Волгоградское региональное отделение Российской Объединённой Демократической Партии "ЯБЛОКО" 
 
Официальный сайт
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
Назад на первую страницу Занести сайт в Избранное Послать письмо в Волгоградское Яблоко Подробный поиск по сайту 18+

Ваше доверие - наша победа

ЯБЛОКО
nab
Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко Волгоградское Яблоко
   
ВЕКОВАЯ МЕЧТА РОССИИ!
ПОРЯДОК ПОДСЧЁТА ГОЛОСОВ
ВОЛГОГРАДСКОЕ «ЯБЛОКО» ПРЕДСТАВЛЯЕТ ВИДЕОМАТЕРИАЛ «КОПИЯ ПРОТОКОЛА» В ПОМОЩЬ ВСЕМ УЧАСТНИКАМ ВЫБОРОВ
СУД ПО ИСКУ "ЯБЛОКА" О РЕЗУЛЬТАТАХ ВЫБОРОВ В ВОЛГОГРАДСКУЮ ГОРОДСКУЮ ДУМУ
ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ В ВОЛГОГРАДЕ
новое на сайте

[31.12.2010] - ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ РЕАЛЬНО ИЗМЕНЯЕТ МИР

[20.12.2010] - «БРОНЗОВЕТЬ» В «ЕДИНОЙ РОССИИ» СОВЕРШЕННО НЕЧЕМУ И НЕКОМУ, ОНА МОЖЕТ ТОЛЬКО ЗАГНИВАТЬ И РАЗЛАГАТЬСЯ

[22.04.2010] - РОССИЯ - МИРОВОЙ ЛИДЕР В РАБОТОРГОВЛЕ

рассылка
Подпишитесь на рассылку наших новостей по e-mail:
наша поддержка

российская объединённая демократическая партия «ЯБЛОКО»

Персональный сайт Г.А. Явлинского


Природа дороже нефти

Help to save children!
Фракция «Зелёная Россия» партии «ЯБЛОКО»

Современный метод лечение наркомании, алкоголизма, табакокурения

Александр Шишлов - политик года в области образования

Московское молодёжное "Яблоко"

За весну без выстрелов

Начало > Религия > Публикация
Религия

[17.11.2018]

ВИЗАНТИЙСКИЕ ХИТРОСТИ

Андрей КУРАЕВ: российский религиозный и общественный деятель, писатель, богослов, философ, публицист, церковный учёный, проповедник и миссионер, старший научный сотрудник кафедры философии религии и религиоведения философского факультета МГУ


Андрей КУРАЕВ:


Почему Восточная Римская империя, сиречь Византия пережила Западную Римскую империю? Хитроумные они больно были, их дипломаты всегда разыгрывали одну и ту же партию. Какая-нибудь орда новая варварская подкатывает к Дунаю из глубин Евразии. А византийцам не до этого. Им надо то с персами, то с сарацинами бодаться, то с варягами какими-нибудь норманнами на Сицилии. Поэтому, что делать? Они посылают послов на Кубань. Там какая-то орда наверняка кочует тоже. Надо попросить их ударить в тыл той орде, которая на Дунае.

И это была миссия Кирилла и Мефодия к хазарам, между прочим. Причём это была антирусская миссия, как ни странно. Потому что русы — это варяги, норманны те самые, которые осадили Константинополь.


С. Крючков ― С нами и с вами сегодня дьякон Андрей Кураев. Проведут встречу Марина Максимова и Станислав Крючков.

М. Максимова ― Добрый день!

А. Кураев ― Добрый день.

С. Крючков ― Андрей Вячеславович, накануне церковь отмечала праздник Покрова Пресвятой Богородицы. Патриарх Кирилл в своей проповеди затронул евангельскую максиму «Любите врагов ваших». Как можно любить врага, и как вам интерпретация, данная в проповеди?

А. Кураев ― Патриарх произнёс прекрасную проповедь. Заметьте, я при случае не останавливаюсь перед выражением несогласия с ним. В данном случае всё так и есть. Христос возлагает на людей заведомо неисполнимые заповеди: «Любите врагов ваших». Враг — это тот, кого по определению не очень люблю, не радуюсь при виде его и уж тем более не радуюсь его радостям, то есть я, может быть, буду сострадать ему в его большой беде, но радоваться его радостям — ему там квартиру подарили, скажем — нет, что вы! Никогда. А Христос призывает именно к этому. И тогда возникает такая развилочка трёх вариантов ответа.

Первое: ну, это тот самый Иеуша Га-Ноцри, городской чудак, фрик I века, он просто плохо знал людей, и поэтому у него вот все люди добренькие и так далее. Это вот из этой серии.

Второй вариант — это действительно, тот, кого исповедует христианская церковь, то есть бог, пришедший на землю, но очень злой бог, который был озабочен тем, чтобы над каждым из нас висела статья, и поэтому даёт заведомо неисполнимые заповеди, чтобы было, за что придраться на страшном суде.

И третий вариант — это опять же бог, любящий бог, знающий, что нам это не по силам, но поэтому он не просто нам оставляет инструкцию «Вы любите, а я улетел». Он ещё и даёт нечто, что текст книги под названием Евангелие, не вмещает. Он даёт то, что в церкви называется благодать. Любовь его — «пребудьте к любви мой». То есть это некая сила, которая больше, чем мои возможности и мои способности.

Собственно говоря, это и есть главный вопрос сегодняшнего дня: эта самая сила, она зависит от земных канцелярий? Вот когда в Минске Московский синод определил, что, оказывается Константинопольская церковь — это вовсе не церковь, означает это, что Святой Дух возьмёт под козырёк, как только телеграмму получит из Минска, и по всему миру из всех храмов Вселенского патриархата он оттуда уйдёт, пока ему снова, может быть, не разрешат на условиях покаяния?

Вот вопрос — что такое эта божья любовь, божья благодать, божья сила? Она с «отличниками боевой и политической подготовки» или она с грешниками, с больными?

С. Крючков ― Это мероприятие в Минске призвано сосредоточить эту любовь или, наоборот, определить границы, где у нас враги и где у нас добряки и хорошие парни?

А. Кураев ― Задача-то, я думаю, простая этого синода — имплементировать решение Совета Безопасности, принятое ещё в пятницу. И поэтому там, я думаю, решается не столько богословский вопрос — им там особо никто не озадачен, — а чисто политический, в меньшей степени имиджевый и конъюнктурный. А вот важно, чтобы не потерять своё лицо в глазах главного зрителя.

С. Крючков ― А где же этот главный зритель сейчас?

А. Кураев ― Здесь, недалеко отсюда, кстати. Прямо, если по Калининскому проспекту, туда, против движения, если по Воздвиженке, то как раз к нему и попадёте.

С. Крючков ― А насколько мы в этом смысле далеки от того, чтобы церковь стала де-юре уже часть государственного механизма, не де факто, как вы описываете?

А. Кураев ― Ну, поскольку начала зондироваться тема изменения Конституции, то вполне возможно, одна из главных жертв возможных перемен — это ликвидация статьи, запрещающей установление в России обязательной государственной идеологии.

С. Крючков ― И вот эта тема, поднятая Зорькиным с соборностью и прочим…

А. Кураев ― Красивые слова, конечно, будут сказаны. В реальности это обернётся тем, что юноармейцы станут ещё и юнгундами — юными гундяевцами.

С. Крючков ― Вот митрополит Иларион, предваряя первое выездное заседание синода, сказал, что РПЦ вынуждают разорвать связи с Константинопольским патриархатом или со Вселенским патриархатом, как, наверное, будет правильным говорить, как говорят во всём мире. Действительно ли, это так? Действительно, ли в церковных кругах, то есть среди приближённых к патриарху, предполагается, что речь идёт о неком вынуждении? И кто кого вынуждает, откуда идёт активность?

А. Кураев ― Есть старая история, как к директору школы привели мальчишек драчунов, он пытает, допрашивает, кто первый начал — это главный вопрос педагога в данной ситуации. И, в конце концов, один из пацанов колется: «Вообще-то всё началось с того, что я первый дал сдачи».

Вот буквально на днях, на день Сергия Радонжеского патриарх Кирилл на обеде после службы в монастыре сказал слова, которые пресс-служба патриарха сочла необходимым опубликовать: «Мы пошли на разрыв». Это очень важно.

Специально я интересовался, поминает ли патриарх Варфоломей у себя в Стамбуле по диптиху патриарха Кирилла на его заслуженном пятом месте? Да, поминает до сих пор. То есть все злые слова сейчас говорятся с нашей стороны. То есть на языке войны говорит только патриарх Кирилл и спикеры Московской патриархии.

Константинополь даже в этом знаменитом определении Синода о переиначивании статуса Киевской митрополии ни словом не упомянул вообще о присутствии русской церкви там. То есть там не было осуждения, что «вы должны отсюда убраться» или «мы лишаем сана кого-то из русских церковных лидеров пророссийских». Этого просто ничего совершенно нет. То есть гром и молнии звучат, в общем, с нашей стороны. Это надо учесть.

Ну, а дальше, естественно, что любой человек, который эскалирует конфликт, всегда будет говорить: «В нас бросили камень — мы ответили пулемётной очередью». И так далее.

С. Крючков ― Если не только о слова. В действиях Вселенского патриархата был какой-то вызов? Ведь, безусловно, был?

А. Кураев ― Безусловно, да. И этот вызов можно понимать по-разному. Скажем, я готов в этой провокации Константинополя видеть признак жизнеспособности православия, то, что иногда всё-таки кто-то ещё в нашем закосневшем фарисейском мирке может поверх всех канонов, правил, старых документов вдруг сделать то, что даёт надежду миллионам людей.

С. Крючков ― Фарисейство в этом смысле больше, безусловно, с нашей стороны, со стороны Московского патриархата?

А. Кураев ― Греки тоже умеют быть фарисеями ещё большими, чем мы. И первая рукопись русская «Повесть временных лет», написанная киевским монахам даёт грекам исчерпывающую характеристику: «Эллины лукавы суть». И нынешние события это показывают, когда они берут и на ходу перековывают старые грамоты XVII века, показывают: «Мы вам ничего давали». То есть даже если это так, понимаете — ну, подлецы же вы ведь! Подлецы, потому что составили грамоту для семерых варваров, в которую заведомо мелким шрифтом, что называется, вписали такие штучки, которые, вы знаете, что московиты поймут это так, а мы это поймём иначе. Но это не к чести фанарских иезуитов, прямо скажем.

И. Меркулова ― Если возвращаться к тому, с чего мы начинали — любите врагов своих, и, как вы сейчас сказали, что гром и молнии звучат с нашей стороны, — какие варианты ответа?

А. Кураев ― Сначала «разбомбить Воронеж» — это совершенно понятно. Первое, что мы сможем — это объявление разрыва с Константинопольской церковью, всякого общения. Запрет даже для мирян молиться с ними и так далее. Это, конечно, будет вот так провозглашено. Когда-то один странник говорил, что «по тому узнаете все, что вы мои ученики, что будете иметь любовь между собою». Мы ему скажем: «Ты кто такой, вообще? Мы, серьёзные пацаны, территорию делят. Какая тут любовь? Это бомбёжка по Воронежу, в том числе, по имиджу самой русской церкви как христианской организации, не как пропутинской… То есть в этом смысле её рейтинг возрастёт, конечно, все поймут, молодцы: контрсанкции, правильно понимают политику партии, идут той же дорогой в то же место и так далее…

А если есть забота об имидже церкви РПЦ как имидже христианской организации, то это вот то самое — это санкции наложенные на себя. Но, конечно, все с нетерпением ждут, что ещё в прибавочку будет? Вот чем бы так насолить-то им? Вот есть интересные предложения типа наладить диалог и связь с различными расколами, которые есть в Греческой церкви и так далее. Но это совсем какие-то сумасшедшие идеи.

Но, в любом случае, понимаете, дана отмашка на то, чтобы искать ереси у греков. Это логика борьбы, понятное дело, что если мы разрываем отношения, все понимают, что церковные правила позволят порвать церковные отношения, но с еретиками. Надо срочно изобрести такую ересь, которая была бы у греков, но не было бы у нас.

Вот, я думаю, что скоро речь дойдёт до стульев в храме. Вот у греков в храмах стулья есть в православных, а у нас нет. То есть уже начинается разговор про календарь, что у них старый стиль, а у нас новый. Вроде бы сто лет это ересью не считали, а теперь вот решили, а давайте сочтём. Ну, это начинают искать по мелочам.

Опять же, скажем, уже придумали ересь второбрачия. Я не очень понимаю, зачем именно в эти же дни, когда решалась украинская тематика, Фанар решил разрубить ещё один старый гордиев узел: священникам запрещается второй брак. То есть если у попа умирает жена, он по канонам, действительно, обязан пойти в монастырь.

Вот мы сейчас все в XVII веке мыслями своим, и вот тогда 1654-55 годах была такая милая история. Шла война между Московией и Польшей за Смоленск. Армия Алексея Михайловича осаждала Смоленск. Это длилось долго, года полтора. Патриарх Никон был с ним там, в походе. И за это время по Московии прошла чума (не знаю точно, то ли чума, то ли холера) — мощный мор. И когда Никон вернулся в Москву, ему доложили, что оказывается, некоторые из священников, потерявшие своих жён в этой эпидемии и оставшиеся с маленькими детьми, нашли как бы себе жён, которые за этими детьми ухаживали.

Он приказал всех этих священников свезти в Троице-Сергиеву лавру. Для них построили специальный домик в центре монастыря. В этом домике не было дверей. Их там морили голодом в этом домике. Это вот канонический подход, можно сказать московский канонический подход к теме второбрачия священников.

Константинополь сказал нет: «Всё-таки, по крайней мере, в отдельных случаях можно с разрешения каждого местного епископа». Так есть оговорки и так далее. Если священник, конечно, не виноват сам в разборе и так далее. Потому что там же важно, какая сторона разрушила брак. Но дело вот в чём, мне кажется, что это решение дальновидно по одной простой причине. Оно, конечно, идёт против прошлого, но оно за будущее, потому что всё меньше и меньше в будущем будет Алёш Карамазовых, всё меньше и меньше мальчиков будет поступать в семинарию. И значит, поповский кадровый голод во всех церквях мира, в том числе, православных — и у греков и у нас — будет увеличиваться. А раз так, то со временем надо будет научиться ценить тех людей, которые есть, не разбрасываться ими. А то чуть что — пошёл вон. Ну, что это такое?

Вот патриарх приехал в Минск. Один замечательный минский священник Александр Шрамков просто опубликовал фотографии приезда патриарха, где патриарха не видно за кучей охранников. Его за это запретили к служению…

С. Крючков ― Это так быстро происходит?

А. Кураев ― Мгновенно, да! Патриарх наорал на кого-то из своих, те передали эту энергии зла от патриарха ниже. И вот ему сказали: «Ладно, в понедельник синод, во вторник зайди в епархию, мы тебе вручим указ о твоём запрете.

М. Максимова ― А какой смысл в этом первом выездном заседании? Почему в Минске? Это какой посыл?

А. Кураев ― Никакой. Это было назначено ещё давно. Это в некотором смысле субститут Киева. В Киеве проходили несколько раз такие выездные сессии синода. Просто патриарху важно показать, что он лидер всего этого постсоветского пространства, поэтому ещё весной было принято решение независимо от действий Киева.

С. Крючков ― Но, вообще, какие-то опасения существуют в патриархате насчёт того, что можем Белорусскую православную церковь как-то утратить, как и украинскую? И таким образом пытаются застолбить территорию?

А. Кураев ― В общем, я бы сказал, что уже потеряли.

С. Крючков ― Украинскую или белорусскую?

А. Кураев ― Белорусскую. Просто в этом ещё не отдали себе отчёт, но потеряли. Потому что это заявление Константинополя о возвращении в статус XVII века, означает, что это Беларуси касается тоже, потому что Киевская митрополия включала в себя всё, вплоть до Смоленска с территории от Речи Посполитой.

Другое дело, что это решение сейчас нельзя выполнить по политическим мотивам. И Лукашенко не вечный или даже его дружба с Москвой не вечна. Поэтому всё равно, да, правление Лукашенко на пару поколений затормозило становление белорусского национального самосознания. Но беда в том, что за эти десятилетия Москва не стала симпатичней и привлекательней, вот в чём штука.

С. Крючков ― А взаимоотношения между БПЦ и Лукашенко примерно таковы же, как отношения между Кремлём и патриархатом?

А. Кураев ― Смешнее, потому что Лукашенко публично объявляет себя атеистом.

С. Крючков ― Скажите, может ли послужить ситуация вокруг украинской церкви возрастанию напряжённости отношений между патриархатом и Кремлём не в том смысле, что там патриархат — это филиал Кремля, а в том смысле, что в патриархате всё-таки так посмотрят и скажут: «Ребята, вы такую кашу заварили, начиная с Крыма, продолжая Донбассом, и смотрите, что идёт — у нас как домино сыплются все наши прежние планы». Или настолько эта срощенность уже серьёзная, что это нереальный сценарий?

А. Кураев ― Скорее, логика будет обратная, когда на патриарха попробуют наезжать в администрации президента: «Что ж ты потерял Украину?». Как раз у него появляется отмазка со ссылкой на «русскую весну»: «Товарищ начальник, это не я начал. И когда рушится весь фронт, почему именно моя дивизия должны быть крайней?»

С. Крючков ― И теперь единственный шанс, который остаётся — это дружить ещё крепче?

А. Кураев ― Трудно сказать. Я не психоаналитик кремлёвский. По-моему, вместо меня политологов уже на такую работу надо выводить. Поэтому не могу сказать, как там отреагируют. Но есть ощущение, что там, действительно… Я даже не исключаю, что будет принесена ритуальная жертва на синоде.

С. Крючков ― В виде?..

А. Кураев ― В виде митрополита Илариона. Ну, патриарху тоже от себя важно куда-то увести, канализировать высший гнев. Поэтому я не исключаю какую-нибудь сложную рокировочку…

С. Крючков ― В данном случае это будет гнев Варфоломея, который публично озвучил свои претензии к Иллариону…

А. Кураев ― Я не психоаналитик. Гнев Варфоломея может быть индульгенцией для Илариона, защитной грамотой и орденом За заслуги перед Отечеством, а может, наоборот. И так и так это может быть воспринято.

С. Крючков ― Если рассматривать это в виде некоего поединка внутри православного мира, то сейчас каков счёт в этом «противостоянии» сред православный церквей? Сколько церквей готовы солидаризироваться с Вселенским патриархатом и сколько, условно, с РПЦ?

А. Кураев ― С нами никто не солидаризируется.

С. Крючков ― Вообще никто? В смысле в этом неизбежном решении синода о евхаристическом разрыве, то есть молитвенном общении с Константинополем, никто не пойдёт этим путём за нами? То есть другие могут вильнуть хвостиком, тявкнуть, типа сказать: «Мы за диалог, мы за то, чтобы собраться и жить дружно. Мы считаем, что Константинополь действовал поспешно. Мы уважаем структуру и позицию Русской церкви на Украине» — это всё они могут сказать, но дальше не пойдут — вот именно, чтобы порвать с Константинополем, тем самым всерьёз на него надавить. Поэтому нет, землетрясения не ожидается?

С. Крючков ― Эта логика, в рамках которой нам говорят: «За решение Вселенского патриархата стоит Америка…». Вот тут бывший глава Православной церкви в Америке митрополит Иона предрекает усиление Москвы на международной арене в ответ на солидарные действия Вашингтона и Константинополя. То есть он называет эти действия прямо солидарными. Эта связь возможна или это сугубо церковные дела и здесь этой мохнатой руки Вашингтонского обкома нет?

А. Кураев ― Первое: не нам об этом рассуждать и говорить опять же на фоне нашего Совета безопасности открытого и публично заявленного. Дальше я напомню, что ни Киевская митрополия не просилась передать её Москве, ни даже Московский патриарх об этом не просил. Ехали царские послы в Константинополь и, соответственно, с предложением к визирю, даже не к патриарху, а к визирю, прежде всего. А тот уже надавил на тогдашнего патриарха: «Ладно, отдайте московитом. Главное, чтобы не воевали. Нам не до них, у нас с Австрией и Венецией заварушка сейчас, на другом фронте».

Так что уж наша история церковная тоже политизирована выше некуда, причём на суперофициальном уровне. В конце концов, во время Первой мировой войны совершенно официально в рамках предсоборных совещания на синоде обсуждался вопрос, что нам делать с Константинопольским патриархом, когда наши войска будут в Стамбуле. То есть то, что это будет часть Российской империи, не обсуждалось, а вот включать в состав синода этого патриарха или нет, какие епархии от него отрезать и так далее. Так что мы не совсем тут сами белые и пушистые.

Что касается позиции Америки в этом вопросе, она есть, она не скрывается. Но сказать, что именно она здесь главная, я, честно говоря, сомневаюсь. Ну, во-первых, возраст того же патриарха Варфоломея, его здоровье, точнее говоря. Старенький дряхлый человек, поэтому предполагать какую-то личную его корысть — нет. Понимаете, у него есть своя голограмма в голове. В этой голограмме есть Византийская империя. Как сказал один замечательный богослов, греки, кажется, до сих пор не в курсе, что Константинополь уже пал.

С. Крючков ― 500 лет назад.

А. Кураев ― Да. Поэтому у него в голове, что надо восстановить по возможности: «Вот мы в центре мира — это наша паутина». И в этом смысле, понимаете, то, что происходит сегодня на несчастной Украине — это столкновение двух дохлых империй: советской и Византийской. Вот такие имперские зомби восстали из могил и начинают за бороды друг друга дёргать…

Понятно, что у византийцев всегда политика какая была? Почему Восточная Римская империя, сиречь Византия пережила Западную Римскую империю? Хитроумные они больно были, их дипломаты всегда разыгрывали одну и ту же партию. Какая-нибудь орда новая варварская подкатывает к Дунаю из глубин Евразии. А византийцам не до этого. Им надо то с персами, то с сарацинами бодаться, то с варягами какими-нибудь норманнами на Сицилии. Поэтому, что делать? Они посылают послов.

Варвары оказались между Днепром и Дунаем — это угроза. Включается красная лампочка. Что делать? Посылаем послов на Кубань. Там какая-то орда наверняка кочует тоже. Надо попросить их ударить в тыл той орде, которая на Дунае. И это была миссия Кирилла и Мефодия к хазарам, между прочим. Причём это была антирусская миссия, как ни странно. Потому что русы — это варяги, норманны те самые!.. Они только что осадили Константинополь первые. Это было летом.

И уже осенью направляются Кирилл и Мефодий к хазарам с напоминанием: «Ты, каган должен исполнить какие-нибудь обязательства перед нашим императором. Какие? Прогнать эту орду, по возможности ударить ей в тыл». В общем, это работало довольно долго, несколько веков.

Это я к чему говорю — что, естественно, для Варфоломея не западло обратиться к любому врагу моих врагов, скажем так, в данном случае, чтобы отстоять Византию, великую православную эйкумену Византийской империи, включая Киевскую. Поэтому здесь дело не в том, что Госдеп даёт ему приказы, он просто это использует.

Между прочим, сегодня день рождения митрополита Никодима Ротова, учителя патриарха Кирилла. Так вот именно Никодим своему ученику и пояснял: «не бойся сотрудничать с КГБ, с коммунистами и так далее — мы их переиграем. Мы их административный, полицейский ресурс будем использовать в наших интересах». Поэтому они и стоят друг друга…

С. Крючков ― Отец Андрей, вот, на ваш взгляд, это голограмма или аналогичная игра света в головах синода или кремлёвских головах — вообще, здесь мера ответственности на перспективу осознаётся для православия как такового, или это решаются задачи текущей повестки дня?

А. Кураев ― В данном случае, я думаю, стратегическая перспектива и озабоченность только у Варфоломея была видна, потому что у нас идёт сиюминутная реакция: сохранить то, что есть, — чисто такая, консервативная реакция — подморозить, оставить и так далее, — что, конечно, дело проигрышное. Потому что 25 лет терпели, и раскол за это время только ширился и ширился, учитывая, что и континенты по имени России и Украина тоже расползаются за это время и пока пределов этого расползания, глубины пропасти не видно.

То есть наша позиция логична только в одном случае: если нарисовать следующую голограмму, что Кремль исходит из надежды на то, что социально-политический, экономический кризис Украины окажется серьёзен, вызовет новую народную революцию, жидобандеровский режим будет сметён волной народного гнева, и тогда для борьбы со всякими боевиками с Запада уже не только восток — центр Украины попросит: «Спасите, защитите!». В общем, Кантемировская дивизия на низком старте…

И вот тогда, в этих условиях, конечно, и состоит задача дружественной нам, подчинённой нам украинской церкви. Заметим, однако, что на сайте президента сделали мощнейшую подставу, а именно на официальном сайте президента написали, что Совбез обсудил положение Русской православной церкви в Украине. Притом, что сами спикеры этой церкви руками и ногами от этого титула отмахивались: «Мы не Русская, мы Украинская православная церковь…». И на тебе! Как раз помогли. Спасибо, Владимиру Владимировичу.

И если учесть, что в той же публикации Киевская митрополия была написана через букву «е» — «метрополия», то это совсем хорошо, да? Компетентные люди работают в администрации президента, сидят на этой теме!.. Так вот, тогда понятно, не стоит уж как-то на два дня отпускать Киевскую «метрополию» на свободную прогулку: мы всё равно скоро к вам придём!

Ну, только при этом сценарии. При любом другом, в общем, лучше бы… Знаете, моя формула, которую я предлагаю, звучит так: Нет греха, чтобы уйти в эту новую церковь, созданную Константинополем и нет преступления в том, чтобы остаться в структурах Русской церкви на Украине.

С. Крючков ― А как перспектива обрисовывается?

А. Кураев ― Вот если бы эта формула была бы принята Москвою, прежде всего, Киевом церковным, это помогло бы сильно снизить напряжённость. Но, понимаете, я не вижу заботы о снижении напряжённости.

М. Максимова ― С обеих сторон?

А. Кураев ― Нет, прежде всего, с нашей.

М. Максимова ― А стой стороны?

А. Кураев ― С той стороны даже Филарет или Варфоломей говорят в каждом выступлении: «Только мирно, никаких захватов храмов, ничего не надо». А с нашей стороны: «Мы все как один умрём в борьбе за это». Помните, советский мультфильм был: «Сейчас прольётся чья-то кровь, сейчас прольётся, сейчас-сейчас прольётся кровь…». Вот, собственно, у нас из этой мультяшки какого-то народного режиссёра это почерпнуто. Вот у нас об этом. То есть в сознание прихожан вдалбливается некая матрица: «Вы должны умереть, вы должны пролить кровь. Ищите для этого повод». Это очень печально. Есть вещи, за которые нельзя умирать.

С. Крючков ― Среди представителей УПЦ Московского патриархата этого понимания нет? Они мыслят в той же парадигме, которую предлагают отсюда?

А. Кураев ― Беда в том, что там даже не было имитации попытки дискуссии на эту тему. То есть вот Константинополь объявил скандальнейшее, шокирующее решение. Давайте соберём какое-то совещание здесь, в Киеве, на своей земле, в Киево-Печерской лавре. Давайте встретимся, обсудим, какие есть варианты. Нет, тишина. Митрополит Киевский Онуфрий молчит. Но, кстати, вот новость: он всё-таки приехал в Минск на синод, он там присутствует.

Кстати, интересно насчёт Минского синода. Мне представляется, что к сожалению, не хватило мужества пригласить на это заседание синода бывшего Минского митрополита Филарета. Уж на что опытный политик и так далее, да, старенький, но он там жив т. У него же дом буквально… Вот есть там построенное им здание епархиального управления в центре Минска, и он там остался в своей квартире. В соседней комнате проходит заседание синода. Но они его не позвали. Просто из вежливости, пусть там без права голоса, но давай вместе обсудим: одна голова хорошо — две лучше…

Так вот и в Киеве никаких намёков на то, что они хотя бы между собой собрались — епископы УПЦ МП — хоть в формате синода, хоть ещё в каком-то. Пригласили бы, в том числе, и ненавистного митрополита Александра Дробинку, который выступает за вхождение в эту новую структуру. Давайте, может быть, мы здесь сможем без боевиков что-то обсудить, услышать друг друга, аргументы. Нет…

С. Крючков ― То есть эта идея так называемого объединительного собора, она на данном этапе выглядит малоперспективной. То есть никто к этому собору, грубо говоря, не готов?

А. Кураев ― Всё, конечно, сложно. Нет, со стороны Московской патриархии несколько епископов туда, конечно, уйдут, но они раньше времени не будут об этом заявлять, совершенно понятно. В последнюю минуту они войдут и то, может быть, через чёрных вход. И только по окончании скажут: «А мы уже в домике».

С. Крючков ― А вслед за ними потянется цепочка со временем?

А. Кураев ― Это, безусловно.

С. Крючков ― А это вопрос: какого времени — десятилетия?

А. Кураев ― Да, это вопрос, я думаю, в общем, не одного года. То есть ближайшие годы будут довольно бурными. И будет булькать то там, то тут. То один приход захочет перейти, то другой и так далее. Там всё-таки единица измерения — это приход, приходское собрание на Украине по их законам.

И, конечно, главным тормозом сегодня в становлении фанарского проекта являются амбиции самого Филарета Денисенко, лидера украинских раскольников. Потому что он-то хочет, не снимая патриаршей шапки с головы, въехать в новую структуру. А ему говорят: «Извини-подвинься. В лучшем случае в качестве епископа можешь быть одним из участников собора, а дальше — как изберут». А могут не избрать.

С. Крючков ― В этом смысле весом вопрос канонической преемственности и той снятой или не снятой анафемы — признаваемого снятия или не признаваемого. Как с точки зрения церковного права здесь дело обстоит?

А. Кураев ― Да, в общем, никак. Потому что есть право, есть реальная церковная история. Есть опять же масса оговорок… В своё время, когда один из византийских императоров решил полюбить кого-то окромя своей жены, жену, соответственно, отправил в монастырь, женился на любовнице. К позору Константинопольской церкви и вообще православной церкви почти все конфликты между патриархами и царями были из-за постельной тематики. Не из-за какого-нибудь людоедства этого государя, не из-за войны какой-нибудь, а вот постель, понимаете.

В общем, патриарх сказал: «Я не могу тебя обвенчать, но я закрою глаза, и придворный поп это сделает. Придворный поп это сделал. Патриарх на это закрыл глаза. Монахи восстали во главе с Федором Студитом, сказали: «Вы все мерзавцы, мы уходим в откол от вас». Тогда патриарх совершил сумасшедший финт ушами: он лишил сана этого попа, которому сам же разрешил венчать этого царя. В общем, возникла схизма, называется прелюбодейная схизма на 100 лет. Но по итогам её был собор, который сказал так: «Воля императора — это форсмажорное обстоятельство, ради которого могут быть нарушены каноны.

То есть, соответственно, с той поры в церкви в ходу слово «экономия». Это то же самое, что экономика, то есть умение вести домашнее хозяйство. То есть экономика и политика — это слова антонимы. Политика — это то, что за стеной моего дома, экономика — это то, что у меня, в моей спальне. Так вот экономия означает: каждому епископу, священнику даётся право не отменять каноны, а приостанавливать действие данного канона в отношениях данного человека на данную ситуацию на какой-то срок.

По канону надо было бы его растереть в порошок, но не получается или это просто приведёт к смерти человека — к духовной, церковной смерти или ещё какой. Поэтому давайте притормозим.

Вот точно так же Фанар сейчас сказал: По экономии мы передали эту митрополию, а по канонам забираем сейчас назад, или наоборот, они сейчас скажут. Это уже неважно. Просто, понимаете, в церковной истории так много всего делалось по экономии, и однажды объявленные анафемы вдруг отбирались… Ну, простейший пример, он красивый конечно: 1812 года, армия Наполеона проходит в Польшу, входит на территорию Российской империи, а ситуация ровно такая же, как в 1941-ом году, то есть от недавних разделов Польши есть свежеприрезанные куски Российской империи, и там, конечно, Петербург не очень любят. И вот поэтому пока наполеоновская армия идёт польскими регионами по этим новорусским территориям, ей и дамы чепчики бросают, приветствуют. И архиепископ Могилёва служит благодарственный молебен в честь освободителя — Наполеона. А потом предыдущие освободители вернулись и этого товарища расстригли, под суд. В тюрьме он так и подох.

Что вы думаете? В году в 1928 митрополит Сергий, глава того, что называется Московской патриархии издаёт указ об амнистии, аннигиляции решения того синода царской поры с этого революционного мученика. Какое ему дело до этого архиепископа Могилёвского начала 19-го века? Возможно, — говорят современные историки, — тем самым Сергий дал намёк тем, кого он сам лишал сана: «Не принимайте всерьёз. Все эти политические анафемы — это такая фигня. Сегодня дали — завтра сняли. Поэтому если увидите, я на вас полаялся, имейте в виду, это не я, это товарищи с Лубянки, не обращайте внимания, служите, молитесь». Возможно, так оно и было. Во всяком случае, таких примеров масса.

На нашей памяти Русская зарубежная церковь, которую опять же все наши патриархи и спикеры в XX веке уж какими словами только не ругали — безблагодатные рассольники и так далее, — и на тебе: никакого ни покаяния… Кто-нибудь видел митрополита Лавра на коленях перед патриархом Алексием? Я не видел. Обнялись, сказали: «Всё нормально. Даже ваши канонизации признаём, кого вы там в святые зачислили — мы это тоже признаём». Поэтому что же удивляться? И мы так действовали, и Константинополь так действовал. Было так.

Поэтому споры про историю или про каноны — это не более чем отвлечение внимания от главного. Для кого это? Это принесёт пользу или нет? Вот для реальной жизни Украины. В некой перспективе — да, это будет польза. Это возможность дать церковную отдушину миллионам людей, которые в этих расколах. А дальше при этом польза для одной группы людей, конечно, обернётся убытками для другой, но тут уже вопрос проповеди и пасторства. А вы можете анестезию применить, чтобы у людей меньше болело фантомно обрезанное место?

В конце концов, в чём выгода-то, в чём смысл? Вот считать, что я с патриархом Кириллом на Украине живу в Харькове? Что тебе тот патриарх дал? Вот есть Болгарская церковь, вполне автономная или сербская. Там что, православное ущербнее, оттого, что они не под патриархом Кириллом? То есть здесь создаётся какой-то миф, который внушают: «У тебя должно болеть, для тебя это очень-очень важно, и ты должен умереть за это».

С. Крючков ― А этот миф действует? Эти фантомные боли присутствует в Украинской православной церкви?

А. Кураев ― Для кого-то да. Поймите, мы говорим о миллионах людей с обеих сторон. И среди этих миллионов находятся люди, для которых это чисто фиктивно. Они ходят в храм Московской патриархии, потому что он ближайший или потому что там есть хорошие знакомые, или батюшка добрый попался. Это большинство так конечно. Но есть и люди всерьёз в каком-то смысле даже контуженные идеологией «Русского мира», и от них можно ожидать всего, вплоть до создания Русской православной армии Донбасса… И себя они могут подставить тоже под удар. И это печально.

Поэтому, мне кажется, в этом смысле, что служение церкви должно быть сейчас примиряющим. Я вновь повторю свою формулу: Переход в новую церковь — не грех, но и пребывание в рамках структур русской церкви на Украине — это не преступление по законам Украины и тоже не грех.

С. Крючков ― Этот разрыв, как мы фиксируем, произошёл, и будет об этом объявлено, по вашим ощущениям?

А. Кураев ― Я думаю, что будет, да.

С. Крючков ― Несколько тем злободневных, наверное, уходя от темы внутриправославных отношений. Комедия Алексея Красовского тут должна была выйти, — даже собирали на неё деньги, — о блокадном Ленинграде, в которой встречают 31 декабря 41-го года новый, 42-й год.

М. Максимова ― Чёрная комедия.

С. Крючков ― Вот на ваш взгляд, в таких щепетильных темах юмор скорее позволяет снять напряжённость или, наоборот, приводит к тому, чтобы её становилось всё больше? Вообще, допустимо тут юморить?

А. Кураев ― Я бы воздержался от суждения о фильме или книге, которых не читал. Насколько я понял, речь идёт о теме, условно говоря, «пирожные для Жданова». Для меня лично это страшно интересная тема: рацион питания митрополита Алексия в блокадном Ленинграде. То есть у нас с гордостью говорят о том, что он пережил всю блокаду, разделяя все тяготы жизни со своими прихожанами. Вот я немножко не верю в это. Интересно, что, по крайней мере, ни одной публикации, по какой системе, по каким карточкам снабжался митрополит Алексий, будущий патриарх Алексий I. Потому что, интересно, конечно, было бы это узнать.

А что касается товарища Жданова, то здесь, по-моему, довольно документировано и хорошо известно, что верхушка Смольного ни в чём себе не отказывала…

С. Крючков ― Если уйти от темы Жданова и поговорить о возможности святотатства в искусстве, оно допустимо? Даже не столько святотатство, а затрагивание скользких тем? Потому что вне скользких тем, вне провокаций искусство как таковое вряд ли возможно.

А. Кураев ― Именно поэтому, я полагаю, никакие общие суждения здесь невозможны.

С. Крючков ― Ещё одна тема, которая тревожит колоссальное число людей по странному течению обстоятельств в нашей стране. Это тема морального облика наших футболистов, которых пообещали трудоустроить в случае их осуждения в застенках Бутырки (Кокорина и Мамаева). На ваш взгляд, как отреагировало общество в данном случае, не вступившись по обыкновению за народных любимцев, а вот так, действуя в фарватере, предложенном и СМИ и даже какими-то официальными людьми, — о чём свидетельствует: мы как-то стали более щепетильны, что ли, в реакциях на такое, мы становимся морально здоровее, может быть, или это из иной области?

М. Максимова ― Или просто отвлекают наше внимание?

А. Кураев ― Здесь может быть всё вместе. Насчёт здоровее — вряд ли. Любимцы?.. Я чего-то не помню, чтобы эти два персонажа забивали голы на последнем московском мундиале. Поэтому к любимцам когда-то, может быть, и относились, но это было давно. Да нет, даже не хочется их обсуждать, кроме одной детали — что если Кадыров их заберёт к себе. Это означает, что опять же из госбюджета придётся платить им зарплату?

С. Крючков ― Вот ещё одна история вокруг Кадырова с возвращением того самого чеченца, который таким трамвайным хамом оказался, бросил жестяную банку в парня, сидевшего напротив него, с криками «Ахмат — сила!» И тут же ему нашлось трудоустройство в виде сотрудника службы городского благоустройства Грозного. Вызвали его пред белые очи буквально за два часа. Вот, может быть, в этом смысле патриархальность Грозного, патриархальность Чеченской республики свидетельствует о том, что эта республика морально здоровей?

А. Кураев ― Давайте, знаете что — не будем делать рекламу грозненской патриархальности на не патриархальной радиостанции.

С. Крючков ― Снимаем вопрос тогда. Пожалуй, ещё одна тема, мнение по поводу которой хотелось бы услышать. Тут иркутский анархист Артём Яковлев рассказал о том, что его попытались завербовать через университетский отдел ФСБ за, по сути, идеологическую деятельность. Это общая практика для наших университетов, насколько я понимаю. Если говорить о жизни семинарии. Вот вы говорите о сращивании Совбеза с синодом, что есть какие-то отделы, которые следят за нравственным обликом, за анархическими, не анархическими взглядами студентов, семинаристов…

А. Кураев ― Русская церковь для госструктур сейчас настолько родная, что даже не нужно какими-то тайными средствами её контролировать и на неё влиять. Всё можно сделать вполне официально и в прямых переговорах, и никакого сопротивления не будет. Я понимаю, создавать тайные партизанские ячейки, когда ты знаешь, что скоро враг придёт на землю советской Белоруссии и мы не сможем отстоять, поэтому обком уходит в подполье — это я понимаю. Но «православный обком» не собирается в подполье уходить. Поэтому зачем?

С. Крючков ― Это, с одной стороны, обнадеживающая перспектива, с другой стороны, несколько грустная. Дьякон Андрей Кураев. Станислав Крючков, Марина Максимова провели программу. Огромное спасибо!





ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ

Умница дьякон Андрей Кураев — рассуждает по светски и очень здраво.
________________________________________

Блестящее интервью диакона А.Кураева с ведущими, особенно с С.Крючковым! Также блестяще отражает эту тему ("раскола") такой моральный и политический авторитет, как историк и религиовед А.Б.Зубов (см. его ФБ).
________________________________________

У РПЦ есть ещё и исторические сказки типа, что они "канонические", "главные и правильные" и у них есть "каноническая" территория. Эта религиозная община совсем забывает, что государство если захочет, то может вышвырнуть их со своей территории точно так же, как недавно кремль "Свидетелей Иеговы". ________________________________________

Ну, заныли… Рано или поздно РПЦ в том виде, в каком она существует сейчас, всё равно оказалась бы там, где оказалась…
________________________________________

От митрополита Иллариона надо конечно избавляться. Слушать Его антисоветские и всякие анти призывы уже достало. Сам бунтарь-безотцовщина, и ему разрушить какое-либо стремление к миру проще простого.
________________________________________

И Я уверен, что на свете один только Бог, и других богов нет. И это налагает на меня известные ограничения. Я не вправе в этом мире что-либо обожествлять. Я не вправе придавать божественные свойства кому-либо, кроме Бога. Для меня невозможен культ какой-либо личности. Ни начальника, ни родственника, ни вождя. Поэтому, когда хвалят кого-либо сверх меры, я считаю, что этим создают ещё одного бога, и те, кто сверх меры хвалят, впадают в язычество.
________________________________________

У кого-нибудь есть проверенная диета, посоветуйте.
________________________________________

Сахар. Мешками. Не есть, а разгружать два-три вагона в день.
________________________________________

Так он и пойдёт вам сахар грузить… Что-то типа постных дней числом за три с году. Ну да бог с ним, разберётся. Прослушал с интересом. У попов-то, оказывается, есть своя история, нам неведомая. Хорошее гуманитарное образование и правильное понимание проблемы. Не ко времени родился, мог бы занять высокое положение в церкви. Занял бы, и тотчас бы испортился…
________________________________________

Интересно, спасибо!
________________________________________



ИСТОЧНИК

Марина Максимова, Станислав Крючков

распечатать  распечатать    отправить  отправить    другие материалы  другие материалы   
Дополнительные ссылки

ТЕМЫ:

  • Власть (0) > Беспредел (0) > Разжигание розни (0)
  • Власть (0) > Манипуляции (0)
  • Международные события (0) > Украина (0)
  • Общество (0) > Религия (0)
  • Общество (0) > Сотрудничество с властью (0)
  • ПУБЛИКАЦИИ:

  • 17.12.2018 - БИЗНЕС НА СЧЁТЧИКЕ
  • 17.12.2018 - ДЕСПОТИЯ СИЛОВИКОВ
  • 16.12.2018 - ПАНИКОВСКИЙ МИРОВОГО МАСШТАБА
  • 15.12.2018 - КАК ВЛАСТЬ МАНИПУЛИРУЮТ ВАМИ
  • 15.12.2018 - БЫЛО «ВАШЕ», СТАЛО «НАШЕ»
  • 14.12.2018 - ЗАЯВЛЕНИЕ БЮРО ПАРТИИ «ЯБЛОКО»
  • 12.12.2018 - УМЕЮЩИЕ ЖДАТЬ ПЕРЕСТАЮТ УМЕТЬ ЖДАТЬ
  • 11.12.2018 - УБИТЬ ИНОВЕРЦА
  • 10.12.2018 - ВЫСТУПЛЕНИЕ ЗАМПРЕДА ПАРТИИ «ЯБЛОКО» В ГОСУДАРСТВЕННОЙ ДУМЕ РФ
  • 10.12.2018 - НОВОСТИ ФСИН
  • 09.12.2018 - РУССКИЙ ЯЗЫК В 4 КЛАССЕ
  • 08.12.2018 - РОССИЯ ПРОТИВ КАНТА
  • 08.12.2018 - СИЛА ЕСТЬ — УМА НЕ НАДО!
  • 08.12.2018 - ЛЕЧЕНИЕ ПО-РУССКИ
  • 07.12.2018 - РАСКОПКИ В САНДАРМОХЕ
  • Copyright ©2001 Яблоко-Волгоград     E-mail: volgograd@yabloko.ru