Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Всем, кому интересна правда

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Вопросы истории > Публикация
Вопросы истории

[19.11.2019]

ПОСЛЕДНЕЕ ИНТЕРВЬЮ ВЛАДИМИРА БУКОВСКОГО

Интервью Дмитрия Гордона

(ТЕКСТ, ВИДЕО, КОММЕНТАРИИ)

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО <<
ЗДЕСЬ >>

Дмитрий Гордон:


В 1976-ом году его обменяли на Генерального секретаря Чилийской компартии Луиса Корвалана. Думаю, не будь этого повода вытолкать Буковского из страны, наши вожди и кормчие придумали бы другой, — слишком уж много крови попортил им неистовый бунтарь и «хулиган».


ВЛАДИМИР БУКОВСКИЙ:

«Общество не осознало ни своей свободы, ни своей ответственности, а получив гласность сверху, в качестве подарка, так и не знало, на что бы такое употребить её. Промучившись так с десяток лет, сами же и выбрали себе в правители привычных старых палачей, сразу же избавившись ото всех трудных вопросов».





— После высылки из Советского Союза вы были с почётом приняты в Белом доме президентом Соединённых Штатов Америки Джимми Картером. Как эта встреча происходила?

— Она состоялась 1 марта 1977-го года, а вообще-то свою роль сыграли там два обстоятельства. Во-первых, проблему прав человека Картер сделал в своей избирательной кампании ключевой. Он был очень чувствителен к общественному мнению и, раз так, должен был с ним считаться. И со мной сделал большое телевизионное интервью Майк Уоллес для своей знаменитой программы «60 Minutes» («60 минут». — Д. Гордон), выходившей по воскресеньям на телеканале CBS. У них был устойчивый рейтинг — чуть ли не 40 миллионов американцев их смотрело. И этот Уоллес, прекрасный журналист, эдакий адвокат дьявола, который умел вытащить из тебя какие-то неожиданные вещи, меня под конец спросил: «А хотели бы вы встретиться с нашим президентом — объяснить ему, что такое жизнь в Советском Союзе?». Я воскликнул: «Ну да, конечно», и Белый дом получил порядка миллиона писем…

— Ух, ты!..

— …с требованиями, чтобы Картер меня принял. Так что проигнорировать глас народа он не мог (справедливости ради замечу: об этом узнал позже, а тогда ни о чём не подозревал).

— Сколько же вы общались?

— Час, но Картер пришёл не сразу. Он ужасно нервничал, дёргался, боялся реакции Москвы на то, что меня принимает, поэтому, когда меня в Овальный кабинет провели, там был лишь вице-президент Уолтер Мондейл. Он меня приветствовал, мы разговорились, а минут через 10 вошёл Картер. Он, кстати, и фотографироваться со мной побоялся — нас сняли с Мондейлом, хотя американские власти и не скрывали, что Картер меня принял.

— Вы стали одним из организаторов бойкота Московской олимпиады?

— Да, но уже позже.

— Дело к 1980-му году шло. Это был осознанный шаг?

— Конечно, а разве могло быть иначе?

— Почему же вы не хотели, чтобы состоялась в столице СССР Олимпиада, чтобы, улетая в московское небо, мишка махал всем рукой?

— Этого в любом случае не хотел, но задача была немножко другая. У нас же друзья в тюрьмах сидели: евреи-отказники, крымские татары, немцы Поволжья…

— …украинские националисты…
— Значит, надо было выбить из советских властей как можно больше уступок, а получилось не так, как я рассчитывал, потому что советские войска вторглись в Афганистан, и тогда весь мир возмутился: «Да, однозначно бойкот!».

— Через сколько лет после выдворения вы снова оказались в Союзе?

— Через 15 — шёл 1991-й…

— Год развала СССР…

— Да, но тогда, в апреле, Союз ещё был.

— Вот вы сошли по трапу на московскую землю — какими были первые впечатления?

— Ну, первые впечатления я получил, когда не давали визу. Поначалу ведь мне отказали, а приглашал-то на самом деле Ельцин. Тогда, в 1990-ом, ещё Тэтчер была у власти, и я к ней пошёл. «Так вот и так, — говорю, — ваш Миша не даёт мне приехать».

Она много старше меня, но мы с ней дружили. И до сих пор ещё какие-то отношения есть, хотя она очень больна и никого уже не принимает. Тэтчер сразу — она очень благожелательный человек — советского посла Замятина вызвала, стукнула кулаком и сказала (а должен был прибыть с визитом премьер-министр Павлов): «Вашего премьера я не приму, пока не дадите визу Буковскому».

— Дали?

— Мгновенно, но только на пять дней (смеётся).

— Видимо, чтобы не задерживались. Советский Союз чем-нибудь вас поразил или усугубил лишь прежние впечатления?

— Вы знаете, время было удивительное. Наверное, самое в истории России свободное. Никакой цензуры на телевидении, и я, например, из Останкино не выходил — телевизионщики бесконечно что-то снимали, показывали. ГБ за мной ездить боялась. Гарик Каспаров дал мне на всякий случай свою охрану, а те были крутые ребята, с пушками. Увидели гэбэшников и глазами сверкнули: «Сейчас мы с ними поговорим». Пошли, что-то сказали, и те исчезли — больше не появлялись.

— Фантастика!

— По тем временам, как я понял, если бы что-нибудь произошло, эти ребята вполне могли перестрелять всю группу ГБ — как нечего делать! Время было удивительное, в России полный бардак (свобода — это прежде всего бардак). Старовойтова, помню, затащила меня в Верховный Совет. «Скажи, — попросила, — хорошую речь». Прямо как товарищу Сталину…

— И вы на трибуну Верховного Совета вышли…

— Да, и произнёс речь: не депутат, никто — просто из изгнания прибыл.

— Класс!

— У меня фотография есть: стою на трибуне Верховного Совета, а на ней герб — серпастый и молоткастый… Увы, на всё про всё пять дней было, за которые ничего не успеешь.

— Когда же вы получили доступ к архивам ЦК КПСС и КГБ?

— Это позже, но давайте уточним: доступа к архивам КГБ никто никогда не получал вообще. По решению Ельцина 23 августа 1991-го, когда провалился путч, их должны были передать в Госкомитет по архивам…

— Но никто этого не сделал, правда?

— Да, ЦКовские архивы передали, потому что здание ЦК было захвачено толпой, и оттуда они попали куда надо, а по поводу архивов ГБ была специальная комиссия создана…

— …из бывших агентов, которые, я уверен, заметали следы…

— Естественно. До сих пор комиссия эта работает, но ни одной бумаги никуда ещё не передала, так что я видел только те документы ГБ, которые были направлены в ЦК и хранились там.

— Что вас больше всего в них поразило?

— Прежде всего то, до какой степени органы были инфильтрированы в Запад, насколько его пронизали. Все знали, что они не дремлют, что у них есть агентура и прочее, но размах сотрудничества, которое любая западная институция имела с Москвой, меня шокировал. Все этим грешили: не только политики, профсоюзы, военные, но и, что меня больше всего потрясло, пресса, видные деятели культуры…

— Их покупали?

— Наверное — я много бумаг видел, но, конечно, не все. В какой-то момент председателем Специальной комиссии по архивам при президенте Ельцин назначил министра печати и информации своего большого приятеля Полторанина. Я лично с ним договаривался, что вот закажу столько-то документов, а он их рассекретит, и он всё делал — вообще очень по-кавалерийски с архивами обходился…

— Время такое было!..

— Ну да. В этой комиссии были представители КГБ, МВД, МИДа, но никто с ним не спорил — кто же будет возражать человеку, который пьёт с президентом? Миша делал широкий жест: «Разрешить», но даже он однажды показал мне документ — две странички плотного текста — и сказал: «А вот этот мы тебе не дадим». Я был заинтригован: «Миша, в чём дело?». — «Здесь имена иностранных журналистов на зарплате у КГБ». Я попросил: «Миша, дай!». — «Нет, — он отрезал, — мы ими ещё попользуемся».

— Сегодня об СССР часто вспоминают, особенно в России, с ностальгией: вот, мол, как замечательно было, а если в двух словах, чем был, по-вашему, хорош и чем плох Советский Союз?

— Вы знаете, этот ностальгический момент меня раздражает ужасно, причём люди же сами себе врут. Помню, году в 1993-ем у меня было на радио интервью, и кто-то позвонил в студию судя по голосу, немолодой человек, наверняка живший в советское время, с вопросом: «А что вы нам тут рассказываете? При коммунистах хотя бы была колбаса»… И я просто сел! Вот колбасы-то как раз и не было! Все ехали за ней в Москву, где её ещё можно было купить…

— По нескольку часов в очередях выстаивали!

— Мой оппонент за два года всё ухитрился забыть! В том-то вся проблема и заключалась: не было колбасы!..

— Зато та, которую правдами и неправдами доставали, отличной была…

— (Смеётся). Они одно время такую «выбрасывали», которую даже собаки не ели, — зелёную, сморщенную, так что я эту ностальгию терпеть не могу.

— Рейган был прав, назвав Советский Союз империей зла?

— Да, безусловно.

— Вы и сейчас так считаете?

— Да.

— Но было же и что-то хорошее?

— Как говорят англичане, у каждого облака есть серебряная подкладка, иными словами, нет худа без добра. Советская научная школа, например, была очень сильной — именно научная: математики, физики. Они разбрелись сейчас по всему миру, и едва ли не каждый там, куда прибрёл, создал ещё школу (Россия дико потеряла на этом).

Ещё один важный момент — в Союзе средние люди считали себя обязанными читать подозрительные книжки именно потому, что это не приветствовалось: самая читающая нация на свете была!

— Ну и бесплатные медицину и образование нужно, наверное, не сбрасывать со счетов?

— Мы все знаем: лечиться бесплатно — даром лечиться совершенно бессмысленно. К врачу в те времена — вы-то вряд ли помните — шли…

— С коробкой конфет максимум…

— Нет, прежде всего, чтобы получить бюллетень и не идти на работу. Такие пациенты составляли в клиниках 99,9 процента, а если же что-то серьёзное возникало, связи включались.

— Блат.

— Да, у тебя, скажем, знакомый доктор, а тебе нужен умелый сапожник: я тебя с сапожником мастеровым сведу, а ты меня — с чудесным врачом.

— …который через твоих друзей достанет билеты в театр…

— Вот-вот! Только—так можно было в Советском Союзе лечиться.


Из книги Владимира Буковского «И возвращается ветер...»

Любопытно, что при всём многообразии книг, исследований и монографий о социализме — политических, экономических, социологических, статистических и прочих — не догадался никто написать исследование на тему: душа человека при социализме. А без такого путеводителя по лабиринтам советской души все остальные монографии просто бесполезны. Более того, ещё больше затуманивают предмет. Ах, как трудно, наверно, понять эту чёртову Россию со стороны — загадочная страна, загадочная русская душа!..

Судя по газетам, по книгам да фильмам — а по чему ещё о советской жизни судить? — они всем довольны. Ну, нет у них политических свобод, многопартийности, а они и рады — народ и партия едины! Вот ведь у них выборы — не выборы, а чёрт знает что такое: один кандидат, и выбирать не из кого, а участвуют в них 99,9 процента, причём 99,899 процента голосуют «за».

Вот ведь у них жизненный уровень низкий, продуктов, говорят, не хватает, а забастовок нет! По слухам, морят их голодом по лагерям и тюрьмам безо всякой вины, за границу не выпускают, но вот, глядите же — по всем заводам и сёлам митинги: единодушно одобряем политику партии и правительства — ответим на заботу партии новым повышением производительности труда! Голосуют дружно, все руки тянут — что за чёрт? Едут зарубежные корреспонденты, присутствуют на митингах и видят: и вправду все политику партии одобряют — никто даже при голосовании не воздерживается…

Говорят, отсталая экономически страна, ручной труд и прочее, а ведь первый спутник Земли запустили, первого человека в космос — обогнали Соединённые Штаты! Более того, имеют мощную военную промышленность, да такую, что весь мир в страхе дрожит, — откуда это? Делаются научные открытия, и какие! А Большой театр, балет?.. Что же это всё — рабы, подневольные люди?

Ну, литература у них, положим, скучная — всё о производстве, да о планах, о собраниях. Но читают же, покупают книги — значит, им нравится. Есть и у них отдельные недостатки — так сами и признают их, и критикуют. Было что-то раньше, какие-то неоправданные репрессии, но теперь-то нет — разобрались, осудили ошибки, невинных выпустили, и за границу всё-таки их пускают. Вот и туристы, и спортсмены, и артисты, и разные там делегации — и всем довольны, и назад возвращаются. Ну, бывает, один-другой убежит, не вернётся — так, может, только этим и было плохо, а остальным хорошо, остальные довольны?

Спроси любого советского человека на улице, хорошо ему или плохо, и все как по писаному ответят: хорошо, лучше, чем у вас на Западе. А может, и вправду лучше? Образование бесплатное, медицинское обслуживание тоже, жильё дешёвое, безработицы и инфляции нет — может, подвирает западная пропаганда, и жизнь у них прекрасная?

Или вот ещё объяснение: может, для них эта жизнь лучше нашей, и они другие, особенные — им только такая жизнь и нужна, и не нужно им наших благ и свобод?

И уж совсем сбивают с толку эти самые диссиденты. Если всё так плохо, как они утверждают, такое бесправие и произвол, так почему они ещё все в живых, даже не сидят некоторые? Значит, и какая-то свобода есть, и права какие-то? Или это просто инспирировано и советским властям выгодно? А может, придумано ЦРУ, да и сколько же их, этих диссидентов? Вот ведь под какой-то там петицией протеста 10 человек подписалось: это же курам на смех — в стране, где 250 миллионов!

Ну, наконец, если им всем и вправду плохо — почему нет восстаний, массовых протестов, демонстраций, забастовок, и массового террора ведь тоже больше нет? Ну, посадят там человек 10-15 в год — не то что в Чили или Южной Корее. И ещё много-много недоумённых вопросов, на которые нет ответа…

В результате после досконального, с его точки зрения, изучения вопроса критически мыслящий западный наблюдатель приходит к двум выводам. Если придерживается левых взглядов: прекрасная страна СССР, прекрасный и самый передовой у неё строй. Люди счастливы и, несмотря на отдельные недостатки, строят светлое будущее, а буржуазная пропаганда, конечно, стремится за эти отдельные недостатки ухватиться и всё у них извратить, оклеветать, оболгать.

Если наблюдатель не придерживается левых взглядов, получается, что русские — люди особенные, и что нам плохо — им очень нравится. Такие они фанатики, так рвутся строить свой социализм, что готовы от привычных нам удобств и образа жизни отказаться, и в обоих случаях — одно заключение: не нужно мешать им, нельзя запретить людям страдать, коли им это нравится — не спасать же их вопреки их воле. Такие уж эти русские!

Да, трудно понять эту страну со стороны, почти невозможно, но легче ли изнутри, то есть легче ли понять и оценить происходящее тем самым «русским» (всех нас Запад зовёт русскими — от молдаванина до чукчи), которые там всю жизнь живут?

Вот он, этот будущий советский человек, человек нового типа родился, и на первых порах его никак нельзя посчитать диссидентом. Никаких особых свобод он не требует, запрещённых книг не читает, за границу не просится, против места и времени своего рождения не протестует. Он ещё, правда, не знает, как уже много советскому государству и родной партии должен. Не лежать бы ему сейчас в коляске и не сосать мирно соску, если бы не их неустанная забота, но очень скоро с него этот долг спросят.

Родители, по занятости своей, отдадут его сперва в ясли, потом в детский сад, и если первые слова, которым он обучится, будут «мама» и «папа», то уж затем обязательно «Ленин». Будет он по выходным дням удивлять своих родителей способностями, декламируя:

День Седьмого ноября —
Красный день календаря!
Посмотри в своё окно —
Всё на улице красно!

Затем в школе кругозор его ещё расширится. Постепенно он узнает, что Бога не было и нет, что вся история человечества есть переход из мрака к свету, от несправедливости и угнетения к свободе и социализму, что люди во все времена мечтали жить в такой стране, как наша (ради этого они тысячелетиями шли на восстания, жертвы, на муки и казнь), что все великие люди прошлого стремились к тому самому обществу, которое мы, наконец, построили, — даже если они сами не всегда это понимали.

Что такое Лев Толстой, например? Зеркало русской революции. И сейчас мир разделён пополам: с одной стороны — силы света, счастья и прогресса у нас, а с другой — реакция, капитализм, империализм, которые только и мечтают, как бы уничтожить наше счастье и поработить нас так же, как порабощён народ в их собственных странах.

Чтобы этого не произошло, нужно прилежно учиться, а потом вдохновенно трудиться — чем дальше, тем подробнее и обстоятельнее: сначала в школе, а потом в институте, в армии, на работе — изо дня в день представления эти усваиваются. В явной форме — в виде преподавания истории СССР, истории КПСС, политэкономии, научного коммунизма, научного атеизма, основ марксизма-ленинизма, диалектического материализма, исторического материализма и так далее, и тому подобное. В неявной форме — почти шёпотом, как при гипнозе, — в кино и книгах, в полотнах и скульптурах, по радио и телевидению, в газетах, на лекциях, в учебниках математики, физики, логики, иностранного языка, в плакатах и афишах, и даже в сочинениях, переведённых с других языков мира.

Если, допустим, вы переводите из учебника французского, немецкого или английского языка текст, то это о том, как плохо живётся рабочим во Франции, Западной Германии, Англии или США. Или, наоборот, о том, как хорошо живётся людям под солнцем социализма, или эпизоды из жизни великих революционеров прошлого, или о борьбе народов против капитализма. Если же вы откроете учебник логики, в качестве примера объективной истины вам приведут: «Марксизм-ленинизм — всепобеждающее учение».

Возьмите газетные новости или кинохронику. Вам сообщают или показывают: открыт новый курорт в Болгарии, пронёсся тайфун в Японии, уральские рабочие перевыполнили план, многотысячная забастовка во Франции, богатый урожай собирают на Украине, чудовищная статистика автомобильных происшествий в Америке, сдан новый жилой микрорайон в Ташкенте, разгоняют студенческую демонстрацию в Италии… Становится ясно, что там — только стихийные бедствия, катастрофы, демонстрации, забастовки, полицейские дубинки, трущобы и постоянное падение уровня жизни, а у нас — только новые курорты, заводы, урожаи, бескрайние поля, светлые улыбки, новосёлы и рост благосостояния. Там — чёрные силы реакции и империализма угнетают трудящихся и грозят нам войной, здесь — светлые силы прогресса и социализма строят сияющее будущее и борются за прочный мир, и они победят неизбежно.

Всё это каждый день, каждый час — в тысячах газет, журналов, книг, кинофильмов, концертов, радиопередач, песен, стихов, опер, балетов и картин, и ничего, кроме этого, — ничего против, и даже когда вы едете в поезде и рассеянно глядите в окно на проносящиеся пейзажи, взгляд ваш бессознательно пробегает, а мозг фиксирует выложенные вдоль дороги камушками и битым кирпичом лозунги: «Миру — мир!», «Ленин всегда живой!», «Вперёд, к победе коммунизма!»…

С восьми-девяти лет почти принудительно тебя заставляют вступить в пионеры, а с 14-15-ти — в комсомол, то есть в молодёжные политические организации с соответствующей дисциплиной, что означает активное участие в идеологической работе. И вот уже не тебе втолковывают, а ты втолковываешь другим насчёт всепобеждающего учения и требуешь от них повышения успеваемости или производительности труда во имя светлого будущего, ведь все мы перед партией и правительством за их заботу в неоплатном долгу.

Что делать родителям? Пытаться с самого начала объяснить детям, что их обманывают? Но это опасно: дети расскажут своим друзьям, а те — своим родителям, учителям. И что посоветовать детям? Открыто говорить о своём несогласии или молчать, скрывать взгляды, лгать, жить двойной жизнью? Да и поверят ли дети вам, а не тому, чему учат их школа и пропаганда? К тому же вся эта идеология существует не только в чистом виде — она заложена во все школьные предметы: историю, литературу, ботанику, географию и т.д., а ученик обязан знать и отвечать их так, как написано в учебнике. Естественно, чаще всего родители машут рукой: а, чёрт с ним, вырастет — сам поймёт.

Рано или поздно он понимает, ибо в жизни почти каждого жителя СССР наступает этот момент просветления. Рассказывают такой анекдот. Воспитательница в детском саду проводит беседу — повесила карту мира на стену и объясняет: «Вот это, дети, Соединённые Штаты Америки. Там люди живут очень плохо, у них нет денег, и поэтому они не покупают своим детям конфеты и мороженое и не водят их в кино. А вот это, дети, Советский Союз — здесь все люди счастливы, и живут хорошо, и покупают своим детям каждый день конфеты и мороженое, и водят их в кино». Вдруг маленькая девочка заплакала. «Что ты, Таня, плачешь?» — спрашивает воспитательница. «Хочу в Советский Союз!» — всхлипывает она.

Это только первый импульс, первое недоразумение — обыкновенно человек долгое время ощущает гордость и радость от того, что живёт в такой замечательной, единственной стране. В самом деле, надо же, чтобы так повезло — родиться именно здесь и теперь: всего каких-нибудь три тысячи километров на запад или 50 лет назад, и столько несчастий, столько горя и угнетения, и только одно слегка беспокоит: зачем так много об этом кричать? Ну, хорошо, знаем уже, слышали, рады и счастливы: самая лучшая, самая первая, самая прогрессивная! Будем помнить, спасибо — разве такое забудешь? Да неужели ещё кто не усвоил?

Постепенно вы начинаете различать, что не всё так гладко в жизни, как в газетах. Живут все, за исключением большого начальства, от получки до получки, а перед получкой уже несколько дней еле-еле сводят концы, норовят друг у друга занять, а уж одежду купить, или мебель, или телевизор — так надо извернуться, сэкономить или на стороне приработать. Опять же какие-то всё время нехватки — то мяса нет, то масло пропало, то картошка не уродилась, и всюду очереди — их уже почти не воспринимаешь, только отстаиваешь часами.

Потом очень уж раздражает бесхозяйственность, нерациональность. Вот привезли вам под окна какую-то кучу брёвен или кирпича: везли, торопились, разгружали, а потом лежит себе эта куча и год, и другой, пока не сгниёт — никому не нужно. То вдруг улицу раскопают — ни пройти, ни проехать: полгода что-то чинят — говорят, водопровод, и точно, перестаёт идти из крана вода. Наконец, починят всё, закопают, привозят асфальт, и бабы, обычно вручную, его укатывают. Не успел застыть — глядь, опять приехали и раскопали, опять месяца три-четыре ни пройти, ни проехать: теперь, говорят, газ чинят — и точно, перестаёт идти газ. Ну, чего бы, казалось, сразу его не чинить, пока раскопано было?

Или ещё вот — крыша протекла в доме: это уж форменное бедствие, потому что добиться её ремонта — дело почти невозможное. Ходят целые делегации жильцов — и в райсовет, и в горсовет, и к депутатам, пишут жалобы, собирают петиции, какие-то комиссии приезжают — крышу обследуют, устанавливают, что точно, течёт она, но на ремонт денег нет, не запланировано. И так иногда годами, а пока что собирают жильцы старые корыта, тазы и вёдра, подставляют на чердаке под течь и с тревогой по утрам смотрят на небо — будет дождь или нет.

Казалось бы, совсем незначительный факт, но врезался в память с детства. Невдалеке от нашего дома был магазин, куда мне часто приходилось бегать то за хлебом, то за сахаром: стоял он на другой стороне улицы — метрах в 200 от перекрестка, где обозначен переход. Большинству людей, чтобы попасть в магазин, не нарушая правил перехода, нужно было пройти эти 200 метров до угла, а затем ещё 200 метров — по другой стороне до магазина.

Естественно, что все норовили перейти улицу напротив магазина, не делая крюка, но именно здесь, затаясь в засаде, поджидал их милиционер и нещадно штрафовал, и, видно, получал неплохой доход для государства, так как никакая опасность быть оштрафованным или попасть под машину не могла заставить людей идти лишних 400 метров. Не только мы, пацаны, но и взрослые, даже старые бабки в валенках и с кирзовыми кошёлками в руках рысцой бежали через эту улицу под свист милиционера. Вроде бы чего проще: разреши людям переход, раз им это удобнее — нет, десятилетиями, на моей памяти, стоял там милиционер, собирая дань.

Трудно сказать, что двигало властями — экономическая ли выгода или желание отстоять свой авторитет, но эпизод этот очень типичен: порядки, ими вводимые, всегда были противоестественны, противоречили здравому смыслу и всегда вводились под угрозой наказания. Не сказать, чтобы это меняло психологию граждан или к повиновению их приучало, но зато все оказывались перед государством виновными, любого можно было наказать. Стояла за этим и типичная философия государственной власти: дескать, разреши людям делать, что хотят, и что получится? Совсем никакого порядка в государстве не будет. Все эти мелочи, накапливаясь, счастье советского человека, его веру в светлое будущее зат уманивают, конечно, но тысячеустый хор газет и журналов, кинофильмов и радиопередач, лекторов и просветителей уже готов ему всё объяснить.

— Зачем же сразу так обобщать, товарищи? Да, есть у нас отдельные недостатки и временные трудности, местные власти часто работают ещё недостаточно чётко, но мы критикуем их, поправляем. Не нужно забывать, что идём по нехоженой, так сказать, тропе, первые новое общество строим, подсказать нам некому, порой и ошибаемся, но посмотрите, сколько уже достигнуто, сколько по сравнению с 1913 годом сделано! Конечно, частично, во имя создания в будущем самого совершенного общества, мы должны пойти на определённые жертвы, и если сейчас не всегда легко, потом наши дети будут благодарить нас, ведь как бы в отдельных случаях ни ошибались, в целом-то правильным идём путём — идеи-то наши светлые.

Не нужно забывать и о капиталистическом окружении, которое нам вредит и будет вредить — они только и ждут, чтобы мы расслабились, усомнились в своей правоте. Враг не дремлет, и чтобы с ним успешно бороться, тоже нужно приносить определённые жертвы — и так далее, и тому подобное…

Что ты тут возразишь? Нельзя же в самом деле утверждать, что если у меня крыша течёт, то и коммунизм плох или строить его не нужно или если мяса сейчас не хватает, то не следовало революцию затевать.

А годы между тем идут, складываются в десятилетия, и уже знает советский человек, что самое постоянное в его жизни — это временные трудности, но если в моём районе или области или у меня на работе, в той отрасли хозяйства, где я тружусь, бесхозяйственность, неустроенность и обман, это же не доказывает, что везде плохо и никогда лучше не будет. Вот ведь, запускаем людей в космос, балет наш за границу с большим ездит успехом, строим огромные заводы, плотины — значит, не везде и не всё плохо, в чём-то и мы сильны, и уж, по крайней мере, не так худо, как там, на Западе. У них что ни месяц — забастовка: это уж, должно быть, совсем скверно жить людям, если на такое решаются, и безработицы у нас нет, с голоду не умираем.

Годы опять-таки идут, но ничего не меняется, и возникает уже сомнение: да строим ли мы этот коммунизм — может, ещё и не начинали? Вот ведь с 1917-го по 1922-й год, ясное дело, никакой советской власти не было, гражданская война была. Потом, до 30-го года, — НЭП, а это, известно, отступление. Затем до 1953-го — культ личности: тоже никак не советская власть. Дальше, до 1964-го, Хрущёв, оказывается, всё не так делал — вовремя спохватились, сняли: выходит, с 1965-го правильную жизнь только и начали? Да ещё подождать надо — может, и этого снимут или после смерти объяснят, что всё было неправильно.

Нестойкое это состояние неуверенности быстро сменяется убеждением в полной лживости пропаганды: как ни сложно получить информацию, а всё-таки и мы не совсем изолированы, и выясняется, что в других областях и районах ничуть не лучше, а порой — хуже, чем у нас, что в других отраслях хозяйства такой же бардак, что космос — сплошная туфта, а крупнейшие эти заводы и плотины строили зеки за пайку хлеба. Вот только насчёт балета ничего не выясняется — как он, этот балет, не разваливается? Ну, да и чёрт с ним, с балетом, — не тем живы.

Более того, просачивается к нам, что и на Западе не всё так (всё не так), как нам пели, и безработным, оказывается, платят за то, что они не работают (вот фантастика — у нас бы в Сибирь сослали, а там деньги дают). У каждого автомобиль, колбаса в магазине всех сортов, и никаких очередей, — короче, рай, сказка, и кончилась в светлое будущее вера.

Один мой знакомый, ещё в 50-е годы, забавный провёл эксперимент. Находился он в магазине, стоял в очереди за молоком, а она громадной была — продавцы работали медленно, лениво. Начала очередь роптать, как водится, что не всем хватит, да что медленно отпускают. И в одну из пауз между взрывами народного гнева знакомый мой возьми да и скажи, громко и внятно: «Безобразие развели! Очередь на полдня — совсем как в Америке!», после чего обрушилось на него народное негодование: «Да что вы, гражданин, какая Америка? Такое только у нас возможно!». Долго ещё поглядывали на него укоризненно и с сожалением…

Дальше — больше: стало, например, выясняться, что, пока у всех у нас временные трудности, у них там, в обкомах-горкомах да в Кремле, давно уже коммунизм построен. Тайно промеж себя распределяют икру, колбасу, всякие импортные товары, понастроили себе виллы, огородили заборами, охрану поставили, чтоб никто не увидел, как они эту икру лопают, и наплевать им на нас, хоть сдохни!

Когда-нибудь у нас, думаю, поставят памятник политическому анекдоту: эта удивительная форма народного творчества нигде в мире не встречалась — только в социалистических странах, где люди были лишены информации, свободной печати и общественное мнение, запрещённое и репрессированное, находило столь необычно своё выражение. Краткий и по необходимости сжатый, максимально насыщенный информацией, любой советский анекдот стоит томов философских сочинений, а его упрощённость оголяет нелепость всех пропагандистских ухищрений. Анекдот пережил все самые тяжёлые времена, выстоял, разросся в целые серии, по нему можно изучать всю историю советской власти, и, мало того, издать полное собрание анекдотов так же важно, как написать правдивую историю социализма.

В анекдотах можно найти то, что не оставило следа в печати, — мнение народа о происходящем: на любой вопрос есть ответ.

Как, например, расценил народ разоблачение культа личности? Когда Сталина вынесли из Мавзолея и похоронили у Кремлёвской стены, на его могиле появился венок с надписью: «Посмертно репрессированному от посмертно реабилитированных».

А однажды исчез из Мавзолея Ленин. Принялись искать, обшмонали весь Мавзолей и нашли записку: «Уехал в Цюрих — начинать всё сначала».

Или как потомки наше время оценят? В будущих энциклопедиях напишут: «Гитлер — мелкий тиран сталинской эпохи. Хрущёв — литературный критик времён Мао Цзэдуна».

И, конечно, анекдоты о КГБ. В Египте нашли мумию, все египтологи мира собрались, не могут установить, что это за фараон. Пригласили советских специалистов, приезжают три египтолога в штатском. «Оставьте нас, — говорят, — с ним один на один». Оставили. День ждут, два, три — ничего. На четвёртый выходят: «Рамзес XXV». Все поражены: «Как вы узнали?» — «Сам, сволочь, сознался».

Или на параде на Красной площади министр обороны объезжает войска. «Здравствуйте, товарищи танкисты!» — приветствует он. «Здра... жела... ва... маршал!» — дружно отвечают танкисты. Едет дальше: «Здравствуйте, товарищи артиллеристы!». — «Здра... жела... ва...». Наконец, подъезжает к войскам госбезопасности: «Здравствуйте, товарищи чекисты!». — «Здравствуйте-здравствуйте, гражданин маршал», — отвечают те с нехорошей усмешечкой.

А проблема борьбы за мир и советского миролюбия? Приходит еврей к раввину и спрашивает: «Ребе, ты мудрый человек, скажи: будет война или нет?». — «Войны не будет, — отвечает ребе, — но будет такая борьба за мир, что камня на камне не останется».

А что говорят советские люди о «загнивающем капитализме»? — «Гниёт-то гниёт, но запах какой!» — и потягивают сладостно носом».



ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Буковский не только диссидент, но и УМНЕЙШИЙ БЛАГОРОДНЫЙ ЧЕЛОВЕК. Спасибо Дмитрий за интереснейшее интервью.
________________________________________

Вот настоящий русский герой. Таким людям должны ставиться памятники на площадях. Да будет так!
________________________________________

Очень грустно, когда уходят такие люди как Буковский. Царствие небесное ему, Вечная память.
________________________________________

С каждым годом только ещё более убеждаюсь, что совок — это зло и только зло…
________________________________________

Люди, народ! Смотрите и слушайте "последнего из могикан". Потрясающий анализ, оценки! Вечная память Владимиру Константиновичу! Читайте его книги.
________________________________________

Земля ему пухом, но лучший из лучших, глыба, патриот, философ, аналитик…
________________________________________

Владимир Буковский — это совесть мира. Нашего гнилого мира.
________________________________________

И таких людей потеряла Россия! А приобрела подполковника КГБ! Позор и стыд! Спасибо за то, что он учит быть смелыми, бескомпромиссными, честными без пафоса. Спасибо ведущему за приглашение таких людей.
________________________________________

"Две крылатые ракеты на Лубянку, и терроризма в мире станет на 80 процентов меньше"! Гениально!
________________________________________

Буковский — один из немногих, с кем соглашаешься на все сто!
________________________________________

Мощный, умный, смелый, с огромным уважением, Владимир Буковский. Такими людьми должен гордиться народ.
________________________________________

Это великий человек! Совесть, несгибаемость. Таких людей забыть невозможно.
________________________________________

Последний из великих, настоящих великих.
________________________________________

Абсолютно прав этот человек, который видит многое.
________________________________________

Мне 85 лет. Я писатель и журналист. За все эти годы такого умного человека как Буковский и такого интервью не встречал. Спасибо вам дорогой Гордон.
________________________________________

Какие подонки, это надо так издеваться над человеком. Кто здесь скажет, что СССР это хорошо?
________________________________________

Я следил за событиями, связанными с Владимиром Буковским с 60-х годов. Это святой человек, которого я боготворил. Недосягаемо великий образ для меня. Замечательный, сильный, умный — всегда!
________________________________________

Владимир Буковский — каждое слово просто на вес золота!
________________________________________

Советские диссиденты — это настоящие герои!!!
________________________________________

Владимир Буковский — один из немногих бывших диссидентов, кто трезво относится к социализму и его пагубному влиянию на свободу граждан, делая их полностью зависимыми от правительства и чиновников.
________________________________________

Спасибо!!! Открыл для себя настоящего ЧЕЛОВЕКА!!!
________________________________________

Видно, что был болен человек. Но ум совершенно ясный и светлый. Земля пухом и светлая память.
________________________________________

Хороший мужик. Я в конце интервью слегка прослезился.
________________________________________

Могучий человек, пережить такие пытки и не сдаться!
________________________________________

Это патриот России. Вечная память. Дмитрий, вы пишете живую историю, огромное вам спасибо за ваш труд.
________________________________________

Удивительно смелый, достойный человек.
________________________________________

Замечательный великий человек. Спасибо за классное интервью.
________________________________________

Светлый человек, философ, светлая память.
________________________________________

Всем рекомендую к прочтению его книгу «И возвращается ветер...»
________________________________________

Да уж таких людей встретить — на вес золота!!! Его даже советский режим не смог сломать! С огромным уважением!
________________________________________

Какой мудрый, умный человек! Его оценки точны и конкретны. Вместе с тем доброта и порядочность. Вечная память Буковскому!
________________________________________

Буковский — настоящий человек, с уважением.
________________________________________

Вот этот человек! Господин Буковский — настоящий герой! Я ему сочувствую за его страдания и желаю здоровья.
________________________________________

Спасибо за прекрасное интервью. Рад видеть Владимира Константиновича в добром расположении духа, многих лет жизни.
________________________________________

Я из России. Уважаю Буковского. Он прав на 100%.
________________________________________

Достойное интервью, приятно слышать грамотные вопросы и абсолютные ответы. Жаль, что эти люди не находятся в большой политике.
________________________________________

ВЕЛИКИЙ РУССКИЙ ЧЕЛОВЕК!
________________________________________

Правда Буковского некоторым слух режет. Дмитрий Ильич, огромное спасибо за гостя и интересную беседу.
________________________________________

Человечище!
________________________________________

Таким личностям, как Буковский, не нужны ни чины, ни звания, ни награды. Для таких людей важно, чтобы ЖИЛА страна родная, а не прозябала, чтобы люди осознавали человеческое достоинство и жили с ощущением такового, а не удовлетворялись бытиём униженных и оскорблённых.
________________________________________

Спасибо, Дмитрий, за эти интервью с Буковским. Владимир Константинович, Ваше мировоззрение и несгибаемая воля победили Советский Союз. Вы — пример личности в истории. Здоровья Вам!
________________________________________

Бесконечно благодарна уважаемому Владимиру Буковскому.
________________________________________

Стойкость и мужество против гнилых гэбистов!
________________________________________

ЭТОТ ЧЕЛОВЕК — ГЕРОЙ…
________________________________________

Таких людей, как Буковский, нет. Он круче Овода, выдуманного персонажа, руководившим своим расстрелом. Но Овод — это мечта людей о стойкости и героизме. А нам надо гордиться, что мы жили в эпоху реального человека Буковского. Наверняка у него есть недостатки, как у живого человека. Даже его враги должны фактически признать его победу. То, что его ненавидят до сих пор, наоборот говорит, что он во многом прав. Дай бог ему улучшение здоровья, и чтобы пожил с меньшими мучениями!
________________________________________

Спасибо! Очень интересное интервью с мужественным и честным человеком.
________________________________________

Восхищаюсь непоколебимым чувством СОБСТВЕННОГО ДОСТОИНСТВА.
________________________________________

Какая умница! Просто наслаждение его слушать.
________________________________________

Это как глоток хорошего вина… храбро, честно… Таких осталось единицы. Полностью адекватный человек!
________________________________________

Умный и мудрый мужик.
________________________________________

На одном дыхании! Дмитрий, спасибо за Владимира Константиновича!
________________________________________

Здоровья Вам, Владимир Константинович!!
________________________________________

Земля ему пухом!!! Любой, кто противостоит Кремлю — ГЕРОЙ И ЛИЧНОСТЬ!!!
________________________________________

Очень рад знакомству с таким ЧЕЛОВЕКОМ. Спасибо Гордону за интервью!
________________________________________

Сколько же пережил этот человек!!! Почти в одиночку шёл против РЕЖИМА!
________________________________________

Спасибо за правду! Сибири очень тошно, ужас!..
________________________________________

Гебэшники его обвинили в самом ужасном, в чём можно обвинить человека, в педофилии. Но и тут он от них улизнул, вознёсся! Героям слава!
________________________________________

Сейчас таких честных и убеждённых противников у власти нет. Земля пухом.
________________________________________



ИСТОЧНИК

ИСТОЧНИК

Интервью Дмитрия Гордона

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие материалы  другие материалы   
Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru