Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Политика > Публикация
Политика

[25.07.2019]

УСПЕХИ РОССИИ В МЕЖДУНАРОДНОЙ ПОЛИТИКЕ

Константин фон ЭГГЕРТ: барон, российский журналист, публицист, обозреватель и ведущий программ на радиостанции «Коммерсантъ FM» и телеканале «Дождь», главный редактор московского бюро русской службы «Би-би-си»


Константин фон ЭГГЕРТ:


Я знаю логику. Ведь никто не выгонял Россию из Совета Европы. Это Россия, российский режим шантажировал Совет Европы выходом и лишением не только взносов, но и доступа россиян к Европейскому суду по правам человека. Это вопрос, простите, точно такой, как когда берут заложников. Парламентская ассамблея признала свою ошибку, что Путин интерпретирует это как слабость.

Российский политический режим всё вокруг него происходящее делит на довольно простые категории. И вот здесь категория сила—слабость (может нам противостоять, не может) важнейшая! Накопление вот этих историй с ослаблением давления, будет интерферировано российской верхушкой однозначно: «Мы победили. Они все сейчас по очереди начинают ломаться. Все эти западные»…

Но главную задачу и главную проблему никто не убрал. Это вопрос транзита власти и это, конечно, вопрос Украины. Украина остаётся самой главной темой для Кремля. Никуда она не ушла, всё это по-прежнему доминирует в кремлёвском сознании. Ну, вот немножко Грузия добавилась по такой, на мой взгляд, в определённой степени незначимой причине. Я абсолютно уверен, что это ослабление давление Запада каким-то образом в ближайшее время, в ближайший год-полтора приведёт к усилению российского давления на Украину, сформулируем мягко. Я думаю, что это будут очень жёсткие формы!

Я говорил с инвестбанкирами в последнее время, некоторые называют цифру до 2,5-3% ВВП свободных денег, которыми мог бы распоряжаться Кремль. Но поскольку эти деньги не инвестируются никогда, это не инвестиционная экономика. Значит, соответственно мы не будем видеть какого-то всплеска благосостояния. Резкого подъёма благосостояния не будет. Значит, на что копятся эти деньги? На кризис, на войну. На трансформацию России в угоду нынешней политической верхушки. Это моё подозрение такое. А что ещё можно себе представить? Тотальную демократизацию? Я не вижу такого выхода, по крайней мере.

Я вот вернулся только что из Псковской области. И вот я не знаю, как обстоят дела с санитарными условиями, хотя есть прекрасные какие-то дома отдыха и турбазы и так далее. Но когда я узнал, поговорив с людьми, которые работают в Великих Луках, что нормальной считается зарплатой 11-12 тысяч рублей!.. Я не удивлюсь, что люди в таких условиях, конечно, крутятся, подрабатывают. Но 11-12 тысяч рублей… Москвичу довольно трудно понять, наверное, как можно на это прожить. Потому что надо платить за квартиру и так далее. Ну что сказать?..


А. Плющев ― Здравствуйте. В программе «Особое мнение» у нас сегодня журналист Константин Эггерт. У нас много тем, связанных, так или иначе, с международной политикой и Россией. Но может быть с одной из тех, которые прямо сейчас на наших глазах разворачиваются. В Гонконге протестующие, там не первый день они протестуют. Но сегодня они даже ворвались в парламент, начали рисовать граффити какие-то. Все знают, что Китай — вообще жёсткое такое весьма государство. Но Гонконг — особое место. Чем всё это может закончиться? Куда это всё может развиться?

К. Эггерт ― Это не закончится сейчас. И будет развиваться дальше. Потому что Гонконг согласно соглашению Китая с Великобританией, когда Гонконг передавался в 1997 году Китаю, имеет свою политическую систему. И куда сейчас протестующие вломились? Они вломились в здание парламента. В Гонконге есть парламент, есть губернатор или глава исполнительной власти Кэрри Лам. Это женщина, которая является таким интерфейсом между китайцами в Пекине, китайской коммунистической партией, коммунистической диктатурой китайской и народом Гонконга, который привык жить в условиях британского типа парламентской системы.

И то, что мы видим сейчас, — это борьба с очередным репрессивным законом, который пытался протолкнуть Пекин через парламент Гонконга о выдаче людей, подозреваемых в определенном наборе преступлений Китаю. То есть, условно говоря, раньше всех судили в Гонконге, а теперь будут передавать китайским коммунистам. Это вызвало протесты населения. Протесты очень серьёзные. И сейчас мы видим, что, несмотря на то, что вроде бы власти Гонконга, которые сотрудничают с Китаем, согласились бессрочно подвесить так сказать, принятие этого закона, отложить принятие этого закона. Тем не менее, не обещали его не принимать. Протестующих это не устраивает. И они пошли на штурм парламента. И это только один из эпизодов в борьбе, без всякой иронии скажу — свободолюбивых гонконгцев против попыток китайского режима навязать им авторитарную политическую систему и смести гонконгскую демократию с лица земли.

Люди в Пекине хорошо понимают, что существование этой структуры, которая была названа в 1997 году (Одна страна — две системы) это опасная штука. Потому что если у тебя с точки зрения китайских коммунистов и товарища Си есть другой тип политического управления внутри страны (он называется особый административный район), то он рано или поздно с точки зрения китайских коммунистов может начать давать отростки, начать влиять и на остальной суверенный Китай. И поэтому им очень важно поставить Гонконг под контроль, превратить его в такое же политическое ничто как Шанхай или Шэньчжэнь или что-то ещё другое.

И в этом смысле это историческая борьба. Я с гигантским уважением отношусь к тем, кто вышел на улицы Гонконга. До этого протесты были мирные, а теперь после штурма парламента китайские власти могут сказать: ну вот видите, насилие. Надо принимать жёсткие меры. Распоясались хулиганы, туда-сюда. Мы это всё проходили далеко в Китае.

А. Плющев ― Это произошло ещё в день 22-летия передачи Гонконга…

К. Эггерт ― Конечно.

А. Плющев ― Это имеет ещё и символический некоторый характер.

К. Эггерт ― Да, конечно. И я очень-очень боюсь, что всё-таки Китай будет доламывать Гонконг, дожимать через наполнение административных структур пропекинскими функционерами, через манипуляцию этим законодательным собранием. Но борются — молодцы гонконгцы. Им полный кудос и поклон.

А. Плющев ― Это: одна страна — две системы. Я подумал, что в России тоже такое есть. Правда, несколько иного свойства.

К. Эггерт ― Мы поняли даже, о каком регионе идёт речь. Конечно.

А. Плющев ― Там раз — и совсем другие законы. А экспорт может быть вот того, которого боится Китай. А у нас из этого региона, который мы не называем. Почему-то.

К. Эггерт ― Нет, я не думаю. Хотя я думаю, что методы руководства этого региона нравятся очень многим в России. Ну не очень многим, но многим, скажем так. Потому что вот как жёстко тут всех поставили, кого надо на колени, кого надо казнили, кого надо — помиловали. Очень многим такой кажущийся порядок нравится…

А. Плющев ― Кому надо — килограмм травы.

К. Эггерт ― Да, кому надо — подкинули, что надо — откинули. Но я думаю, что всё-таки это не распространится на всю Россию. Тут есть серьёзные культурные особенности.

А. Плющев ― Именно в культурных особенностях дело?

К. Эггерт ― Не только. Я именно поэтому, например, не верю в Путина пожизненного президента. Потому что российская политическая культура при всём том, что она, конечно, несравнима с политической культурой и традициями демократии не то что Швеции, но даже условной Польши. Но всё-таки вот эта какая-то азиатская деспотия не может быть в России. Мне кажется, что русский человек всё-таки не потерпит такого откровенного насаждения над собой каких-то вечных режимов. Вот я лично в это не верю. Может быть я наивный?

А. Плющев ― Слово «насаждение» — прямо ключевое слово недели. Путин то и дело его потребляет. В том смысле, что выяснилось, что либерализм не так плох, как он сначала о нём говорил, а только насаждения не надо. Это всё дискуссия про либерализм, которая была Путиным запущена, но которая не стоит выеденного яйца.

К. Эггерт ― Взгляды Путина на либерализм непонятно как сформировались. Может, ему газету «Гардиан» приносят или «Нью-Йорк таймс», он их читает. Я не знаю, откуда Путин формирует свои взгляды на либерализм. Мы знаем, что он вроде не ходит в сети, не начитывает там какие-то современные философские взгляды на сей счёт. Мне кажется, у него много других задач. Мне кажется, это бессмысленная демократия по поводу взглядов Путина на либерализм — человека, живущего в закрытом мире. В Кремле. Давно отключившегося, на мой взгляд, от страны, не то что от мира. Ну что он Джон Стюарт Милль, что мы будем обсуждать, или Фридрих фон Хайек? Зато никто не обсуждает то, что не были заданы вопросы про Донбасс, про малазийский лайнер, про Крым и так далее. Про это мне кажется, надо было бы поговорить.

А. Плющев ― И про это мы сейчас поговорим. Но все втянулись в дискуссию обсуждения путинского взгляда на либерализм. И ему ответил Борис Джонсон.

К. Эггерт ― До этого Дональд Туск ответил. Зачем? Я не понимаю. Я вот не работаю пиарщиком Дональда Туска. Я бы сказал, что вот на это отвечать совсем не надо. Это то, чего хотели в Кремле и получили по полной программе. Все обсуждают философа Путина, который дал новое определение либерализму…

А. Плющев ― Но также все обсуждают, что с Путиным стали разговаривать. Вот ты говоришь, всё верно, не спросили ни про то, ни про это, ни про Донбасс, ни про Крым. Зато разного рода разговоры, которые как мне кажется, вполне устраивают Кремль. Они как бы это оставили в стороне. Неприятные вопросы. Давайте обсуждать, что можем обсуждать. Ну вот, получается, что опять Путин всех переиграл. Если говорить так дворовым языком.

К. Эггерт ― В тактическом плане — конечно. И более того, наслаиваются всё новые и новые события. Идут чередой. Сначала возращение права голоса российской делегации в ПАСЕ. Потом дискуссия о либерализме, которая тоже подняла, конечно, российский режим до определённого уровня. Потом эти все многочисленные встречи на большой «двадцатке». Теперь неважно, что на «семерку» не ездим. Все те же самые люди на «двадцатке». И всё это, конечно, ведёт, на мой взгляд, людей, живущих за красной стеной, к ощущению, что дно кризиса пройдено. И что надо заниматься чем-то новым и плодотворным. И поскольку главным содержанием нашего времени (не стоит забывать) является решение так называемой проблемы 2024, что президент будет делать после этого. То вот на это, на мой взгляд, сейчас и будут направлены все усилия.

На самом деле это не проблема 2024, это проблема 2021. Потому что уже к выборам в ГД так называемым выборам в так называемую ГД нужно подобрать какой-то новый сценарий, новый сюжет, потому что если пойдут такие Екатеринбурги и Шиесы и протесты по поводу Голунова очередного серией, то можно и не справиться. Поэтому я абсолютно уверен, вот это всё облегчение или разрежение внешней атмосферы будет способствовать уверенности Кремля в том, что можно делать что-то новое, например, на военном фронте.

А. Плющев ― С другой стороны…

К. Эггерт ― В том числе для создания новых условий. Для возможного изменения Конституции, для возможного вообще переформатирования всего российского государства. Для решения проблемы 2021-2024.

А. Плющев ― С другой стороны тот же Джонсон, мы понимаем, что это видимо, без пяти минут премьер-министр Великобритании, сказал, что, дескать, мы ни шагу назад с либерализмом. Именно поэтому граждане Великобритании поддержат брекзит, а 12% россиян не имеют доступа к туалету в квартире. Жёстко…

К. Эггерт ― Я не успел прочитать статью. Это он написал про 12%?

А. Плющев ― Да. Он сослался на Росстат при этом.

К. Эггерт ― Ну, я так скажу. Я вот вернулся только что из Псковской области. И вот я не знаю, как обстоят дела с санитарными условиями, есть прекрасные какие-то дома отдыха и турбазы и так далее. Но когда я узнал, поговорив с людьми, которые работают в Великих Луках, что нормальной считается зарплатой 11-12 тысяч рублей, я не удивлюсь. Люди, конечно, крутятся, подрабатывают. Но 11-12 тысяч рублей… Москвичу довольно трудно понять, наверное, как можно на это прожить. Потому что надо платить за квартиру и так далее. Ну что сказать?..

А. Плющев ― Я спрашивал, может быть, немного о другом. О том, что давление, о котором всё время говорят, международное давление — оно, может быть, и ушло в некоторую более прагматичную плоскость. Но никуда не делось, как мне кажется.

К. Эггерт ― Оно, конечно, совсем никуда не делось. С другой стороны, если посмотреть на Совет Европы и Парламентскую ассамблею особенно. Это организации, потерявшие полностью свой какой-то бы то ни было авторитет, после того решения, которое было принято.

А. Плющев ― Возвращение права голоса?

К. Эггерт ― Потому что, либо вы не начинаете вводить ограничения совсем, и можно было в 2014-ом году сказать: вы знаете, мы останемся единственным органом, где Россия, какая бы она ни была, несмотря на все её действия, какой бы она ни была, может остаться и о чём-то там беседовать. О’кей.

Ведь вы ввели санкции. Фактически. Назовём вещи своими именами. Вы подвергли остракизму российскую делегацию, лишив её права голоса за захват Крыма. А спустя 5 лет вы возвращаете это право голоса, хотя с Крымом ничего не случилось. Он где был, там и остался. Получается что? Получается, что можно убрать ваши санкции без того, чтобы кто-то на них хоть как-то отреагировал?

А. Плющев ― Их логика как бы такова.

К. Эггерт ― Я знаю логику. Это вопрос вот какой. Ведь никто не выгонял Россию из Совета Европы. Это Россия, российский режим шантажировал Совет Европы выходом и лишением не только взносов, но и доступа россиян к Европейскому суду по правам человека. Это вопрос, простите, точно такой, как когда берут заложников. Что вы делаете?!

А. Плющев ― Всё же напомню слушателям логику этого решения. Если её излагать очень просто. Тогда была ошибка — нельзя было лишать слова российскую делегацию. И мы возвращаем это слово, как бы исправляя ошибку.

К. Эггерт ― Да, но понимаешь, всё равно авторитету организации нанесён урон. Ты как бы слезаешь со своей боевой лошади, спешиваешься и идёшь пешочком…

А. Плющев ― Путин не любит признавать свои ошибки. И исправлять.

К. Эггерт ― Зато теперь Парламентская ассамблея признала свою ошибку, что Путин интерпретирует это как слабость. И вот весь этот набор, включая, кстати, и статью в сегодняшних «Открытых медиа» по поводу того, что американская администрация, даже некоторые люди в конгрессе решили больше не вводить, на время, по крайней мере, никаких санкций против российских олигархов, близких к Кремлю…

А. Плющев ― Причём выясняется, уже довольно давно.

К. Эггерт ― В течение года с момента скандала с Дерипаской. Это тоже будет воспринято так, здесь просто это надо понимать. Российский политический режим всё вокруг него происходящее делит на довольно простые категории. И вот здесь категория сила—слабость (может нам противостоять, не может) важнейшая! Накопление вот этих историй с ослаблением давления, будет интерферировано российской верхушкой однозначно: «Мы победили. Они все сейчас по очереди начинают ломаться. Все эти западные, не бойся этого страшного слова, либералы. Эти борисы джонсоны разные с маленькой буквы. И значит, мы можем немножко вздохнуть».

Но главную задачу и главную проблему никто не убрал. Это вопрос транзита власти и это, конечно, вопрос Украины. Вот Владимир Путин, сказал Дмитрий Песков, отказывается встречаться с президентом Украины Владимиром Зеленским. Украина остаётся самой главной темой для Кремля. Никуда она не ушла, всё это по-прежнему доминирует в кремлёвском сознании. Ну, вот немножко Грузия добавилась. По такой, на мой взгляд, в определённой степени незначимой причине. Будем смотреть. Я абсолютно уверен, что это ослабление давление Запада каким-то образом в ближайшее время, в ближайший год-полтора приведёт к усилению российского давления на Украину. Сформулируем мягко. Я думаю, что это будут очень жёсткие формы!

А. Плющев ― То есть ты говоришь, что возможна новая война?

К. Эггерт ― Война уже идёт. Просто новый её раунд, конечно. Я могу всё, что угодно предположить. Я об этом уже и писал в своих колонках на «Дойче Велле». Присоединение в кавычках так называемых ЛНР, ДНР в качестве независимых республик и создание российской конфедерации. Всё, что угодно может быть.

А. Плющев ― Хорошо. Зачем это, особенно в свете транзита власти?

К. Эггерт ― Напишете новую Конституцию. И нынешний президент может опять избираться на новый срок. Да вдобавок ещё всё-таки лозунг «спасай русских» — он всё равно ещё работает довольно неплохо в России. Не надо преуменьшать этот эффект. Поскольку едва ли в ближайшее время нынешний политический режим, нынешние власти смогут пролить на граждан России золотой дождь, который шёл в году 2004 или 2007, то приходится им понимать, придётся принять во внимание, что существует нарастающая усталость от этого политического режима в России в обществе. Не потому, что он стал хуже или лучше, просто потому что 20 лет одно и то же. И значит, надо что-то с этим делать.

Если вы не можете залить всё деньгами, несмотря на то, что, насколько я понимаю, государственные резервы очень велики в России. Я говорил с инвестбанкирами в последнее время, некоторые называют цифру до 2,5-3% ВВП свободных денег, которыми мог бы распоряжаться Кремль. Но поскольку эти деньги не инвестируются никогда, это не инвестиционная экономика. Значит, соответственно мы не будем видеть какого-то всплеска благосостояния. Резкого подъёма благосостояния не будет. Значит, на что копятся эти деньги? На кризис, на войну. На трансформацию России в угоду нынешней политической верхушки. И это моё подозрение такое. А что ещё можно себе представить? Тотальную демократизацию? Я не вижу такого выхода, по крайней мере.

Поэтому я думаю, что решение проблемы транзита будет очень тесно увязано с темой Украины, с темой опять противостояния Западу, ослабления, этой релаксации, не побоюсь этого слова, международной обстановки вокруг. Такая не очень большая релаксация, небольшая, но символическая. Она будет работать на жёсткий вариант решения вот этой транзитной проблемы.

А. Плющев ― То есть, рассуждая обратно, давление условного Запада, если бы Запад был такой единый монолитный, который всё время бы спрашивал за Донбасс, за Крым, не возвращал бы в ПАСЕ, с Путиным бы не встречался на «двадцатке», его избегал, ограждал рабицей и так далее… Это могло бы привести к каким-то более результативным изменениям?

К. Эггерт ― Мы стали лучше одеваться. Мы забыли этот мем. Я думаю, что это заставляет думать, что нужно быть осторожным в принятии решения как минимум. В какой-то момент заставляет думать о том, как выходить из кризисных каких-то обстоятельств. Сейчас очень небольшая, может быть, стабилизация экономического положения совпала вот с этим ослаблением давления внешнего. Конечно, это будет воспринято как, условно говоря, правота всей стратегии. Мы их пересидели. Вот как это будет воспринято. Не надо думать, что Россией управляют какие-то фантастические люди с фантастической сложной схемой. Нет. Я думаю, что именно так это и будет воспринято. Потому что любые попытки дипломатического подхода, гибкости и так далее, в таких вопросах, которые касаются непосредственно существования российского режима, воспринимаются как слабость.

А. Плющев ― Что, получается, Запад как-то действительно даёт слабину? Вот сейчас буквально Макрон говорит, это внутриевропейская проблема, тем не менее, саммит ЕС у них провалился. Не смогли избрать руководящие органы.

К. Эггерт ― Пока не провалился, конечно.

А. Плющев ― Так говорит Макрон.

К. Эггерт ― Дискуссии будут продолжаться. Ну, конечно. Дело в том, что обсуждение назначения новых руководящих людей ЕС, главы Еврокомиссии, главы Европейского Совета. Главы службы внешних связей. Условно говоря, министра иностранных дел вместо Федерики Могерини. Главы Европейского ЦБ, и так далее. Это вопрос всегда компромиссов между, ну раньше было между двумя главными политическими силами в Европе — Европейской народной партии с социал-демократами. То есть правыми и левыми, условно говоря. Правоцентристами и левоцентристами. Сейчас после выборов в Европейский парламент, когда и те и другие очень сильно ослабли, речь идёт о значительно более такой, я бы сказал, лабильной или более нестабильной что ли истории вот этих назначений.

Во-первых, никто не хочет, чтобы, условно говоря, немцы продавливали своего кандидата, и вот там есть проблемы у Манфреда Вебера, которого поддерживает Германия. Центральная Европа и Балтия не хотят видеть на место Жан-Клода Юнкера социал-демократа, левоцентриста из Голландии Франца Тиммермана. Они его считают слишком слабым, он не будет, условно говоря, жёстким в отношении, в том числе России и Китая. Значит, кто будет шефом внешней политики? Сейчас непонятно тоже. Называют двух кандидатов. И может быть, это будет представитель либерального Альянса либерал-демократов за Европу, либо это будет одна из нынешних еврокомиссаров Маргарет Вестагер, женщина из Дании. Либо это будет премьер-министр Бельгии Луи Мишель. Вестагер очень интересный человек. Вам было бы очень интересно поговорить с ней. Потому что она занималась всеми цифровыми вопросами в ЕС, она потрясающе соблюдает цифровую гигиену. Чистит кэш, стирает всё. Она очень хорошо знает технологию…

А. Плющев ― В моих интересах, чтобы её не назначили.

К. Эггерт ― Вот-вот. Но кризис возник из-за того, что главные политические силы, которые раньше назначали, делили посты, больше не имеют такого политического веса. Зато вырос удельный вес разного рода, как называют популистов левого и особенно правого толка. Мы видим успех партии брекзита, например, на выборах в Европарламент.

А. Плющев ― Прости, он рос, все же думают, это при поддержке Путина или нет. Есть тут рука Москвы?

К. Эггерт ― Конечно, Москва старается поддерживать. Мы имеем постоянно возникающие расследования по поводу того, как там Кремль работает с социал-демократами немецкими, например, или работает где-нибудь в Греции или Италии. Конечно, работают, конечно, ведут работу с бизнесом. Конечно, ведут работу с политиками. Вот недавно была делегация Бундестага, они ходили в студию «Россия сегодня». Всё хорошо. Это постоянная работа, она идёт не только онлайн, она идёт в реале. Другое дело, что пока что ЕС считает, что вот как раз в отличие от ПАСЕ, что принятые ЕС решения по поводу санкций в отношении России, как за Крым, так и за Донбасс, — это принципиальный момент единства ЕС, условно говоря, это престиж ЕС. Они собрались и приняли такое важное решение: пока навстречу не будут сделаны шаги Кремлём — эти санкции не будут отменены.

Что мы видим? Все наши московские друзья: Сальвини, Орбан и так далее — все их представители, они сами голосуют за сохранение санкций, когда собираются на саммит ЕС. Поэтому я не думаю, что на Россию это очень сильно повлияет.

А. Плющев ― Пока мы разговаривали, развивались следующие события. Замминистра иностранных дел Рябков, на Валдае выступая, предложил поменять лётчика Ярошенко на американца или американцев. Так сказал, как бы мы вот предлагаем им, а они всё не хотят. И даже сказал, что направлены американской стороне конкретные предложения, не сказал кого, но потом сказал, что лучше бы это, конечно, всё обговорить до того как осудят Уилана американца здесь.

К. Эггерт ― Значит, хотят поменять. Потому что опять же, шпионский скандал сейчас не нужен Москве. Это обострить внимание конгресса к тому, что делает Россия…

А. Плющев ― То есть они не хотят судить Уилана?

К. Эггерт ― Они хотят его судить, конечно. Но мне кажется, что, наверное, в Кремле и на Смоленской площади хотели бы поддержать это ощущение, скажем так, некой такой ползучей нормализации отношений. И обмен будет очень хорошим, потому что Уилан привлечёт внимание конгресса, что может вызвать новые санкции. А здесь, наоборот, мало того, что отдадут Уилана, которого ещё не судили, но и вернут лётчика Ярошенко, про которого нам всю плешь проели российские официальные лица за много лет. И поскольку все про этого лётчика Ярошенко знают, теперь скажут: вот смотрите, Путин какой могучий, взял ещё и лётчика освободил, про которого так много говорили. Это хороший пиар-шаг для Кремля.

Не надо придавать этому слишком большое значение. Такие разговоры, конечно, ведутся — об обмене, о том, о сём. Значительно интереснее, например, будет ли что-то с украинскими моряками? Все считали, что это каким-то образом увязано с возвращением права голоса в Совете Европы. А вот я уверен, что ничего там не увязали. И будут они продолжать сидеть, где они сидят.

А. Плющев ― То есть это Россию вернули просто так?

К. Эггерт ― Россию вернули, потому что Россия угрожала выйти из Совета Европы, и на этот шантаж поддались.

А. Плющев ― Только и всего? А никаких закулисных договорённостей не было?

К. Эггерт ― Вдруг завтра это произойдёт, ты скажешь, что я малоинформированный болтун. И возможно это так. Но я не думаю, что это произойдёт. Потому что я не думаю, что Путин был готов что-то менять. Если уж была поставлена задача: либо мы выходим, либо вы нас возвращаете, примешивать к этому украинских моряков — нет, это не стилистика Кремля. Я сильно удивлюсь.

А. Плющев ― Упомянули мы Грузию в первой части программы. Чем там не то чтобы закончится, а как пойдут события дальше? Потому что некоторые говорят, что это вообще пролог к возможной войне.

К. Эггерт ― Что будет российская военная акция против Грузии, не думаю. Пока я не вижу для этого оснований. Я вижу, что очень удобно идти по той же самой схеме нажима на Грузию…

А. Плющев ― Как в 2006 году?

К. Эггерт ― Да. Но я не думаю, что есть какой-то серьёзный повод для войны. Всё-таки с Абхазией и Южной Осетией был изобретён повод. А здесь его нет. И никто не говорит в Москве, что Тбилиси — это часть республики Северная Осетия Алания. Поэтому ради чего и как это можно сделать? Вот тут, кстати, я не понимаю, что можно было бы предпринять без очень серьёзных международных последствий. В то же время я также понимаю, что происходящее имеет очень серьёзные внутриполитические грузинские корни. Это недовольство правительством «Грузинской мечты», недовольство Бидзины Иванишвили.

Это недовольство сопровождается, в том числе, и желанием единого национального движения Саакашвили вернуться к власти. По крайней мере, в парламенте. Именно поэтому речь зашла о досрочных выборах. Это, конечно, внутриполитический, в том числе грузинский кризис, который был обострён историей с депутатом Гавриловым. Но, конечно, в Грузии может быть несовершенная, но, в общем, довольно нормальная демократия. В ней меняются фигуры на доске. В Грузии было, начиная с Эдуарда Шеварднадзе, давайте посчитаем. Нет, с Гамсахурдиа. Эдуард Шеварднадзе был, Михаил Саакашвили, потом был Маргвелашвили, сейчас у нас Саломе Зурабишвили. Пять человек сменилось за эти 30 лет.

А. Плющев ― Если мы никого не упустили.

К. Эггерт ― Мне кажется, никого не упустили. Но были временные по Конституции между выборами. Нино Бурджанадзе была. Это нормальная пока ещё не очень совершенная, но демократия. Люди устали от нынешней может быть власти, хотят другую. Я бываю в Тбилиси, вижу, что есть недовольство, в том числе и большим влиянием Иванишвили, правда, не у всех.

Что я замечал, говоря с грузинами самыми разными. Не то, что каждый говорит, что давайте вернём Саакашвили, у нас будет снова золотой век. Но от многих я слышал, причём даже не только от тбилисских интеллектуалов в гостиных за кофе, от обычных людей в магазине, в автобусе.

А. Плющев ― Разговор с таксистом.

К. Эггерт ― Не только таксисты важны. С какими-то обычными людьми, которые едут куда-то в Батуми на маршрутке. Многие говорят, что настало время, вот надо чего-то менять. Как-то надо что-то поменять. Это не значит, что надо вернуть всё то же самое, что было до 2012 года, просто нужны новые люди, новая кровь, новые какие-то идеи. Это часто я слышу. Далеко не только от интеллектуалов. Мне кажется, Грузия к этому подошла. И здесь российский фактор скорее побочный. Вот то, как Россия отреагировала на это, это конечно очень странно.

А. Плющев ― Она же вывела этот грузинский кризис на межгосударственные отношения, раздула межгосударственный конфликт. Это российская реакция на Гаврилова?

К. Эггерт ― Да, конечно.

А. Плющев ― На выступление, точнее.

К. Эггерт ― Пока, по-прежнему буду отстаивать идею, что это едва ли всё-таки прелюдия к военным действиям. Потому что я не вижу, как они принесут какую-то реальную пользу Кремлю. Но это да, попытка напомнить, что, во-первых, там есть и силы, которых подпитывает Кремль, ну-ка давайте ребята, активнее работайте. Мы вам не за это деньги платим, чтобы вы там сидели на печи и ели хачапури. А, во-вторых, это же неплохая пропагандистская история. Россия же по-прежнему — осаждённая крепость. Это никто не отменял, несмотря на освобождение Голунова и екатеринбургский исход событий и всё прочее. И за то, что не забили пока дубинками людей, протестующих в Архангельской области…

Это не значит, что наступила какая-то большая оттепель. И напомнить о том, что Россия в кругу врагов, что ей угрожают грузины, трёхмиллионные там балты, вечно ненавидящие поляки, которые с пиками хотят взять штурмом Смоленск. Ну, как это нормально, как хорошо, это отвлекает внимание от каких-то проблем, напоминает, что мы вот и такое можем сделать. Смотрите, как мы можем вас сейчас снова попытаться поставить на колени. Это очень типичный кремлёвский ход, потому что никогда не поздно напомнить русским людям, кто у них враги.

А. Плющев ― Авиасообщения не каждый день отменяют. Бывает. Не первый раз.

К. Эггерт ― Да. Дело в том, что я так понимаю, что в Москве не хотят по каким-то причинам, не будем делать далеко идущих выводов, у меня нет фактов, но по каким-то причинам, видимо, не хотят перемен в грузинском политическом руководстве. Не хотят того, чтобы Грузия возобновила активное движение в направлении Евроатлантической интеграции, к которой она медленно идёт, но в последние годы прямо скажем, скорее было. Это факт явной ориентации. Большая часть страны хочет в ЕС и большая часть страны хочет в НАТО.

А. Плющев ― То есть они повернуты туда?

К. Эггерт ― Они стоят и смотрят туда. А если сейчас произойдёт какая-то смена власти, то очень может быть начнутся какие-то новые шаги. В стиле того, что было накануне бухарестского саммита НАТО в 2008 году: «Но это надо предупредить. Вы думаете что, что к вам теперь ездят сотни тысяч русских, открывают там компании, покупают недвижимость? Вы думаете, нас это как-то останавливает? Нам наплевать! А вот мы всех поставим, как хотим!». Ну, не первый раз, что тут удивительного, Саша.

А. Плющев ― Каждый раз как новый. Допустим, вот сегодня упала на Северном Кипре ракета, на которой вдруг нашлась масса русских надписей. И выяснилось, что это видимо, С-300. И, видимо, сейчас предполагают, была атака израильтян по иранским целям. Но ответным огнём ракета улетела не туда. Я грешным делом подумал, что у меня что-то с географией. Я посмотрел, где Северный Кипр и где Израиль. Куда должна была направляться ракета? Или стреляли по самолётам. Северный Кипр очень далеко и совсем в другой стороне. Смысл ещё в том, что, естественно, там пролегает маршрут гражданского авиасообщения. И вот в следующий раз получается, если собьют гражданский самолёт, скажут: а что, чего вы удивляетесь, что далеко — не первый раз!..

К. Эггерт ― Возможно, да. И, кроме того, секундочку, всю предыдущую неделю в Израиле обсуждали публикацию уже сейчас не помню какой газеты… О том, что группа американских исследователей с участием израильтян смогла наконец понять, что проблемы с навигацией, со связью, которые испытывали гражданские самолёты, летающие в израильском воздушном пространстве, каким-то образом связаны с сигналами, которые исходят из района российской базы в Сирии. То есть Израиль всю неделю обсуждает эту тему про то, что можно предполагать, что с целью постановки электронной защиты от возможного удара по базе и от возможного прилёта дронов, российская группировка в Сирии, если действительно сигнал исходит от неё, поставила под угрозу воздушное сообщение в Израиле. И что теперь?

Почему тебя удивляет улетевшая куда-то ракета С-200? Она довольно далеко летает. Я пытаюсь вспомнить, когда я ещё был молодым офицером, служил на комплексе ПВО С-75, Волга, который сбил Пауэрса в своё время, она тоже летела, я думаю, тоже до Средиземного моря долетела бы. Так что ну что, меня не удивляет. Потом если стреляли великие иранские, а особенно великие сирийские воины, — ну тут извини, я промолчу.

А. Плющев ― Не могу не спросить про недавний скандал. Ты в последнее время становишься героем регулярным в сетевых фейсбучных скандалов разнообразных. И закончился он тем, что…

К. Эггерт ― Дискуссией я бы назвал.

А. Плющев ― Маргарита Симоньян сказала, что обсуждала с тобой приём твой на «Раша тудей».

К. Эггерт ― Это ложь.

А. Плющев ― И ты сказал, что ложь. Я бы хотел, чтобы ты подробнее рассказал об этом.

К. Эггерт ― Очень просто.

А. Плющев ― Она сказала, что не сошлись в цене.

К. Эггерт ― Я никогда не обсуждал работу с Маргаритой Симоньян на «Раша тудей». В 2009 году, когда я ушёл из Би-би-си, она сказала, что меня оттуда увольняли. Меня оттуда не увольняли. Я ушёл награждённый королевой Орденом британской империи. У нас всего 4 сегодня живых кавалера Ордена британской империи в России. Я ушёл по своему желанию. Потому что я ушёл работать в энергетическую компанию «Эксон мобил». И Рекс Тиллерсон, бывший госсекретарь, был моим президентом в Хьюстоне. Но я работал в России. И поэтому никаких разговоров ни про какую «Раша тудей» я не вёл с Маргаритой Симоньян.

Я ушёл работать в «Эксоне» с большим и тёплым чувством, меня проводили мои коллеги, с которыми я по-прежнему поддерживаю отношения и привет им, кстати, большой в эфире. Вот и всё, что было. И никакую «Раша тудей» я не обсуждал. Это дешёвая попытка лгать. Никогда ни в какой цене мы не сходились. Ни о чём не говорили. Я писал колонки для РИА-Новости, не было тогда ещё никакого МИА «Россия сегодня» в период медведевского президентства (2010-11 годы).

А. Плющев ― То есть при Светлане Миронюк?

К. Эггерт ― При Светлане Миронюк. Я писал там колонки. Их можно найти, они по-прежнему в кэше, не в кэше, а в архиве. До свидания. Поздравляю вас, соврамши. Как было сказано у классика.

А. Плющев ― То есть никаких ни разговоров не было, ничего?

К. Эггерт ― Ничего.

А. Плющев ― Это исключительно фантазия…

К. Эггерт ― Фантазия. Я когда-то шеф бюро Би-би-си ходил даже на открытие «Раши тудей», когда её запускали где-то, я не помню, в районе Яндекс сейчас находится. «Красная роза» или что-то. Какие-то присылали они подарки, в 2010-11 мы все обменивались подарками на новый год, это было, да. С Маргаритой Симоньян я знаком, да. Это всё, что было.

А. Плющев ― Это потрясающе, как новость или тема может взяться просто ниоткуда!

К. Эггерт ― Потому что если ты лжёшь, то она и возникает ниоткуда. Ты пришёл и просто солгал…

А. Плющев ― Я так понимаю, что ты кроме как просто сказать, что это ложь, не можешь ничего?

К. Эггерт ― Ну, а что я могу?

А. Плющев ― Ни в суд?

К. Эггерт ― Нет, я ничего, потому что я не вёл никаких переговоров с Маргаритой Симоньян.

А. Плющев ― Мне кажется это как-то деловая репутация, то-се.

К. Эггерт ― Деловая репутация кого?

А. Плющев ― Тебя.

К. Эггерт ― Я надеюсь, что с моей репутацией всё в порядке.

А. Плющев ― Я тоже надеюсь. Но просто люди, видишь, что говорят, что нехорошо…

К. Эггерт ― Мало ли что люди говорят. Раньше говорили, что в газете вот написано, что НЛО завис над Петрозаводском. Ну, мало ли что в газете написано, мало ли что в Интернетах напишут. Наши хорошие тебе знакомые кстати.

А. Плющев ― Главное, что мы…

К. Эггерт ― Не надо лгать. Всё, что я делал, в том числе и какие-то мои ошибки и политические ошибки — они все на виду.

А. Плющев ― И на виду был сегодня Константин Эггерт, мой коллега журналист. Это была программа «Особое мнение». До свидания.






ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Согласен с уважаемыми журналистами-публицистами: да, уж, нынешнее возвращение России в ПАСЕ ну никак нельзя назвать триумфальным. Особенно с попыткой протащить в вице-спикеры этого Зайчутку Слуцкого-Ресина. Да после его бредовых сказок про обстрелы Донецка ракетами с надписями "Привет, детишки!". Многие члены были категорически против, причём совершенно справедливо.

Нынешний российский горе-режим действует категорически вразрез с основополагающими принципами ПАСЕ, подписанными в 1996 г. тогдашним кремлёвским руководством, попросту нарушая и игнорируя самые жизненно важные и ключевые принципы мирного сосуществования и развития взаимоотношений между странами и народами…
________________________________________

Спокойный деловой разговор двух журналистов, знающих себе цену. Вещи называются вполне себе своими именами, нет надрыва, нет фантазий, нет воды. Слушать интересно и потому ещё, что и к слушателям есть уважение. Приглашайте гостя ещё…
________________________________________

Если народ платит, то почему бы и не поднять платежи за ЖКХ? Иначе бы они подумали, прежде чем повышать.
________________________________________

Тем, кто любит сравнивать "эту" пропаганду с советской, можно порекомендовать посмотреть запись программ самых кондовых советских пропагандистов, таких как Зорин или, например, Жуков, после чего сразу включить Соловьёва с Киселёвым, или Скабееву с Поповым и сравнить чисто физиологическую реакцию. В первом случае организм большинства нормальных людей отреагирует зевотой и засыпанием, во втором случае — тошнотой и неукротимой рвотой. Просто потому, что контент российского официоза всё меньше отличим от содержимого выгребной ямы.
________________________________________

Знакомьтесь: Владимир Владимирович, известный человек-либерал, знатный борец за свободу народа и права ЛГБТ-сообщества. Вот-вот уйдёт в отставку по возрасту и от переутомления. Будет тихонько сидеть на крошечной пенсии в своей ветхой конурке в Прасковеевке, разводя там щеночков-лабрадорчиков и золотых рыбок под мурлыканье "Она утонула, она утонула, она утонула."…

Товарищ панически опасается пищевых отравлений и любых отравлений в частности. Похоже, в тот самый потешный на свете засветившийся на "Двадцатке" термос вмонтированы какие-то датчики экспресс-тестов на отраву.
________________________________________

Да никогда Путин никаким либералом не был на самом деле. Цивилизованные державы попробовали воздействовать на горе-режим угрозами отлучения от ПАСЕ, ЕСПЧ и всего цивилизованного сообщества. Горе-режим продемонстрировал недвусмысленную угрозу в этом случае неимоверно усилить давление на российское гражданское общество и противников горе-режима, лишённых даже таких вот самых последних инструментов отстаивания своей гражданской позиции в борьбе с откровенно неправовым и антинародным режимом.
________________________________________

Можно расценивать этот возврат России в ПАСЕ как капитуляцию всего прогрессивного человечества, можно расценивать это как сговор горе-царька с предавшими российский народ и российское гражданское общество двуличными лицемерными западными политиканами.

А можно попробовать подумать над возможными попытками западного сообщества оказать давление на упрямого диктатора какими-то иными средствами на иных фронтах, в том числе и посредством ПАСЕ-ЕСПЧ, причём без лишения российских граждан этой последней инстанции в борьбе за Право, Законность и Справедливость…
________________________________________

Сильно сказал Борис Джонсон:
«Факт заключается в том, что когда Владимир Путин заявляет об устаревании либерализма, он говорит величайшую… чепуху (!!!). Либерализм жив. Это хорошо. Он обеспечивает процветание в масштабах, невообразимых для предыдущих поколений. Не может быть лучшего примера триумфа либеральных ценностей, чем Британия сегодня», — утверждает кандидат на пост премьер-министра Великобритании.

А позднее глава Европейского совета Дональд Туск заявил, что не разделяет мнение российского лидера. И на самом деле изжили себя.. «авторитаризм, культ личности и власть олигархов, несмотря на то, что иногда они могут показаться эффективными». По мнению главы Евросовета, заявление российского президента равно утверждению о том, что «себя изжили свободы, верховенство закона и права человека».

Права была и г-жа Меркель. Она утверждает, что лидер россиян, 12% из которых не имеют туалета в доме, … далёк от реальности. Он замкнулся в Кремле.
________________________________________

Россияне, вас делают не только нищими. ВАМИ и правами вашими… ТОРГУЮТ и ШАНТАЖИРУЮТ Европу госдуровские политиканы!..
________________________________________



ИСТОЧНИК

Александр Плющев

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие материалы  другие материалы   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Международные события (0) > Китай (0)
  • Международные события (0) > Европа (0)
  • Международные события (0) > Украина (0)
  • Международные события (0) > Кавказ (0)
  • Политика (0) > Внешняя политика (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 13.08.2019 - ЗАПРЕЩЕНО ВЕЗДЕ, ГДЕ НЕ РАЗРЕШИЛИ
  • 10.08.2019 - ПОЛИТИКА ЛЮДОЕДСТВА
  • 09.08.2019 - ВЛАСТЬ И НАРКОТИКИ
  • 07.08.2019 - ПРАВДА О ГРУЗИИ
  • 07.08.2019 - ФСБ ВМЕСТО СУДА
  • 07.08.2019 - ГРУЗИЯ — РОССИЯ: ОПЯТЬ ТУПИК?
  • 05.08.2019 - СИТУАЦИЯ ВОКРУГ ИРАНА
  • 22.07.2019 - О СИТУАЦИИ В ИНГУШЕТИИ
  • 22.07.2019 - ДЕТАЛИ И НЬЮАНСЫ ПОЛИТИКИ
  • 20.07.2019 - СУДЬБА ДЖУЛИАНА АССАНЖА
  • 20.07.2019 - КРЫМ ПРИДЁТСЯ ВЕРНУТЬ
  • 16.07.2019 - ЗАЯВЛЕНИЕ ИРАНА
  • 14.07.2019 - УВИДЕТЬ ВСЁ СВОИМИ ГЛАЗАМИ
  • 14.07.2019 - ТРАДИЦИИ КАВКАЗА
  • 09.07.2019 - БЕСПОЩАДНАЯ ВЫРУБКА СИБИРСКИХ ЛЕСОВ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru