"ЯБЛОКО" : Волгоградская область. :: Новости :: СТАЛИНИЗМ БЕЗ ФАВОРИТОВ :: Версия для печати :: Официальный сайт регионального отделения партии

Адрес сервера: http://volgograd.yabloko.ru/index.phtml
Адрес страницы: http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6368


[15.06.2018]

СТАЛИНИЗМ БЕЗ ФАВОРИТОВ

Владимир ПАСТУХОВ: политолог, научный сотрудник University College of London


Владимир ПАСТУХОВ:


Как теперь показала жизнь последних 1,5 лет, власть пытается перестроиться. Она пытается ввести «сталинизм без сталинизма». То есть, с одной стороны, она продолжает быть абсолютно лояльной к фаворитам. Но при этом власть хочет быть беспощадной к, назовём её, бытовой коррупции. Понимаете, такого не бывает…


В. Варфоломеев ― Добрый день! У микрофона Владимир Варфоломеев и Анна Трефилова. Наш сегодняшний собеседник — доктор политических наук Владимир Пастухов. После трагедии в Кемерове люди идут на митинг, но получают ярлык «бузотёров» и «майданщиков». Верят не телевизору, а почему-то соцсетям. Да ещё и свечи порой зажигают на неофициально открытых мемориалах. Можно ли говорить, что курсы власти и людей вдруг начали расходиться?

В. Пастухов ― Думаю, что нет. Я не стал бы переоценивать политическое значение этих событий. Потому что для России характерно такое явление как раздвоение политического и социального сознания. Люди сегодня готовы к социальному и человеческому протесту против несправедливости и зла. Но не думаю, что они готовы делать далеко идущие политические выводы. Другой вопрос, что рано или поздно какая-то искра проскочит и эти два сознания замкнутся в одно. Необязательно это произойдёт скоро, и необязательно эта искра проскочит именно от пожара в Кемерово.

В. Варфоломеев ― А почему вы считаете, что они сейчас не готовы? Они не задумываются над этим? Или знают про перспективы политического протеста, но считают их для себя опасными, неинтересными? В чём дело?

В. Пастухов ― Знаете, это глубже, чем они не задумываются или считают опасным. Если человек считает что-то для себя опасным и не участвует по этой причине, то он уже задумывается. А если человек не задумывается вообще, то он не пойдёт и на этот митинг. Поэтому причина в чем-то третьем.

У нас как бы отдельно существуют отношение к власти, которая является чем-то сакральным, к власти высшей — и восприятие повседневной реальности и власти низшей. Это не сегодня сложилось, и не в посткоммунистическую, и даже не в коммунистическую эпоху. Требуется какое-то особое событие, чтобы эти два пласта сознания сошлись.

Сегодня мы в Кемерово, в Волоколамске, во многих других местах видим бунтующее «путинское большинство». Но оно не понимает, что оно бунтует против системы. Оно пока не проводит пунктирную связь между системой и конкретными проявлениями общего беспорядка, который безусловно является следствием правового произвола. Понимаете, оно это не замкнуло!

А. Трефилова ― Владимир Борисович, а что в этой истории с Кемерово для вас было неожиданным? Что вас удивило больше: поведение власти, поведение людей, поведение соцсетей?

В. Пастухов ― Для меня самым неожиданным было обращение Пучкова к Путину. Меня это так резануло: «товарищ президент». В этом «товарищ президент» было столько всего объясняющего, что всё остальное уже не потребовалось. Я увидел людей, которые по-своему, для себя, внутри желают на самом-то деле, чтобы Россия была процветающей страной, чтобы всё было прекрасно, чтобы люди были счастливы. Никто России зла не желает.

Я хочу сказать, что эти люди работают и вкалывают по 24 часа в сутки — этого тоже не надо отрицать. Просто счастье для русского народа они видят как-то по-особенному. И вот особенность эта состоит в том, что они отстали приблизительно лет на 50. То есть я увидел кучку бесконечно отставших в истории людей, которые очень плохо представляют, в каком мире они сегодня живут.

А. Трефилова ― А в какой степени всё-таки, на ваш взгляд, власть несёт ответственность за то, что произошло? Ведь эта кучка людей при этой власти — она здесь выращена.

В. Пастухов ― А здесь есть два аспекта. Один очень хорошо у вас же осветил Дмитрий Быков. Мне бессмысленно повторяться, потому что естественно, что никакой прямой ответственности за случившееся власть не несёт, и разговор в духе «Путин виноват конкретно в том, что какой-то идиот что-то не сделал в кемеровском торговом центре» — это примитивный разговор. Так же, как «Путин несёт прямую ответственность за проявление бардака в тысяче других мест».

Точно так же подобного рода трагедия на самом деле могла случиться и случается в любой точке мира. Уверяю вас: люди, которые отремонтировали по дешёвке дом около того места в Лондоне, где я живу, сэкономив на материалах, на тендере, ничуть не лучше тех людей, которые строили в Кемерово по той же дешёвке торговый центр.

Но есть одна принципиальная для меня зона, где власть несёт за всё это ответственность. Власть задаёт стандарт поведения, задаёт матрицу, в которой живёт вся страна. Именно высшая власть. И особенность этой матрицы состоит в том, что она пытается создать «9-е чудо света» — правопорядок по-русски: когда небольшой группе лиц можно всё и можно нарушать любой закон, а все остальные должны жить строго по закону.

То есть, условно говоря, для меня, к сожалению, несовместимы две ситуации: когда Игорь Иванович Сечин может наплевать на 4 или 5 вызовов в суд, и это сходит ему с рук, но при этом начальник пожарной инспекции в городе Кемерово должен строго соблюдать все СНиПы. Тут одно из двух: либо они оба будут соблюдать закон, либо власть никогда не сможет призвать ни одного начальника инспекции соблюдать этот закон.

В. Варфоломеев ― Владимир Борисович, но мне кажется, что упомянутый вами пожарный инспектор с точки зрения многих людей принадлежит к той же самой касте, что и Игорь Иванович Сечин. Разве не так? И что они вроде бы оба должны быть защищены, что они вроде бы оба над нами.

В. Пастухов ― Да, это замечательная иллюзия, в которой живёт (до последнего момента жил, по крайней мере) каждый пожарный инспектор в стране. Благодаря которой конкурс в налоговые, пожарные, полицейские и прочие учебные заведения превосходили конкурсы в медицинские, театральные и другие институты.

Как теперь показала жизнь последних 1,5 лет, это не совсем так. Потому что власть пытается перестроиться. Она пытается ввести «сталинизм без сталинизма». То есть, с одной стороны, она продолжает быть абсолютно лояльной к фаворитам, назовем это так. Фаворитизм — явление довольно интересное, которое, в принципе, было уничтожено в России Николаем I. Но при этом власть хочет быть беспощадной к, назовём её, бытовой коррупции. Понимаете, такого не бывает.

Либо они действительно станут одной группой, и тогда рано или поздно мы увидим фаворитов — не буду их сейчас называть по именам, они и так понятны — в том же положении, в котором все пожарные инспектора.

Либо пожарные инспектора будут постоянно судимы, но будут снова совершать преступления. Одного будут ловить — 20 будут снова поджигать (косвенно, не прямо, конечно). Поэтому, с моей точки зрения, это основное противоречие существующей государственно-правовой системы. Фаворитизм есть зло.

В. Варфоломеев ― А вот к вопросу о задаваемой модели поведения. О чём говорит нежелание президента Путина после трагедии в Кемерове, например, расстаться с губернатором Аманом Тулеевым?

В. Пастухов ― Девиз этой власти — «Мы круты как никто другой». Есть, наверное, идеологический стержень у любой власти, есть политический стержень у любой власти, и должен обязательно быть психологический стержень у любой власти. Таким образом, психологическим стержнем нашей власти, начиная с так называемой «русской весны» января 2014 года, является то, что мы не гнёмся, только ломаемся. Поэтому ключевой алгоритм поведения Путина в кризисной ситуации состоит в том, что он никогда прямо и непосредственно не совершает то, что напрашивается из обстоятельств. Потому что он не поддаётся обстоятельствам.

В. Варфоломеев ― Владимир Борисович, почему эта история с кризисом в Кемерово показала, что люди, которые на протяжении последних лет буквально привязаны к телевизорам, как выяснилось, в значительной степени верят просто откровенным слухам, которые появляются в интернете, в социальных сетях, в мессенджерах? Как же так?

В. Пастухов ― Я не вижу в этом абсолютно ничего удивительного, потому что двоемыслие, как я сказал — это одна из системообразующих черт русского менталитета. И дай Бог, чтобы она возникла исключительно из советских времён. Люди привязаны к телевизору не потому, что они ему верят, уверяю вас. Люди привязаны к телевизору, потому что существует алгоритм лояльного поведения, который выкован веками приспособляемости. Условно говоря, крепостничество — это такая печать на нашем менталитете и психологии, которую ещё очень долго не удастся вытравить никакой кислотой.

Поэтому люди смотрят телевизор не потому, что они ему верят. Люди смотрят телевизор, чтобы не думать и чтобы в своей собственной душе погасить любые ростки сомнений. Это проявление лояльности — так спокойней жить. А в кризисной ситуации подсознание-то не отключишь! Это мозги можно отключить. Подсознание, страхи, инстинкты — их отключить невозможно. Когда случается кризисная ситуация, всё это лояльное подсознание срабатывает: крыша, как известно, съезжает в сторону, и включаются инстинкты. А инстинкты говорят, что надо искать информацию в другом месте. А поскольку человек совершенно неприспособлен, не приучен, иррационален по своей природе — этому же тоже надо учиться — то он в панике ловит всё что угодно. Это то, что здесь в медицине называется panic attack, а у нас, по-моему, называется просто истерика.

А. Трефилова ― Я хотела бы попросить вас — извините, ради Бога — вернуться на один вопрос назад: по поводу «Путин не поддался». Почему такое отношение к нам как к террористам? Как будто мы требуем того же, что и террористы. Ведь обычно не поддаются на требования террористов.

В. Пастухов ― Особенность сегодняшнего момента состоит в том, что Путин, с моей точки зрения, навсегда войдёт в русскую историю, потому что он создал эпоху, и я в последнюю очередь склонен к огульной его критике. Всему своё время: было и время, и место, и причины появления Путина в русской истории. Было время, когда он что-то там утрамбовал, создал некую свою площадку. Но наступил момент, когда он оказался лишён одного очень важного качества — критического сознания.

Критическое сознание и умение посмотреть на себя со стороны, под другим углом зрения важно для любого человека в любой ситуации. Но для человека, находящегося на высшем посту, это вопрос жизни и смерти — но, к сожалению, не его, а той страны, на высшем посту в которой он оказался.

К сожалению, на сегодняшний момент — это моё предположение или оценочное суждение — у нас возникла проблема с критическим мышлением, с критическим восприятием себя. С возможностью допустить, что существует какая-либо другая точка зрения кроме той, которая сложилась у него таким трансцендентным путём из чтения тех ограниченных материалов, которые поступают к нему. Вы прекрасно понимаете, что у него есть несколько секунд, чтобы сосредоточиться на какой-либо одной проблеме, при его ежедневном графике. Я должен сказать, что у нас не один Путин такой в стране. Даже среди его оппонентов мы тоже можем найти много людей, которые страдают тем же недостатком.

Так что я думаю, что это не потому, что к нам относятся как к террористам, а потому, что к нам не относятся как к заслуживающим доверия источникам альтернативного мнения.

В. Варфоломеев ― Раз уж мы заговорили о Путине, вы в последние дни и недели написали в разных изданиях несколько статей — всё-таки хочется понять, куда новый президент России поведёт страну, каким будет его курс?

В. Пастухов ― Знаете, когда-то Карл Маркс написал, что мы все обладаем иллюзией того, что мы обладаем некой свободой воли. В действительности, уже появившись на этот свет, мы ограничены всей нашей предысторией: семьей, в которой мы родились; действиями, которые были нами раньше совершены; социальным слоем, к которому мы принадлежим…

Понимаете, нет сегодня никакой свободы воли у Владимира Путина взять и сказать: «Что-то мне надоел мой старый курс, начну-ка я проводить совершенно новый курс». К сожалению, он будет действовать в том коридоре возможностей, который задан всеми предшествующими 25 годами 4-й русской революции.

В. Варфоломеев ― Подождите, но ведь всё могут короли! И он всё может.

В. Пастухов ― Он ничего не может! Понимаете, короля играет свита. Вы знаете, Путин как раз пришёл к власти с какими-то революционными идеями и желаниями. Сейчас об этом мало кто помнит, но был же 2000 год, и была поддержка. Поддержка, между прочим, со стороны многих тех, кто сейчас находится в самом крайнем углу оппозиции к нему. Была административная реформа, и попытка уничтожить министерства, много разных там разговоров. Я сейчас не говорю о том, что при всём том была одна раковая клетка, которую никто не заметил — слепое пятно на том месте, где должно быть правовое сознание. Из неё потом всё и развилось. Но были и другие идеи.

Дальше я, наверное, соглашусь с одним из моих друзей, который сказал, что в чем-то Путин сломал Россию, а в чём-то Россия подмяла Путина под себя. Обстоятельства подмяли его под себя, и он превратился в человека, который является просто наиболее полным воплощением интересов небольшого социального слоя, который оказался у власти в результате нескольких серий русской контрреволюции. Он является заложником этого слоя, и никакого другого курса, кроме того, который сегодня этому слою выгоден, он проводить не может. И пока в этом слое не созреет понимание того, что мы уже одной ногой падаем в пропасть, и они поймут, что надо что-то менять, иначе их детей будут распинать, ничего другого у них меняться не будет. Но уверяю вас, от этой точки мы ещё достаточно далеки.

В. Варфоломеев ― Владимир Борисович, можно ведь тогда говорить не о Путине, а о «коллективном Путине» или, как вы это называете, слое. Их-то устремления каковы, они чего хотят? Вот после некоторых выступлений господина Путина последнего месяца люди начали беспокоиться, не развяжет ли этот наш «слой» Третью мировую войну, да ещё и с ядерным оружием благодаря самым современным, невероятным прежде ракетам? Кто-то беспокоится о малом: не закроют ли нам границы, не отключат ли полностью интернет, останется ли еда? Вот какие вопросы-то.

В. Пастухов ― Правильно беспокоятся.

В. Варфоломеев ― Приятно слышать такие слова из Лондона: «Правильно беспокоитесь, дорогие россияне».

В. Пастухов ― Вы знаете, есть (по крайней мере, у меня) чёткое убеждение в том, что мир за последние 60 лет никогда не находился так близко к возможности угрозы глобальной войны, как сейчас. Этому способствует очень много факторов. Лишь часть из них связана с Россией.

Я назову некоторые из них. Во-первых, у власти в России оказался слой, который только при помощи насилия может удерживать тот уровень материального обеспечения и эксклюзивности, которого он достиг — то есть своей выключенности из работы любых правовых норм, законов и так далее. Этот слой допускает одну за другой ошибки, которые могут, в конечном счёте, привести к тому, что выход из этой ситуации без разбора полёта, без трибунала, без экспроприации этого нажитого имущества, без очередного «чёрного передела» собственности будет невозможен. В этой ситуации люди оказываются в положении, когда часть из них реально решит отстреливаться на лестнице. Потому что чем дальше ты заходишь, тем больше понимаешь, что больше тебе нечего терять.

Вторая причина состоит в том, что так сложилось, но через несколько ступеней стратегический блеф стал основой внешней политики России. То есть мы реально выстраиваем внешнюю политику на попытке играть из себя сумасшедших и реально угрожать миру тем, что мы вот такие любители играть в «русскую рулетку», что в конце концов мы крутанем этот барабан и в одном из них будет лежать какая-то новая термоядерная ракета.

В. Варфоломеев ― Владимир Борисович, уточните, пожалуйста: мы сумасшедшие или играем в сумасшедших?

В. Пастухов ― Мы играем в сумасшедших. Но, вы знаете, мы очень азартный народ — мы можем доиграться.

Наконец, третье — и на самом деле это волнует меня больше всего. В стране, которая по своим возможностям сегодня тысячекратно превосходит Россию, к сожалению, у власти оказался такой же понятийный по своей ментальности и азартный человек.

В. Варфоломеев ― Вы сейчас, извините, про Китай или про Америку?

В. Пастухов ― Я про Америку. При всём моём уважении к Китаю, там существует пока ещё не уничтоженная до конца система коллективного принятия решений. Во-вторых, военно-стратегические возможности Китая ещё требуют лет 50 для того, чтобы они могли себе позволить прямое военное соревнование с США. И главное, они никуда не торопятся. Понимаете, Китай так расположен и устроен, что ему скорее всё будет падать само. Торопиться не надо, как говорил один герой.

Я говорю, конечно, про Америку. Я должен сказать, что поведение администрации Трампа вызывает у меня гораздо большие опасения, чем поведение администрации Путина. Я неоднократно писал о том, что вижу в них реально родственные души. Если бы этим двум людям обстоятельства давали возможность договариваться так, как они бы хотели на самом деле, то они бы с удовольствием договорились. Но обстоятельства никогда им этого не дадут, потому что системы слишком разные. Но это авантюристы, игроки, люди, которые, спасая себя, будут совершать всё более и более резкие телодвижения. И оба они исповедуют вот эти два главных принципа: «не существует другого альтернативного мнения, кроме моего собственного» и «что бы ни происходило, показывай, что ты самый крутой».

В. Варфоломеев ― Владимир Борисович, когда Трамп и его союзники (здесь непонятно до конца, кто играет первую скрипку) ужесточают свои разного рода меры в отношении России, они скорее играют на руку Путину или всё-таки ослабляют его режим?

В. Пастухов ― Они играют в свою игру и они тоже двигаются в коридоре тех возможностей, которые Путин сам же им создаёт. Я уверяю вас, что, в принципе, настроение элитарных кругов на Западе было и остаётся в достаточной степени пропутинским.

Надо понимать, что Запад не существует как какое-то единое целое, где есть какое-то единое мнение. Есть пресс-релиз-мнение левых и либерально настроенных обозревателей, экспертов, академических слоёв, правозащитников. Оно, безусловно, традиционно демократическое, и поэтому оно не приемлет политики Кремля. Но есть мнение бизнес-кругов, есть мнение бюрократических кругов, есть мнение, скажем так, «новой правой» оппозиции, для которой Путин просто герой и идеал. По разным причинам. Кто-то просто хочет делать деньги — и таких большинство. Кто-то хочет просто в некоторой степени не заниматься проблемой, которая его не волнует. Кому-то Путин просто кажется идеалом, который он хотел бы видеть в своей стране.

В. Варфоломеев ― Мы готовы поделиться с ними. Тут кто-то из наших слушателей спрашивает, почему наш гость находится в Лондоне?

В. Пастухов― Вы знаете, наша планета очень большая, и люди живут в самых разных местах — некоторые даже в Антарктиде. Мне кажется, в этом нет ничего удивительного. Международную тему мы не оставляем!

А. Трефилова ― Я бы хотела, Владимир Борисович, у вас спросить, как вы считаете: тот дипломатический скандал, который сейчас разгорается — это что-то из ряда вон выходящее или такое закономерное продолжение идущих событий?

В. Пастухов ― Во-первых, с моей точки зрения, дипломатический скандал, который сейчас разгорается — это такая «перчатка любви и дружбы», которая подана Западом России. Потому что это самая лёгкая и самая безболезненная форма реакции на то, что произошло, которую можно было себе представить. Думаю, что скрытая от глаз общественности реакция со стороны правоохранительных органов, спецслужб и политических кругов Запада будет гораздо жёстче.

В общем и целом вы понимаете, наверное, что высылка дипломатов — это, во-первых, мера, которая малоэффективна, потому что она легко натыкается на встречную меру высылки такого же количества дипломатов, что позволяет России сохранять лицо и продолжать играть спектакль «Мы вам ответим тем же». Во-вторых, рано или поздно всё это потихоньку забывается, какие-то вещи восстанавливаются, и количество дипломатов в этих миссиях опять начинает расти. То есть с моей точки зрения пока это цветочки. Ягодок никто не видел. И пока это на самом деле не реакция на попытку убийства Скрипаля и его дочери.

В. Варфоломеев ― А что является настоящей реакцией?

В. Пастухов ― Настоящая реакция может последовать только тогда, когда будут представлены реальные доказательства того, что Россия причастна к этому преступлению. Давайте разделим эмоции и факты. На сегодняшний момент правительство Великобритании, которое, безусловно, обладает гораздо более широким набором видимых доказательств и фактов, сочло возможным и необходимым обнародовать только один из них — то, что, по мнению британских экспертов, яд, который был использован, относится к группе ядов, которые разрабатывались в России.

Само по себе это не может быть 100%-ным доказательством причастности России к этому преступлению, даже если мы берём это обстоятельство как соответствующее действительности. Ну, судя по публикациям «Новой газеты», Republic, РИА «Новости», думаю, что оно соответствует действительности.

Второе: в этой ситуации — как при катастрофе самолёта, надо всегда до последнего момента (пока какой-нибудь МАК не даст свою точку зрения) говорить: «Мы рассматриваем 3 версии: отказ систем, ошибка пилота и террористический акт». К сожалению, пока не будет закончено расследование, говорить о чём-то окончательно невозможно.

Юридически это так, но политически это не так, потому что оказалось, что сегодняшняя реакция Запада — это реакция не на преступление как таковое. Это реакция на реакцию России, понимаете? Это реакция на то неадекватное поведение, которое Кремль почему-то посчитал наиболее разумной формой ответа. Собственно говоря, это базарный крик.

В. Варфоломеев ― То, что принято сейчас называть троллингом.

В. Пастухов ― Базарный крик и троллинг Запада. Поэтому то, что вы видите — это пока не реакция. Реакция будет, когда Запад сочтёт возможным представить в уголовно-правовом стандарте добытые им доказательства. И уверяю вас: они будут, потому что шила в мешке вообще не утаишь, а шила в современном русском мешке утаить невозможно, потому что он весь состоит из дыр.

В. Варфоломеев ― А то, что Тереза Мэй намекнула, что может быть рассмотрен вопрос о запрете торгов российским госдолгом — вот этими бондами — на лондонских площадках? Это может оказаться серьёзным, настоящим ответом?

В. Пастухов ― Вы знаете, я не экономист. Я понимаю только одно: что нельзя недооценивать Россию как желанного поставщика дешёвых денег на западные рынки. Я думаю, что любая мера будет рассматриваться под углом её эффективности, целесообразности и тех последствий для западной экономики, которые она влечёт.

Конечно, и здесь бывает, что эмоции преобладают. Но думаю, что британцам свойственен многовековой имперский рационализм в принятии решений. Они будут взвешивать, в какой степени эти меры экономического давления не скажутся обратно на их экономике. С одной стороны, они ведь уже очень много ошибок допустили, когда в погоне за лёгкими деньгами действительно превратили свои финансовые рынки в такой гигантский «Ландромат». Сейчас они будут от этого медленно отползать.

В. Варфоломеев ― Да ваш Лондон выглядит сейчас просто как проходной двор какой-то: кого там только нет!

В. Пастухов ― Да вы знаете, одни знакомые лица!

В. Варфоломеев ― Давайте тогда вернёмся к российским проблемам. В самом начале вы упомянули, Владимир Борисович, о протестах, которые связаны с мусорными свалками в Подмосковье. Эти протесты, на ваш взгляд, останутся локальными и исключительно социальными или могут и получить какое-то другое качество, и масштаб станет иным?

В. Пастухов ― Понимаете, это двухмерная, а трёхмерная система. Сами по себе протесты, как крестьянские восстания, очень долгое время будут оставаться локальными. У меня нет возможности приехать и посмотреть, что там происходит. Да это и неприлично, знаете: у людей горе, а ты едешь с любопытством. Даже если бы я был в Москве, я бы никуда, конечно, не поехал. Но я изучаю отчёты прессы и понимаю, что в реальности сегодня они демонстративно, даже агрессивно аполитичны. Они больше всего боятся, что их заподозрят в политической нелояльности. То есть это будет «свалка не наша, но Крым всё равно наш». Это нормальное крестьянское восстание, для меня тут нет вообще ничего нового. Свою деревню от свалки освободили — а у соседей пусть лежит, пусть они там с ней сдохнут!..

Проблема в другом. Проблема в том, что они не решат свою проблему свалки, потому что они будут решать свою проблему несчастной волоколамской свалки, а проверять её законность будет Генеральная прокуратура. А сын генерального прокурора в конечном счёте оказывается одним из игроков на рынке вывоза мусора.

Понимаете, на этих конфликтах, собственно, выстроена вся существующая система, и в этом её суть. Поэтому они в этих своих локальных конфликтах упрутся лбом в стену. И, в конечном счёте, не сразу, не сейчас, не в этих конфликтах. Побившись лбом в стену, они начнут вдруг понимать, что хоть Крым и наш, но власть — не наша. Вот это будет. Но это требует времени.

В. Варфоломеев ― А как скоро это может произойти, как вы думаете?

В. Пастухов ― Знаете, есть вещь, которую я хочу сказать один раз и навсегда: особенность того этапа истории, в который вступила сегодня Россия, состоит в его принципиальной непредсказуемости. Если кто-то из моих коллег подойдёт к вам и скажет: «Я знаю, как будет», он либо лукавит, либо он азартный игрок. Потому что, конечно, и сломанные часы два раза в сутки показывают правильное время.

С моей точки зрения, предсказать развитие ситуации сегодня невозможно. Это всё равно, что предсказать, когда именно произойдёт возгорание бочки с эфиром. Может быть, 10 лет пройдёт, а может быть, завтра кто-то зажигалкой вспыхнет, и она взорвётся. Моё ощущение, что критическими для России будут приблизительно с 2025 по 2028 годы, если, условно говоря, возвращаясь к нашему первому пункту, Кремль не вляпается в большую войну. Вот война поведёт всё за собой.

В. Варфоломеев ― Владимир Борисович, а почему, например, в Волоколамском районе не сработало то правило — что власть не прогибается и не идёт на уступки? Посмотрите: а) согласились, что свалку надо ликвидировать б) отправили в отставку ненавистного людям главу районной администрации. Согласились, что нужно вводить режим чрезвычайной ситуации. То есть идут навстречу, поддаются!

В. Пастухов ― Три причины. Власть запаниковала — и у неё бывают моменты душевного неспокойствия. Второе: проблема оказалась сетевой. Протест в облаке: нет конкретного политического оппонента — непонятно, перед кем надо держать лицо. И, наконец, в-третьих: это же не высшая власть. Вы мне задавали вопрос, почему Путин не принял решения об отставке Тулеева…

В. Варфоломеев ― Да, действительно так.

В. Пастухов ― А здесь-то другие правила игры. Вспомните, что когда речь идёт о таком локальном конфликте, когда нужно любой ценой держать температуру по палате №6 ниже 36º, то и в Пикалево Путин тоже вёл себя иначе.

А. Трефилова ― Значит ли это, что и в Волоколамск должен приехать Путин, чтобы что-то решить?

В. Пастухов ― Опять, это ситуационно. Вы сейчас сказали, что Путин должен приехать в Волоколамск. Завтра какой-нибудь Фонд изучения общественного мнения (у них такие справочки есть — кстати, ваша радиостанция в числе одних из самых важных источников для этих реферативных справочек) на стол отдела внутренней политики справку, что в эфире «Эха Москвы» сказали, что Путин должен приехать — значит, гнут! Пройдёт внутренний анализ — скажут: «Нет, ехать нельзя!». Мы ведь живём не только внутри ситуации — мы её моделируем с вами, сами того не замечая.

В. Варфоломеев ― Владимир Борисович, вы нас сейчас побуждаете к тому, чтобы мы тут сейчас с Аней столько намоделировали всего, столько напредлагали Администрации Президента — они до конца года не разгребут.

В. Пастухов ― А вы знаете, это метод. Моя жена так ребёнка воспитывала: «Ни в коем случае не мой руки!» Ну, вот такой характер. Он говорит: «Почему?» — «Микробы умрут». Он говорит: «Нет, я помою». Поэтому, понимаете, к сожалению, мы сейчас живём в такой системе, когда вот вы смеётесь, а это самый действенный метод. Если вы хотите, чтобы какого-нибудь чиновника не снимали, создайте волну, что его не необходимо срочно снять, и этого требует сам Алексей Навальный. Он будет вечным.

В. Варфоломеев ― Наверное, так. Прошли выборы, но мы о них уже почти не вспоминаем. И совсем куда-то с горизонта пропали те семь выдающихся политических деятелей, которые выступали официальными оппонентами господина Путина на этих самых выборах. Между тем, в «Независимой газете» я прочитал, что рассматривается вариант их трудоустройства. В качестве, я так понимаю, благодарности за то, что они в этой кампании поучаствовали. Например, пишут, что Грудинина могут сделать министром сельского хозяйства. А для Ксении Собчак рассматриваются несколько вариантов: или губернаторство где-то, или почётный пост сенатора. Что делать с этими бывшими кандидатами в президенты? Надо ли им помогать, надо ли их возвращать каким-то образом в политическую сферу — или пусть себе там на пенсии в разных возрастах они где-то прозябают? Продолжают собирать кто деньги на корпоративах, кто деньги за клубнику.

В. Пастухов ― Явлинского не предлагали премьер-министром там, по слухам?

В. Варфоломеев ― Нет.

В. Пастухов ― Ну вот, тогда я спокоен.

А. Трефилова ― Я слышала, Матвиенко предлагали.

В. Варфоломеев ― Она не была кандидатом.

В. Пастухов ― Она вообще — я тут согласен со Станиславом Белковским — идеальный кандидат в будущие зиц-президенты, честно говоря. Я вообще удивлён, что Ксению Собчак выбрали в качестве такого спарринг-партнёра, а не её. Но видимо, Матвиенко всё-таки посчитала, что оставлять такое значимое место ради эксперимента не стоит.

Первое: это очень разные люди. У каждого из них была своя, абсолютно разная мотивация для участия в выборах. Безусловно, каждый из них мог в них поучаствовать только договорившись с Администрацией Президента. Но при этом цена договорённости каждого из них совершенно разная. Более того: я не склонен каждого из них огульно обвинять. Может быть, в идеальном мире, на идеальной планете, в идеальной жизни было бы конечно честно, прозрачно и бескомпромиссно, но в реальности мне всё равно было приятнее слышать то, что говорит в эфире Ксения Собчак, чем, условно говоря, слушать кого-то другого. При всём моём трезвом отношении политического циника к происходящим процессам.

В. Варфоломеев ― Вы бы хотели, чтобы эти люди остались в политике?

В. Пастухов ― Для начала, чтобы там остаться, надо туда прийти. Они не были в политике — они участвовали в некотором большом шоу. Чтобы выйти из комнаты, в неё надо сначала войти. Но это путь в никуда. Мы имеем сейчас дело с манипулятивной политикой, где некие люди согласились поучаствовать в некой игре, имея каждый свои виды: кто финансовые, кто просто, чтобы о нём не забыли, кто внутрипартийные, кто перспективные. Вести их всех под одну гребёнку невозможно. Каждый из них будет иметь свою судьбу: одна у Грудинина, другая у Собчак, третья у Сергея Бабурина и четвёртая у Титова.

Не думаю, что, например, Собчак устроит должность сенатора. Это скорее такой троллинг её, чем реальность. В то время как Грудинина должность министра сельского хозяйства вполне бы устроила, но её ему не дадут.

В. Варфоломеев ― Она занята, причём весьма авторитетным и уважаемым человеком. Но я хотел бы на самом деле под занавес сказать что-нибудь про Дмитрия Пескова, который высказался по поводу харрасмента. Есть разные явления. Необязательно что-то осуждать. Но когда ты что-то мерзкое поддерживаешь, это выглядит не очень красиво. Он сравнил американских женщин — жертв харрасмента — с проститутками, а российских журналисток, которые обвинили Слуцкого, сравнил с американскими. Вот такая цепочка выстраивается. Чего это он так?

В. Пастухов ― Вы знаете, меня в целом это выступление шокировало, конечно. Но, наверное, в этом больше всего того, что сегодня является самым страшным в России. Вовсе не зажим демократии — нам ещё до демократии 100 лет расти. Вовсе не коррупция — она везде есть. Вы знаете, в России вдруг на фоне всех этих извинений выросли две непристойности: обскурантизм и жлобство. И вот это — не политика, но, к сожалению, отвратительное следствие политических изменений. И вот с этим я не знаю что делать.

Когда Песков занимается политическим манипулированием — я понимаю, это его работа. А когда он проявляет такое откровенное жлобство и элементарную неосведомлённость в вещах, о которых говорит — это противно. И это, к сожалению, по всей стране, и не только в Кремле.

В. Варфоломеев ― Спасибо вам большое за эти оценки! Были рады сегодня пообщаться с далёким городом Лондоном. Нашим собеседником был доктор политических наук Владимир Пастухов. Это программа «Персонально ваш», с вами были Владимир Варфоломеев и Анна Трефилова. Счастливо!



ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Всю жизнь у нас Народ и Партия были Едины, но всему приходит конец, и только Партия становится Единой, а остальные превратились в Электорат.
________________________________________

Браво!
________________________________________

Вот тут дяденька прав. Путин точно не гнётся, Путин только ломается, полупьяная, кокетливая…
________________________________________

Это свойство всех дураков — не гнуться. Для того чтобы быть гибким, надо быть умным, для того, чтобы понимать — когда, где, зачем, до какой степени. Дурак на такое разнообразие просто не способен — нечем ему думать.
________________________________________

Приятно слушать умного человека! Властям хорошо бы прислушаться.
________________________________________

Самый умный и стОящий аналитик!
________________________________________

Весь покрытый плесенью
Абсолютно весь
Остров Рукожопия
На планете есть.
Остров Рукожопия
На планете есть,
Весь покрытый плесенью,
Абсолютно весь.

Там живут ущербные
Люди-дикари
От природы нервные
Без мозгов внутри.
От природы нервные
Без мозгов внутри.
Там живут ущербные
Люди-дикари.

Что б они не сделали
Результат — го.но.
Видно через задницу
Племя рождено.
Видно через задницу
Племя рождено.
Чтоб они не сделали
Результат — го.но.

Самолёты топятся,
Корабли горят,
Спутники из космоса
Камнем вниз летят.
Спутники из космоса
Камнем вниз летят.
Самолёты топятся,
Корабли горят.

Были б не халявщики
И могли бы жить.
Им бы зомбоящики
Взять и отключить.
Им бы зомбоящики
Взять — и отключить.
Были б не халявщики
И могли бы жить.

Но поскольку плавает
В голове го.но
Племя фейки хавает,
Пробивая дно.
Племя фейки хавает,
Пробивая дно.
Потому что плавает
В голове го.но. (с)
________________________________________

Я абсолютно убеждён, что кемеровская трагедия послужит оправданием со стороны власти очень жёстко расправиться с теми, кто берёт и теми, кто даёт. Ситуация в Кемерово — это диагноз для всей России. Взятки, взятки и ещё раз взятки.

Дагестан здесь на первом месте. Никакого государственного мышления у них там нет, как нет и у владельцев в Кемерово. На первом месте жадность. Владельцев, захватчиков прикаспийска спасает то, что рядом море — подарок создаёт иллюзию, что икра будет всегда. А Кемеровских владельцев спасают чиновники. Поймёт ли Путин, что это главнейшая проблема? Это покажет Дагестан — у них взятка в крови.
________________________________________

Кампанейщина — у нас обычное дело. Но на место уволенного и посаженного взяточника придёт новый, такой же. Система власти устроена так, что создаёт коррупцию. Пока она не будет изменена, всё останется по-прежнему, сколько не сажай взяточников и стрелочников. Вон в Китае — аж расстреливают коррупционеров, а они, как у Стругацких, гибнут тысячами, но возрождаются десятками тысяч.
________________________________________

"Обскурантизм и жлобство" — абсолютно точно сказано! Всё же прав Володин, что Россия — это Путин. Население культивирует в себе эти качества правителя.
________________________________________



ИСТОЧНИК

Владимир Варфоломеев, Анна Трефилова

Ссылки по теме:

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Бюрократизация
    http://volgograd.yabloko.ru/themes/index.phtml?id=22
  • Власть (0) > Грабёж
    http://volgograd.yabloko.ru/themes/index.phtml?id=23
  • Власть (0) > Коррупция
    http://volgograd.yabloko.ru/themes/index.phtml?id=123
  • Власть (0) > Манипуляции
    http://volgograd.yabloko.ru/themes/index.phtml?id=24
  • Власть (0) > Показуха
    http://volgograd.yabloko.ru/themes/index.phtml?id=29
  • Власть (0) > Путин
    http://volgograd.yabloko.ru/themes/index.phtml?id=32
  • Власть (0) > Стратегии и Прогнозы
    http://volgograd.yabloko.ru/themes/index.phtml?id=37
  • Интересное
    http://volgograd.yabloko.ru/themes/index.phtml?id=7
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 21.10.2018 - ВСТРЕЧАЙТЕ ТАТЬЯНУ ЛАЗАРЕВУ
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6643
  • 21.10.2018 - АЛЛАХ АКБАР, РОССИЯНЕ
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6644
  • 21.10.2018 - ПРОЕКТ ПУТИНА
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6645
  • 20.10.2018 - ПОВЕСТЬ О НАСТОЯЩЕЙ ПРОСТИТУТКЕ
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6638
  • 20.10.2018 - ОТВЕТ ГЕНЕРАЛУ ЗОЛОТОВУ
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6641
  • 19.10.2018 - НАСЛЕДНИКИ ПАЛАЧЕЙ
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6642
  • 19.10.2018 - ДЕМОДЕРНИЗАЦИЯ И ИСТЕРИЧНОЕ УПРАВЛЕНИЕ
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6639
  • 18.10.2018 - РЕНОВАЦИЯ И КОРРУПЦИЯ
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6640
  • 18.10.2018 - ЧЕКИЗМ ВМЕСТО КОММУНИЗМА
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6637
  • 17.10.2018 - ПРОВАЛ РАЗВЕДКИ РФ
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6635
  • 16.10.2018 - ОГРАБИЛИ НА РУБЛЬ — ВЕРНУЛИ СЕМЬ КОПЕЕК…
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6632
  • 16.10.2018 - ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ПОЛИТИКА РФ
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6633
  • 15.10.2018 - РОССИЯ БЛОКИРУЕТ ВВОД МИРОТВОРЦЕВ НА ДОНБАСС
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6631
  • 14.10.2018 - ТАК ПОЛУЧИЛОСЬ, МЫ НЕ ХОТЕЛИ?
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6628
  • 14.10.2018 - ВИРУАЛЬНОЕ ИНТЕРВЬЮ
    http://volgograd.yabloko.ru/news/index.phtml?id=6627