он может продолжать…

М. Майерс ― А вы типа тут не на курорте.

С. Смирнов ― А вы тут, во-первых, не на курорте, а, во-вторых, лучше подавить все эти желания по возможности. Это старая традиция, но она десятилетиями идёт. Поэтому я думаю, что, несмотря на любое решение суда и все противоречия, эта проблема останется. Проблема свинины останется. Она очень серьёзная для верующих мусульман в колониях. А ФСИН в ответ что будет говорить? «Если мы им дадим молиться, если они все свои правила будут соблюдать, у нас там будут ячейки ИГИЛ* буквально в колониях!». Я представляю просто, как это будет обосновывать ФСИН.

М. Майерс ― Пусть ФСИН поедет в Грозный и об этом заявит на суде. Можно написать об этом в Инстаграм Рамзану Кадырову.

С. Смирнов ― Они, конечно, так делать не будут. Но внутри они будут объяснять, почему они именно такой тактики придерживаются.

М. Майерс ― А на ваш взгляд, какая правильная история? Как найти баланс между правами заключённого и тем, что в какой-то степени надо держать его под контролем, чтобы ячейки ИГИЛ не было?

С. Смирнов ― Но мне кажется, в любом случае соблюдение прав в 21 веке — это главная задача, которая есть, приоритетная. А уж как вы будете решать вопрос, чтобы у вас там не формировалась в тюрьме террористическое подполье — это уже всё-таки второй вопрос. Это примерно как полиция Махачкалы, которая отказывает или мэрия отказывает в проведении акции монстрации по причине невозможности обеспечить безопасность. Вы — полиция, за это вы отвечаете вообще! Какая безопасность? Вам государство деньги за это платит!..

М. Майерс ― А что первично: зарядка по расписанию ФСИН, колонии или молитва по Корану?

С. Смирнов ― С моей точки зрения молитва должна быть важнее, потому что это всё-таки главный вопрос для человека. И поэтому мне кажется, тут надо находить какой-то баланс и всё-таки не задевать религиозные чувства.

М. Майерс ― Я думаю, если Рамзан Кадыров вмешался в эту историю, то может быть будет какое-то движение.

С. Смирнов ― Я не уверен на самом деле. Потому что мусульман очень много сидит, очень много колоний, где к этому относятся очень жёстко. И я не думаю, что даже прецедент этого решения сильно поможет. Думаю, что нет. Как раз именно тут — нет.

М. Майерс ― Давайте про Кавказ поговорим. Потому что там много всего происходит. Вчера Басманный райсуд арестовал бывшего первого зам. начальника следственного управления СКР по Карачаево-Черкесии генерала-майора Казбека Булатова, его подчинённого Андрея Филиппова и начальника центра противодействия экстремизму МВД КЧР Тимура Бетуганова. Речь идёт о деле Арашукова. Речь идёт о том, что вот эти трое представителей Следственного комитета по Карачаево-Черкесии оказывали давление на фигурантов этого громкого дела. Что там происходит? С чем это может быть связано?

С. Смирнов ― Я хочу, во-первых, обратить внимание на то, что там глава местного центра «Э». Понятно примерно, чем занимается центр «Э». Это кстати второй задержанный глава центра, до этого был ингушский глава центра «Э», получивший семь лет колонии за пытки и прочие преступления. Теперь второй. Чем занимается центр «Э» в Карачаево-Черкесии? Помогает сенатору давить на каких-то свидетелей, кого-то ещё? Это очень показательный момент.

Второй момент — конечно, задержание высокопоставленного начальника, генерала, бывшего зам. начальника и его подчинённого. Тоже я уверен, для Следственного комитета большой удар. Это очень неприятная вещь. Потому что, казалось бы, ничего такого не предвещало. А тут очень высокопоставленный представитель, понятно, что он отмазывать всячески помогал Арашукову, это кстати прямым текстом примерно сказано. Очень смешно, что на сайте Следственного комитета вчера или позавчера эти задержания были названы декриминализацией региона. Вопрос к спецслужбе Следственного комитета, понимают ли термин «декриминализация» или не очень? Но это отдельный риторический вопрос.

Но вообще всё это ещё осложняется тем, что мы помним фотографии весёлого главы ведомства Александра Бастрыкина, который выглядывал из милицейских Жигулей именно из Карачаево-Черкесии. А потом на сайте размещено его объяснение, что этот отель ему порекомендовали его коллеги. И тут этих коллег берут и задерживают. Я думаю, это довольно неприятно. Внешне так это выглядит. И вообще такой момент очень, я думаю, неприятный для Следственного комитета, что именно их сотрудники виноваты. Хотя я-то думаю, что там в том или ином виде практически все силовики, так или иначе, местные покровительствовали Арашукову.

М. Майерс ― Или он им.

С. Смирнов ― Или он им. Но там же всегда всё сложнее. Они же формально ему никак не подчиняются. Там всё сложно. У них обычно чуть побольше возможностей обратиться в Москву. И к федеральным каким-то, если бы они захотели какое-то противостояние и что-то сообщать — они бы это делали. Но они явно ничего этого не делали.

М. Майерс ― А какой общественный эффект этой всей истории? То есть вы это описываете как некий клубок…

С. Смирнов ― Так и есть.

М. Майерс ― Но соответственно как его размотать? То есть это лучше не трогать? Потому что действительно дело Арашукова у нас связано с беспрецедентным задержанием в Совете Федерации. Они сейчас, получается, повязаны с огромным количеством достаточно авторитетных людей, которые действительно честь погон замарали!

С. Смирнов ― Это очень большой вопрос. Чего делать в этой ситуации? Мне кажется, это такой важный вопрос. Потому что вроде как кого-то тронешь, а тут может посыпаться вообще всё это. Неприятно. С другой стороны, ничего не делать или делать вид, что у нас всё нормально — это рано или поздно закончится плохо. Потому что ну, сколько можно обманывать, говорить, что всё хорошо! Не может реальность совсем уже расходиться с нарисованной картинкой. Поэтому мало того, я почти уверен, что для людей в Москве, кто принимал решения, они считают, что они таким образом борются с коррупцией…

М. Майерс ― Серьёзно?

С. Смирнов ― Я почти уверен, что для них это именно так.

М. Майерс ― То есть это не такие циничные ребята, у которых есть политический или какой-то идеологический и ещё какой-то по внутренним разборкам подтекст? То есть это серьёзные истинные борцы с коррупцией?

С. Смирнов ― Подтекста тоже много и всего прочего много. Но просто они посчитали, что чересчур вообще, надо всем остальным показать, чтобы были поскромнее впредь. Это же ещё и знак всем остальным на самом деле.

М. Майерс ― Будут?

С. Смирнов ― В Дагестане же постоянные задержания до сих пор продолжаются. Кучу глав поселений задержали в последнее время. Там идёт полная зачистка республики…

М. Майерс ― Почему?

С. Смирнов ― …по чиновникам. Тоже снимают за коррупцию. И за все эти связи. И я думаю, это такой пример для всех остальных, что будьте скромнее. Вопрос, что пока, по-моему, не очень получается.

М. Майерс ― Но вас послушать, так мы действительно встали, Россия встала на путь борьбы с коррупцией. Что вы цинично улыбаетесь? Ухмыляетесь?

С. Смирнов ― Ну, потому что знаете, как обычно, всё будет на каком-то этапе обрезано и сделан вид, что всё, на этом коррупция у нас закончилась. Все же понимают, что покровители были и в Москве, и высоко и у силовиков, и везде. Все прекрасно знали.

М. Майерс ― Но ФСБшников тоже трясут, насколько я понимаю.

С. Смирнов ― Ещё как! Да, каждый день.

М. Майерс ― Начальник одного из отделов ФСБ полковник Кирилл Черкалин и двое его бывших подчинённых Фролов и Васильев задержаны по подозрению в получении взятки.

С. Смирнов ― Да, это сегодня. А буквально в начале недели или в конце прошлой был задержан ещё один следователь ФСБ из следственного отдела ФСБ. Тоже за взятку. Причём в биткоинах. Какая-то сумма типа 60 миллионов. Да, на самом деле это мне кажется такой знак, что, ребята, больше никого нет с твёрдой гарантией. Опять же мне кажется, это главный тезис: будьте скромнее. Не думайте, что у вас есть теперь полная защита, если вы из ФСБ. И, кстати, с судьями такая же история. Несколько задержаний судей было в последнее время.

М. Майерс ― Я только не поняла, лучше-то станет после этого?

С. Смирнов ― Нет. Потому что, мне кажется, что этими попытками косметическими внушить чувство страха. И исправить «элиту» условную, которая на самом деле привыкла к этим правилам игры, конечно, их не изменит. Так не бывает.

М. Майерс ― Вы наверняка следите, раз мы сегодня так плотно обсуждаем кавказские темы, за ситуацией в Ингушетии. Там же начались аресты.

С. Смирнов ― Да, там идут активно аресты. Связано с противостоянием и столкновениями на митинге. Но они очень жёстко зашли, такое местное Болотное дело. Мне кажется, можно корректно сравнивать. Потому что там статья 318-я — то есть статья о сопротивлении, насилии в отношении представителя власти. Там вторая часть 318-й статьи, насилие в отношении представителя власти, то есть сопряженное с опасностью для здоровья и жизни. Это, если помните видео, когда кидали стульями и заграждениями.

М. Майерс ― Это та история, которая началась с границы.

С. Смирнов ― Да. Там противостояние, люди выходили, их пытались разогнать.

М. Майерс ― Перекрывали трассу Кавказ.

С. Смирнов ― Да, да. В один из дней, когда их пытались разогнать, было столкновение с силовиками. Причём силовики все были приезжими. Местные отказались разгонять. Это очень важная деталь. Их потом расформировали. Они пытались встать между приезжими омоновцами и своими. Это вообще к вопросу об уровне лояльности. Кстати, глава местного МВД ушёл в отставку. Были всё равно столкновения и сейчас очень жёсткие задержания в республике. Каждый день обыски у известных людей и не очень известных. Активистов много, больше 15 человек уже в СИЗО по обвинению по 318-ой статье — до 10 лет. Все в СИЗО, причём Нальчика. Никто не доверяет местным. В Нальчик везут всех. Проходят обыски у известных людей.

У правозащитника Муцольгова был обыск. Сегодня обыск у бывшего главы МВД. К нему Рамзан Кадыров приезжал в своё время разговаривать. А потом ингуши стали съезжаться в его двор. Довольно известная, широко распространённая картинка была на видео, когда куча ингушей приехала, и Рамзан такой выходит, там такое было противостояние. Потом обе стороны помягче стали говорить под конец беседы. То есть противостояние продолжается.

Но Москва решила, что хватит рассматривать Ингушетию, Кавказ вообще как некий отдельный регион, давайте мы как везде. Жестко, что делали, не делали. Я уверен, что из Москвы идёт это политическое решение. Там же, между прочим, в СИЗО и те, кто не участвовал в прямых столкновениях. Там очень любопытно. Им инкриминируют пока 318-ю статью через 33-ю статью УК, то есть подстрекательство. То есть, условно говоря, они призывали не уходить с площади. Это тоже состав. И они в СИЗО. И это авторитетные люди.

Я, к сожалению, сейчас не был в Ингушетии, ничего не могу сказать, хотя там был пару лет назад по другому делу. Не очень понятно, какие настроения в республике. Но я не думаю, что можно запугать настолько всех легко… То есть, рано или поздно, просто напряжение создастся дополнительное.

М. Майерс ― Но вы описываете несколько сил: с этой стороны Москва. С той стороны авторитетные протестующие. Там действительно старейшины, представители тейпов. А где Евкуров в этой схеме?

С. Смирнов ― А его нет практически, в том-то и дело. Важно, что он теряет, мне кажется, потому что явно не он принимает решение по уголовному делу. Он тут не участвует, нет его активной роли, и мне кажется, это, рано или поздно, закончится его отставкой.

М. Майерс ― То есть в этом контексте нынешнем в нынешней ситуации он политический труп?

С. Смирнов ― Мне кажется, да. В этом контексте. Я не представляю, как он выйдет и что-то сможет объяснить. И как. Что случилось с границей и с задержаниями? И почему у нас тут приехали разгонять омоновцы из других регионов, а наших расформировали? Не очень представляю, что он может вообще ответить.

М. Майерс ― А есть ли там на ваш взгляд персонаж, человек, политик, который может в этом смысле эту ситуацию разрешить? Потому что из Москвы силовыми методами, ну сложно представить, что можно зажать Ингушетию силовой дубинкой из Москвы.

С. Смирнов ― Я думаю, что в Москве уверены, что можно. И я, кстати, не знаю, можно или нельзя, но я подозреваю, что мы немножко недооцениваем возможность репрессий и силового давления. Но сегодня мы посадили 20 человек, ещё раз выйдете — посадим несколько сотен. Мне кажется, в Москве уже мыслят примерно таким образом. Не время тут какие-то переговоры вести, когда безопасность и вопросы контроля за территориями существуют.

Насчёт человека не знаю. Там все до сих пор с уважением отзываются о первом президенте Аушеве. Но я не думаю, что это реальный вариант для Москвы. И я думаю, Москва всё равно, рано или поздно, будет вынуждена искать какую-то замену Евкурову. Именно по этим причинам, что вообще никак не влияет на эту ситуацию. Его нет просто.

М. Майерс ― Но это может перерасти в уже более серьёзное противостояние на наш взгляд, чем сейчас?

С. Смирнов ― Я думаю, оно уже переросло. Просто мы это не очень видим. Я думаю, что проблема с Ингушетией надолго. Люди, которые будут сидеть и получать сроки, станут, безусловно, такими прославленными заключёнными для значительной части республики, это однозначно. Вопрос границ очень удобный в том смысле, что этим говорят: смотрите, тут эти предатели отдали наши территории, а люди сидят за справедливость. Понимаете? Люди же сидят за что? За то, что участвовали в митинге против передачи границ. Можно сколько угодно будет говорить на суде, что речь об этом, но никто не поверит.

М. Майерс ― Спасибо большое. Это программа «Особое мнение». В этой студии был главный редактор Медиазоны Сергей Смирнов. Меня зовут Маша Майерс. До встречи.

*ИГИЛ — запрещённая в РФ организация






ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Согласен с уважаемым главным редактором С. Смирновым: давно, давно пора ве-дущим отечественным нано-учёным изобрести эти самые передовые на свете нано-мезоннные хамоноискатели и пармезаноискатели, дабы пресечь все возхможности для личного потребления на корню! Пусть холопы быдлятские жруть эту жуткую ядовитую отечественную импортозамесчастину — эту скрепоносную склизлую, мерзкую, рвотную блевотину…
________________________________________

Президент России Владимир Путин считает, что результаты президентских выборов на Украине свидетельствуют об абсолютном провале политики Петра Порошенко. Об этом он заявил журналистам во Владивостоке, где завершились переговоры с лидером КНДР Ким Чен Ыном. По словам главы российского государства, отношения Москвы и Киева будут зависеть от политики, которую будет проводить новое руководство Украины.
________________________________________

Трёп ни о чём. Какая бы не была политика, но признавать Зеленского придётся, а иметь с ним дело — тем более.
________________________________________

Прочёл, что «Ким Чен Ын приехал учить Путина, как в России построить Северную Корею». Не надо ничему учить. Россиянам достаточно просто сощуриться…
Н.Носов. Коротышки из Солнечного города.
________________________________________

Опять эта Маша, которая всё знает и везде побывала! Зачем приглашать гостей в студию, если есть выпрыгивающие из трусов ведущие? Мне интересно мнение главреда, у которого популярное издание. И совсем не интересно мнение этих вот бутманов и маш…
________________________________________



ИСТОЧНИК

Маша Майерс

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Беспредел (0) > Преступления (0)
  • Власть (0) > Беспредел (0) > Разжигание розни (0)
  • Власть (0) > Беспредел (0) > Тюрьмы (0)
  • Власть (0) > Коррупция (0)
  • Власть (0) > Показуха (0)
  • Международные события (0) > Кавказ (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 21.05.2019 - КЛУБ СОЛИДАРНОСТИ ДИКТАТОРОВ
  • 20.05.2019 - НАЧАЛО РАЗМОРОЗКИ КОНТАКТОВ С США
  • 19.05.2019 - ПАРК ПУТИНСКОГО ПЕРИОДА
  • 18.05.2019 - ВСПОМИНАЯ О ЧЕРНОБЫЛЕ
  • 18.05.2019 - ВСПОМИНАЯ О ЧЕРНОБЫЛЕ
  • 17.05.2019 - ПУТЬ К МИРУ НА ДОНБАССЕ
  • 17.05.2019 - ПОЛИТИКА МАКСИМАЛЬНО НАВРЕДИТЬ
  • 16.05.2019 - ШКОЛЫ, ГДЕ УЧАТ НА ПРЕЗИДЕНТОВ
  • 15.05.2019 - ПОЧЕМУ ДЕМОКРАТИЯ НЕ ПРИЖИЛАСЬ В РОССИИ?
  • 14.05.2019 - БУДУЩЕЕ ОТНОШЕНИЙ УКРАИНЫ И РФ
  • 13.05.2019 - КАНАЛЫ ОБЩЕНИЯ РОССИИ С США И УКРАИНОЙ
  • 12.05.2019 - ПОЧЕМУ МЫ ВСЁ ВРЕМЯ ВОЗВРАЩАЕМСЯ В СССР?
  • 12.05.2019 - САНИРОВАНИЕ РОССИЙСКИХ БАНКОВ
  • 11.05.2019 - ЗА НАШУ И ВАШУ ПОБЕДУ
  • 11.05.2019 - КОГДА ЗАКОНЧИТСЯ «ПОБЕДОБЕСИЕ»?
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru