Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Новости > Публикация
Новости

[21.01.2021]

ЕСЛИ СУДЬБА РОДИНЫ ИМЕЕТ ДЛЯ ВАС ЗНАЧЕНИЕ

Сергей ПАРХОМЕНКО: российский издатель, журналист, радиоведущий, колумнист и политический обозреватель

ТЕКСТ, ВИДЕО, КОММЕНТАРИИ

Сергей ПАРХОМЕНКО:


Имеет значение факт вашего присутствия или вашего отсутствия, вашего наличия или того, что вас в этой истории нет, вы её не считаете своей.

А не считать её своей вы можете только в одном случае: если вы не считаете жизнь этого государства, жизнь сегодняшней России, в которой находитесь, в которой я нахожусь, и вы, имеющей к вам какое-то отношение.

То есть какой-то посторонний Навальный, у которого какие-то проблемы с этим Путиным, и они там что-то такое между собой разбираются. Это довольно часто встречающаяся ситуация.

Это позиция Навального, его точка зрения. Но это не война только его одного. Это и ваша, в которой вы участвуете либо своим присутствием, либо своим отсутствием, либо своим равнодушием, либо пониманием, что вы действующее лицо в этом матче, либо уверенностью, что в действительности это вас не касается, и вы можете просто хладнокровно продолжать пить ваше пиво…

                                                  * * *

Добрый вечер! Это программа «Суть событий» и я, Сергей Пархоменко, сегодня в эфире. Мне нужны к программе ваши вопросы, ваша помощь, ваши темы для обсуждений. Присылайте ваши вопросы. Надо говорить про всё важное, про всё, что стоит того, чтобы об этом говорить, а в Америке оно или не в Америке, это уже другой вопрос.

Я всё равно начну с Навального. Дмитрий Фесков спрашивал меня в Фейсбуке: «Как вы думаете, возвращение Навального — это шоу, трагедия или что-то ещё?».

Это подвиг! Есть такое слово в русском языке. Мы как-то не привыкли им пользоваться, и, наверное, правильно делаем. Не надо его разменивать по мелочам. Но иногда это слово нам годится. Вот это тот самый случай. Это колоссальный риск!

Мы много раз в эфире обсуждали, при каких условиях Навальному надо будет принимать решение о возвращении в Россию. И я как раз был одним из тех, кто так или иначе, говорил о том, что Навальному не нужно торопиться, не нужно вестись на те провокационные и издевательские выкрики, которые среди всяких звездёнышей непрерывно звучат, и ему нужно оставаться за границей ровно столько времени, сколько ему есть, чем заняться за границей. Серьёзное, важное дело можно продолжать оттуда делать. Ну, и, разумеется, столько, сколько нужно, чтобы привести в порядок своё здоровье, которое, конечно, серьёзно пострадало ни больше ни меньше, чем от применения боевого отравляющего вещества.

Это довольно редкая история. И не зря всемирно известный, авторитетный журнал «Ланцет» так набросился на этот случай, потому что это очень редкая история. Редкая история, когда имеется доказанный случай применения боевого отравляющего вещества, ещё более редкий случай, когда человек после этого остаётся в живых и можно на нём отрабатывать тактику выведения человека из критического состояния. Этим ведь объясняется статья в «Ланцете», больше ничем.

Мне кажется, что то, что делал Навальный там на протяжении нескольких месяцев, в Германии, было очень важным делом. Я не исключаю, существует какая-то вероятность, что этот немецкий этап работы Навального и его коллег ещё не закончен, и нас ждёт ещё что-то важное и сенсационное, когда Навальный уже окажется в России, не знаю.

Но совершенно очевидно, что он не просто болел, лечился. Он вёл там чрезвычайно эффективную, мощную, успешную и убедительную кампанию расследований и разоблачений, которая была, пожалуй, самой важной кампанией расследований и разоблачений за всю его карьеру, важнее даже, чем то, что он делал традиционно в своих антикоррупционных расследованиях, которые вступили в фазу его наибольшего расцвета после фильма «Он вам не Димон». С тех пор было ещё несколько совершенно блестящих расследований, там по поводу генпрокурора Чайки и его семьи и всякие другие. Но и до того была довольно мощная история, связанная, например, с зарубежной недвижимостью разных российских деятелей, которая началась серией разоблачений по поводу Майями, по поводу всяких французских замков и прочего.

Но то, что произошло в этот немецкий период, это будет, пожалуй, поважнее и посерьёзнее, потому что это было расследование, в результате которого доказано применение тактики политических убийств в России. И уже теперь мы не можем пытаться это объяснить какими-то эксцессами отдельных исполнителей.

Хотя многие пытались списывать на какие-то эксцессы, на безумие каких-то отдельных энтузиастов, скажем, убийство Бориса Немцова другие, которые совершенно очевидно являются успешным или безуспешными попытками убийств. Я имею в виду убийство Литвиненко в Лондоне, убийство Политковской в Москве, убийство Щекочихина в Москве.

Можно было пытаться их списывать на противостояние и интриги каких-то силовых групп, которые пытаются друг друга дискредитировать и что-то продемонстрировать начальству. Можно было пытаться это списывать на разную дикость, разные формы дикости: религиозную дикость или национальную дикость; дикости, к сожалению, по-прежнему есть место в современной России в разных формах, такое средневековое безумие существует в некоторых местах в России, некоторых кругах, в некоторых кланах России, в некоторых людях в России…

Но вот это расследование Навального, которое было завершено на этом этапе за время его пребывания в Германии, оно убрало все эти версии, в общем, оставив только одну — ту, в которой руководит системой политических убийств в России высшее российской руководство во главе с президентом страны. И приведены совершенно очевидные доказательства того, что это контролируется высшим российским руководством во главе с президентом страны. К таким доказательствам относится участие тех конкретных подразделений и формирований внутри спецслужб, которое было обнаружено и доказано в ходе этих расследований.

И важнейшим, конечно, доказательством является отсутствие какой-либо содержательной реакции на эти разоблачения: отсутствие следствия, отсутствие попыток со стороны государства государственных ведомств изучить эти события, этих людей, их поступки, их намерения, те инструменты, которые они используют, в данном случае, скажем, боевые отравляющие вещества, а, наоборот, налицо скоординированные усилия, чтобы скрыть это всё. Это выражается в том, что не проводится никакого следствия и что на это мобилизуются разные структуры, которые непосредственно друг с другом сами не связаны, а которые могут быть связаны только через руководство страны, ну, скажем, полиция и ФСБ, и транспортные подразделения, уголовный розыск и так далее. Для этого нужна координация сверху. Они не могут договориться за пивом, они не могут сами созвониться и сказать друг другу: «Давайте займёмся этим вместе». Так не бывает.

Среди тех, кто пишет об этом всём подробно, достаточное количество специалистов, которые понимают, как это устроено, которые понимают, как организована работа и жизнь этих спецслужб и этих силовых структур. И они понимают, что это может координироваться только сверху.

Ну, и плюс в этом принимают участие и гражданские структуры, врачи, например. Мы с вами хорошо помним роль врачей, которые принимали участие в прикрытии всего этого, снабжение этого всего какими-то уводящими в сторону версиями, которые специально целыми бригадами прилетали в Омск, когда там находился Навальный для того, чтобы осуществлять такую информационно-пропагандистское обеспечение этой операции. Потом они это продолжали с помощью своих социальных сетей. Я уж не буду называть все эти фамилии, вы их хорошо помните, а не помните, так найдёте.

В общем, в результате того, что Навальный очень эффективно распорядился своим временем и своими информационными, расследовательскими, а затем и публикаторскими ресурсами, находясь в Германии, мы получили мощнейшее расследование, которое на сегодняшний день является самым важным политическим расследованием, которое было сделано российскими медиа в XXI веке, если понимать слово «медиа» в широком смысле, как некой структуры, которая обращается к обществу, разговаривает с обществом, распространяет внутри общества полезные для общества сведения. Совсем не обязательно, чтобы это были какие-то зарегистрированные в каких-то конторах СМИ. В этом смысле мы можем считать и аккаунты в социальных сетях и YouTube-каналы. И в этом смысле это была очень мощная медийная акция. Её можно было продолжать.

И именно поэтому я говорил, когда у меня спрашивали моё мнение, что, на мой взгляд, должен был бы делать Навальный, я на это отвечал: Продолжать. Потому что там ещё есть чем заняться. Ещё нет промежуточных звеньев. Есть нижнее, исполнительское звено. Есть второе звено — все эти институты и непосредственное руководство исполнителями, те, кто прямо координировали эту операцию. Есть, наоборот, верхний эшелон, который всё это прикрывал и осуществлял эту связь между разными государственными структурами. Но между ними довольно большой зазор. И очень важно было бы понять, как это происходит на уровне глав отдельных спецслужб, на уровне глав крупных образований, подразделений внутри этих спецслужб. В общем, там есть ещё чего расследовать, несомненно.

Ну, и понятно, что если вскрыта вся эта структура, то нужно заниматься прочей деятельностью всей этой структуры, где ещё она участвовала, что ещё можно записать в качестве результата её деятельности — успешных результатов, безуспешных результатов. Достаточно всё-таки есть неясных событий в последние годы. Я всё время возвращаюсь к этому случаю просто как к примеру — убийство Собчака, про которое мы мало знаем. И неплохо было бы понять, как всё это было сделано. Да история с Щекочихиным осталась, по существу, недоисследованной. И совершенно очевидно, что там есть, что выводить наверх в отличие от истории с Литвиненко, где известно более-менее всё. Понятно, кто возил эти радиоактивные вещества, кто и как ими распоряжался, где хранились, где, собственно, они были применены к жертве этого покушения, как исполнителей выводили с места преступления, как потом их прятали, куда их потом дели, где в результате они находятся сейчас, какими государственными постами они прикрыты. Про это мы знаем всё.

А вот, скажем, про историю с Щекочихиным и Собчаком мы знаем гораздо меньше. А таких историй, несомненно, много. Ещё хотелось бы понять не только о тех случаях, которые широко известны. Понятно, человек умер не своей смертью и так далее. Но наверняка есть какие-то факты, которые пока скрыты от нашего внимания, потому что удалось эту смерть выдать за естественную или за случайную. Но понятие, вскрытие всей этой структуры, этих исполнителей, их связей, их методов, их техники, их инструментария и так далее, позволяет вытащить на поверхность те детали, которые до сих пор были за пределами общественного внимания.

Всем этим мог бы заниматься Навальный за границей. И заниматься этим за границей ничуть не менее удобно, ничуть не менее эффективно, чем заниматься этим внутри России. В этом смысле коммуникации обеспечивают эффективную связь и совершенно не обязательно для этого физически находиться где-то в Москве.

Но Навальный распорядился иначе. Мне кажется, что задача его заключается в том, чтобы вывести это противостояние из режима какого-то поединка, который происходит как бы где-то на ринге. Вот они где-то сражаются, вокруг них канаты, на них направлен яркий свет, а вокруг сидит публика и как-то реагирует: свистит, кричит, хлопает, пьёт пиво, грызёт всякие закуски…

Вот я держу перед собой на экране СМСку, которая пришла даже не мне, она пришла для предыдущей программы. Когда я сел на это место, я уже её здесь обнаружил на экране. Так что это не мне было послано. Наталья С. Прислала через веб-чат эту СМСку. В ней сказано: «Все так называемые сегодняшние политики и такие же журналисты, которые называют геройским поступком решение Навального вернуться в руки бандитов и подписать себе смертельный приговор, — она так и пишет, не смертный — смертельный приговор, — или лишены здравого смысла или умышленно занимаются провокацией, чтобы можно было и дальше заниматься пустой болтовнёй…».

Я вот что хочу ответить Наталье С. Это вы подписываете ему смертельный приговор, как вы выразились, не он сам себе, а вы ему — тем, что вы — из этого текста это совершенно очевидно — совершенно не считаете это дело своим, вы совершенно не собираетесь в этом участвовать. Вы совершенно не отдаёте себе отчёта, что вы — действующее лицо этой истории. Да, конечно, есть очень много возможностей очень простых устроить дело так, чтобы не произошло никакой триумфальной встречи. Чтобы эта сцена, где выходит Навальный из самолёта, спускается по трапу, выходит в зал, а вокруг огромная толпа народу, и все ему рады, все ему улыбаются, приветствуют, подбрасывают чепчики и размахивают цветами, — чтобы ничего этого не произошло.

Да, совершенно очевидно: можно задержать ещё в самолёте, ещё на посадочной полосе, ещё до того, как трап подъехал. А можно самолёт посадить где-то в другом месте, можно на любом другом московском аэропорту. А ещё есть аэропорт Твери, Казани, в Омске. Можно в Омске посадить самолёт для рифмы, знаете, для красоты, для издевательского изящества или ещё где-нибудь, и предотвратить эту встречу.

А можно начать безумствовать ещё даже при посадке. Я нисколько не сомневаюсь, что авиакомпания «Победа» будет получать всякие распоряжения, кого в самолёт пускать, кого не пускать, кого не сажать, кого снимать. И, я думаю, что много интересного произойдёт ещё в Берлине, когда выяснится, кого впускают, а кого не впускают в этот самолёт. Ведь разные люди могли купить на него билет. Могли и репортёры, журналисты, и дипломаты, и офицеры самых разных армий, спецслужб, которым интересно было бы посмотреть, как это всё будет происходить, и как будут развиваться в дальнейшем события. Ну, это мы всё посмотрим.

Мы понимаем, что очень маловероятно, что Навальный окажется среди своих сторонников, среди тех, кто придёт его поприветствовать. Но я вот что хочу сказать: это в некотором роде неважно, это не имеет значения, будет там Навальный физически или, например, Юля Навальная, или сын Навального Захар, или кто-нибудь, кто, так или иначе, связан с Навальным — будут они там физически или не будет их там? Потому что, конечно, это во многом символическая акция. Это акция, которая должна свидетельствовать о том, какова конфигурация этого противостояния.

Речь идёт о том, что Навальный один на один сражается с этой системой, а все вокруг на этом смотрят и размышляют: Как будут его мучить? Будут ли его бить, будут ли его пытать, будут ли его морить голодом, будут ли его сажать в пресс-хату, будут ли заражать его всякими смертельными болезнями, будут ли его морозить или ошпаривать кипятком, будут ли его увозить в какие-то страшные, чудовищные колонии, дежать в ужасном многочасовом стакане, где невозможно нагнуться…

Все горазды перечислять разные ужасы, которые Российское государство способно устроить одинокому человеку. Мы это много раз видели, слышали, читали. На наших глазах это разворачивалось. Мы можем много рассуждать, скоро или не скоро где-то там, за решёткой, где окажется Навальный, на него напустят какого-то дрессированного безумца, который начнёт ему в ухо втыкать отвёртку, как это происходило с Ходорковским, или карябать ему лицо или ещё что-то вроде этого.

Вопрос весь заключается в том: мы собираемся за этим всем наблюдать со стороны? Мы считаем, что это нас не касается, и мы ни в каком смысле не сторонники этой истории?

Это разговор не между ним или кем бы то ни было ещё. Это разговор между нами. Это разговор между нами и Российским государством. Это разговор между теми людьми, которые совершенно хладнокровно — и этому хладнокровию не мешает, например, сочувствие, совершенно не важно, с какой интонацией вы это говорите — говорите ли вы: «Навальный, бедненький, как его будут мучить. Как мне жалко, как я за него боюсь, какой ужас!» или вы говорите: «Слава богу, наконец-то ему покажут…». Это не имеет никакого значения, в каком тоне вы это обсуждаете.

Имеет значение только факт вашего присутствия или вашего отсутствия, вашего наличия или того, что вас в этой истории нет, вы её не считаете своей. А не считать её своей вы можете только в одном случае: если вы не считаете жизнь этого государства, жизнь сегодняшней России, в которой находитесь, в которой я нахожусь, и вы, имеющим к вам какое-то отношение. Есть какой-то посторонний Навальный, у которого какие-то проблемы с этим Путиным, и они там что-то такое между собой разбираются. Это довольно часто встречающаяся ситуация. Я помню, что такая ситуация встречается каждый раз, когда возникают какие-то законопроекты об ограничении возможности работы медиа.

Вот в своё время был такой безумный закон, который запрещал журналистам, так или иначе, освещать деятельность кандидатов на разных выборах. Был Конституционный суд по этому поводу. Одним из заявителей в этом Конституционном суде был заместитель главного редактора «Эха Москвы» Сергей Бунтман. Это был год 1994-й, наверное. Давно это было, между прочим. Тогда это закончилось отменой этого закона

Вот сейчас Россия совершила некоторый круг и вернулась обратно к такому же законопроекту. Только речь идёт уже о блогерах, которым вроде как предполагается запретить участие в освещении каких-нибудь избирательных кампаний, если они не являются формальными участниками команд того или иного кандидата.

Второй раз повторяется тот же самый идиотизм, та же самая ахинея. Что мне важно в этой ситуации: и в тот раз, которые кончился успешно, выигрышем в том Конституционном суде и отменой этого закона, и в нынешний раз, массовое отношение к этим законам такое: У журналистов, — в данном случае, у блогеров, — какие-то есть проблемы с властью, у них там что-то такое, им чего-то запрещают, чего-то им не дают…

Послушайте, это не им не дают. Журналисты-то знают, как это устроено. У них есть эта информация. Это вам не дают знать! Вот ровно так же это устроено в случае с Навальным. Да, это его борьба с Путиным, это его война, это его теперь противостояние — противостояние человека, которого попытались убить. И дальше-то что — что ещё можно с ним более страшного сделать, чем то, что уже с ним произошло?!

Я думаю, что вы заметили изменение в его интонации, изменение направления его удара. Потому что Навальный, действительно, очень долго избегал ударов, направленных непосредственно в грудь Путину. А теперь он говорит всё время о нём. Почему? Потому что он понимает, кто попытался его убить. Это его позиция, его точка зрения.

Но это не его война только одного. Это и ваша, в которой вы участвуете либо своим присутствием, либо своим отсутствием, либо своим равнодушием, либо пониманием, что вы действующее лицо в этом матче, либо уверенностью, что, в действительности это вас не касается, и вы можете просто хладнокровно продолжать пить ваше пиво…

Поразительное совершенно событие случилось, пока я тут с вами сидел. Мы сейчас поговорим про это. Я имею в виду историю с чемпионатом мира по хоккею в Беларуси. Я попытаюсь объяснить, почему это для нас важно, почему это гораздо важнее, чем спорт, чем хоккей, чем Беларусь, чем всё остальное.

Сначала я хочу прочесть несколько СМСок. Сергей некий меня спрашивает: «А чему вы радуетесь? Алексея посадят, а потом отравят наверняка. Что в этом хорошего? Мне Алексея жаль. Я очень переживал, когда он был в коме?»

Сергей, и это всё? Вы просто переживали, а больше это вас не касается? Конечно, его посадят, а потом отравят, если вашим переживанием всё так и кончится. Если вы по-прежнему будете считать, что это вас не касается, если вы по-прежнему будете уверены, что это его неприятности, которые он сам себе выбрал. Тогда — да.

У меня спрашивает ещё некий Юрий Л. в чате YouTube: «Сергей, я так и не понял, а вы-то 17-го в аэропорту будете?». Буду, если смогу доехать. Если не остановят, не заградят, не вернут, не утащат куда-нибудь, то буду обязательно. Это же моя проблема. И, в сущности, мне совершенно не важно, будет ли там Навальный. Это символическая акция. Это некое событие, в котором я хочу участвовать. Я хочу не для Навального, ни чтобы сделать приятное Навальному, ни чтобы увидеть Навального, ни чтобы полюбоваться на Навального.

Это моя история, это моё событие, это событие моей судьбы. Я буду его помнить, я буду за него отчитываться, я буду про него рассказывать. Я решаю за себя, не за вас, Юрий Л. Я вас никуда не зову, ничего вам не предлагаю, никуда вас не призываю, ни на что вас не уговариваю. Я вам объясняю просто, что это будет в воскресенье.

А теперь смотрите, про хоккей. Неожиданный переход. Вот только что объявлено, что Международная хоккейная федерация, во всяком случае, его глава, человек по имени Реме Фазель принял решение и сообщил об этом, что они считает, что невозможно проводить чемпионат мира в тоталитарной стране, в стране, где глава государства санкционировал политические убийства. А мы видели эти политические убийства, это санкционированное насилие над безоружными, невинными, очень невинно настроенными людьми. Многие смеялись над ними в этот момент именно по этому поводу в связи с их мирным настроем.

И вот долгое время казалось, что международные спортивные чиновники не хотят обращать на это внимание, хотят как-то быть выше этого, а на самом деле просто трусят. Просто трусят потерять некоторый свой интерес. Понятно, что международные спортивные федерации — это чрезвычайно коррумпированные, во всяком случае, чрезвычайно жадные международные структуры, которые очень блюдут свой интерес, в том числе, корыстный финансовый, который проявляется во всех такого рода крупных соревнованиях.

Но тихо-тихо на протяжение нескольких последних недель происходила борьба. Это борьбу вёл конкретный живой человек, гражданин Беларуси по имени Александр Филиппенко. Вы, может быть, его помните, если смотрите «Дождь» или смотрели раньше, он был много лет ведущим на «Дожде». Он журналист, писатель, автор нескольких книг. Очень остроумный, весёлый человек с такой, мягкой, очень смущённой улыбкой, очень неагрессивный, спокойный, добродушный.

Этот Александр Филиппенко писал письма главе хоккейной федерации, этому самому Рене Фазелю. Писал, а тот не отвечал. Но в какой-то момент эти письма заметили европейские журналисты, опубликовали их — одно в крупнейшей шведской газете, другое в крупнейшей немецкой газете. Вот одно из писем начинается так:

«К сожалению, на моё первое письмо, которое опубликовал FAZ, а после перепечатала самая крупная газета Швеции, вы не ответили. Это понятно. В эти дни у вас был очень плотный график. Вы не только обнимались с диктатором, но даже превзошли ожидания всех белорусов, сфотографировавшись с Дмитрием Басковым, человеком, причастным к убийству художника Романа Бондаренко.

Вы сфотографировались не с заказчиком, но с человеком, который одним осенним вечером, предварительно договорившись с друзьями (есть аудиозапись разговоров), имея такое намерение, поехал в минский̆ двор «жестить» и избивать людей̆, в этом заключался его первоначальный̆ план, результатом которого стала смерть тридцатилетнего художника. С этим человеком вы собираетесь проводить чемпионат мира — это отнимает много времени, я понимаю, но не понимаю только одного: он вас запугал, финансово заинтересовал или просто вам симпатичен?

Я понимаю, что в таком плотном графике у вас не было времени навестить мать убитого Романа Бондаренко и спросить у неё: мечтает ли она о чемпионате мира по хоккею, который организуют натурально убийцы её сына?»

Ну, и так далее. Это блестящий текст, блестящее публицистическое произведение. Я вам очень советую прочесть его целиком. Есть много где, вы его легко найдёте в интернете, в Фейсбуке. Есть Фейсбук самого Александра Филиппенко. Хотите — прочтите в моём Фейсбуке, я там это вывесил.

Вот он писал главе этой федерации. Но, конечно, это всё не его заслуга, и он тут ни при чём. Ну, конечно, это не он добился, конечно, на его письма вообще никто не обратил внимания. Конечно, это всё не имеет значения. Конечно, это был одинокий голос вопиющего в этой ледяной пустыне. Конечно, было смешно на что-нибудь такое надеяться. Но только вот сейчас, кажется, я боюсь спугнуть, но я очень хочу в это верить, мы наблюдаем маленький кусочек справедливости, который произойдёт, когда окажется, что диктатору не дают его игрушку. И репутация имеет значение. И за совершённые злодеяния, избиения и убийства приходится отвечать. Сначала вот так, сначала совсем по мелочи. Сначала просто тем, что не получилось замазать произошедшее чемпионатом мира.

А зачем это нужно было Лукашенко? Понятно зачем — чтоб было, что называется, заиграно в прямом смысле этого слова, как в дворовом футболе. «Да, были летом и осенью какие-то неприятности. А теперь всё в порядке. А теперь у нас и чемпионат проводят. Гости, флаги… Все довольны, все пьют прекрасную диетическую белорусскую водку, закусывают её диетическим белорусским знаменитым огурцом, запивают прекрасной сметаной. У нас же Беларуси такая прекрасная сметана — лучшая в Европе! Всем по ведру сметаны, кто согласен привезти к нам этот чемпионат мира».

Нет, придётся отвечать. А начинать отвечать придётся вот так. Почему это важно? Это случай персонального давления. Вот Александр Филиппенко, белорусский гражданин, журналист, писатель, молодой человек, с которым я знаком. И это знакомство теперь для меня большая честь не только потому, что он замечательный журналист и прекрасный писатель, а потому что он сделал вот это — он организовал свою личную, в своём одном человеческом качестве личную кампанию персонального давления на этого человека. И давил на него, чем мог — письмами, которые тот не читал, в конце концов, начал печатать в крупнейших европейских газетах, и начало подниматься общественное мнение, которое, по всей видимости… я не знаю, была ли это последняя капля, последняя спичка, которая переломила горб этому верблюду или что там ещё было последнее, но я буду думать, что это имело какое-то значение.

Это очень важный прецедент, очень важный случай. И он страшно вовремя, потому что он имеет отношение не только к истории с Навальным. Он имеет отношение ещё к другим историям, которые нам предстоят.

Вот Государственная дума Российской Федерации принимается за свои новые работы и собирается расширить и дополнить тот пакет намыленных верёвок, которыми она вяжет нас всех на протяжении всех этих месяцев с тех пор, как началась эта новая кампания по разогреву «бешеного принтера».

Последнее время принято несколько законов. Вы помните, я про них рассказывал. Закон, который расширил круг возможных иностранных агентов и позволяет теперь наградить этим статусом не только общественные объединения и всякие НКО, которые где-то зарегистрированы, но просто группы людей, которые вместе занимаются чем-то. А ещё позволяет применить этот статус к людям, физическим лицам, даже не тем, кто специально пытается изобразить из себя маленькое СМИ, как прежде и что-то такое вещает для неопределённого круга лиц, а просто для любого человека, который имеет своё мнение по каком-нибудь поводу. Любой из этих людей может быть объявлен иностранным агентом, а, следовательно, подвергнуться преследованию за это в разных формах, начиная от бессмысленной деятельности, которая этому человеку будет навязана в виде всякой отчётности и бесконечных заявлений о том, что «да, я являюсь иностранным агентом» и кончая потенциальным уголовным наказанием. Такой закон тоже принят. Сначала от 30 до 50 тысяч рублей штрафа за первое несоответствие этим навязанным правилам, а потом до 5 лет тюрьмы или исправительно-трудовых работ, или чего такого. Этот закон уже принят.

А ещё есть закон, который полностью лишает людей всякой возможности организовывать какой бы то ни было фандрайзинг, то есть участие других людей, обеспечение при помощи других людей разного рода общественных мероприятий, массовых акций и так далее. Он создаёт абсолютно невыполнимую систему регистрации каждого взноса и отчётности за каждый из этих взносов, уничтожая саму идею краудфандинга, сбора денег по копейке на некое общее важное дело. Эти законы уже приняты.

А ещё есть законы, которые готовятся к принятию. Вот, например, закон, который был принят в первом чтении, и который будет окончательно принят в ближайшее время, который устанавливает в Российской Федерации прямую предварительную цензуру, прямо вот ту самую цензуру, которая запрещена Конституцией! Тем не менее, закон установит её для общественных организаций, назначенных иностранными агентами. А мы знаем, что любая организация может быть теперь назначена иностранным агентом, потому что при желании это всегда можно организовать, всегда можно отправить 100 рублей из Молдавии или что у них там — леи? Можно отправить. Так вот любая общественная организация, будучи награжденная этим статусом, обязана сначала предварительно сообщить о своих намерениях, программах, мероприятиях, которые она собирается провести, а потом получить разрешение на них, предварительно, не потом, не позже, не в виде оценки того, что уже произошло.

Предварительно нужно получить — это и есть прямая цензура. Нужно получить предварительное разрешение на то, что организация собирается сделать: семинар, который она собирается провести; конкурс, который она пытается организовать; премию, которую она пытается вручить; исследование, которое она собирается затеять, архивное, например.

Вот, например, «Мемориал» является иностранным агентом. Если «Мемориал» разработает некоторый комплекс архивных исследований, например: Давайте изучим и найдём в архивах материалы о том, каким репрессиям подверглись жители Краснодарского края, в особенности представители всяких, не вполне коренных национальностей. Там были всякие греки, армяне, итальянцы, турки. Давайте изучим, что там с ними происходило. Или давайте изучим, каким образом подвергались массовым репрессиям в годы тоталитаризма в Советском Союзе артисты цирка или работники кожевенной промышленности. Или ещё что-нибудь такое. Вот на это «Мемориал» должен будет спросить разрешение.

Точно так же он должен будет спросить разрешение на школьный конкурс, в котором школьники пишут об истории своей улицы, своего квартала, своего города на разных этапах разных обстоятельствах советской истории. Ровно так же «Мемориал» должен спросить разрешение на проведении акции «Возвращение имён», которая проходит много лет, когда люди собираются и стоят в длинных очередях для того, чтобы прочесть вслух имена тех, кто был репрессирован в годы советского тоталитаризма. На это нужно будет спросить разрешение.

А получив мотивированный отказ… ну, мотивировку этого отказа мы примерно можем себе представить, потому что мотивированный отказ ещё бывает при попытке получить разрешение на какое-нибудь уличное мероприятие, там тоже полагается мотивированный отказ. Вы помните эти мотивировки, какие они бывают обычно? Вот примерно такие мотивировки будут и в этот раз. А в случае нарушения этого мотивированного отказа организация ликвидируется. Это прямая цензура. Этот закон прошел первое чтение. И, я думаю, в ближайшие недели будет доведен до принятия окончательного.

Первое чтение прошли поправки к федеральному закону об образовании, которые вводят контроль и регламентацию со стороны правительства любой просветительской деятельности и ровно такой же контроль любых международных контактов любого образовательного учреждения.

Почему я перешёл к этой теме от белорусского хоккея? А вот почему — потому что, пожалуй, единственный инструмент, который остаётся в наших руках, это персональное давление. Это обращение к тем самым людям, которые будут это принимать. Это люди, про которых мы много чего знаем. Это люди трусливые, это люди, очень подверженные влиянию начальства, это люди, которые очень дорожат мнением начальства, это люди которые знают, что они выбраны на эти депутатские позиции не избирателями, а начальством. У них, собственно, есть этот избиратель, он сидит в Кремле. И они очень мечтают быть выбранными ещё раз.

Но от нас зависит, перестанут ли они так думать, и почувствуют ли они, что есть ещё другие люди, которые давят на них. Чем давят? Голосом, обращением, словами. Речь не идёт о том, чтобы каким-то образом воздействовать на них физически или пытаться их напугать, пытаться им угрожать или ещё что-нибудь вроде этого. Но мы можем сказать им персонально, лично о том, что мы есть и что мы знаем о том, что они собираются сделать, и что мы относимся к этому вот так. Каждый из нас может написать депутату. Каждый из нас может попытаться найти телефон депутата и попытаться обратиться к нему с этим. Каждый из нас может прийти в приёмную, каждый из нас может, так или иначе, вступить с депутатом в законный, легальный разумный контакт и выразить ему своё мнение — депутату, члену Совета Федерации от вашего региона, написать письмо, позвонить по телефону, прийти в приёмную.

Вообще, в мире это очень распространено. Я вот даже когда в первый раз оказался на несколько месяцев в Вашингтоне, снял там квартиру, а этажом ниже, подо мной жил молодой человек, с которым я познакомился по-соседски, позвал его в гости, мы с ним что-то выпивали, обсуждали всякую политику. А он оказался сотрудником специальной конторы, существовавшей при одном из сенаторов американских, которая занимается ровно тем, что она бесконечно, по 8 часов в день 7 дней в неделю разбирает тонны писем от избирателей этого сенатора, поступающих этому сенатору. Люди обращаются к нему по каждому поводу и требуют его реакции.

И вот они собирают, сортируют эти письма, читают, делают какие-то пометки, пытаются подготовить ответ, разобраться в этой проблеме, проконсультировать своего сенатора, как правильно содержательно ответить на то или иное письмо. Так это происходит, собственно, по всему миру.

Это не так происходит в России. А почему это не так происходит в России, и почему бы не начать этому происходить? Почему бы этим людям не начать чувствовать, что мы знаем о том, чем они собираются там заниматься. Помните, как в том анекдоте: «Мамка-то твоя знает, что ты тут делаешь?» — говорила одна бабушка, выходя из кабинета гинеколога. Но тут уже серьёзно, без анекдота, про политику спросить у каждого из них: «Мамка-то твоя знает, чем ты занимаешься? Мамка-то твоя знает, что ты тут затеял, за что ты собираешься голосовать?»

Я думаю, мы вполне можем это делать так, как это сделал Александр Филиппенко, организовав кампанию персонального давления, своего собственного давления на конкретного международного чиновника и выиграл. Ну, О’кей, чиновник никогда в этом не признается. Он и вам никогда не признается, этот депутат, что он прочёл ваше письмо, и что-то в голове у него щёлкнуло, изменилось после того, как он его прочёл.

Но у нас в руках есть коммуникационные инструменты довольно серьёзные. У нас есть социальные сети. У нас есть видеохостинги. Мы можем говорить, мы можем формулировать, мы можем снимать видео, мы можем записывать аудио, мы можем бесконечно это всё раскладывать. Мы можем бесконечно отвлекать людей от государственной пропаганды, выводить их из-под этого влияния, если мы считаем, что эти законы, о которых я сейчас говорил, не должны быть приняты. А я лично убеждён, что они приняты быть не должны. Я лично убеждён, что каждый из этих законов несёт нам вред и зло.

Елена Ли пишет мне в чате YouTube: «Насчёт обращения граждан к депутатам. Люди пишут и обычным чиновникам и депутатам. Насчёт депутатов на сайте Государственной думы есть приёмная, там отслеживают статус сообщений»…

Мало, значит. Все написали, кто что-то думает по поводу этого закона? Все высказались, у кого есть какие-то мысли по этому поводу?

Некто Диггер пишет мне здесь в СМСке: «Зато победило «Умное голосование» и «ЯБЛОКО» супротив нас ничего не смогло. Ну, лузеры и спойлеры, представляете, какой был бы ужас, если 25 лет назад объединились вокруг его программы…».

Не важно, не имеет значения. Мы обсуждали это с вами уже много раз. Совершенно не важно, будет ли этот человек приписан к «ЯБЛОКУ», к груше, к винограду или персику или нет. Задача заключается в том, чтобы ввести в политику новых людей, много. При любых возможностях. Большая часть из них стухнет, сгниёт, предаст, сбежит, позволит себя перекупить, испугается, бросит. Но кто-то останется. И это единственная возможность затолкать в политику какое-то количество людей, к которым мы относимся серьёзно.

Вот несколько дней тому назад на «Мемориал», который я уже упоминал сегодня, попытались набежать залупинцы. Знаете, есть такой писатель Прохор Залупин, известный деревенщик. Вот есть армия его залупинцев, которых он время от времени натравливает… Ну, ничего же не получилось с SERB, с НОД — всё это как-то не взлетело и сдохло. Теперь они эту армию залупинцев пытаются организовать. Кстати, прекрасный русский язык. Слово «залупинец», которое я недавно обнаружил в словаре синонимов, означает на русском языке «провокатор». Проверьте сами. Я и не знал, что такое слово есть. Прекрасное, выразительное, по-моему, очень уместное слово.

Вот этих самых залупинцев приглашают теперь, созывают, чтобы организовать какую-нибудь провокацию в аэропорту. Ну, посмотрим, на что они отважатся. Обычно они работают только при поддержке полиции. С собаками, с автозаками если их подпирают сзади, тогда да, они готовы.

Так вот, что я о них вспомнил-то, про залупинцев, гвардию Прохора Залупина? Вспомнил потому, что они пытались атаковать «Мемориал», и важную роль в этом сыграло несколько муниципальных депутатов, людей, который были втолкнуты в политику два года тому назад, когда, собственно, произошли эти выборы и несколько сот человек новых — человек 200 с лишним — попали в политику. Большая часть из них стухла и сдохла в политическом смысле. А кто-то остался, и это люди, на которых мы можем рассчитывать, и большое им за это спасибо. Вот за этим, чтобы это происходило и дальше, приезжает Навальный, а что будет дальше с Навальным — отравят, убьют, воткнут отвертку в ухо, заморозят, ещё что-нибудь такое — это всё зависит от того, как вы к этому отнесётесь, и насколько вы будете считать это вашим делом.

Это была программа «Суть событий». Я Сергей Пархоменко. Всего вам хорошего!






ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Прохор Залупин и залупинцы! Браво, Сергей Борисович! Лучше не скажешь!
________________________________________

Есть ещё прилипалы— войско Захара Прилепина, в девичестве Евгения.
________________________________________

А что эти дополнительные исследования изменят в России? Власть уже давно положила с прибором на весь компромат против неё. Ядерный электорат будет продолжать смотреть соловьёвых и скабеевых, наслаждаясь, что нас, чем дальше, тем больше боится весь цивилизованный мир. А ближайшее окружение превращается в цивилизованных быстрее, чем мы. И всё. Кто читал доклад М.Е. Салье, тот и так всё знает, а кто не читал, тот продолжит по точному определению Шендеровича разжижать свои мозги.
________________________________________

Интересно, а Алексей успел привиться? Его организм ослаблен покушением В.В.Путина. Распылить вирус легко, а заболеть по прилёту — что может быть естественней?
________________________________________

Давно не читал такого вдохновенного и правильного текста! Если бы Алексей оставался расследователем и блогером, то мог бы остаться в Германии. Но он ПОЛИТИК. Многим из нас будет стыдно перед собой, детьми и семьёй Навальных. Совершающееся напоминает мне Тайную вечерю Да Винчи, именно в сегодняшнем её состоянии с акварельными вставками. Для дураков — Навальный, как и Христос, в канонизации не нуждается!
________________________________________

Экс генерал-лейтенант СВР, 12 лет контактировавший с нынешним «бункерным» по роду службы, и которого (и даже его сына) также пытались отравить сообщил, см.:
https://t.co/eKWmV2khMC?amp=1:

1. Со своими коллегами, понимающими, что нынешняя власть преступна, они готовят материалы для адекватных судов с целью привлечения к уголовной ответственности бункерного и его окружения.

2. По указанию бункерного было убито не менее полутора сотен человек (они готовы эти сведения предоставить и частично уже предоставили). Использование ядов — в преобладающем числе.

3. Никакого раскола в ближнем окружении бункерного нет, все они «повязаны кровью», причастны к взрывам домов и... «не только».

4. Бункерный болен, думает о «транзите», однако надеется на излечение.

5. Помимо ЦАР есть не менее 4 «бункеров», где хранятся украденные у народа РФ «КУБОМЕТРЫ» купюр, также золото, платина.

6. Представили данные по отравлению А. Навального, убийству Б. Немцова (связанного с полученной им информацией о спецоперации бункерного по изготовлению многомиллиардных фальшивых евро).

7. По имеющимся сведениям, бункерный дал распоряжение арестовать А. Навального по прилёту в Москву и «осудить его на длительный срок».

8. Готовы помогать А. Навальному по привлечению к адекватной ответственности нынешней преступной власти. Однако методы А. Навального считают неэффективными, ибо бункерный НЕАДЕКВАТЕН (ныне полностью отвязан), руководствуется рекомендациями «дремучих шаманов» (пенсионная реформа из этой обоймы!).
________________________________________

Слушайте, а вы не боитесь? Ведь упырь сдохнет, рано или поздно. Его подельники пойдут под суд, настоящий суд. А вы что будете делать? Ваши персоналии уже лежат в папочке, которую продадут за свободу. Ну и как вы будете детям объяснять, что погибли за гнусность.
________________________________________

Подвиг Навального мы можем поддержать морально и финансово. Деньги ему сейчас нужны, как никогда.
________________________________________

Согласна: ранее Навальный блестяще доказывал, рассказывал, показывал схемы процветания коррупции в Путинской России. Но это давно общеизвестный факт для мировой общественности. И вот, гениальное доказательство! Не просто привидение фактов, а именно неопровержимое доказательство проведения политических убийств в России, совершаемых по приказу Путина кадровыми работниками главной силовой структуры — ФСБ.
________________________________________

Дать бы Вам, Сергей, аудиторию ТВ. Вы бы быстро привели в чувство наших аполитичных соотечественников.
________________________________________

Какие сильные слова сказал сегодня Сергей Пархоменко! Какую правду про нас.
________________________________________

Сергей Борисович, эфир Вы провели прекрасно! Спасибо!
________________________________________

Убийство Собчак произошло после того, как он выдвинулся на должность президента. Тень Путина витает за его спиной…
________________________________________

Интересно, а можно назвать некие структуры режима серийными убийцами? А некий персонал госаппарата серийными казнокрадами? Хороший и грустный эфир. Спасибо.
________________________________________

Пойду переваривать. Сильный выпуск!
________________________________________

Очень сильный эфир, спасибо. Очень переживаем за Россию, Беларусь и всех людей этих дорогих нам стран.
________________________________________

Каждое слово Сергея Пархоменко безупречно! Большой мастер!
________________________________________

Сергей, спасибо за выпуск! Очень правильно сформулировано!
________________________________________

Алексей с соратниками — единственные, кто реально в стране борется против режима Путина. А вообще я был на всех встречах, когда Алексей приезжал, и регулярно читаю его выступления. Я не вижу ничего негативного в его работе. Совершенно точно, что он самый смелый, мужественный человек в стране!
________________________________________

Если звание "ИНОАГЕНТА" облегчит получение ИНОГРАЖДАНСТВА, возникнет ОЧЕРЕДЬ!
________________________________________

Это не государство. Это территория, на которой проживает племя несчастных людей.
________________________________________

Редкий случай, когда применяют запрещённый боевой яд против оппозиционера. Редкий случай, когда он выживает. Редкий случай, когда сам находит своих убийц. И совсем редкий случай, когда убийцы обнаглевают настолько, что пытаются свою жертву посадить в тюрьму! Это всё, что надо знать о криминальном свинарнике, как ЖАЛКОЙ пародии на государствушко!..
________________________________________

Сергей, молодец! Умница! Как всегда, неожиданно, аргументировано, классно! Полностью Вас поддерживаю.
________________________________________

Сергей Пархоменко всегда находит очень точные формулировки при описании сути происходящего. Но последние его эфиры производят особенно яркое впечатление. Браво!
________________________________________

Насчёт смерти Собчака мне и в голову не приходило, что это могло быть убийством. И они с Путиным были в хороших отношениях.
________________________________________

Этот Прохор Залупин ещё и Театром МХАТ руководит, вытеснив оттуда Т. Доронину.
________________________________________

Вместе с тем, так всё печально и почти безнадёжно (с точки зрения сегодняшнего дня), что слёзы наворачиваются от одиночества разума в бескрайней России.
________________________________________

Убийство Собчака было очень успешной операцией. Все поверили в инфаркт. Ксюша Собчак будет рада узнать правду…
________________________________________


ИСТОЧНИК

ИСТОЧНИК

Сергей ПАРХОМЕНКО

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие новости  другие новости   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Беспредел (0) > Преступления (0)
  • Власть (0) > Беспредел (0) > Противозаконные преследования (0)
  • Власть (0) > Беспредел (0) > Террор (0)
  • Власть (0) > Беспредел (0) > ФСБ (0)
  • Власть (0) > Бюрократизация (0)
  • Власть (0) > Грабёж (0)
  • Власть (0) > Манипуляции (0)
  • Власть (0) > Путин (0)
  • Власть (0) > Цензура (0)
  • Нравственность (0)
  • Общество (0) > Криминал (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 26.02.2021 - ЧТОБЫ НЕ БЫЛО ЛЖИ
  • 25.02.2021 - КАК НАМ ВЫЙТИ ИЗ САМОДЕРЖАВИЯ БЕЗ КРОВИ
  • 25.02.2021 - ОЖИВШИЙ ОРУЭЛЛ
  • 25.02.2021 - НЕ ПОХИЩЕНИЕ ЕВРОПЫ, А САМОЛИКВИДАЦИЯ!
  • 24.02.2021 - РЕШЕНИЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО ПОЛИТКОМИТЕТА ПАРТИИ «ЯБЛОКО»
  • 24.02.2021 - РАЗЛОЖЕНИЕ ГОСУДАРСТВА
  • 24.02.2021 - ВАШИ ВЕЩИ ДОЛЖНЫ ВАМ ПОВИНОВАТЬСЯ
  • 23.02.2021 - НА ЛУБЯНСКОЙ ПЛОЩАДИ
  • 23.02.2021 - ДИАЛОГ ПУТИНА С ЗАПАДОМ
  • 23.02.2021 - ПОЧЕМУ ПУТИН БОЯЛСЯ НЕМЦОВА
  • 22.02.2021 - ПАНИКА ПЕРЕД ВЫБОРАМИ
  • 22.02.2021 - ПРИГОВОР АНАСТАСИИ ШЕВЧЕНКО
  • 22.02.2021 - ЧТО ТАКОЕ НЕЖЕЛАТЕЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ
  • 21.02.2021 - КАК НАМ ПОБЕДИТЬ ПУТИНА
  • 21.02.2021 - УДАР ПО РОССИЙСКОМУ КОЛЛЕКТИВНОМУ БЕССОЗНАТЕЛЬНОМУ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru