Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[07.09.2019]

БРЕКЗИТ КАК НЕ ОЧЕНЬ ТЩАТЕЛЬНО СПЛАНИРОВАННОЕ САМОУБИЙСТВО

Аркадий ОСТРОВСКИЙ: редактор отдела России журнала The Economist

(ТЕКСТ, КОММЕНТАРИИ)

Аркадий ОСТРОВСКИЙ:


Я пытаюсь вспомнить название замечательной книги Отто Лациса… Она называлась «Тщательно спланированное самоубийство». Вот если коротко, то Брекзит — не очень тщательно спланированное, но, в общем, самоубийство…

Я, конечно, отчасти иронизирую, хотя тут на иронию уже не остаётся никаких сил. Нет, конечно, мягкий Брекзит с соглашением сейчас гораздо лучше. Брекзит без соглашения — мы не знаем, на самом деле, его последствий, но всё, что мы знаем, они обещают быть довольно катастрофическими.

Возможные последствия слишком серьёзны. В этой ситуации возможен новый политический кризис или новый виток этого кризиса, в результате которого будут объявлены новые выборы, на которых, вполне возможно, в этой ситуации побеждает Лейбористская партия под лозунгом нового референдума. Но новый референдум крайне опасен в этой ситуации раскола.

Если это не самоубийство для всей страны, то это, безусловно, самоубийство для Консервативной партии. Её просто не будет.

                    *   *   *

М. Максимова ― Итак, программа «2019» на своём месте. В студии Марина Максимова. Приветствую наших слушателей и зрителей, потому что нас можно смотреть на канале в Ютюбе. По средствам технических связей с нами присутствует здесь Виталий Дымарский. Гость наш сегодня — Аркадий Островский, редактор отдела России журнала The Economist. Здравствуйте.

В. Дымарский ― Не можем Аркадия не спросить про Брекзит, конечно.

М. Максимова ― Ну конечно.

В. Дымарский ― Что там у вас творится на ваших островах и что нам предлагает Борис?

А. Островский ― Я пытаюсь вспомнить название книги замечательной Отто Лациса…

В. Дымарский ― Которого я очень хорошо знал.

А. Островский ― Да. И я очень к нему тепло относился.

В. Дымарский ― А вы знаете, что это Лацис нам нашёл Гайдара?

А. Островский ― Да, я знаю, конечно. Через свою дружбу с его отцом. Была такая кампания: Тимур Гайдар, Лен Карпинский, Егор Яковлев и Отто Лацис. Она называлась «Тщательно спланированное самоубийство». Вот если коротко, то Брекзит — тщательно спланированное (или не очень тщательно спланированное), но, в общем, самоубийство.

М. Максимова ― А это в любом виде? То есть мягкий, жёсткий, внезапный.

А. Островский ― Я, конечно, отчасти иронизирую, хотя тут на иронию уже не остаётся никаких сил. Нет, конечно, мягкий Брекзит с соглашением, конечно, сейчас гораздо лучше. Брекзит без соглашения — мы не знаем, на самом деле, его последствий, но всё, что мы знаем, они обещают быть довольно катастрофическими. Я думаю, что…

В. Дымарский ― Аркадий, я извиняюсь, катастрофическими политически или экономически?

А. Островский ― Экономически. Да и политически тоже, потому что, на самом деле, на выход без соглашения у Бориса Джонсона нет такого мандата. Он выбран не на общих выборах в Великобритании, а по партийному принципу. Партия у власти, ушёл премьер-министр Тереза Мэй, партия выбрала Бориса Джонсона как замену. У него нет достаточно мандата, на самом деле. И вполне вероятно, что если не будет… Я вообще не уверен, честно говоря, что выход без соглашения…

Значит, что мне кажется. Ну, если будет выход с вот тем соглашением, которое есть, если ему удастся всеми правдами и неправдами протащить это соглашение, что-то косметически изменив, угрожая членам собственной партии, что если они за это не проголосуют, то просто партии больше не будет, что будут беспорядки и так далее, если пройдёт это соглашение — хорошо.

Если оно не пройдёт, то непонятно сейчас, выйдет ли Великобритания из Евросоюза или нет. Потому что мандата на выход без соглашения фактически у него нет. И возможные последствия слишком серьёзны. В этой ситуации возможен новый политический кризис или кризис продолжается и сейчас начнётся новый виток этого кризиса, в результате которого будут объявлены новые выборы, на которых, вполне возможно, в этой ситуации побеждает Лейбористская партия под лозунгом нового референдума. Новый референдум крайне опасен в этой ситуации раскола.

М. Максимова ― Почему?

А. Островский ― Потому что если теперь проголосуют 53% британцев за то, чтобы остаться в Евросоюзе…

М. Максимова ― Это вообще вероятно?

А. Островский ― Такое вполне возможно.

В. Дымарский ― А что говорят социологи?

А. Островский ― Но социологи примерно так и говорят.

В. Дымарский ― Изменилось расстояние?

А. Островский ― Да. Но оно изменилось недостаточно. То есть если бы оно изменилось, и мы увидели бы по социологии 70 на 30, тогда оправдан второй референдум. А если это 53% за то, чтобы остаться, а 47% за то, чтобы выйти, то эти 47%, которые проголосовали за выход первый раз, оказываются в дураках, оказывается, что их надули, они оказываются обманутыми.

И в этой ситуации при таком накале страстей, который сейчас наблюдается в Великобритании, я вполне допускаю серьёзные уличные беспорядки, потому что эти люди, которые будут считать, что их обманули, просто выйдут на улицу и решат, что они заложника Лондона, Сити, всей этой космополитической, креативной элиты… И дальше можно применять любые термины. И это очень неприятная ситуация.

Более того, я считаю, что если Британия выходит без соглашения, то это конец Консервативной партии фактически, это её самоуничтожение. Причём я говорю, что если это не самоубийство для всей страны, то это, безусловно, самоубийство для Консервативной партии. Её просто не будет.

М. Максимова ― Джонсон этого не понимает?

А. Островский ― Прекрасно понимает.

М. Максимова ― Сейчас вот эта история с блокировкой парламента…

А. Островский ― Прекрасно понимает. И, собственно, на это и делает ставку. Он очень рисковый человек. Он несистемный в этом смысле. То есть системный в смысле истеблишмента Великобритании — он учился в Итоне и в Оксфорде, и в правильных колледжах, всё нормально. Но он в этом смысле не похож на Трампа по своему происхождению и, я думаю, образованию и уму. Человек, безусловно, очень образованный. Но в смысле некоторой авантюрности — они в этом смысле похожи.

В. Дымарский ― Аркадий, вот мы с Мариной обсуждали перед эфиром, что нас больше всего волнует. Вот меня, например, вот эта вся обменная история между Россией и Украиной. Как сама история, безусловно, так и её возможные последствия и к чему вообще это может привести. Вопрос такой. Ну, гуманитарная, что называется, составляющая, она понятна. А вот в политическом смысле, если хотите, вот во всей этой истории есть победители? Ну, даже не так. Я бы сказал, кто большую выгоду политическую может извлечь из этой истории — Зеленский или Путин?

А. Островский ― Ну, я думаю, что здесь не две партии, не две стороны переговоров, а по крайней мере три, а, может быть, и четыре. Поэтому я не думаю, что это чисто российско-украинские взаимоотношения. Я думаю, что огромную роль играет Франция и президент Макрон, Евросоюз и, я думаю, что Белый дом и Америка. Это часть такого большого, я думаю, размена.

И я думаю, что как бы переговариваясь с Украиной, конечно, Россия переговаривается не столько с Украиной, сколько с теми, кого Россия (Кремль) считает украинскими спонсорами, на чём Кремль всегда настаивал, что Украина — несамостоятельное государство, не формирует собственную политику, что мне кажется крайне ошибочно. А переговоры с союзниками Украины — с Евросоюзом и с Соединёнными Штатами — это часть какого-то довольно большого процесса по так называемой разрядке и желанию России (Кремля, Владимира Путина) снять санкции с России.

И в данном случае Украина — это, так цинично говоря, часть размена. Это есть то, чем собственно меняются. Это есть те карты, которыми Россия пользуется в разговоре с Евросоюзом. Я думаю, что, с точки зрения Кремля, это путь к ослаблению санкций. И, во всяком случае, со стороны Евросоюза. Или надежда на это и начало какого-то гораздо большего процесса, связанного с урегулированием конфликта в Украине.

России нужно снятие санкций. Макрону, я думаю, очень важно показать, что он будет тем самым человеком, который смог урегулировать важный конфликт или хотя бы начать к этому путь. И он получит выгоду от этого политическую и международную. Для Трампа это тоже важный момент, потому что после захвата украинских военных, как мы помним, Трамп должен был встречаться с Владимиром Путиным на полях, по-моему, «двадцатки». И Трамп эту встречу отменил и сказал, что никакой встречи не будет, пока военные не будут освобождены. Правда, Трамп после этого встречался и переговаривался с Путиным, потому что слова Трампа…

В. Дымарский ― Они мало что значат.

А. Островский ― Нет, они много что значат, к сожалению. Но последовательными их никак нельзя назвать. И это устранение неприятной для Трампа помехи в переговорах с Владимиром Путиным. О чём эти переговоры, о чём, собственно, они могут говорить — это отдельный интересный разговор.

Для Украины и для Владимира Зеленского, конечно, это тоже будет важное событие. 100 дней его президентства только что прошло. Вот Порошенко не смог договориться, а он, Зеленский, смог договориться. Поэтому тут как бы все оказываются в победителях — такая ситуация win-win. У каждого — по-своему. У Зеленского — это внутриполитическое, у Путина — это геополитическое и связанное с экономическими санкциями против России, у Трампа — это устранение помехи в его вот такой типичной для него манере торга, дилерства, которая присуща его политике.

В. Дымарский ― Можно ещё один вопрос, связанный с этим? Может быть, он более частным может показаться. Касательно Макрона. И при этом не видно Меркель. Означает ли это, что Макрон становится лидером неких вот этих европейских процессов с учётом, видимо, судя по всему, пошатнувшегося здоровья германского канцлера?

А. Островский ― Безусловно. Я не знаю, связано ли это с пошатнувшимся здоровьем, но известно, что канцлер Меркель скоро уходит. Макрон пытается сейчас взять на себя роль лидера Европейского Союза — и он показывает это не только в отношениях с Украиной и с Россией. У него наиболее ясная, жёсткая позиция по отношению к Брекзиту. И Макрон, в сущности, стал таким доверенным лицом, новым союзником, главным союзником для Владимира Зеленского, он его очень опекал.

И эти отношения между Францией и Украиной, безусловно, важные. И Макрон хочет, конечно, выглядеть политиком мирового масштаба. Франция — очень важная, естественно, страна. Особенно при смене канцлера в Германии, безусловно, это такое нормальное соперничество. И он выходит лидером в Европейском Союзе.

В. Дымарский ― Мы в Санкт-Петербурге привыкли к такой странной должности. Макрон что у нас, ВРИО лидера Европы?

А. Островский ― Ну конечно. Потому что, в сущности, Европа сегодня держится на двух главных столпах, как она и начиналась — на Франции и Германии.

В. Дымарский ― Это два мотора, говорили.

А. Островский ― Да. Потому что собственно это и было поствоенное урегулирование. И, конечно, сейчас в момент выхода Великобритании из Европейского Союза подчеркнуть, что вот эта связка по-прежнему остаётся, это и есть то, ради чего создавался Евросоюз, чтобы не допустить никогда больше конфликта между Германией и Францией. Поэтому вполне понятно, что, конечно, соперничество есть. И не только Брекзит, но и те невероятные пертурбации и, очевидно, падение правительства, которое происходит в Италии, понятно, что в данной ситуации лидерство у Франции.

М. Максимова ― Но вот если посмотреть чуть дальше, это точка или это запятая и дальше последуют какие-то другие взаимные или невзаимные шаги?

А. Островский ― Нет, ну конечно это никакая не точка. Точкой будет вывод военных с территории Донбасса, точкой будет возвращение Донбасса под юрисдикцию фактическую Украины, урегулирование конфликта. Не надо забывать, что та война, которая началась в 2014-ом году, не окончена. Каждый день стреляют и каждую неделю погибают люди. Скажем так, это возобновление осмысленных переговоров между Украиной, Евросоюзом и Россией.

М. Максимова ― То есть Россия в данном случае пойдёт на какие-то уступки тоже? И на какие? Вот где предел?

А. Островский ― Этого, я думаю, что не знает никто. То есть это было бы с моей стороны верхом самонадеянности говорить, что я знаю и даже предполагать, что для России является красной чертой. Я думаю, что России, конечно, нужно выйти как-то сейчас из этого конфликта, который Россия сама же и начала с помощью и военных подразделений, и товарищей Гиркина (Стрелкова) и его подразделений, нерегулярных войск.

Теперь вот начав эту историю, Россия должна из неё как-то выйти с плюсами, как кажется, наверное, Кремлю. Поэтому нет, я думаю, что это самое-самое начало. Это даже не начало, а это предпосылка для возможных переговоров с Европой и возможного нового направления разрядки и улучшения отношений с Европой, которые, ещё раз подчеркну, для России важны как экономически, так и политически.

М. Максимова ― А какую роль в этом процессе играет Зеленский? Ведь его Кремль не поддерживал во время предвыборной кампании и, собственно говоря, когда уже были подведены итоги, не поздравил.

А. Островский ― Зеленский играет в этом отношении большую роль. Он не просто законно избранный президент Украины. У него большинство в Раде. У него есть безусловный мандат на такие переговоры со стороны избирателей. Поэтому, конечно, без Зеленского… То есть Зеленский играет такую же важную роль, как Кремль.

Украина — абсолютно самостоятельное, суверенное государство, несмотря ни на что, выстоявшее и военные действия, и аннексию Крыма, и так далее. Зеленский делает серьёзные шаги, для него, опять же, это очень важно, потому что ему нужно показать успехи. Поскольку он демократически выбранный лидер, ему нужно показать успехи перед теми, кто его выбирал. И для него это очень важно. И без него ничего бы, конечно, не было.

В. Дымарский ― Да. Но что считать успехом? Потому что, например, я так думаю, что те границы компромисса, о которых говорила Марина, они явно останавливаются на границе с Крымом. Крым, я не думаю, что вообще будет каким-то образом обсуждаться.

А. Островский ― Крым, я думаю, не будет обсуждаться, да.

В. Дымарский ― Конечно, безусловно. И для многих в Украине это не успех уже, если вопрос Крыма останется в таком подвешенном состоянии.

А. Островский ― Это не совсем так.

В. Дымарский ― Или, вы думаете, что уже Украина как бы с этим делом согласилась?

А. Островский ― Нет, Украина никогда с этим юридически не смирится, потому что это часть её территории, международно признанная часть её территории. Так же как Грузия никогда не смирится с тем, что Южная Осетия, Абхазия от неё отрезаны. Просто, мне кажется, что нужно понимать — вот в Москве это не чувствуется, а в Киеве это чувствуется — Украина находится в состоянии войны. Вот там гибнут люди. У неё отобрана часть её территории.

Для украинских избирателей, для украинских военных важно остановить военные действия. Прекращение войны — сейчас для Украины это наипервейшая задача, потому что развивать экономику, вести нормальную социальную политику в условиях войны очень тяжело. И конечно это никакая ни гражданская, ни внутренняя война. Конечно это противостояние Украины и России.

М. Максимова ― Всё, вышло у нас время. У нас в гостях был редактор отдела России журнала The Economist Аркадий Островский. Марина Максимова, Виталий Дымарский были здесь в студии. Спасибо вам! До свидания!




ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Главным итогом лета стало то, что делать можно всё! И никто в мире даже не вякнет. И в России никто не вякнет. Поэтому главным итогом лета следует считать полное отсутствие какой-либо внятной оппозиции в России, полное отсутствие самоуважения её граждан и полная безнаказанность любых силовых действий против населения. Таковы эти неутешительные итоги.
________________________________________

Что касается непризнанных территорий, то скоро весь мир ими постепенно покроется. Началось всё с Турции, которая нагло и совершенно безнаказанно, являясь членом НАТО, оттяпала кусок Кипра. И ничего ей за это не было. Теперь уже просто вопрос времени, кто у кого и что оттяпает. Нормальным странам это, разумеется, совершенно ни к чему. А вот ненормальным (каковых в мире большинство) это очень даже интересно и увлекательно. А главное, оправдывает военные расходы.
________________________________________

Совершенно не нагло. Поймите, само собой ничего не происходит.

1) На Кипре в то время пришли к власти греческие националисты. Турция защитила своих. К тому же Кипр — это турецкая территория в составе Оттоманской империи с 1570 г по 1914 г. — целых 344 года. Во время Первой мировой войны Кипр был завоёван Англией, и находился в составе Британской империи с 1914 г. по 1960 г. — всего 46 лет.

2) Волынь — да, украинцы устроили резню, а поляки? Политику насильственной полонизации забыли.

3) Некоторые народы СССР были заподозрены в сотрудничестве с немецкими захватчиками и были депортированы. В США интернировали японцев. В Оттоманской империи заподозрили в нелояльности армян и греков (а они были лояльны?).
________________________________________

Я до сих пор жду, когда армяне скажут спасибо России, за то, что в начале 19 века воссоздала уже ИСЧЕЗНУВШУЮ И РАССЕЯННУЮ Армению. Не только отвоевала территорию у Персии, но также потребовала, чтобы она не препятствовала в переселении депортированных армян во вновь созданную Армению. Посол Грибоедов был убит, когда отстаивал этот пункт договора. До сих пор нет «Спасибо», одни претензии.
________________________________________



ИСТОЧНИК

Виталий Дымарский, Марина Максимова

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Международные события (0) > Европа (0)
  • Международные события (0) > Украина (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 16.11.2019 - ВСТУПЛЕНИЕ УКРАИНЫ В НАТО
  • 14.11.2019 - СЪЕЗД ALDE ПОДДЕРЖАЛ РЕЗОЛЮЦИЮ «ЯБЛОКА»
  • 14.11.2019 - «КОМУ ГРОЗИТ ИЗОЛЯЦИЯ»
  • 11.11.2019 - ЧТО НАБЛЮДАЛ АЛЕКСЕЙ ВЕНЕДИКТОВ
  • 05.11.2019 - ИСТОРИЯ ЭФИОПИИ И ЭРИТРИИ
  • 28.10.2019 - РЕПРЕССИВНОЕ ГОСУДАРСТВО
  • 27.10.2019 - ЗА СВОБОДУ МНЕНИЙ
  • 22.10.2019 - ПРОПАГАНДА НАОБОРОТ
  • 19.10.2019 - ТРАМП И АМЕРИКАНСКАЯ ПОЛИТИКА
  • 13.10.2019 - ПОКАЗАТЬ АМЕРИКЕ «КОЗУ»
  • 08.10.2019 - ВЫСТУПЛЕНИЕ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ПАРТИИ «ЯБЛОКО» В ПАСЕ
  • 07.10.2019 - ЧЕГО ХОЧЕТ УКРАИНА?
  • 22.09.2019 - КАК РЕШАТЬ ПРОБЛЕМЫ ЭКОЛОГИИ
  • 21.09.2019 - ПОЛИТИКА ПОТЕПЛЕНИЯ
  • 17.09.2019 - ИТОГИ ЛЕТА-2019
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru