Олег КАШИН: русский политический журналист, публицист, обозреватель и писатель, ведущий программы «Кашин.Гуру» на телеканале «Дождь» и авторской колонки в издании Republic
ТЕКСТ, ВИДЕО, КОММЕНТАРИИ
Олег КАШИН:
Я думаю, эти люди, очевидно, хотят богато жить, обогащаться, как они делают каждый на своём участке, и от идеологии любой далеки. Но сама стихия историческая их несёт туда, чтобы быть душителями, быть соответственно врагами просвещения.
Действительно, это драма власти. То есть я смотрю на российских сенаторов, каждый из которых был кто депутатом, кто министром, кто ещё кем-то. И лет 5-10 назад никогда бы им самим в голову не пришло такое. Вот сенатор Климов, оказывается, сегодня узнал, он был юмористом у себя на Урале, книжки издавал сатирические. Вот, допустим, расскажите ему тогда, что через 10 лет ты будешь запрещать лекции. Естественно, он бы покрутил бы пальцем у виска.
Безнаказанность, действительно, видимо, превращает людей в держиморд. К глубокому сожалению. Ну что здесь поделаешь? Вдохнёшь, естественно, и обнимешь их…
* * *
А. Нарышкин ― Приветствую вас, дорогие друзья. В эфире «Эхо Москвы», программа «Особое мнение». И с нами сегодня журналист Олег Кашин. Олег, приветствую вас.
О. Кашин ― Добрый день.
А. Нарышкин ― Совет Федерации вслед за ГД разрешил Путину избраться ещё на два срока. А у вас есть принципиальные возражения против Путина, который будет править до 36-го года?
О. Кашин ― Мне стыдно в этом сознаваться, но абсолютно нет возражений. Пусть правит до конца. И на самом деле пожить со старым Путиным… Я вчера увлёкся в связи с поездкой российской делегации на парад в Мьянму. Тоже забавно, что сейчас, когда там переворот, когда только во время парада убили 64 человека, российская делегация, причём с участием почему-то Павла Гусева, то есть я знаю, что он глава общественного совета при Минобороны и одновременно охотник. А в Мьянме, я думаю, можно охотиться.
Соответственно российская делегация осеняет своим присутствием этот переворот. И я соответственно полез в Википедию читать про Мьянму. Узнал, что у неё последние лет 5 новый флаг до степени смешения похожий на флаг Литвы — жёлто-зелёно-красный. Только с белой звездой. И посмотрел предыдущих правителей Мьянмы, тогда ещё Бирмы, которые правили по 50 лет, умирали в 95 лет. И как бы вряд ли это главная претензия к тому, что происходит в Мьянме.
На самом деле это миф о том, что идеальная государственная система, когда меняются руководители каждые 4 года. На самом деле я думаю, как пришёл. Вот мы советские люди, условно говоря, в 80-е годы туалетной бумаги нет, ничего нет. А в Америке есть всё. И там президенты меняются. И значит логика какая: ага, значит, есть какая-то прямая зависимость. С годами как-то перестаёшь в это слепо верить. Ну, Путин и Путин… На самом деле я не думаю, что лучше будет, если Путин нам предоставит нового преемника.
А. Нарышкин ― Ну а что все про бумагу, почему мы с вами в бумагу туалетную упёрлись?
О. Кашин ― На самом деле признак благополучия бытового — ну, колбаса ещё. Главное чтобы колбаса была, как говорил Лукашенко ранний: чарка и шкварка. Поэтому здесь как раз вопрос: есть ли чарка и шкварка?..
А. Нарышкин ― Есть? Из вашего прекрасного лондонского далека оно как видится?
О. Кашин ― Из лондонского далека видится, понятно, наверное, с искажением. Но на самом деле также понимаю даже по своей рублёвой зарплате, что естественно уровень жизни неуклонно снижается. Это гораздо более ощутимая претензия к существующему в России политическому режиму. Но если говорить про Совет Федерации, я бы отошёл от формальностей. Понятно, что обнуление… И забавно, что прямо сегодня открытым текстом говорили, что только не говорите про обнуление. Пётр Толстой, по-моему, это сказал. Это не касается Путина, это просто так совпало.
А. Нарышкин ― Помните цифры по людям за чертой бедности? Около 20 миллионов. Вот этим людям как с Путиным? Или они не связывают своё такое жалкое состояние, простите за это слово…
О. Кашин ― Тут, наверное, идеальный способ был бы спросить у этих людей. Потому что, наверное, интересно было бы прийти к этим людям и сказать: вы знаете, вы за чертой бедности, а знаете, почему? Потому что в России Путин обнулился. Это тоже была бы манипуляция, спекуляция. Поэтому здесь бы я избегал прямых указаний на это. К Путину другие претензии. Естественно, их миллиард, включая тотальную безнравственность на всех этажах государственной власти, которая оборачивается то насилием, то воровством, то ещё каким-то безобразием. И как бы это исходит от Путина.
Но говорить о том, что Путин вот такой ужасный, что он себя обнуляет, это естественное желание руководителя такого режима. У меня гораздо больше к нему вопросов, например, по поводу его политики памяти. Потому что с этим навязыванием Дня победы как главной скрепы он на самом деле, мне кажется, покалечил поколения, и нам ещё придётся это исправлять.
А. Нарышкин ― А кого он покалечил, простите? Какое поколение?
О. Кашин ― Буквально поколение тех людей, у которых стекленеют глаза, когда с ними завязываешь беседу о противоречиях советской версии Великой Отечественной войны. Но, тем не менее, да, просто ненормальная ситуация, когда действительно из тысячелетней истории страны единственная точка консенсуса, причём во многом навязанная.
А. Нарышкин ― Так это же самое близкое. По-моему, логично. Это ещё помнят и в семье дедушки и бабушки.
О. Кашин ― Стандартный российский дедушка где-то рубежа 50-60 годов рождения. Войны он, естественно, не помнит. В лучшем случае прадедушка был ребёнком в годы войны. Но за эти 75 лет уже столько всего наросло. Я помню своего воевавшего деда, с которым мы тоже спорили, и я с позиции тогдашнего красно-коричневого подростка 90-х годов объяснял ему, какой Сталин хороший. А он мне объяснял, что нужно было сдать Ленинград.
Да, завалили немцев трупами, и Жуков — кровавый мясник. И собственно меня это тогда удивляло. С годами перестало удивлять. Но тоже дело такое. Вот я сегодня смотрю в «Коммерсанте», там замечательная дискуссия на каком-то круглом столе в ГД или где-то ещё, между Сергеем Степашиным и Марией Захаровой, где Захарова объясняет Степашину, что был парад на 50-летие победы, когда приезжали американский президент, британский премьер и так далее. Были на Красной площади. Она говорит, что нет, не на Красной площади. А на Поклонной горе.
А. Нарышкин ― Какой сущностный спор!..
О. Кашин ― Безусловно. Причём ей было 19 лет, как справедливо отмечает «КоммерсантЪ», а Степашин был директор ФСБ. Конечно, Степашин прав, потому что парад с президентами был на Красной площади, а с техникой был на Поклонной.
А. Нарышкин ― Вы часто задумываетесь об альтернативах Путину? И есть ли они вообще?
О. Кашин― Да, как говорится хоть я, на самом деле также понимаю, и от этого трудно отделаться, даже если ты не любишь Навального, что естественно, ключевая сущностная ценностная альтернатива Путина сегодня — это Алексей Навальный. И есть такой рубеж, безусловно, между такой доброй диктатурой и недоброй… Главного оппонента в тюрьму — это уже немножко точка невозврата. Это неправильно. Можно вспомнить Януковича, посадившего Тимошенко, я думаю, тогда началось его реальное падение.
А. Нарышкин ― А вы между Навальным и Путиным на самом деле не видите никаких промежуточных фигур или вы меня троллите сейчас и нашу аудиторию?
О. Кашин― Давайте это все обсуждать. Есть промежуточная фигура — Мишустин. Очень клёвый мужик, ещё в программе «Марафон-15» снимался в конце 1980-х, как человек-компьютер. Торговал компьютерами.
А. Нарышкин ― Серьёзно?
О. Кашин― Да, недавно нашли. Прошло 32 года, он так же выглядит. Такой же круглый и лысый.
А. Нарышкин ― Отлично!
О. Кашин ― Есть Дюмин, помните, с подачи вашего главного редактора заговорили, что охранник Путина, ставший тульским губернатором, должен быть преемником. Я в очередной раз скажу, подмигивая в камеру, что выберут Дмитрия Медведева, которого я бы не стал сбрасывать со счетов… Но действительно главный оппонент Путина — Навальный. И тут можно опросить аудиторию «Эхо Москвы», по крайней мере, она вам это скажет хором и дружно.
А. Нарышкин ― А с Путиным вы готовы в принципе расстаться? Представим, что 2024-й год, может раньше, если верить Валерию Дмитриевичу Соловью, и Владимир Путин как такая большая фигура уходит из нашего поля зрения.
О. Кашин ― Мне сейчас 40 лет. Мне было 27 лет, когда закончился второй срок Владимира Путина. Я помню, написал в ЖЖ такой пронзительный текст, что прощаемся с эпохой Путина… Хорошо, что она закончилась. Но вот прошло 13 лет — и, естественно, немножко неловко, поэтому повторять, что жалко будет расстаться с Путиным. Уж не знаю, это от Путина зависит. Потому что мы знаем приятных милых добрых отцов народа. В конце концов, классический пример — ушёл бы Лукашенко году в 2005, — сейчас бы по-доброму вспоминали о нём как об основателе современной белорусской государственности. В итоге он превратился в ужасное чудовище. Поэтому у Путина в этом смысле тоже всё впереди. Я хотел бы провожать Путина на пенсию старенького, 90-летнего доброго Путина, который действительно осенил Россию своей добротой и сберёг её и от Греты Тунберг и от чекистского реванша…
А. Нарышкин ― Старенький 60-летний Кашин будет провожать…
О. Кашин ― Большой проблемы не вижу. Вся жизнь при Путине, она и так уже при Путине. У меня полжизни при Путине. И ничего, как-то живу.
А. Нарышкин ― А у меня и того больше. Про Совет Федерации давайте продолжим. У нас главный сегодня ньюсмейкер. Наши замечательные сенаторы приняли нашумевший скандальный закон о просветительской деятельности. Зачем даже к людям, которые несут свет в массы, зачем до них докопались? Логику понимаете?
О. Кашин ― Логику понимаю, естественно. Потому что чтение лекций всевозможных даже Ютуб я думаю, просветительский довольно часто несёт, даже если не говоришь «долой Путина», а просто посыл свободомыслия — он противоречит базовым ценностям…
А. Нарышкин ― Несёт заразу эту, бациллу.
О. Кашин ― Да, буквально, к сожалению глубокому. То есть я думаю, эти люди, очевидно, хотят богато жить, обогащаться, как они делают каждый на своём участке и от идеологии любой далеки. Но сама стихия историческая их несёт туда, чтобы быть душителями, быть соответственно врагами просвещения. Действительно, драма власти. То есть я смотрю на российских сенаторов, каждый из которых был кто депутатом, кто министром, кто ещё кем-то. И лет 5-10 назад никогда бы им самим в голову не пришло такое. Естественно, сенатор Климов, оказывается, сегодня узнал, он был юмористом. У себя на Урале. Где-то книжки издавал сатирические. Вот, допустим, ему расскажите тогда, что через 10 лет ты будешь запрещать лекции. Естественно, он бы покрутил бы пальцем у виска. Действительно, видимо, судьба превращать людей в держиморд. К глубокому сожалению. Ну что здесь поделаешь? Вдохнёшь, естественно, и обнимешь их…
А. Нарышкин ― Но государство не плодит таким образом каких-то сектантов, не увеличит ли оно количество тех, кто собирается не просто в уютном кресле перед монитором компьютера на какой-то онлайн-лекции, а в каких-то подвалах?..
О. Кашин ― Да.
А. Нарышкин ― Эти риски вообще просчитываются?
О. Кашин ― Подпольные лекции по теории относительности, допустим. Ну, были же подпольные курсы иврита в 1970-80 годы или каратэ, когда каратэ в Советском Союзе запрещали. Но поскольку поколенчески мы уже говорили на примере победы, люди всё-таки действительно частично советские, сама память может быть тех стен, что находилась в доме, где Совет Федерации был, дом политпросвещения или Госстрой. Какая-то такая мрачная структура в любом случае, которая, наверное, давит даже на Валентину Ивановну и её питомцев из Совета Федерации.
А. Нарышкин ― Вопрос. А почему эти люди, наши замечательные законотворцы не слушают голоса из профессионального сообщества? Потому что РАН выступила «против». И есть петиции, огромное количество в разных абсолютно СМИ, независимо от своей направленности комментариев людей, которые держат эти образовательные площадки. Людей, которые являются профессорами, преподавателями. Они все хором практически говорили, что не надо нам этого. Мы не хотим ничего согласовывать, никакие свои образовательные программы. Почему они настолько закрыты, и никого не слышат? Что за такой паровоз безумный, который мчится, и ни единой остановки не делает?
О. Кашин ― Просто я думаю, если здесь с нами сидел бы какой-нибудь сенатор, любой даже Арашуков до того как его посадили. Я думаю, он бы даже если бы кивал, соглашаясь с нами, сам думал: ну мне-то виднее. Я — власть, поэтому будете выполнять, что я буду делать.
Вот вы сказали про РАН. Естественно, мы помним, как российская власть упромысливала РАН года 3-4 назад, когда лишила её по сути независимости, подчинила. «Поскольку мы же вас финансируем… А чего вы такие независимые»? У власти ровно такое отношение. Это и в шоу-бизнесе, и в искусстве, и в медиа. Если деньги исходят от нас, это наши деньги, поэтому вы должны слушать, что мы говорим. И права голоса у вас нет, даже если вы академики…
А. Нарышкин ― Давайте про шоу-бизнес. Замечательно, Олег, как всегда подводите. Совет Федерации, Валентина Матвиенко не понимает, почему избрали Манижу, нашу певицу, представителем России на Евровидении. Казалось бы, только вчера Владимир Путин проводил совещание, посвящённое различным межэтническим вопросам. Говорил, что терпимость, какая-то консолидация должна быть. И тут бац. И Матвиенко выходит…
О. Кашин ― А мне вчера показалось, что Путин как раз произнёс самую нетерпимую свою речь о квотах для детей мигрантов в школах. Что это вообще такое? Это какая-то абсолютная зига. Владимир Путин всю жизнь обличал Россию для русских, в итоге сам стал её апологетом. То самое путинское — дзюдо, фашизм, мой трофей. То же самое здесь. Действительно это продолжение, я думаю, этого тренда на отказ, по крайней мере, от мультикультурности российской. Но конечно меня отдельно растрогало, как там Валентина Ивановна сказала: кони-люди. То есть она сравнила Манижу с Лермонтовым, получается. То есть она похвалила Манижу.
А. Нарышкин ― Завуалировано, не все, правда, поняли.
О. Кашин ― Наверное. И отдельно я смотрел в новостях фрагментами стенограммы. Елена Драпеко говорит, что да, Манижа бездуховная, кошмарная, нужно было послать Little Big. Естественно, Little Big хороший…
А. Нарышкин ― «My dick is big» точно. Тряхнуть стариной.
О. Кашин ― Вспомнить их песню «Uno», у меня текст: «Иди сюда, папик, папик, я дам тебе вкусняшку, вкусняшку. Раз, два, три, четыре, пять. Всё, что тебе нужно сделать. Иди сюда, папик».
А. Нарышкин ― Они просто английский не знают.
О. Кашин ― Да, они не мигранты, они из Забайкалья по-моему. То есть даже наши эти АУЕшные (деятельность организации запрещена на территории РФ — ред.) подростки поют «иди сюда, папик» — это нормально. А когда девушка таджикского происхождения что-то поёт — это плохо, это кошмар?..
А. Нарышкин ― Насколько Матвиенко отражает действительно отношение в принципе общества к Маниже?
О. Кашин ― Подождите. Естественно, здесь велик соблазн с учётом повесточки общемировой сказать, что неприятие Манижи — это нелюбовь к непохожим, к другим и так далее. Но у нас же есть колоссальный опыт Евровидения и, по-моему, каждый раз не было такого случая…
А. Нарышкин ― Не говорите про Киркорова. Не надо, нет.
О. Кашин ― Начиная с эстрадных геев, это касается не только Киркорова. Он был вообще в доисторические времена, в 90 каком-то году. Была и Пугачева, был и «Мумий Тролль». Всех пробовали, и не было такой фигуры, которая вызвала бы народный консенсус. Даже Алсу наверное в 2000 году. Всегда все ворчат. Другое дело, что обычно ворчали бабушки на лавочке. Теперь ворчит Валентина Ивановна. Но она достигла соответствующего возраста год назад. Ей дали даже орден по этому поводу. Вот она теперь в положении этой бабушки выступает.
А. Нарышкин ― Я вас неожиданно сейчас переведу на тему выборов. Карту ксенофобскую — её можно разыгрывать сейчас перед выборами? Насколько эта тема живая, людей волнует?
О. Кашин ― Сошлёмся на вашего любимого главного редактора, которому я верю, когда он говорит, что Владимир Путин считает своим главным врагом русский национализм. То есть даже если Путин говорит о черепомерках для школьников, понятно, что на самом деле Путин ничего не имеет в виду…
А. Нарышкин ― За прямыми цитатами Венедиктова идите на сайт «Эхо Москвы». На всякий случай. Я всего Венедиктова не помню.
О. Кашин ― Он на это ссылался. Но нет прямой цитаты Путина. Поэтому я говорю, у Путина было более мягко, что ему не нравится пещерный национализм, хотя я думаю, для него любой национализм пещерный. А утечки в анонимных Telegram-каналах на этой неделе писали, что Рогозин уйдёт из Роскосмоса. Подбирали ему преемников из Минобороны. Рогозина сватают в партию «Родина», которая как бы возродилась, в которой депутат Журавлёв знаменитый, дравшийся с чеченским депутатом, у которого выпал золотой пистолет.
И если Рогозин пойдёт в ГД, наверное, это будет показатель, что власть решила поразыгрывать эту карту. Но также мы прекрасно знаем, что власть её никогда не разыгрывает всерьёз. Есть набор людей умеренно правых взглядов, которые готовы идти на какой-то компромисс с путинским Кремлём. Для меня это символизирует известный вам Егор Холмогоров. И он не один такой. Таких людей много. Но каждый раз они проваливаются. Не знаю, насколько это корректно прозвучит, корпоративно. У меня коллега соведущий по радио «КП» Эдвард Чесноков сегодня объявил, что собирается идти в ГД через праймериз от «Единой России». Но он человек буквально таких чуть правее меня на мой вкус взглядов. Соответственно можно ли считать его участие в праймериз «Единой России» попыткой государства сыграть на правой карте? Я не думаю, потому что все эти старцы в Кремле они боятся слова «русский» и боятся выпускать этого джинна из бутылки. Потому что они знают…
А. Нарышкин ― А в чём здесь риски?
О. Кашин ― Конечно, безусловно, в Кремле сидит кто-то, кто боится русских. Закончу эту фразу, она мне нравится. Что придёт дядя Ваня и спросит: где мои деньги, Махмуд? На самом деле это забавная история. Сегодня Дмитрий Песков, не знаю, корреспонденту «Эху» или нет, но он комментировал уже месячной давности колонку социолога Миркина в «Российской газете» о том, что русских стало за 30 лет меньше на 5 миллионов. Понятно, там игра со статистикой во многом. Потому что те люди, которые записывались русскими в союзных республиках постсоветских, вопрос — куда они делись? Может быть, они казахами теперь записываются. Миркин пишет, что это не нормально, когда 5% народа вдруг исчезает в никуда. Я дал ночью у себя в Telegram-канале ссылку на старинную колонку Миркина. И сегодня Пескова кто-то об этом спросил. И он говорит, что да, мы в Кремле переживаем, что русских делается меньше, но ничего сделать не можем.
Если помните, был такой довоенный фильм американский с Гретой Гарбо, такая комедия чёрная про советские репрессии с героиней «Ниночка». Ниночка говорит: русских стало меньше, но русские стали лучше. Я думаю, такого рода политика в Кремле продолжается до сих пор.
А. Нарышкин ― Макрон, Меркель и Путин пообщались вчера вечерком. Есть две темы интересные. Во-первых, про Навального. Просят соблюдение прав Алексея Навального западные лидеры. А можете объяснить — я буду периодически ссылаться на то, что вы всё-таки ближе к европейским лидерам, чем мы в Москве — зачем Меркель и Макрону Алексей Навальный? Правда, по большому счёту. Есть экономические проекты, есть всё, что угодно. И Алексей Навальный. При всём уважении.
О. Кашин ― Мы помним летний прецедент, когда без Меркель, правда, с Макроном был разговор Путина, который в итоге сам Макрон слил в прессу, потому что он ему показался оскорбительным. Была цитата, что «Путин разговаривал со мной как с русским крестьянином». То есть на самом деле, конечно, западные лидеры вполне гибкие и вполне равнодушные к чужим бедам и проблемам. И их, я думаю, удовлетворило бы какое-то полусекретное с подмигиванием объяснение Владимира Путина, что, слушайте, у меня такая проблема, человек нарушил какие-то двойные сплошные, ну пришлось его отравить. Нормально. Это наше внутреннее дело. И они сказали бы, что да, конечно это плохо, но давай дальше дружить. Я так понимаю, что действительно их сейчас обижает то, что непубличная позиция России совпадает с публичной, что отравления не было, непонятный инцидент и всё такое.
А. Нарышкин ― Если бы Путин посекретничал бы с ними, да.
О. Кашин ― Вы думаете, что западные лидеры будут как-то убиваться ради Навального?
А. Нарышкин ― Я вот об этом и спрашиваю. Зачем Европе Алексей Навальный? Почему кипиш поднимают?
О. Кашин ― Абсолютно уверен, что Алексей Навальный не нужен западным лидерам. Единственное, что их заботит, что называется сохранение лица, чтобы, условно говоря, какой-то, наверное, у Меркель есть свой электорат, хоть она скоро уходит, тем не менее, у неё партия на месте.
А. Нарышкин ― Все уходит…
О. Кашин― И Меркель как новый Шрёдер в обмен на «Северный поток» позволит Путину убить человека. Я думаю, так. Не более того.
А. Нарышкин ― А Меркель? Как вам видится её судьба после того, как она кресло канцлера покинет? В совет директоров «Северного потока-2»?
О. Кашин ― На золотой памятник в центре Берлина она наработала, я думаю…
А. Нарышкин ― А по российской линии, по линии сотрудничества Москва-Берлин?
О. Кашин ― По крайней мере, Путин не гулял на её свадьбе, не танцевал с ней, поэтому я думаю, карьера в «Роснефти» ей не светит. Как мы понимаем, если мы говорим о тех знаменитых выражениях западных лидеров в адрес Владимира Путина, то недавнее байденовское «да» в ответ на убийцу для Путина было не такое обидное, как давнее меркелевское, что Путин просто живёт в своём мире, то есть Путин «ку-ку». Я думаю, у Путина есть такое предубеждение, что она однажды его обидела.
А. Нарышкин ― Ещё чуть в этой теме покопаемся. Я всё равно не понимаю. Представим, что Владимир Путин звонит Олегу Кашину. У вас есть час условно, вы будете тему Навального поднимать?
О. Кашин ― Конечно, подниму. Интересно.
А. Нарышкин ― А что бы вы спросили у Путина?
О. Кашин ― Поскольку Навальный находится в тюрьме, его положение тяжёлое, наверное, не время для этих разговоров. Но я бы, естественно, Путина спросил, что он понимает про Навального и что он знает про Навального, что он не говорил. Потому что, естественно, на протяжении, по крайней мере, 10 лет до отравления я продолжаю настаивать на этом, что Навальный, безусловно, участвовал в каких-то безбашенных и межбашенных играх российской власти и силовых структур. Понятно очевидно, что он, наверное, рассчитывал на то, что он всех переиграет. Но как мы понимаем, в итоге сейчас он, по крайней мере, производит впечатление жертвы этой игры. А поскольку к жертвам нужно быть естественно милосердными, и в этом разговоре я Путина призвал бы его немедленно отпустить на свободу.
А. Нарышкин ― Опять же к Европе вернёмся. А европейцам-то что от этого? Ну, вот вы бы удовлетворили своё любопытство. Неужели Меркель с Макроном сидят и думают: давай расскажи, чего там, как. Но что с информацией делать, которую они не смогут всё равно опубличить?
О. Кашин ― У нас же есть документ, который был в газете «Фигаро» в виде слива давнего разговора Путина с Макроном. Реально Макрону хотелось знать, что там на самом деле, а Путин ему пересказал программу «Время». И это Макрона по-человечески обидело. Буквально.
А. Нарышкин ― И шоу с Журавлёвым и иже с ними?
О. Кашин― Да. Я боюсь, что если там мы с вами спросим Путина, он скажет: Не знаю, блогер какой-то, самогон, село Кафтанчиково. Ничего не знаю. И реально он ничего не знает или забыл. Почему отравили Навального — не помню, скажет Владимир Путин. Бывает так тоже, когда даже под гипнозом спрашивают человека: а за что ты убил того партизана в 1943-ем году. А он не помнит.
Моя любимая история про Лию Ахеджакову, поскольку её поразил кровавый ельцинский переворот в 1993 году, я к таким людям также отношусь. Тогда Ахеджакова призывала танки, такой символ сервильности по отношению к насилию. И я помню, как меня поразило, когда годы спустя тот самый вопрос, который только можно ей задать, задают в журнале «Афиша»: Лия Меджидовна, а вот вы тогда говорили «где наша армия» — что вы имели в виду? Она говорит: «А я не помню»… Это как из ушата. Люди не помнят. Путин, где Литвиненко, где Скрипаль? Не помню, не знаю. Ну, был повод какой-то, наверное…
А. Нарышкин ― Верите в то, что вокруг Алексея Навального в его команде где-то в топ-менеджменте есть какие-то люди, приставленные к нему?
О. Кашин ― Я немножко по-другому это воспринимаю. Я думаю, там не приставленных нет во главе с самим Навальным. Поэтому здесь вопрос: почему эти люди его отправили в тюрьму?
А. Нарышкин ― Ох, прилетит вам, Олег, за это!
О. Кашин ― Я, как говорится, когда был жив, тоже боялся. Сейчас меня уже давно… Поэтому здесь нет проблемы.
А. Нарышкин ― То есть вы о чём хотите сказать, что есть один Навальный — символ того-то и вокруг него все сплошь агенты охранки?
О. Кашин ― Я не так хочу сказать. На протяжении многих лет да, особый статус Навального в российской политике вызывал вопросы. Мы помним и его условные сроки, которые суммировались, но не становились реальными. Мы помним его чудесное освобождение в Кирове. Помним его участие в выборах мэра Москвы по подписям «Единой России». Помним естественно всё. И тут уже вопрос действительно: а что это было? Но оно было, это уже факт истории. И оно закончилось прошлой осенью. Теперь Навального посадили. Вся логика указывает на то, что он, наверное, что-то нарушил, за что был наказан российским государством. Не знаю, я понимаю, как это сейчас звучит… Но, естественно, изображать человека, который говорит, что Навальный символизирует всё доброе, хорошее, что есть в российской политике я, естественно, не готов.
А. Нарышкин ― В какой степени вы беспокоитесь за Навального и за его здоровье в колонии сейчас? Притом, что пациент номер один всё-таки.
О. Кашин ― Потому что сейчас неловко критиковать Навального сидящего. Критиковать Навального убитого, наверное, вообще будет невозможно. И бывает, вот человек, его отравили, замучили в тюрьме. Тесак даже, вот когда говорят про Тесака, что он при жизни был серийный убийца. Все отвечают, подождите, какая разница, кем он был, если его зверски запытали в тюрьме!.. Естественно, российская тюрьма — это зло, естественно, человек любой, сидящий в российской тюрьме вызывает сочувствие по умолчанию.
А. Нарышкин ― Но всё-таки я не совсем получил ответ на свой вопрос. Вы беспокоитесь за Навального и существует ли для него сейчас угроза?
О. Кашин ― Я же прямо ответил: да, беспокоюсь, да, существует. Естественно.
А. Нарышкин ― А вы за него беспокоитесь как за некую альтернативу Путина или вы просто такой человек, который в принципе склонен к эмпатии?
О. Кашин ― От того, что я человек, который в принципе добрый и переживает за любых людей, я повторю ещё раз свою мысль. Я беспокоюсь за себя буквально, потому что его мученичество, его возможная будущая святость в поле российской общественной мысли, если угодно, лишит меня возможности говорить то, что я о Навальном думаю. А лишаться такой возможности для меня было бы равно лишиться буквально той работы, которой я занимаюсь. Потому что ничего кроме как писать о российской политике я не умею. Поэтому да, я переживаю за Навального. И понимаю, что в России, в которой аксиомой будет святость и неприкосновенность Алексея Навального, мне места не будет как пишущему автору.
А. Нарышкин ― То есть Олег Кашин ждёт с нетерпением освобождения Алексея Навального. Чтобы проехаться хорошенько по нему…
О. Кашин ― Навальный на свободе, а я бы говорил: вот видите, я всегда говорил, что он работает на ФСБ, на Кремль. Вот чего я хочу.
А. Нарышкин ― Когда вы будете говорить, что он работает на ФСБ, на Кремль — у вас это чем будет подкреплено?
О. Кашин ― Доказательства, что называется, рано или поздно проплывут по реке. Но я уже сказал, действительно 10 лет странной карьеры Алексея Навального перед отравлением вызывают те вопросы, которые не раз я задавал вслух и регулярно за это огребал.
А. Нарышкин ― Версия о том, что Путин травил, что Россия травила Навального — она у вас вызывает какие-то сомнения?
О. Кашин ― Она скорее похожа на достоверную, но также ещё раз скажу, Россия много кого травит или убивает. Мы помним самоубийства людей из антидопинговых структур российских. Мы помним разного рода так называемых чеченских террористов от Яндарбиева до этого грузина в Берлине прошлой осенью. Да, российское государство практикует бессудные убийства. И это знание позволяет подозревать бессудное убийство даже в загадочных смертях типа, допустим, Никиты Исаева, про которого Bellingcat писал, что и его отравили «Новичком». Никита Исаев, может быть, мало известный аудитории «Эхо», но довольно популярный политик такой умеренно прокремлёвский, который, будучи молодым здоровым человеком, сел в поезд и вышел уже из поезда покойником. Что случилось — непонятно. Сердце, бывает.
А. Нарышкин ― Проект про освобождение Алексея Навального, где собирают подписи через почтовый ящик. Насколько он может помочь Навального выйти на свободу?
О. Кашин ― Не хотелось бы его критиковать, что называется, в этом положении.
А. Нарышкин ― Но это же вы не Навального будете критиковать, а Волкова, Албурова. И прочих персонажей. Поэтому флаг вам в руки.
О. Кашин ― Есть ли в окружении Алексея Навального люди, работающие на гэбуху? Гораздо правильнее спросить: есть ли в окружении Алексея Навального люди, которые без него умеют делать что-то? Пока практика показывает, что нет ничего. Они больше похожи на каких-то совсем дегенератов как бы. Но говорить об этом тоже неприлично, наверное, потому что они делают доброе дело, вытаскивают товарища из тюрьмы.
А. Нарышкин ― В силу народного протеста верите?
О. Кашин ― В эфире «Эха» Иван Жданов давал комментарий. Я думаю, может быть, я себе льщу, но после того как я выцепил из его интервью Ютуб-каналу «Редакция» фрагментик, где его спрашивают: Иван, а вот вы сейчас в Прибалтике, когда вы вернётесь в Россию? На что он говорит, там не дословно, но примерно так: что я дурак возвращаться, если я знаю, что я прилечу и меня тут же посадят. Хорошо, Иван, ты не дурак. Но тогда что сказать про твоего начальника? Кто его убеждал вернуться? Волков, Жданов. Причём как раз на «Эхе» Жданова в итоге спросили: а какая разница? Он говорит, что да, мы, естественно, не могли предугадать, что Навального будут судить в УВД. Будет выездное заседание суда. Как будто бы дело в выездном заседании.
А. Нарышкин ― Мытищинский стрелок. Про силовиков скажите. Это дно или нет? Это самая, мне кажется, обсуждаемая тема, но не личность этого пенсионера, как его представляют.
О. Кашин ― «Про силовиков скажите» звучит как: а сейчас Олег Кашин скажет «силовики — дураки». Силовики — дураки. Просто сегодня забавно, с утра Хинштейн вначале показал арсенал стрелка, потом стали показывать его интерьеры. Смотрите, как богато жил, мразь. Хорошо, жил богато. Но убили-то вы его зачем? Сегодня выясняется, что и уголовного дела по незаконному хранению оружия не было, а оружие было легальное, зарегистрированное. Тогда зачем пришли штурмовать? Потом выяснилось, что гранаты у него были не боевые. И крокодила этого не было в зоопарке. То есть просто, оказывается, что это было? Пришли бравые росгвардейцы к человеку, который закон не нарушал. И убили его зачем-то! Ну, бывает, молодцы, опять же ещё одна звёздочка…
А. Нарышкин ― Почему 10 часов или 8-9 называют. Спецоперация против одного человека. И опять гранатометы…
О. Кашин ― Наверное, в российских силовых ведомствах есть где-то в элите ФСБ на уровне генерала Ткачёва и Королёва умные люди. Но Росгвардия — это внутренние войска, помойка. Теперь, когда ею руководит странный человек Золотов, ну совсем, наверное, дегенераты. Можно, конечно, говорить, что мы не понимаем тонкостей, что называется, оперативной работы. Но вряд ли тонкости такой работы предполагают сожжение дома в коттеджном посёлке как успешную операцию.
А. Нарышкин ― Спасибо большое, Олег, за этот эфир. Олег Кашин, журналист был сегодня в программе «Особое мнение». Переслушайте, пересмотрите этот эфир на Ютуб-канале «Эхо Москвы». И расшифровка будет на сайте echo.msk.ru. Счастливо.
ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ
Нарышкин, пройдёт время, и в народе будут говорить "узник бункера" правил в эпоху Алексея Навального.
________________________________________
Кашин слишком логичный. Он везде ищет логические закономерности. То, что власть могла растеряться, совершить ошибку, он совершенно не учитывает. Если Навального не посадили по совершенно сфабрикованному обвинению, дали поучаствовать в выборах мэра Москвы, значит он проект Кремля? Железная логика Кашина, уверен, подвела его почти на ровном месте. И он за это ещё будет огребать и огребать.
________________________________________
Олег Кашин — конспиролог и циник.
________________________________________
Да нормально жить хоть 100 лет при Путине, особенно в Англии…
________________________________________
Ну да, Кашин критикует Путина за недостаточно последовательный путинизм, за слабый шовинизм и не слишком кровавый милитаризм. Большой критик Путина!
________________________________________
Шовинизм действительно слабый (например, Пыня путает национализм с нацизмом, это о многом говорит). Милитаризм довольно кровавый (сколько времени длится конфликт на Донбассе или сколько войнушек РФ ведёт прямо сейчас).
________________________________________
Спасибо за Кашина. Всегда на Эхе хорошие эфиры с ним получаются.
________________________________________
Хоть и не люблю Кашина, но умный гад…
________________________________________
Спасибо за Олега! Быстрая и грамотная речь, суть которой не сводиться к чтению недавних новостей. ________________________________________