Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Политика > Публикация
Политика

[06.08.2019]

БОРЬБА С КОРРУПЦИЕЙ И ВЫБОРАМИ

Сергей АЛЕКСАШЕНКО: экономист, старший научный сотрудник Института Брукингса (The Brookings Institution), первый зампред правления Центробанка в 1995-1998 гг.


Сергей АЛЕКСАШЕНКО:


На сегодня у российских правоохранительных органов есть все достаточные полномочия.

Есть в России организация Росфинмониторинг, которой банки обязаны передавать информацию о любых транзакциях на банковских счетах клиентов всех, независимо от того, как их зовут, Чайка, Бастрыкин, Путин, Иванов, Петров, Сидоров… на сумму свыше 10 000 долларов.

То есть, мы же боремся с серьёзной коррупцией. Что мы будем, с 500-рублёвой коррупцией или с коробкой конфет начинать борьбу? Давайте, всерьёз. Я понимаю, что взятки в России гораздо больше 10 000 долларов…

И тут я бы пошёл не по пути Китая, а по пути какой-нибудь более цивилизованной страны. Например, взять Финляндию для примера. Это бывшая часть российской империи, которая всего 100 лет назад имела с нами общую историю, общую культуру. Вот посмотрите, как они борются с коррупцией, ничего не надо придумывать — достаточно сделать всё то же самое, что и они.

О выборах мы говорим про независимых, не про марионеточных из четырёх парламентских партий. У них не было иллюзий относительно того, что они смогут получить большинство в Мосгордуме. То есть, задачи перехватить власть в Мосгордуме, очевидно, не стояло. Думаю, что ни один из политических лидеров, который стоит за этими людьми, тоже не считал, что можно добиться каких-то значимых успехов. Но политическая борьба, политика — это искусство возможного.

И выборы в Мосгордуму… Оппозиция позволила сделать это политическое шоу зрелищным, тем самым добилась огромного успеха, потому что она превратила это в массовую кампанию, о которой стало известно сотням тысяч, миллионам людей. И эта политическая борьба заставила оппонента, московскую власть, Кремль, показать себя во всей красе.

Вот власть показала, что она не может придерживаться даже тех законов, которые она написала. Потому что на предыдущих выборах, как правило, кандидатов от оппозиции не допускали потому, что они не могли собрать нужное количество подписей.

На этих выборах больше дюжины независимых кандидатов смогли пройти этот барьер. И… По закону написано, что их должны пропустить. По закону написано, что проверка всех подписей должна осуществляться с участием всех кандидатов. То есть, это должна быть такая достаточно открытая процедура, должно быть понятно, почему какие-то подписи принимаются, какие-то — не принимаются.

И тут власть, что называется, сказала: плевать мы хотели на этот закон, мы его соблюдать не будем. Да, мы его написали. Мы-то думали, что вы этот барьер не пройдёте, что вы эти подписи не принесёте. А вы, сволочи такие, нехорошие люди, редиски, каким-то образом умудрились собрать эти подписи. Вот мы… и должны что-то такое придумать.

И выясняется, что никакого варианта В, который бы опирался на закон, у власти нет. И власть просто откровенно по-хамски, по-бандитски начинает себя вести, говоря, что они плевать хотели на тот закон, который сами приняли. Если раньше Путин говорил, что всё в России у нас идёт по закону, то сейчас было показано, что нет, не по закону.

Независимый честный суд, верховенство права выгодны 146 млн. жителей России. Это выгодно всем, чтобы суд был честный, чтобы суд был независимый, чтобы суд решал наши споры. При этом есть очень ограниченная группа людей, человек 100, я думаю, для которых суд нечестный — это инструмент сохранения их власти…

Шестой год подряд доходы населения снижаются. Россияне терпят. До тех пор, пока россияне терпят, значит, можно. А как? Почему нельзя? Вот раз попробовали, два попробовали. Санкции, контрсанкции, Крым захватили, Донбасс захватили, самолёт малазийский сбили. Ну и ничего. Нормально. В Англии людей начали травить боевыми отравляющими веществами. И как? Санкции вводятся вроде против всей страны, вся страна страдает. Почему нельзя? Можно избирательное законодательство корёжить с частотой 10 раз в год. И ничего. Только для того, чтобы держаться у власти. А россияне терпят. Тогда почему нельзя-то?..


                    *   *   *

Н. Росебашвили ― В эфире радио «Эхо Москвы». В студии Максим Курников и Нино Росебашвили. Мы приветствуем нашего эксперта — экономиста Сергея Алексашенко.

М. Курников ― Сначала я спрошу вас про господина Бастрыкина. Он предложил конфисковывать имущество, раскрывать тайну банковского вклада, чтобы бороться с коррупционерами. Вы за?

С. Алексашенко ― Я — за то, чтобы бороться с коррупцией и, как говорится, цель оправдывает средства.

М. Курников ― Но это же не наш метод — конфискация…

С. Алексашенко ― Цель оправдывает средства. У меня есть, правда, опасение, и такое внутреннее ощущение, что если вдруг Государство, Дума, президент, Совет Федерации прислушаются, поддержат господина Бастрыкина, то все эти инструменты будут использоваться не против коррупционеров, а против других граждан, которые защищают гражданские права и свободы. Мне почему-то так кажется.

Когда вы берёте любого человека на работу, то вы смотрите его резюме: что человек делал, чем он занимался, каких успехов он добился? И вот эта производственная история господина Бастрыкина как-то мне не внушает доверия… Чем он занимается с удовольствием, какие он команды выполняет, какие дела он берёт под личный контроль, где добивается успехов, где не добивается успехов…

И мне почему-то кажется, что он будет бороться с людьми… Не с коррупционерами, а с теми, кто борется за гражданские и политические свободы россиян. И здесь его тоже можно понять. Ему хочется, как доблестному, добросовестному руководителю следственного комитета, чтобы все преступления раскрывались. Я предлагаю ему пройти дальше и выдвинуть проект закона, где каждому россиянину от рождения будет вшиваться видеорегистратор в грудь, а в голову вставляться чип. И сигнал сразу будет передаваться в следственный комитет, где обо всём, что делает человек, пишет сразу будет известно.

Н. Росебашвили ― О намерениях будет передаваться?

С. Алексашенко ― Нет, до этого пока наука не дошла. Научиться читать мысли… Закон должен фиксировать то, что уже имеется. Ведь вот все эти технические достижения, типа видеорегистраторов уже существуют. Соответственно, чипы встраивать для передачи информации тоже можно…

Н. Росебашвили ― Человек включил ролик Навального, у него сразу сердцебиение повысилось, сигнал в СК отправляется моментально…

С. Алексашенко ― Это человек с железными нервами, у него сердцебиение как у спортсмена, 50 ударов в минуту. У него всё хорошо, но он включил ролик Навального, и видеорегистратор показывает, что перед ним происходит. Сразу Следственный комитет все айпи адреса… Я готов поспорить, что после этого у господина Бастрыкина вообще с раскрытием преступлений проблем не будет. Поэтому закон нужно другой писать. Что там банковская тайна? Банковская тайна… Ну, знает он, кто финансирует оппозицию. Принесут ему выписки, что фонд Навального финансируется 17 468 человек. Средняя сумма перевода, условно, 150, 250, 550 рублей. Ну, чего он с этой информацией будет делать? Он же не может все 17 тысяч человек посадить, правда? За финансирование терроризма…

А так: посмотрел, и сразу — клевета на органы власти, глумление над законом…

М. Курников ― А если серьёзно, есть какое-то рациональное зерно в его словах или нет?

С. Алексашенко ― Да нет, конечно. Мне кажется, что на сегодня у российских правоохранительных органов есть все достаточные полномочия. Есть в России организация Росфинмониторинг, которой банки обязаны передавать информацию о любых транзакциях на банковских счетах клиентов всех, независимо от того, как их зовут, Чайка, Бастрыкин, Путин, Иванов, Петров, Сидоров… на сумму свыше 10 000 долларов.

То есть, мы же боремся с серьёзной коррупцией. Что мы будем, с 500-рублёвой коррупцией или с коробкой конфет начинать борьбу? Давайте, всерьёз. Я понимаю, что взятки в России гораздо больше 10 000 долларов. Соответственно, если деньги у человека хранятся дома в коробке из-под обуви, то здесь банковская тайна, за раскрытие которой бьётся Бастрыкин, ничего не даст. Потому что нужна не банковская, а коробочная тайна…

По банковским счетам Росфинмониторинг всё получает. Только он не знает, что с этой информацией делать, он не умеет её технологически обрабатывать. Вот и всё. Поэтому банковской тайны для правоохранительных органов нет. Есть орган, который полномочен специально получать информацию, чтобы искать эти нелегальные деньги, криминальные операции, наркоторговлю, что угодно. Бастрыкин пусть отдыхает.

М. Курников ― Многие любят приводить в пример Китай, где есть не только расстрелы, в том числе и за коррупционные преступления, но даже шоу телевизионные, где какие-нибудь известные коррупционеры выходят, каются перед народом и всё такое. Что-то из этого нам стоит перенимать или нет?

С. Алексашенко ― Вы знаете, я бы пошёл не по пути Китая, а по пути какой-нибудь более цивилизованной страны. Например, взять Финляндию для примера. Это бывшая часть российской империи, которая всего 100 лет назад имела с нами общую историю, общую культуру. Вот посмотрите, как они борются с коррупцией, ничего не надо придумывать — достаточно сделать всё то же самое, что и они.

Китай — всё-таки, другая философия, другой менталитет, другая цивилизация. 5000 лет они живут беспрерывно на одном месте. Ни одной другой такой цивилизации в мире не существует. У них нам очень тяжело что-то перенять. А с финнами… У нас финно-угорские корни, кто-то там себя кровными родственниками считает. Ну, не хотим Финляндию, давайте Польшу хотя бы возьмём или страны Прибалтики.

Просто это те страны, которые сталкивались с проблемой коррупции, и достаточно недавно, 20-25 лет назад. И люди помнят, как они решали эту проблему. В общем, я считаю, что у Китая много чему можно научиться. Но мне кажется, что конкретно в борьбе с коррупцией можно что-то другое найти, более интересное.

Н. Росебашвили ― Мне так обидно, что вы выпустили Грузию из списка стран, которые демонстрируют успехи в преодолении коррупции…

С. Алексашенко ― Простите, я же хорошо понимаю, что действительно Грузия добилась больших успехов в борьбе с коррупцией. Просто сегодня с Грузией у нас сложные геополитические отношения, я плохо понимаю, как российские власти захотят с Грузии брать пример хотя бы в чём-то. Вот Финляндия, Польша… Давайте быть реалистами.

Н. Росебашвили ― К слову о том, чтобы быть реалистами. Сергей Владимирович, тут в Госдуме предложили запретить судиться с россиянами, находящимися под санкциями за переделами России. Интересное предложение, как вам?

С. Алексашенко ― Судиться с россиянами за пределами России?

М. Курников ― Да, если вы захотите подать в суд на россиянина, который находится под санкциями, вы должны это сделать в российском суде.

С. Алексашенко ― Ну, мысль, конечно, интересная. Но мне кажется, что здесь… Дьявол в деталях. Если этот россиянин под санкциями живёт в России постоянно, и предмет спора с ним у меня существует в России на основании контракта, который в России или на основании его действий, которые он совершал в России — то да, конечно, судиться с ним я должен в российском суде. Но если, например, эти люди или компании, с которыми у меня договор по английскому праву, и в договоре написано, что мы в случае спора разбираемся в лондонском суде, ну почему тогда я с ними должен судиться в России?..

И санкции тоже бывают разные. Банк ВТБ под какими-нибудь санкциями находится, ещё какие-нибудь там банки, нефтяные компании. Собственно говоря, у банка ВТБ много недостатков, но у него есть одно достоинство, что последние лет 5-7 он активно отстаивает в лондонском суде свои права по вопросам должников. Что же такое? Этот закон примут, и это означает, что Костин должен забыть про лондонский суд и судиться, выискивать деньги должников в российских судах?..

Н. Росебашвили ― А вы понимаете, зачем нам это нововведение? Почему мы хотим все дела принести в российскую юрисдикцию?

С. Алексашенко ― Не понимаю, Нино. Я, честно говоря, про этот закон не слышал, там надо читать пояснительную записку. Но, наверное, там написано что-нибудь «чтобы обеспечить справедливость правосудия». Видимо, депутаты считают изначально, что если я, вы, или гражданин Икс будет судиться с Игорем Ивановичем Сечиным или с Дерипаской, с Ротенбергом в лондонском суде, то вроде как лондонский суд изначально отнесётся без должного уважения и не будет защищать права господина Дерипаски. Опять-таки, если посмотреть, Олег Дерипаска достаточно много судился и в Лондоне, и в Нью-Йорке, когда-то выигрывал, когда-то проигрывал. Но ни разу я не слышал от него фразы, что суд к нему отнёсся несправедливо, или что ущемил его интересы как россиянина, как гражданина, как человека, находящегося под санкциями. Мне кажется, что депутаты сами, если с ними серьёзно поговорить, не смогут объяснить, чего они боятся.

Н. Росебашвили ― Мы перейдём теперь к Владимиру Путину, который вдруг публично провозгласил, что российская экономика растёт 13 кварталов подряд! Вот я, если честно, не очень это на себе ощущаю. Но, может быть, вам оттуда виднее. Растёт российская экономика 13 кварталов подряд или не очень?

С. Алексашенко ― Нино, знаете, как китайцы говорят: Тяжело поймать чёрную кошку в тёмной комнате, особенно если там её нет. И вот тяжело ощущать экономический рост, если его практически не видно. С 2008 года по 2018 год российская экономика росла со скоростью 0,8% в год. С 2014 по 2019 одна растет ещё медленнее, всего 0,3% в год.

И такой рост, на уровне статистической погрешности, действительно ощущать очень сложно. Тем более, если этот рост идёт в основном за счёт экспортных отраслей — вывоза угля, например, или вывоза газа. И с этой точки зрения, что достаётся Минфину, казне? Поэтому, конечно, такой рост мы с вами не ощущаем. Но, опять… есть правила арифметики, и всё, что больше ноля, означает рост…

Собственно, даже это моё согласие признать 0,3% ростом не спасает, не позволяет считать высказывание Владимира Путина адекватным и честным. Потому что достаточно открыть страничку Росстата и посмотреть на те данные, которые Росстат даёт о динамике российского ВВП с учётом снятия сезонности и фиксированных цен. И выясняется, то никаких 13 кварталов роста подряд не существует. Сначала было 3 квартала роста, потом спад, потом 4 квартала роста. Опять рост, опять падение. Последний период роста продолжался 5 кварталов, и в первом квартале 2019-го года опять был спад. Причём спад такой, что первый квартал оказался ниже уровня третьего и четвёртого квартала 2018 года.

Поэтому откуда Владимир Путин берёт такие данные — я не знаю. Опять, я не считаю нужным спорить с Путиным, когда он говорит «дважды два — четыре». То есть, он может говорить правду. Но вот откуда он взял 13 кварталов подряд я, честно говоря, не понимаю.

М. Курников ― Если говорить ещё о том, что было на этом совещании. Госпожа Набиуллина присутствовала, а у вас как раз в прошлой программе был на эту тему разговор.

Н. Росебашвили ― Мы с вами обсуждали, к кому Набиуллина обращалась на этом очередном международном форуме.

С. Алексашенко ― Гипотеза, наиболее близкая к истине, что она обращалась к Путину. Наверняка Эльвира Набиуллина знала о том, что это совещание состоится. И судя по тем сдержанным лицам, которые были в коротких кадрах кинохроники, судя по рассказам людей, которые присутствовали на совещании, особо там никто кроме Максима Орешкина не выступал. То есть, это вот как, знаете, выслушали, приняли к сведению и разошлись… То есть, видимо, Эльвира Набиуллина понимала формат этого мероприятия, и заранее решила сказать, что она думает, вслух.


Н. Росебашвили ― Так, а теперь исходя из новых открывшихся гипотез, что Эльвира Набиуллина обращалась не в пустоту, а всё, что она сказала, было распечатано, сложено в папочку и передано в руки аппарату, наверное, Владимира Путина. Смысл какой в её словах теперь?

С. Алексашенко ― Может, это тоже было в пустоту. Путин и пустота… Мы же не знаем, прочитал Путин, не прочитал, сделал он какие-то выводы, не сделал. Она честно выполнила свой долг. То есть, в том виде, в каком она его понимает. Она считает правильным информировать президента Российской Федерации о проблемах российской экономики. При этом она не обо всех проблемах говорит. Она не говорит о санкциях, она не говорит ещё о чём-то. Что можно, что разрешено, она сказала. Партия умеренного прогресса в рамках закона. Вот то же самое. Мы говорим правду про экономику, но ровно дозированную правду, которую разрешает Владимир Владимирович говорить.

М. Курников ― Даже такая партия, мне кажется, не получила бы допуска на выборы в Мосгордуму. Кандидат от такой партии был бы заблокирован. Потому что что-то не пускают никого. Давайте сначала вопрос философский: а с чего вдруг все начали воспринимать выборы в Мосгордуму как что-то значимое?

С. Алексашенко ― Максим, хороший вопрос. И я бы сказал так, я думаю, что ни у кого из тех кандидатов, которые идут в Мосгордуму… Мы говорим про независимых, не про марионеточных из четырёх парламентских партий, не было иллюзий относительно того, что они смогут получить большинство в Мосгордуме. То есть, задачи перехватить власть в Мосгордуме, очевидно, не стояло. Думаю, что ни один из политических лидеров, который стоит за этими людьми, тоже не считал, что можно добиться каких-то значимых успехов. Но политическая борьба, политика — это искусство возможного.

И выборы в Мосгордуму… Процесс сбора подписей… Регистрации кандидатов… Они позволили сделать это политическое шоу зрелищным. То есть, даже если оппозиция не сможет, ни один кандидат от оппозиции не будет допущен до бюллетеня, и вот все скажут «ну вот, опять не получилось». На самом деле, оппозиция добилась огромного успеха, потому что она превратила это в массовую кампанию, о которой стало известно сотням тысяч, миллионам людей. И эта политическая борьба заставила оппонента, московскую власть, Кремль, показать себя во всей красе.

Поэтому мне кажется, что с этой точки зрения выборы в Мосгордуму действительно превзошли многие, ранее нами видимые подобные события. В конце концов, это происходит в Москве, в пределах Садового кольца, в столице нашей родины. И с мгновенным освещением во всех социальных сетях. Потому что при всём захватывающем характере выборов на Дальнем Востоке в прошлом году, всё-таки это очень далеко, информация оттуда приходила медленно и не полностью.

Н. Росебашвили ― Сергей Владимирович, вы сказали, что эти выборы и подготовка к выборам позволила власти показать себя во всей красе. А что нового мы увидели? Что там было из нового и прекрасного?

С. Алексашенко ― Нино, смотрите. Вот власть показала, что она не может придерживаться даже тех законов, которые она написала. Потому что на предыдущих выборах, как правило, кандидатов от оппозиции не допускали потому, что они не могли собрать нужное количество голосов. Подписей. Либо муниципальных депутатов, либо граждан.

На этих выборах больше дюжины независимых кандидатов смогли пройти этот барьер. И… По закону написано, что их должны пропустить. По закону написано, что проверка всех подписей должна осуществляться с участием всех кандидатов. То есть, это должна быть такая достаточно открытая процедура, должно быть понятно, почему какие-то подписи принимаются, какие-то — не принимаются. И тут власть, что называется, сказала: плевать мы хотели на этот закон, мы его соблюдать не будем. Да, мы его написали. Мы-то думали, что вы этот барьер не пройдёте, что вы эти подписи не принесёте. А вы, сволочи такие, нехорошие люди, редиски, вы каким-то образом умудрились собрать эти подписи. Вот мы… должны что-то такое придумать. И выясняется, что никакого варианта В, который бы опирался на закон, у власти нет. И власть просто откровенно по-хамски, по-бандитски начинает себя вести, говоря, что они плевать хотели на тот закон, который сами приняли. Если раньше Путин говорил, что всё в России у нас идёт по закону, то сейчас показано, что нет, не по закону.

М. Курников ― Вот вы, исходя из этого тезиса, получается, уверены в презумпции невиновности кандидатов, что, наверное, правильно. Но при этом у вас присутствует презумпция виновности чиновников, что они априори выжигают эти подписи не потому, что там есть какие-то формальные ошибки, а потому что они негодяи?

С. Алексашенко ― Нет, у меня такого нет. Смотрите… Всё, что я говорю о поведении чиновников, об их отношении к закону — это моё личное мнение. И оно действительно такое. Значит, вот кто-то там сказал, что на самом деле ещё окончательного решения о регистрации или не регистрации кандидатов нет. Что всё это где-то ещё впереди, и вот каждый раз ты никак не понимаешь, это уже окончательно всех отклонили, Яшина, Соболь или тут же появляется, что ещё 2-3 дня, подождите… Был протокол, потом будут списки, потом будут ведомости… Вот что-то такое. Никто не понимает, когда в этом процессе будет поставлена точка. Поэтому, что называется, давайте сделаем оговорку на это.

Второе. Мы видим, как в массовом порядке та технология, которая прописана в законе с точки зрения сбора подписей и проверки их, она неработоспособна, потому что все подписи под выдвижение собираются в ручном режиме. То есть, люди должны рукой всё написать. И при этом не ошибиться ни разу. После этого машинистки вводят всё это дело, перепечатывают, допускают огромное количество ошибок, которое мы видим. Причём где-то ошибки случайные, а где-то ошибки сознательные. Просто заменить имя или заменить улицу, паспорт перепутать… Это уже преступление — статья противодействия избирательным правам граждан, нарушение избирательных прав граждан. Но никаких извинений, никаких следственных действий в этом отношении…

Н. Росебашвили ― Это пока, Сергей Владимирович. Пока кандидаты соберут все отклонённые подписи, которые не приняли, и потом уже посмотрим, опять же. Всё-таки презумпция виновности со стороны чиновников прослеживается в ваших словах.

С. Алексашенко ― С моей стороны прослеживается, да, действительно. Потому что они создали такую технологию, которая позволяет им искажать избирательную волю граждан, которая заключается в том, что они поддерживают выдвижение того или иного человека. И чиновники искажают волю этих граждан, впечатывая в эти бумажки совершенно недостоверные сведения. А следующая итерация, что всю ту информацию, которую машинистки вбивают с ошибками осознанными или не осознанными, проверяют по устаревшим базам данных как минимум на год, которые были созданы под прошлые выборы, которые не учитывают изменение паспортов, прописок, семейного статуса, фамилии и так далее.

Н. Росебашвили ― Хорошо вам известная дискуссия такая возникла между Константином фон Эггертом и Евгенией Альбац. И вот как всегда, нужно идти на поклон к Горбунову, не нужно к нему идти?

М. Курников ― Нужны встречи, не нужны встречи?

Н. Росебашвили ― Вот в этой истории вы скорее, какой позиции придерживаетесь?

С. Алексашенко ― Я не успел прочитать эту дискуссию, поэтому не знаю…

М. Курников ― А так даже интереснее.

Н. Росебашвили ― Тогда первый твит Эггерта выглядит так: «Какой Горбунов, вы серьёзно? В воющей стране с режимом-изгоем не бывает выборов. В принципе не может быть. Или вы это до сих пор не поняли?». И Евгения Марковна справедливо спрашивает: «Да, Костя. И лечь под матрас?».

С. Алексашенко ― Я успел высказать свою точку зрения. Получается, что я солидаризуюсь с Женей Альбац. И моя логика очень простая, она опирается на то, что главная проблема — не выборы, а политическая борьба. И в политической борьбе вам нужно иметь шансы, возможность общаться со своими оппонентами. Слава богу, что это мирная борьба пока идёт, бескровная. И заставлять их принимать решение, потому что если вы думаете, что можно убедить, условно, Горбунова или Памфилову как-то по-другому посмотреть на сложившуюся ситуацию, и просто из доброй воли. С этими людьми нужно встречаться, нужно перед ними ставить требования. Нужно показывать, что оппозиция, люди, которые выдвигали кандидатов в Мосгордуму, что у них есть политические интересы. И что они готовы давить на власть. Ни одна власть не откажется от своих привилегий, полномочий, вранья, воровства, если на неё не давить.

Собственно говоря, самый яркий пример, как Кремль поддаётся давлению — это декабрь 2011 года. Было массовое давление, после чего были сделаны определённые политические уступки. Давление исчезло, и тут же многие из этих уступок были взяты назад. Это нормальный инструмент давления на оппонента.

М. Курников ― Вы, когда говорили о выборах в Мосгордуму, какое значение это имеет в политической борьбе, вы упомянули Кремль, что Кремль здесь будет себя каким-то образом показывать. А уровень Мосгордумы — это разве уровень ответственности Кремля? Или всё-таки на ступеньку ниже?

С. Алексашенко ― Всё, что происходит в России, это уровень ответственности Кремля. Хотя Россия называется федерацией, а Москва — это отдельный субъект федерации. Тем не менее, вся политическая система построена в России по прихоти Кремля, на усмотрение Кремля и управляется вручную из Кремля. И, безусловно, люди, сидящие в Кремле, подчиняющиеся Сергею Владиленовичу Кириенко, и господину Вайно, очень внимательно отслеживают всё, что происходит. И я не сомневаюсь, что у них каждый день проходит какой-то анализ, что случилось сегодня, какие шаги сделают завтра, или пусть Москва решает сама, или мы вмешаемся… Давайте разработаем вариант на этот случай, на тот случай…

Поэтому это — попытка выдать желаемое за действительно, попытка исказить ситуацию, когда люди говорят о том, что это уровень Москвы, здесь Собянин или Горбунов вообще самый главный человек. Да кто этот Горбунов? Человек, которым там 26 лет проработал на бюрократических должностях, а теперь выясняется, что у него дача непомерных размеров?! Он её на честно нажитые трудовые доходы заработал? Понятно, что не Горбунов, а президент объявляет правила выборов в России.

Н. Росебашвили ― Сергей Владимирович, вы сами сказали, что по вашим же прикидкам выборы в МГД интересуют максимум 10 000 москвичей…

С. Алексашенко ― Честная политическая конкуренция. И что?

Н. Росебашвили ― И зачем Кремлю переживать, если это какие-то 10 000 человек?

С. Алексашенко ― Нино, сто лет назад в октябре 1917 года большевики были маргинальной политической партией. Вообще говоря, они были маленькой политической партией. Весной 1917 года большевики были маргинальной политической силой, их было физически, в количественном выражении очень мало. Их никто не поддерживал, их взгляды были совершенно не связанные с действительностью, они не могли найти себе никаких союзников. Вот поэтому на них не обращали внимания…

И в результате история пошла таким образом, что большевики через полгода, в октябре 1917 года совершили государственный переворот. Поэтому говорить о том, что активных оппозиционеров мало, и чего на них обращать внимание — это их сегодня мало. Напомню, что в декабре 2011 года они смогли вывести 150 000 человек на улицы Москвы. Значит, потенциально что-то может заставить 150 000 москвичей выйти на улицы города. Вы меня спросили, могут ли выборы в Мосгордуму, вся эта процедура, к чему-то привести. Мне кажется, что нет. Мне кажется, что этого недостаточно. Но, может быть, я ошибаюсь.

М. Курников ― Отмена всех барьеров? Понятно, что эти барьеры есть по всей стране, вы совершенно точно заметили, что мы всё-таки Российская Федерация, и во многих регионах эти выборы проходят. Как вы думаете, то, что происходит в Петербурге, это тоже падает фокус? Но выборы в Мосгордуму и Петербург заслонят в этом году всё, что происходит на региональных выборах, или мы получим что-то такое интересное, как было в прошлом?

С. Алексашенко ― Я не умею предсказывать будущее. С выборами в Мосгордуму, вообще говоря, всё понятно. В лучшем случае грандиозным успехом оппозиции будет то, что нескольких кандидатов, 2-3-5 зарегистрируют для участия в выборах. И уже совершенно фантастическим успехом будет, если кто-то из них один пройдёт в Мосгордуму. Но это из разряда «Очевидное и невероятное». Потому что Кремль будет всеми силами стремиться этого не допустить.

Соответственно, ход выборов в Петербурге тоже как монетки кидать — либо Беглов, либо кто-то другой, неважно, кто. И здесь всё зависит от жителей Петербурга, насколько они готовы защищать своё человеческое, гражданское достоинство, насколько им приятно или неприятно видеть этого человека во главе своего города. Конечно, хотелось бы, чтобы питерцы проявили свою политическую активность, чтобы не только в 1917 году они её проявляли, но и в 2019 как-то тоже выразили свою гражданскую позицию.

С другой стороны, если предположить, что в Мосгордуме никого не зарегистрируют, и в Питере победит Беглов, но при этом в 10 других регионах победит не действующий губернатор или исполняющий обязанности, что важнее? Вот, на мой взгляд, самый главный элемент то, что в прошлом году четыре губернатора проиграли выборы, в этом будет больше или меньше. То есть, процесс будет набирать силу или процесс пойдёт назад.

Н. Росебашвили ― На сайте спрашивают: «Каков прогноз по Visa и MasterCard, уйдут они в этом году из России или нет?

С. Алексашенко ― Это не вопрос к Visa или MasterCard, это вопрос к Кремлю, хочет Кремль, чтобы Visa или MasterCard ушли из России или нет. То есть, в Государственную думу внесён закон, по-моему, он уже даже прошёл первое чтение. И если этот закон будет реализован, то Visa или MasterCard, международные платёжные системы, в принципе не смогут выполнить этот закон. Не то, что они захотят, не захотят. У них технологически так устроен обмен данными, что они в принципе будут не в состоянии выполнить этот закон.

Соответственно, если этот закон будет не избирательного применения, а обязательным к исполнению, то я думаю, что Visa или MasterCard сами примут решение прекратить свою деятельность в России. Потому что они не могут работать с нарушением закона.

М. Курников ― Это же никому не выгодно в итоге.

С. Алексашенко ― А у нас Кремль делает много поступков, которые никому не выгодны кроме очень узкой группы людей, сидящих за стенами.

М. Курников ― Мне кажется, что тут даже им не выгодно?

С. Алексашенко ― Почему?

М. Курников ― Это ещё большее ухудшение инвестиционного климата.

С. Алексашенко ― Да ну ладно, о чём вы? Независимый честный суд, верховенство права выгодны 146 млн. 700 тысячам жителей России. Это выгодно всем, чтобы суд был честный, чтобы суд был независимый, чтобы суд решал наши споры. При этом есть очень ограниченная группа людей, их там человек 100, я думаю, для которых суд нечестный — это инструмент сохранения их власти…

Поэтому если вдруг этот закон, который запрещает деятельность международных платёжных систем в России, будет принят, то у этих людей всё будет в порядке. Там такой дочерний банк ВТБ, находящийся в Германии, выпустит для них карточки Visa или MasterCard, и у них всё будет хорошо, не волнуйтесь. То, что у граждан России всё будет плохо…

Н. Росебашвили ― Объясните мне тогда в глобальном смысле, Сергей Владимирович, насколько далеко можно зайти в этом деле ухудшения жизни россиян? Насколько? Где горизонт, где граница? Нельзя же бесконечно делать только хуже, хуже и хуже…

С. Алексашенко ― До тех пор, пока россияне терпят, значит, можно. А как? Почему нельзя? Вот раз попробовали, два попробовали. Санкции, контрсанкции, Крым захватили, Донбасс захватили, самолёт малазийский сбили. Ну и ничего. Нормально. В Англии людей начали травить боевыми отравляющими веществами. И как? Санкции вводятся вроде против всей страны, вся страна страдает. Почему нельзя? Можно избирательное законодательство корёжить с частотой 10 раз в год. И ничего. Только для того, чтобы держаться у власти. А россияне терпят. Шестой год подряд доходы населения снижаются. Россияне терпят. Тогда почему нельзя-то?

Н. Росебашвили ― Сергей Владимирович, мы всё время шутим про дно, которого достигла российская экономика, это Улюкаев сказал…

М. Курников ― Когда-то давно.

Н. Росебашвили ― Да. А вот вы как экономист можете обозначить нам, где это дно?

С. Алексашенко ― Нино, про дно, которого достигла российская экономика, сказал МВФ в 1992 году. Он сказал: «мы думали, что российская экономика уже достигла дна, но упорные русские продолжали копать глубже». Поэтому это Алексей Валентинович присвоил себе. Я думаю, он знал, но он не говорил, что это его авторская фраза.

Соответственно, дно… Я как-то раз говорил, могу повторить. Вот Венесуэла, в которой состояние гораздо хуже, чем у России, где за последние три года ВВП упал процентов на 35, где гиперинфляция исчисляется миллионами процентов в год. Вот она достигла дна, которое заставило народ выйти на улицы и снести режим Мадуро. Поэтому Россия по сравнению с Венесуэлой находится, не знаю, как Эверест по сравнению с уровнем Мёртвого моря, у которого отрицательная высота, в ямке. Поэтому это точно совершенно не реалистический сценарий, обсуждать, когда Россия достигнет экономического дна.

Н. Росебашвили ― Тогда продолжим про тех, кто копает в этом направлении. Но уже не про российских всяких разных чиновников, а про американцев. Потому что палата представителей Конгресса одобрила поправку к проекту оборонного бюджета. Это всё, что касается возможных санкций против госдолга России. Во-первых, понятно, что эта бумага ещё не лежит перед Трампом. Как вам кажется, какие перспективы в этом вопросе?

С. Алексашенко ― Я думаю, что если этот законопроект будет одобрен обеими палатами американского конгресса, то президент Трамп его подпишет. Потому что это такой хитрый политический ход, который активно использует и Кремль в работе с государством, когда в один какой-то не значимый закон вписываются фразы о порядке введения, что перекорёживает совершенно другой закон…

Трамп не может остановить принятие военного бюджета, в Америке в последние годы бюджет принимается не целиком, а по частям. То есть, слишком сильны противоречия между республиканцами и демократами. И бюджет как единый документ там не принимается. Соответственно, Трамп выступает за то, чтобы военный бюджет принимался в первую очередь. И если там сохранится эта фраза о санкциях в отношении госдолга России, подозрительных операций с госдолгом, я думаю, что Трамп его подпишет ровно потому, что у него не будет другого выхода.

М. Курников ― А что это означает? Как мы это почувствуем?

С. Алексашенко ― Никак, Максим. Вот при всём при том… Российский госдолг — это те самые облигации федерального займа, которые покупаются в Москве на бирже, и практически в этом году на 80% — это то, что обеспечили иностранцы. Это означает, что если бы эти санкции работали на протяжении этого года, минфин не смог бы занять долларов. Но это не означает, что минфин не мог взять и разместить какие-нибудь еврооблигации. Пошёл бы, занял деньги в долларах или евро, в японских йенах, швейцарских франках. В общем, как говорится, Минфин нашёл бы, где перехватить денег. И бюджет бы не пострадал. Даже если бы бюджет не смог бы привлечь эти деньги, это не была бы какая-то катастрофическая ситуация. Я думаю, что приняли бы поправку к закону и разрешили бы использовать средства фонда национального благосостояния.

Поэтому это неприятный для минфина элемент, потому что после этого приток новых денег на рынок госдолга прекращается. И он потихоньку чахнет и вырождается. Но с точки зрения текущего бюджета и жизни страны это ни на чём не скажется.

М. Курников ― Скажите, как вы относитесь к такому механизму, как налоговые льготы для компаний, которые делают что-то новое, перспективное и важное?

С. Алексашенко ― Например, добывают нефть в Арктике. И просят у государственного бюджета 2,5 трлн. рублей…

Н. Росебашвили ― Ну, например.

С. Алексашенко ― Я отношусь к таким компаниям хорошо, и к их запросам отношусь хорошо. Потому что я считаю, что лоббизм в том и состоит, чтобы выбивать из государства деньги. На то у государства имеются деньги, налоги, бюджеты, льготы, которое государство может или не может давать. И задача любого бизнесмена — попытаться из государства деньги выбить, чтобы дать ему налогов меньше, а ещё — получить денег на реализацию какого-то проекта.

Как гражданину мне эта идея не нравится. И я считаю, что мы возвращаемся к 1992 году… Геннадий Васильевич Кулик, лидер Аграрной партии, который в начале 1990 произнёс фразу, что Россия должна кормить своих крестьян. А теперь выясняется, что Россия всё время сидит на нефтяной игле, что нефть — наше богатство, достояние. И теперь выясняется, что для того, чтобы добывать нефть, федеральный бюджет должен приплачивать деньги. Мне кажется, что это не самое рациональное…

М. Курников ― Не приплачивать. Просто ужиматься.

С. Алексашенко ― Мне кажется, что Россия в сегодняшнем своём состоянии будет лучше себя чувствовать стратегически, если она скажет: «Знаете, мы на таких условиях нефть в Арктике лучше оставим на будущее. Давайте мы будем слезать с этой удивительной сырьевой зависимости, отказываться от нефтедолларов. Не может Роснефть добывать…». Почему Роснефть добывает в Арктике, а остальные не могут? Потому что в России есть закон, что лицензию на месторождение на шельфе могут получить только госкомпании. А давайте попробуем провести открытый конкурс, в том числе, с участием международных компаний. А может кто-то из них захочет добывать там нефть, не прося у российского бюджета 2,5 трлн. рублей? Для начала.

А если нет конкуренции, если это монопольная позиция компании, которая называется Роснефть, она делает бюджету предложение, от которого бюджет не может отказаться. Хочешь нефтяные доходы на 10 или 15 лет вперёд? Соглашайся, что их будет меньше.

М. Курников ― А Газпромнефть не имеет того же статуса, что и Роснефть?

С. Алексашенко ― Юридически Газпромнефть не является государственной компанией. Она принадлежит Газпрому. Она иногда пользуется такими правами. Юридически Газпром может, а Газпромнефть — нет.

М. Курников ― То есть, если бы на месте Роснефти был бы Лукойл, вы бы сказали, что это нормальный рыночный механизм?

С. Алексашенко ― Если бы у нас в России была конкуренция, я бы на месте государства провёл конкурс. И посмотрел… Для начала конкурс без участия иностранных компаний. Вдруг в России найдётся какая-то компания, которая готова всё это дело добывать без дотаций из бюджета, без налоговых льгот. Соответственно, если в России таких не нашлось, организовал открытый конкурс с участием иностранных менеджеров. Может, они как-то захотят. А если бы и они не захотели, я бы тогда сел и подумал, может, это вообще не надо.

Н. Росебашвили ― Как не надо? И допустить иностранцев…

С. Алексашенко ― А что? Они возьмут и увезут? Добудут нефть, продадут на экспорт. А Сечин что сделает? Добудет нефть, продаст на экспорт.

М. Курников ― Этот доход получит наша нефтяная компания, государственная. А так — какие-то чужие дяди…

С. Алексашенко ― Нет, Максим, доход получит Роснефть. Если совсем юридически, то Роснефть тоже не государственная компания, потому что её главный пакет акций принадлежит компании Роснефтегаз, которая является государственной компанией. По закону даже Роснефть не имеет права разрабатывать это месторождение. И дивиденды от Роснефти получает тоже Роснефтегаз. Даже не федеральный бюджет. Поэтому налоги… В бюджет идут налоги.

Можно пойти по схеме, которая есть у норвежцев, и оставить 51% экономического интереса за Российской Федерацией. Все работы будут делать иностранцы, а доходы будут делиться.

М. Курников ― Заканчиваем на этом. Больше конкуренции, хорошей и разной.

Н. Росебашвили ― Спасибо большое, это была программа «Персонально ваш», Сергей Владимирович, до встречи.






ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Согласен с уважаемым экономистом-эскайпистом С. Алексашенко: безусловно, на самом деле это все путинские борцы с фальсификацией подписей, выборов являются как раз самыми разнузданными фальсификаторами и подтасовщиками всего-всего на свете — и подписей, и выборов, банально недостойными врунами, аферистами, ревизионистами и приукрашивателями. Народ пока что сдерживается, хотя давно уже понял — при этих горе-клоунах никаких выборов нет и быть не может. Только Всенародный перформанс "Миллион на площади"… Пока не сковырнём эту горе-клоунаду, так и будем чувствовать себя не до конца Человеками, не то что там свободными и вольными самодостаточными личностями, а скорее, быдлом и скотами. Вечная слава всем участникам нынешних протестов и могучей кучке поддержантов отвергнутых независимых кандидатов…
________________________________________

Путин отобрал Крым, а отвечать будем все "мы". С какой стати? Кто меня спросил?
________________________________________

Вредительская антинародная внешняя и внутренняя политика нынешних горе-правителей Кремля окончательно разваливает страну и губит весь народ вместе со всей страной. И сам горе-царёк, и все его подручные воры-державники давно уже доказали всю свою полнейшую профнепригодность и никчемность — кроме мега-воровства, тупо-жульничества и гига-коррупции им нечего предложить стране. Россия давным-давно готова к взрывному прорывному комплексному поступательному развитию, причём изумительно небывалыми темпами. В России есть абсолютно все предпосылки для этого. Кроме одной, самой ничтожной и никчемной. Бездарный безумный горе-царёк сознательно торпедирует и саботирует все попытки прорыва народа во главе с передовым прогрессивным классом страны к этому комплексному развитию и прогрессу, всячески подавляя все виды народно-освободительного движения…
________________________________________



ИСТОЧНИК

Нино Росебашвили, Максим Курников

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие материалы  другие материалы   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Беспредел (0) > Преступления (0)
  • Власть (0) > Бюрократизация (0)
  • Власть (0) > Грабёж (0)
  • Власть (0) > Коррупция (0)
  • Власть (0) > Путин (0)
  • Нравственность (0)
  • Общество (0) > Акции протеста (0)
  • Общество (0) > Выборы (0)
  • Общество (0) > Гражданское общество (0)
  • Политика (0) > Внутренняя политика (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 16.08.2019 - КТО УПРАВЛЯЕТ МОСКВОЙ?
  • 16.08.2019 - ПОЛНЕЙШИЙ БЕСПРЕДЕЛ!
  • 15.08.2019 - ИНТЕРВЬЮ С ОЮБОМ ТИТИЕВЫМ
  • 15.08.2019 - 20-ЛЕТИЕ ПУТИНА ВО ВЛАСТИ
  • 15.08.2019 - ЭСКАЛАЦИЯ НАСИЛИЯ
  • 14.08.2019 - НИКАКИХ «МАССОВЫХ БЕСПОРЯДКОВ»
  • 14.08.2019 - ВЛАСТЬ СДЕЛАЛА СВОЙ ВЫБОР
  • 14.08.2019 - ПОЛИТИЧЕСКИЙ КРИЗИС
  • 13.08.2019 - ЗАПРЕЩЕНО ВЕЗДЕ, ГДЕ НЕ РАЗРЕШИЛИ
  • 13.08.2019 - У НАС ХОДЯТ СТРОЕМ…
  • 13.08.2019 - БЕРЕМЕННОСТЬ ВЛАСТИ
  • 12.08.2019 - ИРКУТСКАЯ ТРАГЕДИЯ РОССИЙСКОГО МАСШТАБА
  • 12.08.2019 - ВЗОРВЁТСЯ ЛИ В 2021 ГОДУ
  • 11.08.2019 - ИНТЕРВЬЮ ДМИТРИЯ ЛЮБИТЕНКО
  • 11.08.2019 - ОЗАБОЧЕННОСТЬ ВЛАСТИ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru