Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[18.02.2020]

АЛЬТЕРНАТИВНЫЕ ПОПРАВКИ В КОНСТИТУЦИЮ

Иван БОЛЬШАКОВ: политолог, заместитель председателя партии «ЯБЛОКО», руководитель экспертно-аналитического управления партии

(ТЕКСТ, АУДИО)

Иван БОЛЬШАКОВ:


Действующая Конституция России неидеальная. Надо это признать. Мы все помним, как она создавалась, в каких условиях это было — это было противостояние между президентом Ельциным и Верховным советом. И итог этого противостояния, в принципе, был зафиксирован в тексте Конституции.

Мы фактически работаем на то, чтобы сохранить конституционный строй России, тот, который зафиксирован в первой и второй главе, но при этом уйти от суперпрезидентской системы.

Да, конечно, у нас не демократический режим. Да, конечно, власть у нас попирает постоянно закон, в том числе и Конституцию. Но, с другой стороны, сама Конституция заставляет нервничать Кремль, искать всякие выходы, глупости придумывать, а значит ошибаться. Это, с одной стороны, и угроза; с другой стороны, возможность для последующих перемен. Потому что если мы посмотрим, большинство переходов к демократии осуществлялось в результате противоречий и ошибок власти. Они сами создают себе проблемы.

Ведь что делает Путин? Путин меняет Конституцию, Путин её ухудшает с целью остаться у власти и приправить это какими-то социальными подачками такими, заманиловкой такой, что вот мы, дескать, МРОТ тут введём, индексацию пенсий в Конституции пропишем…

                    *   *   *

В. Кара-Мурза ― Добрый вечер! На волнах радиостанции «Эхо Москвы» программа «Грани недели». У микрофона Владимир Кара-Мурза младший. На этой неделе депутаты от партии «ЯБЛОКО» в Законодательных собраниях четырёх субъектов Федерации — Москвы, Петербурга, Карелии и Псковской области — внесли проекты собственных поправок в Конституцию, альтернативные тем, которые предлагаются Кремлём.

Напомню, в соответствии со 134-й статьей Основного закона предложения о поправках в Конституцию могут вносить не только федеральные органы власти, но и региональные парламенты. «Яблочные» поправки, разделённые на разные тематические блоки, были разработаны специально созданной партийной комиссией при участии Общественного конституционного совета, в который, помимо лидеров «ЯБЛОКА», вошли непартийные эксперты, правоведы и общественные деятели, в том числе Леонид Никитинский, Евгений Гонтмахер, Вадим Прохоров, Григорий Мельконьянц.

Предложения партии «ЯБЛОКО» радикально отличаются от официальных. В числе внесённых поправок — сокращение срока президентских полномочий до 4 лет, прямые выборы членов Совета Федерации, расширение полномочий Государственной Думы по формированию правительства и выдвижению кандидатуры премьера, усиление гарантий независимости судебной власти. Фактически речь идёт о трансформации России из суперпрезидентской в смешанную президентско-парламентскую республику по образцу Франции или Польши.

О том, зачем нужны альтернативные поправки и что делать тем, кто не согласен с законодательным утверждением пожизненной власти Владимира Путина, сегодня говорим с гостями нашей программы. В московской студии «Эха» — Иван Большаков, заместитель председателя партии «ЯБЛОКО», ответственный секретарь партийной комиссии по подготовке поправок в Конституцию. И на телефонной связи из Екатеринбурга с нами Фёдор Крашенинников, политолог, колумнист медиахолдинга «Deutsche Welle».

Иван, первый вопрос вам. Расскажите, в чём основной смысл предложенных вашей партией поправок в Основной закон страны?

И. Большаков ― Ну, основной смысл заключается в том, что мы хотим поменять баланс власти. Потому что действующая Конституция России неидеальная. Надо это признать. Мы все помним, как она создавалась, в каких условиях это было — это было противостояние между президентом Ельциным и Верховным советом. И итог этого противостояния, в принципе, был зафиксирован в тексте Конституции. Президент добавил себе очень много полномочий. За 25 лет существования Конституции в неё постоянно вносились поправки. Были разработаны и приняты новые законы, которые увеличивали полномочия президента. И это всё в ещё большей степени усилило перекос в сторону суперпрезидентской системы.

И если мы говорим о демократии в нашей стране, то она невозможна без решения вот этого ключевого вопроса — без изменения баланса сил в нашей стране. Поэтому мы хотим поменять этот вариант. Но мы при этом не разрабатываем новую Конституцию, потому что вопрос сейчас об этом не стоит. Это, вообще, очень долгий процесс. Для начала надо научиться выполнять действующую Конституцию, научиться вести диалог между разными политическими силами, научиться политическому компромиссу и возвращаться к идеи Учредительного собрания, о которой неоднократно говорил Григорий Явлинский, чтобы в процессе достаточно долгого и серьёзного обсуждения принять Основной закон страны.

Но сейчас мы улучшаем Конституцию. Мы фактически работаем на то, чтобы сохранить конституционный строй России, тот, который зафиксирован в первой и второй главе, но при этом уйти от суперпрезидентской системы.

В. Кара-Мурза ― В декларации Общественного конституционного совета говорится: «Действующая Конституция — последний барьер, отделяющий нашу страну от пропасти бесправия и тоталитаризма. Её можно критиковать за недостатки, но эти проблемы необходимо решать её усилением, совершенствованием и защитой, а не разрушением». Вопрос Федору Крашенинникову. Как вы считаете, нуждается ли действующая Конституция в изменении или это такая некая священная корова, которую лучше вообще не трогать?

Ф. Крашенинников ― Ну, я, может быть, радикальную версию выскажу, но я процитирую своего друга и нашего общего знакомого Константина Эггерта, который правильно сказал, что, вообще, Конституция умерла. Если она и была когда-то священной коровой, то это было очень давно. Вот она умерла. Она растоптана Путиным в пух и прах, понимаете? Её можно сейчас защищать, улучшать, но она мёртвая. Это припарки мёртвому телу, понимаете? Я понимаю интерес партии «ЯБЛОКО» какой-то пиар получить на вот этой попытке, что вот все обсуждают Конституцию, мы обсуждаем Конституцию, Путин — в одну сторону, а мы — в другую сторону.

Но я как гражданин России, как наблюдатель задаю один вопрос: зачем мы себя обманываем? Какой барьер эта Конституция являет на фоне вот вчерашних приговоров в Пензе? Каким образом первая и вторая главы, на которые так долго молятся многие люди, помогли вот этим ребятам не получить 18 лет? Никак!..

Более того, Путин и не покушается на эти первую и вторую главу. Она ему не мешает править. Он уже 20 лет по этой Конституции правит, и она ему мешала только в каких-то деталях.

И чтобы эту тираду закончить, я напомню всем, что, вообще-то, Конституцию, которая действовала в Германии до прихода к власти Гитлера, он её не стал отменять, понимаете? Она формально так и действовала, пока в 1945-ом году в июне её не отменили вместе со всем прошлым Германским государством. И вот сейчас пытаться улучшать Конституцию — это, знаете, в году 1944-ом кто-то бы по Германии бегал и кричал: «Ой, слушайте, у нас же Веймарская Конституция. Давайте-ка мы в неё какие-то поправки примем, сделаем её менее президентской, ещё какой-то». Это ж ничто, понимаете? Она растоптана! Её уже никак не вылечить.

То есть то, что Путин её хочет ухудшить — это понятно. Но ещё раз говорю, её улучшить-то невозможно. Тем более, невозможно улучшить, участвуя в процедурах, которые запущены Путиным. Вот я что хочу сказать. И, конечно, вот эта фраза про барьер, которую Владимир процитировал, она меня буквально возмущает. 20 лет Путин правит по этой Конституции, а люди, которые написали эту фразу про барьер, они как, знаете, типа, вчера проснулись: до вчерашнего дня было правовое государство, барьер стоял какой-то, и вдруг на тебе, Путин решил его прямо сейчас разрушить поправками.

А по-моему, этого барьера уже давно не существует. Ну, последние лет 10 точно от него уже кирпичика не осталось. Это мой личный взгляд на вот эту ситуацию.

В. Кара-Мурза ― Иван, вы считаете, действующая Конституция защищала до последнего времени (да и сейчас ещё) права и свободы граждан или есть справедливость в том, что сейчас сказал Фёдор?

И. Большаков ― Ну, я не согласен с Фёдором. Понимаете, Конституция – это предохранитель, который пока всё-таки ещё защищает. Хотя бы свидетельством тому является то, что мы с вами сидим в студии респектабельной радиостанции, а не вещаем из подполья. Конституция действительно имеет очень много проблем. Но вместе с тем, первая и вторая главы Конституции хорошие. И очень многие люди в нашей стране только благодаря наличию вот этой главы о правах и свободах могут найти какую-то справедливость.

Да, конечно, у нас не демократический режим. Да, конечно, власть у нас попирает постоянно закон, в том числе и Конституцию. Но, с другой стороны, сама Конституция заставляет нервничать Кремль, искать всякие выходы, глупости придумывать, а значит ошибаться. Это, с одной стороны, и угроза; с другой стороны, возможность для последующих перемен. Потому что если мы посмотрим, большинство переходов к демократии осуществлялось в результате противоречий и ошибок власти. Они сами создают себе проблемы.

Вот, например, сейчас система двоевластия. А легитимность президента и легитимность главы Госсовета или Совета Федерации, не знаю, как в итоге решат вопрос, кем будет Владимир Владимирович, это сейчас обсуждается. Так вот легитимность главы Госсовета и Совета Федерации — это не одно и то же. И люди это очень быстро почувствуют.

Но я хочу напомнить, люди выходили в защиту 31-й статьи Конституции не просто так. Да, многие митинги запрещают. Но многие митинги и разрешают. Никаких Болотной и Сахарова не было бы в 2011-ом — 12-ом годах без этой статьи. Никаких протестов в защиту Голунова, митинга за регистрацию кандидатов, которые летом проходили. Само существование, например, такой статьи (31-й) даёт силу людям, ощущение своей внутренней правоты какой-то, что это их неотъемлемое и незыблемое право собираться мирно и без оружия.

И если бы в Конституции это не было бы записано или было записано по-другому — например, что митинги возможны по решению органов власти, наверное, все события развивались по другому сценарию. То же самое и с другими статьями. Понимаете, важность существования того или иного института осознается не тогда, когда он есть, а вот когда его не станет. Вот когда не станет, вот тогда мы всё на себе это почувствуем, тогда нам всем мало не покажется.

В. Кара-Мурза ― На этой неделе в Екатеринбурге, где сейчас находится Фёдор, прошло собрание общественной кампании «Нет!». Это уже второе собрание. Первое было в Санкт-Петербурге несколько дней назад. Это общественная кампания, запущенная в противовес тем поправкам, которые объявлены Кремлём. Вот под манифестом против узурпации власти и конституционного переворота, который был опубликован в «Новой газете», сейчас уже почти 50 тысяч подписей.

Вот Фёдор, вы упомянули несколько минут назад о том, что люди, которые выступают против кремлёвских поправок, тем не менее, участвуют в каких-то процедурах, объявленных самим Кремлём. Как, на ваш взгляд, должны вести себя люди, которые выступают против тех поправок, предложенных Владимиром Путиным?

Ф. Крашенинников ― Я считаю, что люди должны выступать не против поправок, а против Владимира Путина. А Ивану я хочу задать два вопроса. Первый: что он будет делать, если в первой и второй главе Путин ни буквы не поменяет, а оставит всё как есть? И что, это значит, что нам это гарантирует? И второй вопрос: как этот чудесный барьер Конституции помог тем людям, которых вчера в Пензе приговорили к 18 годам? Как этот клапан сработал в их случае?

В. Кара-Мурза ― О деле «Сети» обязательно поговорим. Сейчас хочу обратить Ивану немножко модифицированный вопрос. Вот параллельно с внесением поправок ваша партия направила в Кремль, в Совет Федерации и в Государственную Думу отдельное обращение, где сказано о том, что кремлёвские поправки принимаются с грубым нарушением предусмотренных законом процедур. И в частности, вот Фёдор упомянул первую и вторую главы Конституции. Как мы знаем, их вообще нельзя менять без Конституционного собрания.

То есть формально они останутся не тронутыми, в том числе и 4-я часть 15-й статьи о приоритете международного права. Тем не менее, в обращении «ЯБЛОКА» говорится о том, что остальные предложенные поправки фактически нивелируют смысл первой и второй глав Конституции. Объясните, что говорится в этом обращении? В чём нелегитимность, на ваш взгляд, Иван, тех поправок, которые сейчас предложены Кремлём, и той процедуры, с которой они принимаются?

И. Большаков ― Ну, там несколько проблем. Я бы три проблемы выделил, которые тоже указаны в нашем обращении. Во-первых, президент не имел права вносить один закон об изменении Конституции. В самой Конституции и в законе об изменении Конституции чётко сказано о том, что если вносится поправка в Конституцию, то это закон о поправке в Конституцию. Поэтому он юридически так и называется. Но при этом там 22 разные поправки совершенно из разных тем, из разных сфер жизни. В законе указано о том, что вносимая поправка должна, во-первых, быть посвящена одной теме. А во-вторых, она должна соответствовать сфере, направлению тому, в котором это изменяется. Само название должно отражать суть этих изменений. Как между собой соотносится местное самоуправление, МРОТ, индексация пенсий, сроки полномочий президента, назначение судов между собой, непонятно. Поэтому, собственно, мы и не пошли по этой процедуре. Мы не участвуем юридически в той процедуре, которую Владимир Путин запустил. Поэтому мы внесли 4 отдельных законопроекта.

Что касается других проблем, то там есть проблемы с этим всенародным голосованием. Потому что, во-первых, нет такого института, нет соответствующего закона и процедуры. А значит, всё будет проходить по указу президента. И после того, когда эти поправки уже будут приняты и Госдумой одобрены и Советом Федерации, 2⁄3 парламентом региональных, они будут выноситься на это всенародного голосование. Это очередная имитация, чтобы сказать, что все изменения были одобрены населением.

Вот мы за референдум выступаем. Но это не референдум. Решения референдума обязательны для исполнения. Он проходит по чёткой процедуре, как по срокам, так и по возможности вести агитацию за и против. А это плебисцит, который напоминает псевдореферендум, проведённый в Крыму по присоединению к России в 2014-ом году. Это примерно вот из той же оперы.

И что касается первой и второй глав, как раз отвечая немножко Фёдору, на самом деле, Путин вторгается в компетенцию первой и второй глав. Потому что если мы посмотрим на его предложения, Госсовет — что это вообще такое? В 11-й статье Конституции сказано, что власть осуществляет президент, правительство, две палаты парламента и суды. Никакого Госсовета там нет. При этом ему даются какие-то полномочия определять основные направления внешней и внутренней политики. Если мы посмотрим на статью про международное право, то мы увидим, что в первой и второй главах совершенно по-другому об этом написано, что есть приоритет международного права.

Если мы посмотрим, например, на другие поправки, то мы просто увидим, что в них не просто не гарантируется реализация прав, в том числе по разделению властей, а фактически президент покушается на первую и вторую главы. Поэтому с этим есть действительно большие проблемы. И если бы у нас действительно был настоящий Конституционный суд, а не в том состоянии, в котором он находится, он бы обратил на это внимание. То есть я считаю, что Конституционный суд просто должен будет отменить все эти законы.

В. Кара-Мурза ― Иван упомянул так называемое всенародное голосование, которое, судя по всему, состоится в день рождения Ленина, 22-го апреля (по крайней мере, такую дату чаще всего в последние дни называют), непонятный статус, плебисцит. «Плебисцит» — наверное, это самое правильное слово в данном случае. Вот Иван сравнил его с тем, что происходило в Крыму весной 2014-го года. Многие сравнивают этот предстоящий плебисцит с тем плебисцитом, который проводил в Чили в октябре 1988-го года генерал Пиночет, также пытаясь протолкнуть поправки в Конституцию и продлить свои полномочия. Но мы знаем, что закончилось всё немножко иначе — 56% чилийцев проголосовали против. И хунте пришлось признать эти результаты.

Федор, как вы считаете, есть ли смысл участвовать в этом так называемом всенародном голосовании? И правы ли те оппозиционные политики, такие как, например, Дмитрий Гудков, Андрей Пивоваров, которые призывают российских граждан, несогласных с курсом на узаконивание, если можно так сказать, пожизненной власти Путина, приходить на участки и голосовать против этих поправок в апреле? Что вы скажете на эту тему?

Ф. Крашенинников ― Ну, я в очередной раз должен сказать, что плебисцит, который провёл Пиночет, всё-таки был немножко не про то, про что проводит Путин. Там было чёткое — или да, или нет. Но при этом была ещё одна инстанция, перед которой Пиночет отвечал, а именно это его старшие, скажем, партнёры на Западе. Он понимал, что если он пойдёт поперёк решения плебисцита, ему не поздоровится, его не одобрят. Его заставили пойти на этот плебисцит, и он на него пошёл. И вынужден был признать.

Назовите мне, пожалуйста, силу, которая заставит Путина признать свой проигрыш. Хотя бы в теории. Кто вообще заставит честно посчитать голоса? И как это представляют себе люди, которые призывают идти на плебисцит? Типа, такие все пришли, Путин проиграл, заплакал и ушёл от власти что ли? Кто-то в это верит, вот в эту ерунду? А во что я верю, я вам скажу, Владимир. Я верю в то, что явка — это самое главное в этом плебисците. Чиновники по всей России уже с утра до вечера бегают, придумывая способы принести, притащить, загнать, заманить на участки как можно больше людей.

И я лично не собираюсь помогать чиновникам отчитываться перед Путиным о том, что мы на ваш референдум привели огромное количество людей. И давайте не будем себя обманывать. Можно писать бумажки, подавать жалобы, писать предложения в Конституцию, подавать в Конституционный суд. Это всё не работает, потому что всё растоптано. И не существует ни Конституционного суда, ни Конституции. Сходить на этот плебисцит можно, пожалуйста.

Если политикам Пивоварову и Гудкову так уже хочется поучаствовать в этом мероприятии, да пусть они сходят. Но я готов поспорить с любым слушателем сейчас, что я заранее предскажу итог этого плебисцита — победят поправки Владимира Путина. Почему? Потому что кто организует эту лотерею жульническую, тот в ней и выигрывает. Организует её Путин. И те, кто ещё этого не поняли… Ну, наверное, можно понять людей. Если люди верят, что можно с помощью вот этой растоптанной Конституции как-то там Путину шлёпнуть по носу, то, конечно, эти же самые люди, вполне логично, пойдут и на этот организованный Путиным плебисцит. Я лично никого не буду призывать ни ходить, ни не ходить.

Но я, конечно, в этом балагане участвовать не собираюсь. Мне неинтересно. Пусть чиновники палками сгоняют туда подневольных людей, и пусть они там голосуют за что хотят. Для меня не существует этой Конституции — ни которая сейчас есть, ни которая будет. Потому что де-факто они давно уже не работают.

В. Кара-Мурза ― Иван, партия «ЯБЛОКО» определилась со своим отношением к предстоящей вот этой разовой акции, как её назвала глава Центризбиркома Элла Памфилова?

И. Большаков ― Пока нет. Мы будем обсуждать этот вопрос после того, как пройдёт вот этот первый этап, когда будут окончательно внесены поправки. Потому что мы не знаем, что в итоге будет окончательно. Как у нас часто бывает, все самые ужасные предложения исходят либо от каких-то фриков в Государственной Думе, либо якобы от общественности, непонятных общественных организаций. Вот сейчас уже было объявлено, что в преамбулу будут какие-то изменения вносить. Говорят о том, что возможно внесение изменений в ту часть, которая касается Совета Федерации, что будут пожизненно сенаторы назначены, что, может быть, таким путём транзит власти пройдёт.

В. Кара-Мурза ― Опять отсылка к Пиночету, кстати, с пожизненным сенатом.

И. Большаков ― Да, да, да. И в такой ситуации пока не понятно, как. Ну, очевидно, что если это плебисцит, и если он будет проходить в той форме, в которой он задумывался, то власть действительно обеспечит себе голосование стопроцентное. Ну, 100% не будет. Но вот это очень важно, что мы делаем. Ведь что делает Путин? Путин меняет Конституцию, Путин её ухудшает с целью остаться у власти и приправить это какими-то социальными подачками такими, заманиловкой такой, что вот мы, дескать, МРОТ тут введём, индексацию пенсий в Конституции пропишем…

А что делаем мы? Вот что может предложить гражданское общество и оппозиция? Что говорит Фёдор? Он фактически говорит: «Мы ни в чём не участвуем. Мы просто отходим в сторону». Но на самом деле так это не работает.

Ф. Крашенинников ― Нет, я так не говорю.

И. Большаков ― Ну а что, Конституцию защищать не надо? Ведь она не работает, это дохлый документ и так далее. Но я, просто, должен сказать, что Конституция — это такой документ особый, который имеет очень важное символическое значение. Вот вне зависимости от того, что постоянно нарушается, что такие сроки по делу «Сети» выносят, по другим уголовным делам, всё-таки это пока ещё тот рубеж, который защищает нас от полного бесправия и диктатуры. У нас пока ещё достаточно мягкая диктатура.

Ф. Крашенинников ― Да как же, Иван, защищает? Ну, как?

И. Большаков ― Ну так, что мы не все ещё пока сидим, понимаете? Вот мы с вами не сидим!..

Ф. Крашенинников ― Ах, не все сидим!

И. Большаков ― Если вы уберёте Конституцию — будем все сидеть…

Ф. Крашенинников ― Иван, вот это есть политика партии «ЯБЛОКО» — благодарить Путина за то, что не все ещё сидим и поклоняться Конституции, благодаря которой Путин всех ещё не посадил.

И. Большаков ― Никто не поклоняется Владимиру Путину. Ну что вы говорите?

Ф. Крашенинников ― Да слушайте, ну какая Конституция? О чём вы говорите? Хорошо, что мы не все сидим — вот резюме вашего рассуждения. Вот ребят на 18 лет посадили по Конституции, которая вам так нравится. И она ничем им не помогла, понимаете? Вот эта Конституция, по ней Путин 20 лет правит. И она ничем ему не помешала. Вот давайте сейчас будем 31-е число вспоминать акцию. Да там выходило 10 инвалидов на эти акции. И ничего они не добились. Потому что эта Конституция так написана, что она суперпрезидентская. Благодаря ей, повторю в сотый раз, правит Путин.

Она ему нравится, понимаете? Ему просто детали не нравятся. Поэтому зачем себя обманывать, что какие-то издания бумажек и участие в каких-то ритуальных мероприятиях хоть на что-то повлияют? Я не призываю ничего не делать.

В. Кара-Мурза ― Фёдор, а что бы вы предложили сделать тем людям, которые не согласны с тем, что сейчас происходит? Что можно противопоставить вот этим предложениям?

Ф. Крашенинников ― Энергию надо тратить не на борьбу за мёртвую Конституцию, а на борьбу с тем человеком, который узурпировал власть. С узурпацией, а не сплотиться вокруг этой мёртвой, гнилой Конституции и говорить: «Ой, ну, слава богу, что мы не все ещё сидим». Вот вокруг того, что не все ещё сидим, я не готов сплачиваться, Владимир. И вам не советую.

В. Кара-Мурза ― Я напомню, что по данным правозащитного центра «Мемориал», у нас сейчас более 300 политзаключённых в России. Иван, скажите, а вот в числе подписантов того манифеста, о котором я упоминал — манифеста против узурпации власти и конституционного переворота — стоит и подпись Льва Шлосберга, одного из лидеров партии «ЯБЛОКО», который, кстати, как депутат Псковского областного собрания внёс альтернативные поправки в Конституцию.

Вот что Лев Шлосберг написал, когда эти поправки были внесены: «Организаторы поправок Путина рассчитывали на то, что их поправкам не будет никакой качественной альтернативы. Они были уверены, что этот процесс пройдёт бесшумно, без большого общественного внимания, без понимания российским обществом всех тех угроз, которые несут поправки Путина всем гражданам России. У них не получилось». Скажите, вы рассчитываете на какой-то практический результат, что хотя бы часть этих поправок будут в каком-то виде учтены или это такая символическая акция — именно предложение альтернативы тому, что мы слышим из Кремля?

И. Большаков ― Если позволите, я бы хотел уточнить свою позицию. Никакой речи о том, что мы носимся с этой Конституцией, как со священной коровой, и радуемся тому, что Владимир Путин ещё не всех посадил, об этом речь не идёт. Речь идёт о том, чтобы мы выработали альтернативу тем поправкам, которые предложил Путин. Потому что иначе мы просто умываем руки, соглашаемся с тем, что происходит, не вмешиваемся. И это мне очень напоминает позицию бойкота — давайте бойкотировать выборы, пускай без нас там все выбирают. И заканчивается такой бойкот тем, что выбирают с результатом 100%. Так надо бороться с этим! Надо, чтобы было не 100%, а совершенно другой результат. Если будет, например, хотя бы 20-30%, которые выскажутся против этого, это очень серьёзное значение будет иметь. Понимаете, Конституция — такой документ, который имеет важное символическое значение. Я хочу напомнить, что диссиденты наши выходили на улицы с лозунгами «Соблюдайте вашу Конституцию». И это имело очень важное значение.

Ф. Крашенинников ― А какое, Иван?

В. Кара-Мурза ― Наша сегодняшняя историческая рубрика посвящена очередной годовщине ареста Александра Солженицына, совершившемуся в такие же февральские дни 46 лет назад. Около 5 часов вечера 12-го февраля 1974-го года в московскую квартиру Александра Солженицына в Козицком переулке пришли 8 сотрудников милиции, прокуратуры и Комитета госбезопасности с предписанием обеспечить привод писателя на беседу с прокурором. «Двое с двух сторон вскочили в машину, дверцу захлопнули. В шоферское зеркальце вижу — за нами пошла вторая, тоже полная, — вспоминал Солженицын в своей книге «Бодался телёнок с дубом». — Вот и Страстной бульвар. Вижу, что мы занимаем левый ряд: поворачивать не вниз — к прокуратуре, а наверх — к Садовому кольцу».

Арестованного Солженицына доставили в Лефортовской следственный изолятор, где первый заместитель генерального прокурора СССР Михаил Маляров сообщил ему, что против него возбуждено уголовное дело по 64-й статье «Измена Родине».

Арест Нобелевского лауреата стал результатом долгих дискуссий в высшем руководстве Советского Союза, особенно обострившихся после начала публикации в декабре 1973-го года в Париже его фундаментального исследования «Архипелаг ГУЛАГ». «Откладывать дальше решение вопроса о Солженицыне невозможно, ибо дальнейшее промедление может вызвать для нас крайне нежелательные последствия внутри страны», — писал Юрий Андропов в докладной записке Леониду Брежневу 7-го февраля 1974-го года.

В тот же день на заседании Политбюро глава КГБ высказался за принятие срочных мер в отношении писателя. ««Архипелаг ГУЛАГ» не является художественным произведением, а является политическим документом, — говорил Андропов. — Это опасно. У нас в стране тысячи людей, среди которых Солженицын будет находить поддержку.

Во избежание негативной международной реакции советское руководство сделало выбор в пользу высылки, а не ареста писателя. Уже 13-го февраля там же в «Лефортово» Солженицыну был зачитан указ Президиума Верховного совета СССР о лишении его советского гражданства за систематическое совершение действий, не совместимых с принадлежностью к гражданству СССР. В тот же день рейсовым самолётом из «Шереметьево» Александр Солженицын был выслан в ФРГ. 14-го февраля по распоряжению Главлита произведения писателя начали изыматься их всех библиотек Советского Союза.

В эмиграции Солженицын продолжил работу над романом-эпопеей «Красное колесо», закончил мемуары, выступал с публичными лекциями. Сначала жил в Цюрихе, с 1976-го года поселился в американском штате Вермонт. На гонорары от издания «Архипелага ГУЛАГ» основал Русский общественный фонд помощи преследуемым и их семьям для поддержки политических заключённых в СССР.

На родину Александр Солженицын смог вернуться только через 20 лет после высылки, после крушения режима, борьбе с которым он посвятил свою жизнь. 27-го мая 1994-го года рейсовым самолётом авиакомпании «Alaska Airlines» из Анкориджа писатель прилетел в Магадан.

Я напоминаю, что гости нашей программы сегодня — Иван Большаков, заместитель председателя партии «ЯБЛОКО», ответственный секретарь комиссии по подготовке поправок в Конституцию, и Фёдор Крашенинников, политолог, колумнист медиахолдинга «Deutsche Welle». Вот всё чаще в последнее время звучат такие параллели в наших исторических рубриках с тем, что происходит сегодня. Опять политические аресты. Ну, с высылками сейчас реже, правда. Хотя вот того же Ходорковского выслали.

Фёдор, насколько, на ваш взгляд, уместно вообще проводить вот такие уже прямые параллели между тем, что происходит сегодня, и тем, что было в советское время, когда тоже, кстати, в Конституции советской какие-то формальные права и свободы, как мы помним, были записаны (правда, в интересах социалистического строительства»?

Ф. Крашенинников ― Ну, давайте не будем проводить параллели. Во-первых, потому что сейчас мы имеем право свободного выезда и живём в совсем другом обществе, и имеем другие медийные возможности. Диссидентов на весь Советский Союз было очень мало. И как бы мы и лично я к ним хорошо ни относились, но лозунг «Соблюдайте свою Конституцию» мне кажется странным, потому что в советской Конституции 1977-го года была 6-я статья, которая гарантировала КПСС направляющую и ведущую роль. Я бы никогда в жизни не стал требовать, чтоб эту статью Конституции советской кто-то соблюдал и за это бороться. Бывают плохие Конституции. И требовать её соблюдать — это странное требование.

И вот то же самое происходит сейчас. Я считаю, что этот лозунг абсолютно неуместный. И сводить всю борьбу с существующей в стране узурпацией к тому, что вот давайте будем бороться за эту Конституцию или вот у этих свои поправки, а мы свои поправки принесём, заранее зная, что с нашими поправками не соберётся вся эта Конституционная комиссия имени Клишаса и ничего из них не получится…

Я ещё раз говорю, я не буду сейчас никого ни к какому бойкоту призывать, потому что вся эта эпопея с Конституцией закончится 22-го апреля. И после этого мы снова придём к тому же, от чего пытаются уйти уважаемые Иван и партия «ЯБЛОКО». Дальше-то что мы будем делать? Ну, протащит Путин свои поправки, не сомневайтесь. И дальше потом что? В любом случае, стоит остро вопрос один — мы собираемся бороться с этой системой узурпации или мы будем бесконечно размениваться на какие-то поправочки, «соблюдайте вашу Конституцию» и прочее это саморазвлечение какое-то?

Я ведь никого не призываю. Пожалуйста, все сходите на референдум. Вот я готов призвать за этот плебисцит: проголосуйте против путинских поправок. Но потом, с конца апреля, когда уже всё это закончится, мы вернёмся к тому, от чего ушли. Дальше-то мы что собираемся делать? Вот вопрос.

В. Кара-Мурза ― Иван, вот в Декларации Общественного конституционного совета, созданного «ЯБЛОКОМ», как раз содержится прямой отсыл к тому, что вы упомянули — в декабре 1965-го года на Пушкинской площади знаменитая демонстрация диссидентов, первая оппозиционная акция в Москве с 20-х годов. Как раз тогда вышли правозащитники. Александр Есенин-Вольпин, как мы знаем, тогда организовывал эту демонстрацию. Главный лозунг был «Уважайте свою Конституцию».

Вот что говорят члены Общественного конституционного совета, я снова цитирую: «Тогда для нескольких неравнодушных и отчаянных людей надежда на будущее перевесила страх перед возможными последствиями. Достаточной поддержки они не получили. И доказательств правильности их идей пришлось ждать ещё 25 лет». Те поправки, те проекты, которые сейчас «ЯБЛОКО» предлагает внести в Основной закон страны — это тоже некий такой отложенный образ будущего или вы рассчитываете на какие-то практические последствия уже сейчас?

И. Большаков ― Ну, в нынешних условиях очень сложно рассчитывать на конкретные последствия. Но это имеет очень важное значение для будущего, действительно. Потому что весь вопрос — чем мы занимаемся? Мы, например, хотим поменять политическую систему и правовое государство построить или мы просто боремся с какими-то персоналиями? Понимаете, мы, просто, очень часто наступаем на одни и те же грабли…

Пока оппозиция находится по эту сторону баррикад — Конституция плохая, не надо её соблюдать, не надо вообще о ней говорить, защищать, бороться и так далее. Потом она оказывается по другую сторону баррикад и начинает этой Конституцией пользоваться. Потому что оказывается, что надо государство заново выстраивать; оказывается, что нужно будет экономику поднимать. А тут полномочия нужны. А полномочия нужны достаточно большие. Давайте оставим. Вот власть поменяется, придёт демократическая оппозиция к власти (или какая-либо другая), давайте она в рамках этой Конституции будет делать. Потом мы это на будущее отложим. И так далее.

У нас как? Вот мы Пиночета уже вспоминали. В 1990-х годах как раз некоторые реформаторы Пиночета-то и брали за образец — вот жёсткой рукой построим рыночную экономику. И совершенно не думали о том, что необходимо укреплять институты демократические. Потому что это же не работает таким образом. Сейчас мы за бойкот, потом мы против бойкота. Сейчас мы говорим: выборы не нужны, Конституция нужна. А потом будем тех же самых людей — наших граждан — убеждать в том, что Конституцию надо соблюдать, вообще-то, законы надо соблюдать. Это очень долгосрочный процесс и очень серьёзный.

И я считаю, что ответственные политики не могут так относиться к Конституции и говорить, что это какая-то бумажка, о которой вообще не нужно разговаривать.

В. Кара-Мурза ― Уже несколько раз сегодня упоминалось дело «Сети». Я хочу напомнить, что на этой неделе Приволжский окружной военный суд вынес приговор семерым обвиняемым по этому так называемому делу «Сети», делу группы анархистов из Пензы. Приговоры от 6 до 18 лет. То есть если ещё недавно риторические такие сравнения звучали со сталинским временем и теми приговорами, которые тогда выносились, сейчас, наверное, это уже просто можно говорить в прямом смысле.

Вот Илья Яшин, например, напомнил, что убийцы Бориса Немцова, эти кадыровцы, которые были приговорены судом как рядовые исполнители убийства (организаторов и заказчиков, как мы знаем, никто и не ищет) в общей сложности получили 80 лет тюрьмы, а парни из «Сети» — это я цитирую из Ильи Яшина — 86 лет. Фёдор, вот одна из ваших недавних колонок для «Deutsche Welle» как раз посвящена этому делу. Вы там пишете, что если кто-то надеялся, что эти репрессии являются перегибами на местах, то вот этот приговор окончательно такие иллюзии рассеял. Что вы имели в виду?

Ф. Крашенинников ― Ну, я имею в виду, что вот эта система суперпрезидентской республики, которая создана Конституцией 1993-го года, мы сейчас наблюдаем её естественное развитие. У нас в стране произошла узурпация власти, один и тот же человек правит 20 лет, полностью извращена вся система правосудия, и фактически во главу угла поставлены интересы силовиков, весь режим держится на силовиках, и им можно делать всё что угодно. То есть власть готова допускать перегибы. Пусть эти силовики сажают невинных, но лишь бы они гарантировали власти, что в нужный момент они всех, кого надо, будут бить, сажать, арестовывать и разгонять. И вот поэтому они закрывают глаза.

Вот хотите вы посадить этих ребят — ну посадите, нам их не жалко. Вы знаете, есть страшная фраза: лес рубят — щепки летят. То есть Путин хочет, чтобы рубили лес и дальше. Ну, летят щепки и летят. Ну и что дальше?

Всё-таки я хочу немножко отмотать к предыдущей дискуссии. Ещё раз говорю, я завидую оптимизму Ивана, который думает, что он придёт к власти и будет там вот этой Конституцией кто-то как-то там распоряжаться. И я завидую его оптимизму, потому что эта Конституция умерла. И когда (и если) вот этот существующий порядок рухнет, уверяю вас, из руин достать вот эту вот Конституцию переправленную — это последнее, что надо будет делать. Тут речь не о персоналиях, речь о принципах. Если мы говорим о принципах, то мой принцип простой: никакой президентской республики в России быть не может, только парламентская.

Обратите внимание, с какой яростью Путин обрушивается раз за разом на идею парламентской республики. Так вот пока мы не отбросим в сторону саму идею и возможности в России какой-либо президентской республики (урезанной, как в Польше, как во Франции), мы будем ходить по бесконечному кругу и раз за разом натыкаться на узурпацию власти. Поэтому я последовательный противник этой Конституции 93-го года.

Президентская республика противопоказана России. Это путь к узурпации и путь к этим пензенским приговорам на 18 лет, понимаете? Вот я где вижу корень зла — в президентской республике. России противопоказано единовластие. Ни разу единовластие в России ни к чему хорошему не приводило и не приведёт. Вот о чём я хочу сказать.

В. Кара-Мурза ― Иван как раз упомянул о возможности Учредительного собрания. Сейчас через несколько минут обязательно об этом поговорим, это очень важная тема, и о том, какая модель власти лучше бы сработала в нашей стране. Но пока мы не ушли от темы, Иван, хочу спросить вас: Какова реакция партии «ЯБЛОКО» на вот этот приговор по делу «Сети», который на этой неделе был объявлен?

И. Большаков ― Председатель партии Николай Рыбаков опубликовал пару дней назад заявление. Естественно, мы возмущены этим делом. Абсолютно возмутительное! Возмутительный приговор! Само уголовное дело просто шито белыми нитками. Но я хотел обратить внимание здесь, просто, на важный прецедент. Хотя, конечно, такие прецеденты уже случались. Но это просто переход в какое-то новое качество. Вот, например, чем отличаются авторитарные режимы от тоталитарных? Тем, что авторитарные режимы ограничивают или уничтожают своих реальных политических противников, а тоталитарные режимы мнимых противников уничтожают, они их сами придумывают…

Так вот сейчас мы имеем такую ситуацию, когда сотрудники ФСБ сами придумали несуществующую организацию, выдумали какие-то планы, которые хотели запланировать эти несчастные молодые люди, и вменяют им вот эти преступления, которые они совершенно не совершали и не собирались совершать. Поэтому раз уж сами они всё придумали, сами должны оказаться на скамье подсудимых!

Мы считаем, что просто приговор должен быть отменён. Те, кто сфальсифицировал это уголовное дело, естественно, должны оказаться на скамье подсудимых. Надеяться, конечно, что такое произойдёт, оптимизма у меня нет. Но я, просто, хочу сказать, что это же вопрос общества, понимаете? Вот когда Голунову подбросили наркотики, по такому же сценарию всё развивалось: вот вам доказательства, вот смотрите, обыск прошёл, вот здесь что-то нашли, вот ещё, вот ещё, вот свидетели, вот ещё какие-то доказательства.

И сильное возмущение общества дало свои результаты. Если общество наконец начнёт объединяться, если СМИ не только своего журналиста начнут вызволять, а действительно по каждому такому случаю поднимать скандал, то не факт, что прям вот так гладко это всё будет проходить. Необходимо бороться, конечно.

В. Кара-Мурза ― Фёдор затронул очень важную тему о модели власти, которая больше всего подходит нашей стране — это давний спор, содержательный спор между президентской и парламентской республикой. Вот в вашей партии, в «ЯБЛОКЕ», есть много последовательных публичных сторонников парламентской республики. Например, Борис Вишневский, руководитель фракции в Петербуржском законодательном собрании. Кстати, это один из тех, кто внёс на этой неделе альтернативные поправки. Тем не менее, вот те поправки, которые сейчас предложены «ЯБЛОКОМ» — это всё-таки не парламентская республика, это такая смешанная модель. Почему такой был выбор в итоге сделан?

И. Большаков ― Ну, во-первых, как я уже сказал, мы не создаём новую Конституцию, потому что это нужно делать в результате очень длительного процесса обсуждения, серьёзные нужны разработки с экспертами, политологами, конституционалистами. В данном случае те основы конституционного строя, которые зафиксированы в самом начале Конституции, мы их развиваем в ту сторону, чтоб действительно не было узурпации власти со стороны президента. И мы предлагаем поменять этот баланс.

Что касается самой формы правления, какая она должна быть — парламентская или президентская, в партии «ЯБЛОКО» действительно разные точки зрения на это существуют. Есть сторонники парламентской системы, есть сторонники смешанной системы и даже президентской системы есть. Моя позиция близка здесь, скорее, к позиции Фёдора. Не во всём мы с ним будем спорить, я думаю. Вот здесь я согласен. Мне кажется, что необходим переход к парламентской республике. Но повторюсь, эти вопросы необходимо обсуждать действительно на серьёзном профессиональном уровне.

И, кстати, есть известные ведущие конституционалисты с либеральной стороны, которые считают, что парламентская система будет вредна для России. Такая точка зрения тоже существует.

Поэтому мы предлагаем модель пока на первом этапе — это модель двух ключей. Не может Президент один просто брать и всех назначать, всех увольнять, всем руководить. Поэтому это необходимо менять. Надо чтобы парламент не просто давал согласие какое-то — одобрит, не одобрит — а так, чтобы по итогам парламентских выборов формировалось правительство. Это один из ключевых вопросов. Вот у нас по Конституции правительство слагает свои полномочия перед вновь избранным президентом. То есть оно формируется по итогам выборов президента.

И фактически президент руководит этим правительством. Он не просто, как там зафиксировано, может председательствовать на заседаниях правительства, но он там определяет основные направления внутренней и внешней политики, он конкретными министерствами руководит. Есть службы специальные, которые он назначает сам вообще без какого-либо контроля, а уж отправляет в отставку вообще по любому поводу, когда захочет, без каких-либо объяснений.

Необходимо, чтобы правительство формировалось по итогам парламентских выборов. Вот победившие партии между собой будут договариваться и предлагать кандидатуру премьер-министра президенту. Президент будет обязан её назначить. Это в некотором роде символическое такое право. Но оно есть. И оно есть во многих парламентских республиках, в той же Германии, в Швеции.

В. Кара-Мурза ― Когда правительство зависит не от президентских выборов, а от парламентских — это один из основных критериев как раз парламентской республики.

И. Большаков ― Да. И то, что касается отставки правительства. Невозможно одному президенту отправлять правительство в отставку и отдельных его министров. Это должны делать они вдвоем вместе с парламентом. Потому что если какой-то орган участвует в назначении правительства, он должен принимать участие и в отставке. Это очень важный вопрос.

В. Кара-Мурза ― Фёдор, если отвлечься от сегодняшних реалий, понятно, что ничто не вечно и настанет день, когда в нашей стране придётся заново определять основы конституционного строя. Вот вы упомянули очень важный момент о том, что, на ваш взгляд, в России нужна не президентская, а парламентская республика. Это, кстати говоря, тот строй, которого у нас в стране по большому счёту вообще никогда не было.

Ну, если не считать с определёнными оговорками короткий период 1990-го — 91-го года, то никогда в нашей стране именно парламентской республики не существовало. Ну и мы знаем по опыту, что вот из тех остальных экспериментов, которые были, ничего особо хорошего не получилось. Почему, на ваш взгляд, в России нужна именно парламентская республика, а никакая другая?

Ф. Крашенинников ― Ну, Россия — очень большая страна и географически, и по населению. И федеративная страна. То есть, вообще, принцип единовластия, что вся власть находится у одного человека, он противоречит структуре нашей страны. В такой большой стране можно достичь какого-то согласия только с помощью коллегиальных органов власти. Я про это постоянно говорю, и буду говорить и писать, что нам по большому счёту даже выборы мэров и губернаторов, за которые у нас сейчас многие стеной многие стоят (и можно понять почему), даже они опасны, потому что это приводит к противостоянию личностей.

Я считаю, что мы должны посмотреть на пример таких стран, как Германия, где и на уровне регионов и даже, может быть, на уровне крупных городов существует парламентская модель. То есть надо уничтожить вообще сами зачатки вертикали власти. В региональном парламенте избирают региональную исполнительную власть, в федеральном — федеральную, а в крупных городах полновластные, нормально избранные городские представительные органы избирают городскую власть. И никакой вертикали не существует.

И вся власть строится на компромиссе, на балансе интересов, на том, что во всех парламентах представлены самые разные взгляды. Потому что в голове одного человека не может быть представлено несколько взглядов, понимаете? Один человек не может быть коалицией. Один человек, может, будет членом коалиционного правительства — это максимум его коалиционности.

Вообще, идея президентской республики архаична. Потому что когда её придумали американцы, они, по сути, жили в век просвещённого абсолютизма. И в то время избирать монарха уже казалось невероятным демократизмом.

В. Кара-Мурза ― А Джорджу Вашингтону королём предлагали стать, как известно. Он отказался.

Ф. Крашенинников ― Да. По сути, он просто стал выборным королём, урезанным в том масштабе, в котором в 18-ом веке считалось правильным урезать королевскую власть. Но если мы посмотрим на более поздние модели демократических государств, которые сложились с учётом опыта, то там президентская республика не очень хорошо работает, даже во Франции она не очень хорошо работает, потому что сплошь и рядом возникают ситуации — всенародно избранный президент, а в парламенте другие партии победили. Были же такие случаи, когда президент — с одной партии, а парламент и правительство — с другой.

В. Кара-Мурза ― Политическое сожительство там это называется.

Ф. Крашенинников ― Да. Но ведь это же странно: и этот — всенародно избранный, и этот — всенародно избранный. Кто же более всенародно избранный? Поэтому, конечно, должна быть какая-то одна система формирования власти. Но парламентская республика должна быть уравновешена федерализмом, местным самоуправлением, чтобы не было такого, что на федеральных выборах победили, условно, коммунисты и начали строить коммунизм по всей России. Они должны наткнуться на вот эту систему рвов, которая разделяет ветви власти. Рвов и заборов, а не как у нас сейчас.

Я про эту Конституцию всем всегда предлагаю почитать главу о местном самоуправлении, где ничего не написано. Это фантастика! Глава, посвящённая местному самоуправлению, не содержит никаких чётких формулировок о том, как должно формироваться местное самоуправление. Это просто удивительно, как можно так писать Конституцию.

В нашей стране, в России, никакие традиции не работают. У нас должна быть Конституция — очень толстая подробная книжка, где подробно должно быть всё расписано. И как можно больше должно быть пунктов о том, как каждый конкретный человек должен пользоваться Конституцией напрямую. Потому что, к сожалению, и я думаю, с этим все согласятся — и Иван, и вы, Владимир, что какие бы хорошие идеи у нас ни были написаны в Конституции, как документ прямого действия она не работает. Правильно? Ну не работает она.

Вот ты приходишь к полицейскому, тыкаешь в него Конституцией, а он говорит: «А мне наплевать». И он прав. Потому что в существующей системе Конституция напрямую не создаёт механизмов прямого действия. Я не знаю, как это по-умному ещё сказать. Но вот об этом мы должны думать на будущее, все мы вместе — и партия «ЯБЛОКО», и вы, Владимир, и я — как бы сделать так, чтобы гражданин всегда в любой ситуации мог воспользоваться Конституцией напрямую, помимо того, что есть там вот эти все структуры власти. Потому что то, что сделал Путин, он отнял у нас у всех вот эти первую и вторую главы, которые на бумаге остались, потому что мы даже не можем в Конституционный суд обратиться… Конституционный суд из кого попало состоит, и вообще молчит в тряпочку, а председатель пишет статьи о крепостном праве!..

И вот мы с этой Конституцией один на один. В музее Ельцина нам её красивым голосом читают. Вот как с этим бороться, я не знаю. Но я считаю, что в России должна быть парламентская республика, обязательно огромные полномочия должны быть отправлены в субъекты Федерации и на места и должна быть очень подробная, чёткая Конституция, где всё это разграничение прописано так, чтобы это нельзя было толковать двусмысленно.

Вот эта оговорка «подряд»… такой беды стоила России, что любую следующую Конституцию должны писать люди и каждую фразу… Знаете, выписать надо будет каких-то самых наглых и мерзких путинских юристов, типа Клишаса, чтобы они консультировали авторов Конституции, как любую фразу можно вывернуть наизнанку, чтоб мы этого избежали, понимаете? Я думаю, со мной вы согласитесь все, что каждая фраза Конституции должна быть проверена и верифицирована, как её можно извратить, как её можно обратить против духа Конституции.

К сожалению, давайте честно скажем, авторы Конституции 93-го года здесь не доработали. Там нашлась масса мест, которые можно трактовать в разные стороны, чем мы, собственно говоря, и занимались все эти годы. Вспомните один принцип избрания губернаторов. По одной и той же Конституции с ним что только ни делали — и избирали, и назначали, и избирали в региональных собраниях, и с фильтром, и без фильтра…

В. Кара-Мурза ― Наше время в эфире подходит к концу. Иван, на ваш взгляд, какая система больше подходит России — парламентская или президентская? В режиме блиц.

И. Большаков ― Ну, я сказал уже, что я сторонник парламентской системы. Но опять хочу сказать, что это не панацея. Гитлер приходил к власти через парламентскую систему. Мы знаем, что такое система с доминирующей партией. Ну, будет не персоналистская диктатура, а какая-нибудь хунта, клан будет править, одна партия, как в Советском Союзе том же самом, будут меняться лидеры, генсеки. Поэтому это вопрос очень серьёзной дискуссии.

В. Кара-Мурза ― Довести Россию до Учредительного собрания — тот лозунг, который был актуален чуть более века назад, к сожалению, вновь приобретает актуальность. Вы слушали программу «Грани недели» на волнах радиостанции «Эхо Москвы». Продюсеры — Нино Росебашвили, Никита Василенко. Звукорежиссёр — Кирилл Бурсин. У микрофона работал Владимир Кара-Мурза младший. Спасибо, что были с нами сегодня. Всего вам доброго и до встречи в следующий четверг.



СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ АУДИО ЗАПИСЬ РАДИОЭФИРА:





ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Власть читает критику властей в нарушении конституционных прав. Судьи доносят ФСБ об исках к "гаранту" в уничтожении им Конституции. И вот Путин решил "возглавить" и отвлечь внимание "улучшением" Конституции.

И все ПОКОРНО и СТРАСТНО бросились "обсуждать". Не замечая, что нынешний текст даёт право гражданам подавать ГРАЖДАНСКИЕ иски к "гаранту" в уничтожении им Конституции! В поддержку и моим искам к Путину.
________________________________________



ИСТОЧНИК

Владимир Кара-Мурза младший

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Бюрократизация (0)
  • Власть (0) > Манипуляции (0)
  • Власть (0) > Показуха (0)
  • Власть (0) > Путин (0)
  • Власть (0) > Стратегии и Прогнозы (0)
  • Общество (0) > Гражданское общество (0)
  • Общество (0) > Выборы (0)
  • Общество (0) > Оппозиция (0)
  • Общество (0) > Проблемы демократии (0)
  • Политика (0) > Внутренняя политика (0)
  • Яблоко (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 01.04.2020 - КАК УКРЕПИТЬ ИММУНИТЕТ
  • 30.03.2020 - ФУТУРОЛОГИ: КАК ИЗМЕНИТСЯ МИР ПОСЛЕ КОРОНАВИРУСА
  • 29.03.2020 - КАК ЗАЩИТИТЬ ЭКОНОМИКУ И ЛЮДЕЙ?
  • 29.03.2020 - РОССИЯ НЕ ХОЧЕТ НИКАКИХ ПЕРЕМЕН
  • 29.03.2020 - КАК ПЕРЕЖИТЬ КАРАНТИН И НЕ СОЙТИ С УМА
  • 28.03.2020 - ОБНУЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИИ — ОБНУЛЕНИЕ ПРАВА
  • 28.03.2020 - ЗАКЛЮЧЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ
  • 28.03.2020 - АРАБЫ УВЕРЕНЫ: ПУТИН ПРОИГРАЕТ НЕФТЯНУЮ ВОЙНУ
  • 27.03.2020 - ИНТЕРВЬЮ НИКОЛАЯ РЫБАКОВА НА РАДИО «КП»
  • 27.03.2020 - ЧТО ТАКОЕ ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ И ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ
  • 26.03.2020 - О ЧЁМ ГЛАВНОМ НЕ СКАЗАЛ ПУТИН
  • 26.03.2020 - ПРОТИВОДЕЙСТВИЕ КОРОНАВИРУСУ
  • 25.03.2020 - СРЕДНИЙ КЛАСС В РОССИИ
  • 25.03.2020 - КОПИТСЯ ВОТ ЭТО ПОНИМАНИЕ У НАРОДА
  • 25.03.2020 - ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ШТОРМ ПРИБЛИЖАЕТСЯ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru