Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[19.08.2019]

ВЛАСТЬ В РОССИИ АБСОЛЮТНО БЕЗНРАВСТВЕННА И БЕССОВЕСТНА

Аркадий ДУБНОВ: журналист, политолог, эксперт по странам СНГ


Аркадий ДУБНОВ:


Для меня самое важное было обнаружить то, в чём я мало сомневался. Но теперь я точно знаю, что система, которая вершит правосудие в России, абсолютно безнравственна и бессовестна! Во всяком случае, я выяснил это на своей шкуре, на шкуре своих коллег, рядом сидевших в автозаке. Она Бессовестна!

Это те же самые подчинённые тех же самых начальников, которым всё позволено и у которых нет совести. И нет совести у их подчинённых. И они все не стесняются.

Майдана нет. Они сейчас пытаются вертеть всеми своими следкомовскими извилинами, чтобы изобразить этот майдан.

В Таджикистане судят очень быстро. Так же как у меня в соседнем кабинете судили моего коллегу. Без свидетелей. Без адвоката, без него самого. А он был рядом. Те же самые 20 тысяч, но просто быстро автоматом. Это, кстати, очень честно и порядочно. Потому что они не пудрили мозги никому рассмотрением дел и ссылками на какие-то законы.

Пока мы в состоянии холодной гражданской войны. И я очень боюсь, что во власти есть люди, которые очень бы хотели, очень надеялись, что сработает какая-то горячая частичка в этом противостоянии со стороны протестующих, кто-то действительно, условно говоря, кинет фаер, кто-то разобьёт машину, кто-то не просто осколок зубной эмали сковырнёт, а кто-то действительно нанесёт какой-то удар…

Они очень этого ждут. Тогда им гораздо проще развернуть тотальную горячую войну. Тогда начнётся суровое дело. Суровое преследование по всем уголовным стандартам, которых сегодня им явно не хватает.

Просто мы же в стране с вековыми традициями. Мы в стране, где пороли и секли ещё совсем недавно. Мы в стране, которая всего только 150 лет назад вся была в рабстве… Ну что вы хотите? Тут никаких неожиданностей для нас с вами нет.

«Вам нечего гулять по улицам. Это не ваши улицы. Мы же только что говорили о том, что вам нечего рот раскрывать, потому что нечего вам сказать. Сидите и молчите. Вам скажут, когда можно будет что-то сказать. А лучше смотрите телевизор — Первый, Второй, четвёртый кнопки»…

Мир изменился, не изменились только те, кто как были лицемерными и ханжами, такими и остались. Ведь эта власть же ханжеская. Мы это же прекрасно понимаем.

Так и здесь. А чего вам знать-то? Вот «Лошарик» погиб. Герои погибли. Герои России погибли, 14 каперангов там, по-моему. Или 14 офицеров, капитанов первого ранга. Вам незачем знать. Кроме одного — они были герои. Они были герои. И главная тайна Мальчиша-Кибальчиша — не знать того, что и начальству иногда лучше не знать, потому что оно вообще перестанет адекватно реагировать на зону своей ответственности…

                    *   *   *

О. Журавлёва ― Добрый вечер. В студии Аркадий Дубнов, политолог, эксперт по странам СНГ. Хотелось узнать, превратились ли вы в активиста за последние недели?

А. Дубнов ― Воленс-ноленс, да. Раз я уже попал через автозак — во внутренние покои нашей судебной системы и прошёл через неё с очень небольшими потерями. Я считаю, 20 тысяч рублей — в общем, сегодня ещё можно, конечно, так проспонсировать Росгвардию. Короче, да, я теперь имею отношение к этому, так сказать, я теперь наблюдатель изнутри. Хотя и раньше был достаточно дежурным наблюдателем снаружи. Я имею в виду, что я посещал митинги, правда, не все, не регулярно.

Если серьёзно, то для меня самое важное в этой истории было обнаружить то, в чём я мало сомневался. Но теперь я точно знаю, что система, которая вершит правосудие в России, абсолютно безнравственна и бессовестна! Во всяком случае, я выяснил это на своей шкуре, на шкуре своих коллег, рядом сидевших в автозаке. Она Бессовестна!

О. Журавлёва ― Это то самое оскорбительное слово?

А. Дубнов ― Да. Это то самое оскорбительное слово, за которое может пострадать простая русская женщина активистка Мария Иванова в Санкт-Петербурге, которая сказала одному начальнику питерскому, полицейскому на днях, что у него нет совести. И его реакция мне показалась поразительной. Он подал иск, попросил милицию разобраться с этой женщиной, простой русской Марией Ивановой. Я в этом вижу очень хороший знак. Потому что на моей памяти, я думаю, что и на вашей памяти, появился первый чиновник, да ещё полицейский, силовик, который обиделся на то, что его заподозрили в том, что у него нет совести. Понимаете? Публично посчитал это оскорблением!

Это говорит, что вообще-то у нас есть хоть какой-то шанс. Во-первых, у него мужество обнаружилось. Оно такого странного может быть свойства. Это очень важная тема.

Я приведу один пример. Много лет назад очень умная дочь бывшего узбекского диктатора Ислама Абдуганиевича Каримова, будучи во Франции, подала иск к одному из французских СМИ с требованием признать неверным суждение о том, что она дочь диктатора. И суд принял к рассмотрению иск. В то время Ислам Каримов ещё был жив. И мне даже как-то за него неловко стало, что суд рассматривает вопрос, диктатор он или нет? Вы знаете, какое решение принял суд?

О. Журавлёва ― Какое?

А. Дубнов ― «Нет никаких оснований не считать её дочерью диктатора». Они не сказали, что она дочь диктатора, но определили, что не считать её дочерью диктатора невозможно.

Вот здесь я бы хотел узнать, какой вердикт вынесет наша правоохранительная система относительно того, права ли Мария Иванова в отношении этого начальника. Но повторяю, я бы хотел, чтобы все наши большие начальники начали думать, что скоро повально начнут их публично таким образом как бы фактически оскорблять.

Вы знаете, я здесь тоже недавно практически оскорбил наших руководителей. Помните, после 12 июня я в своём блоге (он у вас был опубликован) спросил, обратившись к господам Колокольцеву и Собянину, не стыдно ли им за тот ужас, который они устроили на улицах Москвы 12 июня? Помните митинг после кейса Голунова? Они мне не ответили. Ну, правда, и в суд на меня не подали ещё. Так что я не исключаю ни один из этих вариантов. А вдруг они захотят с этим разобраться, и тогда я буду очень рад, потому что это будет означать, что у них есть совесть или им хочется думать, что я не прав, утверждая, что у них нет совести.

О. Журавлёва ― Что им не стыдно?

А. Дубнов ― Да. Вообще для меня это очень важно. Как только мы перейдём от рассуждений, можно согласовывать митинг или нельзя, к обсуждению тех начальников, которые допускают мерзость на улицах, когда их подчинённые позволяют себе бить женщину так, как мы это видели, тогда появится абсолютно твёрдое убеждение в том, что совести у них нет.

Или когда они разрешают тащить больного инвалида ДЦП, волочить его, который еле ходит и так. Это те же самые подчинённые тех же самых начальников, которым всё позволено и у которых нет совести. И нет совести у их подчинённых. И они все не стесняются. Так вот я бы хотел, чтобы кто-нибудь из них оскорбился тому, что их называют бессовестными.

О. Журавлёва ― Вы хотите судебного разбирательства по вопросу — присутствует совесть ли у них совесть?

А. Дубнов ― Я хотел бы понять, у них хватит мужества считать это уголовным преступлением, ссылаясь на закон об оскорблении власти?

О. Журавлёва ― И что это даст?

А. Дубнов ― Ничего, просто поднимет довольно сущностную публичную дискуссию относительно того, имеют ли право силовики при разгоне абсолютно мирных демонстраций не вооружённых людей, применять такую силу, какую они применяют? Знаете, вас ещё не было на свете, вы девушка молодая, красивая, я тоже красивый, но не молодой, я не помню, как тогда это было. Мне было 13 лет. Это был 1962-й год. Расстрел протестующих в Новочеркасске. Мы только потом узнали, что там нашёлся генерал, который отказался стрелять по приказу в этих протестующих. Его звали Матвей Ильич Шапошников, Герой Советского Союза. Боевой генерал, героя получил за войну. И он приказал опустить дула танков, распотрошить автоматы и сказал, что не видит здесь противника, против которого можно применять силу. И не применил силу.

Там другие расправлялись с этими людьми. А его через некоторое время, по-моему, пытались судить. Но потом за его боевые заслуги от него как бы отстали. Вот там была совесть, про этого Матвея Шапошникова я даже говорить не могу. Это боевой генерал. А у тех начальников политических, наверное, может, что-то там зашевелилось. Никита Сергеевич, как известно, был к концу жизни несколько другим.

А что сегодня? Кто сегодня отдаёт такие приказы, которые приводят к тому, что мы видим? Кто рулит? У нас нет боевых генералов уже. Боевые генералы, которые имели совесть, давно ушли…

О. Журавлёва ― Но мы ведём войны постоянно…

А. Дубнов ― Конечно, а что, у нас Росгвардия — это не боевая структура? Кто руководит этими боевыми генералами? Знаете, кто? По принципу своему мышления это ВОХР, вооружённая охрана. Им абсолютно всё равно, кого охранять. Им всё равно, кого сопровождать в автозаках. Им всё равно, кого погонять на прогулке. Им всё равно, кого бить палками. Это ВОХР. Вооружённая охрана. Там нет боевых порядочных честных военных. А если бы они были, они бы не допустили этой мерзости.

О. Журавлёва ― Но вам скажут, что это хулиганство, это майдан и скажите спасибо, что они не применяют оружие.

А. Дубнов ― Спасибо. Спасибо, только врать не надо. Майдана нет. Они сейчас пытаются вертеть всеми своими следкомовскими извилинами, чтобы изобразить этот майдан. Я был вызван повесткой в следком. По-моему, я уже рассказывал. Я видел, как следователь, младший лейтенант юстиции с подготовленными опросниками пытался выяснить у меня, каким маршрутом я выходил, если выходил, платили ли мне деньги, да как я узнал об этой акции.

О. Журавлёва ― Что именно вы бросали в сторону полиции.

А. Дубнов ― Нет, этого в моём опроснике не было. Наверное, люди понимали, что я человек уже слабый и могу стаканчик бумажный не добросить. Но вот эти вопросы, абсолютно очевидно исходят убеждённостью, что я априори преступник, что я получаю деньги за это. Пенсионер, ну как я ещё могу заработать деньги? Конечно, пойду на демонстрацию за печеньки. Поэтому они сейчас лепят, я уже говорил, огромное поле свидетельских показаний, тысячи, из которых они выдернут десяток несчастных мальчишек, нахлобучат страхом, отнимут телефон и скажут, что ты был среди них, кто это организовывал.

О. Журавлёва ― В студии Аркадий Дубнов, с которым мы продолжаем говорить о том, что происходит вокруг, и в чём Аркадий принимал живейшее участие. И даже был осуждён на штраф в 20 тысяч рублей. Правда?

А. Дубнов ― Да.

О. Журавлёва ― Здесь один из комментаторов писал о том, что из смешанного авторитаризма мы приехали в автозаках прямиком в полицейскую диктатуру. Вы по Средней Азии специализируетесь, вы и авторитаризм видали вблизи и диктатуры всякие разнообразные. Скажите, на что похоже?

А. Дубнов ― Ни на что. Мы не берём примеров, у нас собственная…

О. Журавлёва ― Гордость?

А. Дубнов ― Гордость и честь. В смысле её отсутствие. Хороший вопрос. Сейчас сходу не найдёшь отличия. Дело в том, что ни в одной из этих стран, насколько я понимаю, я там не судился, хотя много чего видел. Я там был и свидетелем по одному кейсу об убийстве бывшего руководителя администрации Киргизии, с которым должен был погибнуть. Много где был свидетелем. Я был в Лондоне в Скотланд-Ярде официальным свидетелем по делу об убийстве Ахмада Шах Масуда, с которым тоже был вместе. И должен был погибнуть, потому что спал с его убийцами, не зная, что это убийцы.

В Таджикистане судят очень быстро. Так же как у меня в соседнем кабинете судили моего коллегу. Без свидетелей. Без адвоката, без него самого. А он был рядом. Те же самые 20 тысяч, но просто быстро автоматом. Это, кстати, очень честно и порядочно. Потому что они не пудрили мозги никому рассмотрением дел и ссылками на какие-то законы.

Так вот моя судья Виталина Александровна Романова, когда читала постановляющую часть, я чуть ни присел. Я же стоял, а тут чуть ни присел от неожиданности. Она сослалась на какое-то решение ЕСПЧ о праве на достойную защиту, что-то она сказала про права человека. И дальше…

О. Журавлёва ― Продолжила таджикский суд?

А. Дубнов ― Да. То есть в Таджикистане вам не дадут ссылку на ЕСПЧ. Мы-то исходим из того, что мы член Совета Европы, мы за это так яростно сражались… И наследник великой писательской фамилии чуть ли ни живот положил за то, чтобы там остаться. И вот теперь это нам даёт право, верша не правосудие, а точнее левосудие, ссылаться на европейские традиции. В Таджикистане вы этого не получите. Там в каком-то смысле тоже честнее себя ведут. Там просто попадаешь в пасть дракона, и он тебя сжёвывает. И только дымок лёгкий остаётся.

О. Журавлёва ― Не притворяется? Как вам кажется, действительно последние события говорят о какой-то резкой перемене маски?

А. Дубнов ― Безусловно.

О. Журавлёва ― Кто больше изменился: власть или общество?

А. Дубнов ― Я думаю, что они идут встречным курсом. И власть возбуждает ненависть своим поведением. Ну, я говорю, что пока мы в состоянии холодной гражданской войны. И я очень боюсь, что во власти есть люди, которые очень бы хотели, очень надеялись, что сработает какая-то горячая частичка в этом противостоянии со стороны протестующих, кто-то действительно, условно говоря, кинет фаер, кто-то разобьёт машину, кто-то не просто осколок зубной эмали сковырнёт, а кто-то действительно нанесёт какой-то удар…

О. Журавлёва ― Да просто случайно высадит витрину…

А. Дубнов ― Подожжёт машину. Кинет фаер в соседнее окно второго этажа в жилой дом. Они очень этого ждут. Тогда им гораздо проще развернуть тотальную горячую войну. Тогда начнётся суровое дело. Суровое преследование по всем уголовным стандартам, которых сегодня им явно не хватает. Они растеряны, вот отступили они от этого режиссёра Васильева. И то не было счастья, так несчастье помогло.

О. Журавлёва ― Диабет в данном случае.

А. Дубнов ― Чуть не умер мужик. Я представляю, что если не дай бог, такое случилось. Нет, я не представляю, как мы бы на это реагировали. Скрутила бы их божья кара за это или нет. Не знаю. Так вот, у меня ощущение такое, мы же в Москве, а Россия на самом деле этого не видит. Я не знаю, что показывают по телевизору.

О. Журавлёва ― Однако, в России, которая ничего не видит, тем не менее, во многих городах одновременно с Москвой выходили хоть небольшие, в сотню человек, но люди с инициативой поддержки москвичей. В Уфе, Казани…

А. Дубнов ― Значит, кто-то пользуется Интернетом, чтобы найти эту информацию.

О. Журавлёва ― Вы будете удивлены. Но да.

А. Дубнов ― Говорят же, мы очень интернетизированная держава. А почему наш любезный вождь катается на байках на юге в эти дни? Почему 20 лет своей власти отмечает не в Москве, не в первопрестольной?

О. Журавлёва ― Потому что там его друзья.

А. Дубнов ― Там его друзья? И там не взрывается ничего, там не тонул «Лошарик», там не взрывался «Курск». Там не произошла трагедия последняя 8 августа в Северодвинске с испытанием двигателя. Я к чему говорю? Почему он не реагирует? Все спрашивают, почему он не реагирует. Считаю, ему просто не докладывают.

О. Журавлёва ― Думаете, что он не знает? Когда, простите меня, эти снаряды в арсенале Ачинска взрываются, он тоже не в курсе?

А. Дубнов ― Это ему показали. Я думаю, что когда он катается там, он увидит Пескова и говорит: ты ко мне с этими московскими митингами не подходи близко. Ничего не знаю, и знать не хочу. Это демшиза там какая-нибудь. Вот это такая ситуация, про которую не должен ничего знать…

Потому что если бы он знал, то, во-первых, мы об этом узнали бы от Дмитрия Пескова, который сказал бы, что это не зона ответственности Кремля. Это абсолютно московская ситуация, за неё отвечает МВД, Мэрия, Сергей Семенович, при котором наша столица похорошела.

А ещё почему он не может ничего сказать публично — ни Песков, ни Путин? А потому что любое слово Пескова или Путина должно отображаться на федеральных каналах. Хоть какое-нибудь скромное слово про то, что там в Москве что-то не так. И тогда канал «Россия» скажет, что там что-то произошло, раз даже Путин сказал, что там враги…

О. Журавлёва ― Но были репортажи на федеральных каналах. Автор одного из таких репортажей в субботу даже появился с очередной съёмкой. И не был восторженно встречен окружающими митингующими.

А. Дубнов ― Видимо, они всё-таки это подают так, что в любом случае, если не говорит царь, значит волноваться нечего. Значит это не потрясение…

О. Журавлёва ― Тем не менее, волнуются. Мы же видим комментарии бесконечные повсюду, что они провоцировали, а женщина, которую ударили в живот, сама ударила омоновца перед этим. И выбила у него палку и вообще его провоцировала. Кричала лозунги. Откуда взялась эта идея, которую я сейчас очень часто встречаю, что если человек произносит какие-то слова ртом, то его за это нужно бить, сажать и так далее? Это кто придумал такую идею?

А. Дубнов ― Просто мы же в стране с вековыми традициями. Мы в стране, где пороли и секли ещё совсем недавно. Мы в стране, которая всего только 150 лет назад вся была в рабстве… Ну что вы хотите? Тут никаких неожиданностей для нас с вами нет.

Я просто сейчас вспомнил один характерный момент на суде. Вы говорите, что слова не скажи. Слово скажи, и тут же не так тебя воспримут. Вот выступает на суде моя свидетельница, моя ровесница. Женщина не молодая. Учительница. Очень известная, она бывает у вас здесь регулярно на периодических программах. Её нужно о чём спрашивать? О том, что она был свидетелем того, как нас задержали. Женщин отпустили, а мужиков в автозак. И её спрашивает судья, эта моя госпожа Романова, её честь Романова: «А вы о чём говорили со своими спутниками перед тем, как вас задержали?».

Свидетельница отвечает, что это Яков Летучий, её бывший ученик, рассказывал о дне рождения своей бабушки. А судья спрашивает: «А может быть, вы говорили так громко, что идущие где-то рядом омоновцы решили, что вы выкрикиваете лозунги?». И она это говорит абсолютно серьёзно!.. У меня в зале сидели дети, слышали этот диалог, они же боятся слова вымолвить — их же выгонят. Они так хмыкнули…

Судья федеральный такого горбатого лепит, извините. Что он хотел сказать, судья? Он сказал, что любыми способами, в принципе нужно вытянуть хоть что-то, что могло бы обосновать моё задержание. А, вообще-то, какое право она имеет спрашивать, о чём говорили эти люди! Понимаете? Не имеешь ты права задавать такие вопросы! Вот вы сейчас спрашиваете, почему? Вот вам ответ на этот вопрос. Твари бессловесные…

О. Журавлёва ― В обществе же существует довольно большое количество людей, которые считают, что да, действительно ты рассказываешь анекдот про Брежнева, — твою маму посадят, как говорили нам в детсаду…

А. Дубнов ― Вот, Оля, наверное, мы живём в состоянии ломки этого ментального восприятия нашей истории, себя самого, самоё. Это поколение, которое сейчас бродит по улице и не боится говорить вслух про день рождения бабушки со своей учительницей, оно не боится вообще говорить вслух!..

О. Журавлёва ― Оно просто не представляет, что это возможно.

А. Дубнов ― Оно не представляет, что этого нельзя, что нужно выбирать слова. Оно даже, извините, матом стало говорить, что я не приветствую, но настолько свободно, что уже можно какие-то претензии к нему применять. Но мир изменился, не изменились только те, кто как были лицемерными и ханжами, так и остались. Ведь эта власть же ханжеская. Мы это же прекрасно понимаем.

О. Журавлёва ― И мы никак не уйдём от этого описания нынешней ситуации в стране, она какая-то, правда, очень странная. Но вы уже упомянули все трагедии, которые сейчас у нас потихоньку развиваются. Скажем так, недавно случились взрывы в арсенале под Ачинском и до сих пор поступают сообщения, сколько пострадавших и так далее. Мы эти ужасные видео видели, когда люди увидели просто зарево и натуральную бомбёжку. В Архангельской области взорвалась ракета, там погибли специалисты. И опять паника. Опять реакция в соцсетях очень напряжённая. Все начинают считать, где что отравлено, что случилось. Почему так до сих пор не научились правильно реагировать на аварии? Не мы, наверное, а руководство скорее.

А. Дубнов ― Оля, мы же только что говорили, что вам нечего гулять по улицам. Это не ваши улицы. Мы же только что говорили о том, что вам нечего рот раскрывать, потому что нечего вам сказать. Сидите и молчите. Вам скажут, когда можно будет что-то сказать. А лучше смотрите телевизор — Первый, Второй, четвёртый кнопки. Так и здесь. А чего вам знать-то? Вот «Лошарик» погиб. Герои погибли. Герои России погибли, 14 каперангов там, по-моему. Или 14 офицеров, капитанов первого ранга. Вам незачем знать. Кроме одного — они были герои. Они были герои. И главная тайна Мальчиша-Кибальчиша — не знать того, что и начальству иногда лучше не знать, потому что оно вообще перестанет адекватно реагировать на зону своей ответственности.

Смотрите, в этом Северодвинске местное начальство, которое отвечает за благоденствие местного населения, я уверен, тоже ничего не знало. Поэтому её первой реакцией было преуменьшить панику. А ему никто не сообщает из военного начальства, тем более из АП, что там произошло. И, ну я хотел сказать, что я их понимаю. Нет, конечно, я их не понимаю. Но вот эта логистика этого мышления сводится к тому, что знать вам не надобно. Начальники есть. Вот они вам скажут. Расслабьтесь. И вот собрались начальники, члены-корреспонденты РАН и сказали, что погибли их испытатели. Они герои. Просто один в один герои там, герои здесь…

О. Журавлёва ― А как узнать? Вот есть метод, как узнать, была ли утечка? Есть ли опасность для других людей, которые в этих регионах живут? Для Европы, для Швеции…

А. Дубнов ― Шведы вам сами скажут. Я же помню, как дрогнуло политбюро ЦК, я уже был большой тогда совсем, как только шведы или финны сообщили, что облако дошло до них. Я кстати работал на атомных станциях как раз в те годы, 11 лет проработал на АЭС в качестве инженера и научного работника. Тогда в политбюро, горбачевское ещё, приняли решение, наконец, выяснить и дать информацию. Сжато, сдержанно. Но дать.

Я честно вам скажу, думаю, что большой действительно утечки, наверное, всё-таки не было. Она была наверняка значимая для этого места и кратная в отношении допустимых пределов. Но серьёзных угроз заражения вряд ли могла представлять. Потому что если речь идёт об испытании ядерного двигателя, то об этом хорошая статья у вас стоит Александра Гольца.

О. Журавлёва ― Специзделие.

А. Дубнов ― Да. Саша Гольц написал достаточно исчерпывающе по открытым источникам, по его опыту о том, что могло там произойти. Ну, так вы скажите, если вы знаете — скажите. Но вы не знаете, поэтому вы возбуждаете, вы провоцируете страх. Человек, который не знает и «лепит горбатого», он всегда возбуждает страх. Ах ты, сука, ты чего таишь-то? Ты говори правду, иначе всю душу вытрясут. Вот так местные люди относятся к их начальству несчастному, которое лишено информации, которое тут же, помните, сказало, что нет, это министерство обороны, это их зона ответственности. Страна, которая знает своих героев, но не знает совести в этой ситуации… Вот и всё.

О. Журавлёва ― То есть мы всегда можем предполагать, что утечка была, опасность есть, но нам об этом никогда не скажут. Да и если не было утечки и опасности нет, мы тоже твёрдо это не узнаем.

А. Дубнов ― Вы знаете, да. Я приведу другую аналогию. Но она нас далеко уведёт. Есть у меня аналогия с ситуацией в Киргизии. Ну, коротко. Она довольно важная.

Весь июль Киргизию трясло антикитайскими протестами. Почему? Потому что на золоторудном руднике 22 барана скончались. А рудник китайцам принадлежит. И местные киргизы решили, что это из-за того, что отравили китайцы. Не специально, а просто это вода из рудника, которая попала на пастбище. И потребовали закрыть этот рудник. И выплатить компенсации. И вообще потребовали сделать так, что местные киргизы хорошо жили, потому что китайцы работают на их земле. Они правы абсолютно. Потому что китайцы везде, куда привозят свои инвестиции, строят что-то, как правило, берут китайских рабочих. И это возмущает особенно киргизов, у которых к китайцам много претензий всегда исторически. Приехала комиссия медицинская из Бишкека, проверила — всё нормально, ничего там не отравлено…

О. Журавлёва ― А так от чего бараны-то умерли?

А. Дубнов ― Говорят киргизам: успокойтесь. Те говорят: нет, а ещё в этой семье два ребёнка заразились, у них какая-то кожная болезнь. Какие-то там клещи что ли. Два ребёнка из одной семьи. Это тоже китайцы виноваты. Ну, проверили. Да нет, говорят, просто антисанитария. Мыться надо. Пользоваться всякими препаратами, если что. Нет, говорят, закройте рудник. И закрыли рудник!

О. Журавлёва ― Да вы что!

А. Дубнов ― Да, китайцы возмущены, китайская власть возмущена. Такой тлеющий китайско-киргизский конфликт. Потому что никто не может доказательно объяснить, что нет состава преступления. В этой ситуации, конечно, такая аналогия не очень справедливая. Но местное начальство не может справиться с киргизами, которые считают, что китайцы полностью их там отравляют. Китайцы сами по себе хороши, конечно. Это другое дело. Но вот здесь отсутствие правдивой информации возбуждает невероятные слухи. И способствует такого рода подозрениям…

О. Журавлёва ― Но им же попытались дать информацию. Привычки нет верить?

А. Дубнов ― Совершенно верно. Не верят. Не верят официальным сообщениям…

О. Журавлёва ― Вы тут про детей, заразившихся от злых китайцев, вспомнили. Я хотела вас спросить, почему такое оживление вызвала история с неудачным крещением в Гатчине? Как вам кажется? Это тоже какой-то сигнал, знак? Или просто хочется новостей о чём-то понятном?

А. Дубнов ― Вообще говоря, это, конечно, как у вас теперь говорят: хайп.

О. Журавлёва ― Вообще видео страшненькое.

А. Дубнов ― Ну да. Но мне рассказали, что некоторые люди вообще обвиняют в том, что действительно это хайп на пустом месте. Что всегда бились головой о купель при крещении и прочее. И ничего тут особенного. И я думаю, что, наверное, они правы. Ничего тут особенного. И они, наверное, со своей точки зрения считают, что это недостойно общественного внимания, потому что нас всех били и вот смотрите, какие мы выросли…

А я скажу на это: вот вас били, вот вы такие и выросли. И привыкли к тому, что вас бьют, и будут бить. Потому что вы боитесь об этом сказать. И боитесь возразить на то, что вас бьют. Уже даже в купели! Вот и всё.

О. Журавлёва ― Кстати, о тех, кто не хочет к этому привыкать. В мэрию Москвы подали заявку на новую акцию. Надо проводить акции?

А. Дубнов ― С точки зрения логики удерживания процесса в таком, я бы сказал не холодном состоянии, я думаю. Те, кто собирается её проводить, подали заявку и хотят согласовать, наверное, акцию. Они исходят из нормальной политической, я бы сказал совестливой логики. Потому что власть по-прежнему не хочет идти на компромиссы с точки зрения главных этих вопросов по допуску на выборов. Мы же понимаем, что кампания власти в попытке сделать так, чтобы независимых кандидатов Мосгордумы не было вообще, просто их не было на стадии, извините, крещения. Вот эту купель вообще опрокинули, и пошёл вон!..

Так вот эта тактика не сработала. Потому что всем стало ясно, что это системная работа по недопущению. Потому что другие никому неизвестные люди как-то так благополучно прошли. Мы слышали всякие истории. И поэтому протест он, вообще говоря, именно против этого.

О. Журавлёва ― Но ведь добавился ещё протест против насилия. За освобождение заложников.

А. Дубнов ― Конечно. Поэтому если сейчас этот протест, что называется, разбавить и успокоиться, это будет обидно для тех людей, которые выходили все эти разы 27-го, 3-го…

О. Журавлёва ― Вам лично как оштрафованному будет обидно, если протест не продолжится?

А. Дубнов ― Будет обидно, если протест не продолжится. Да, мне будет обидно. Совершенно верно. А почему нет?

О. Журавлёва ― Интересуюсь. Скажите, а если серьёзно, вы опасаетесь, что этот протест перестанет быть мирным?

А. Дубнов ― Опасаюсь. Я уже с самого начала говорил. Я опасаюсь. Но просто власть, к сожалению, делает всё возможное, чтобы это случилось. Я же говорил, что они очень заинтересованы в провокациях, которые им нужны, в общем. А поскольку выходящие люди настроены мирно…

О. Журавлёва ― То есть открыть огонь просто пока совесть не позволяет?

А. Дубнов ― Ну как-то так. Не то, что совесть, отмашки там нет ещё. На самом деле вот здесь уже об этом говорили, очень ярко с вами говорил Дима Муратов.

О. Журавлёва ― Не со мной, но да.

А. Дубнов ― Он очень ярко говорил про это. Отчасти я с его доводами согласен, отчасти не согласен. Потому что я немножко не обременён общественными должностями, поэтому могу говорить чуть-чуть по-другому. Но, в общем, он, по сути прав, несправедливость достигает потолка, и ей нужно противостоять. Но политическое руководство вот здесь в первую очередь принимает решения. Он сказал, что сегодня в Москве политический менеджмент отдан в руки силовиков. И то, что Путин молчит — это как раз это подтверждает. Кто кого. Форос-2? Может быть.

О. Журавлёва ― Это Аркадий Дубнов. Меня зовут Ольга Журавлева. Всем спасибо, всего доброго.






ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Согласен с уважаемым политологом А. Дубновым: надо самым строжайшим образом покарать всех форменных фашиствующих молодчиков. Бессовестная, циничная, лживая, лицемерная, трусливая, гнусная горе-власть полностью растоптала Основной Закон Конституцию РФ, ликвидировала все российские суды всех инстанций вместе с судьями, все правосудие, законность, право, порядок, правопорядок, справедливость, здравый смысл, гражданское общество, средний класс — всё, без чего немыслимы нормальная свободная страна и народ.

Нападения полицейских и неопознанных форменных бандитов в масках на мирных прохожих инвалидов, детей и пенсионеров, перекрытие штурмовиками бульваров, тротуаров, входов и выходов станций метро, улиц и перекрестков транслировались в прямом эфире по всем сетевым каналам.

Только одни путинские фашиствующие молодчики, штурмовики, людоеды, дуболомы, тонтон-макуты, каратели и палачи в масках и без них бесновались и бесчинствовали, злоупотребляя произволом и беспределом вконец обнаглевшей от собственной безнаказанности фашизации.
________________________________________

Смотрел прямую трансляцию из Москвы — избиения дубинками ни в чём не повинных мирных граждан. Разглядывал лица выстроенных в шеренги и колонны натасканных на бандитизм молодых людей. Здоровые, накачанные, цветущие красномордые мухоморы и с ними дядька-Мухомор. Кто же натравил их на Россию?!
________________________________________

Хватают простых, случайных, мирных граждан. Суют в автозаки. Судья дает 20 косарей ни за что. Всё это как будто миражи в каком-то глубоком похмелье. И стоит хлебнуть рассольчику, вернётся ясность ума и галлюцинации растворятся, как утреннее сновидение. Во что Путин превратил государство, которое напоминает трамвайного щипача с погонялом Кирпич?!
________________________________________

Да не будут они ждать, пока кто-нибудь из протестующих действительно, условно говоря, разобьёт машину, кто-то просто случайно высадит витрину. Не будут они этого ждать. Они САМИ это сделают! Их же одетые в штатское сотрудники сделают это в толпе и скроются за полицейскими спинами. Это не новое изобретение. И это невозможно предотвратить.
________________________________________

Да, именно так и было на Болотной 06.05.2012…
________________________________________

Странно, вроде умный дядька, а не видит, что в стране уже тотальная Кущёвка!.. Или, если угодно, вторая Венесуэла. Примите поздравления, господа.
________________________________________

Здравомыслящий и адекватный автор!
________________________________________



ИСТОЧНИК

Аркадий ДУБНОВ

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Беспредел (0) > Противозаконные преследования (0)
  • Власть (0) > Беспредел (0) > Террор (0)
  • Власть (0) > Бюрократизация (0)
  • Нравственность (0)
  • Общество (0) > Акции протеста (0)
  • Общество (0) > Выборы (0)
  • Судебная система (0) > Беспредел (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 06.09.2019 - ИНТЕРВЬЮ ГРИГОРИЯ ЯВЛИНСКОГО
  • 06.09.2019 - ИНТЕРВЬЮ СЕРГЕЯ МИТРОХИНА
  • 05.09.2019 - ПРЕДСЕДАТЕЛЬ «ЯБЛОКА» НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ
  • 05.09.2019 - МЫ ЖИВЁМ В РОССИИ
  • 04.09.2019 - О ПОЛЬЗЕ МАССОВЫХ ПРОТЕСТОВ
  • 04.09.2019 - ТЕАТР ЖЕСТОКОСТИ
  • 03.09.2019 - «ЯБЛОКО» ПРОТИВ МУСОРНЫХ ПОЛИГОНОВ
  • 03.09.2019 - ПОЛИЦЕЙСКИЕ ПРЕСТУПНИКИ
  • 02.09.2019 - УВАЖЕНИЕ И СВОБОДА ВМЕСТО ДУБИНОК И ВОРОВСТВА
  • 02.09.2019 - НИКАКОЙ УГРОЗЫ ЗДОРОВЬЮ
  • 01.09.2019 - ПРОГРАММА КАНДИДАТА НА ДОЛЖНОСТЬ МЭРА
  • 01.09.2019 - КАК ЖИТЬ В ТОТАЛИТАРНЫХ РЕЖИМАХ
  • 31.08.2019 - КОГДА СУДАМИ УПРАВЛЯЮТ ЛОЖЬ И СТРАХ
  • 31.08.2019 - ЗАЧЕМ ПУТИНУ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ЗАКЛЮЧЁННЫЕ?
  • 31.08.2019 - НЕЛЕГИТИМНАЯ ВЛАСТЬ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru